Глава 18

– НАНА — А вот и Лондон. Какой он? Сложно сказать, когда смотришь на город через тонированное стекло бронированной тачки. И не рассмотреть его за толпой в разноцветных одеждах и типовыми домами. Туманный, промозглый город-лабиринт. Он совсем не такой, каким я его себе представляла. Вроде и мощный, гордый, но при этом на монстра похож. Наверное, потому что это не мой город. Абсолютно чужой. А быть может, нужно просто прогуляться по нему. Одной. Только кто меня отпустит. Мы с Таиром будем жить не в одной из его квартир Лондона, а в отеле. Естественно принц предпочитает только высший класс. Отель, куда ступает моя нога воистину воплощение лондонского шика и британского благородства. Ощущение, будто я прикасаюсь к величайшим событиям истории. Это старинный и самый дорогой отель Лондона. Номер поражает меня роскошью. Таир наблюдает за мной и насмешливо говорит: – Поверь Нана на моей родине отели гораздо роскошнее. А это так, лучшее из худшего. Обхожу весь номер. Гостиная, столовая, кабинет, библиотека, два санузла, балкон с потрясающим видом, и с неудовольствием отмечаю, что спальня одна. К спальне примыкает гардеробная, в которой обнаруживаю вечерние наряды – мужской смокинг и женское платье. Обувь, бельё, аксессуары тоже имеются. Всё новое с бирками брендов. – Вы будете спать в гостиной? – решаю уточнить. Хотя итак ясно, но отчего-то хочется поковырять Таира палочкой. Он что-то активно печатает в телефоне, но после моего вопроса отрывается от него, выгибает одну бровь и говорит: – Ты видишь в гостиной кровать? – В гостиной есть диван, – произношу с улыбкой. – Очень рад, что он там есть, – фыркает мужчина и добавляет: – Спать я буду в спальне. И ставлю тебя перед фактом, что ты спишь со мной, если вдруг надумала что-то иное. – Ну… просто уточнила… – вздыхаю я и спрашиваю снова: – В гардеробной одежда. Это для нас? – Да. – Значит, это нужно будет надеть на встречу с вашим братом? Или будет ещё какое-то мероприятие? – Нана, слишком много вопросов, – хмурится Таир, но тут же кивает и объясняет: – Завтра мы с тобой идём на благотворительный вечер, где я пообщаюсь с братцем и расставлю с ним точки над i. Да, ты наденешь платье, которое видишь. Платье было потрясающим. – Я сейчас отлучусь, вернусь ближе к ночи. Обед скоро доставят. Поешь и будь хорошей девочкой. Жди меня и скучай. – Можно мне погулять? – делаю попытку и добавляю спешно: – Я не сбегу. Даже мысли такой нет. Просто хочу… – Нет, – отвечает он категорично и начинает раздеваться быстро, уверено. Что ж, ответ знала заранее. Но попробовать стоило. Таир открывает портплед, в котором аккуратно, даже идеально сложены несколько костюмов, рубашек, аксессуаров, бельё и пара новой обуви. Переодевается. На меня даже не смотрит. Вот надевает белоснежную рубашку. Берёт бархатную коробку и достаёт пару запонок из белого металла с инициалами. Платина? Белое золото? Да кто вообще носит запонки в современное время? Понимаю, свадьба или юбилей… Таир носит. И ему идёт классика. Надевает носки, затем брюки. Далее на очереди ботинки. Они блестят почти так же как его запонки. Совершенно новая обувь. Ни единой морщинки на гладкой чёрной коже. Потом он подходит к зеркалу с галстуком в руках. Перехватывает в зеркале мой внимательный взгляд. На миг замирает, и уголки его губ чуть приподнимаются в улыбке. Галстук он вдруг обматывает вокруг своей ладони и натягивает. Говорит: – Ты смотришь на меня пристально, Нана. Нравится то, что видишь? Наглости и самоуверенности ему точно не занимать. Невольно краснею, сглатываю. Понимаю, что впервые наблюдаю, как мужчина переодевается. Оказывается, довольно интересное зрелище. Складываю руки на груди и стараюсь быть невозмутимой: – Намного интереснее посмотреть на вас, чем слоняться в одиночестве по красивому, но бездушному номеру. – Врунишка, – говорит он довольно и повязывает галстук. – Но ты скучай, Нана. Когда вернусь, пожалуй, использую галстук… Вздрагиваю от его тембра голоса и обещания. Таир чертовски хорош. И он об этом знает. Поправляет часы на руке. Затем из дорожной сумки достаёт свой парфюм. Брызгает на себя один раз и бросает его на кровать со словами: – Разложи мои вещи. Я теперь у него ещё и личная горничная? – Хорошо, – расплываюсь в улыбке. – За эту услугу тогда погуляю в парке? При отеле разбит парк и… – Нет. Я ведь уже сказал тебе, – говорит он резко и тон такой недовольный, что лучше больше не просить. Его портфель из чёрной кожи ждёт его на столе в прихожей номера. Он открывает его и проверяет какие-то документы. – Вы самый раздражающий мужчина на свете, – заявляю вдруг. Сама от себя подобного не ожидала. Но слова уже прозвучали. Назад не вернуть. Но он почему-то не сердиться, лишь расплывается в хищной улыбке и произносит перед уходом: – Нана, а ты женщина, которая выводит меня из себя. Вроде и покорная, но с бунтарским характером. Хрупкая, но духом ты сильная. Мятежная моя женщина, будь паинькой девочкой, прижми задницу и жди меня. Я бросаю на него гневный взгляд, но подхожу. Дожидаюсь, когда он наденет пальто и смахиваю с его плеча невидимую пылинку. – Буду ждать вас, мой господин в этой расчудесной золотой клетке. Он целует меня в уголок губ и выдыхает: – Вот и умница. За дверью остаётся охрана, так что не дури, Нана. А я и не собиралась. Вот честно. Таир уходит. И я совершенно одна. * * *– ТАИР — Мой филиал в Лондоне всегда работает на всю мощь, когда я прибываю с личным визитом. – Похоже, пришло время сменить управляющего, – сообщаю Халиту, когда ещё раз проверяю финансовые отчёты за последний квартал. – Он решил, что можно красть у меня и ртом и жопой. Обнаглел вконец. – Я давно вам говорил, что этот англикашка нечист на руку, – усмехается Халит. Ловит мой хмурый взгляд и спрашивает: – Просто уволим или чтобы в назидание остальным? – А ты как думаешь? – вздыхаю я. – Ох, – расплывается товарищ в довольной улыбке, – я тогда опробую новый способ филерования. – Филеруют рыбу, – смеюсь я. – А чем ваш управляющий не рыба? Он решил, что он акула, вот и поплатится за свою ошибку, – произносит Халит. – Делай, как посчитаешь нужным, только пусть живым останется. Нам лишние проблемы ни к чему. И поставь на его место… кого-то из наших. Кто не предаст, и не станет воровать. – Есть такие люди, Таир, – уверенно говорит он. – Знаю. Один из них это ты. Но ты мне нужен рядом… – Что насчёт девушки? Она… беременна? Одариваю помощника многозначительным, ревностным и недовольным взглядом и холодно говорю: – Надеюсь, что да. – Отлично, – улыбается он. – Так, мы прибыли. Сидите в машине, я лично проверю местность, что всё чисто. Из первой машины выходит моя охрана, следом Халит. Они окружают мою тачку, и я чувствую себя посмешищем. Увы, безопасность превыше всего. Кто знает, что придёт в неугомонную башку Сайласа. Выхожу и в окружении стада охраны направляюсь в офис. Там меня уже ждут. У моих подчинённых лица сияют наигранным счастьем. Создаётся впечатление, будто я для них сошедший с обложки кумир. На самом деле это всё мишура. Их дежурные сладкие фразы вызывают тошноту. Если расчехлить их души, то выяснится, что все они меня ненавидят. Я вижу, что все эти люди лицемеры. Они не хотят мне улыбаться до коренных, не хотят лебезить и расстилаться передо мной ковриком. Но делают это… Делают сами. Я никого не просил, не требовал и уж точно никого не заставлял вылизывать меня, будто я фруктовый леденец. Стереотипы – вещь мощная, неискоренимая. Отчего-то считается, что начальство падко на лесть и предпочитает слышать сладкую ложь, видеть иллюзию подобострастия. Это не так. Люди, добившиеся в жизни огромных высот, да своими силами, методами (чаще всего грязными и незаконными), поверьте мне, считывают ложь и лесть по взгляду, малейшей мимике. Мы чувствуем ложь за километры. Интуиция развита так сильно, что экстрасенсам можно брать пушку и стреляться. – Таир Аль Хамад ваш кабинет готов. Все документы, что вы запросили ждут на столе, – сообщает мне помощница уже бывшего управляющего, которого Халит уже уводит «на разговор». – Кофе принеси, – бросаю женщине. Она кивает и немного мнётся и добавляет: – Ещё вас ожидают в приёмной. Останавливаюсь и спрашиваю: – Кто? – Она представилась вашей… роднёй. Имя… Она назвалась Ахсаной. Ахсана. Внутри становится горько, во рту всё сводит, как от кислоты. Хочется сплюнуть. Мерзкая, лживая ядовитая дрянь. Гадюка. Как она посмела явиться? – Хорошо. Всё равно сделай только один кофе. Для меня. Чёрный, – говорю и направляюсь в кабинет. В приёмной действительно меня ждёт моя первая любовь. Женщина, которая разбила мне сердце, втоптала меня в грязь, смешала с дерьмом, назвала ошибкой природы, а после бросилась в объятия Сайласа. Она стоит у окна и смотрит вдаль. Осанка царская. Жгуче чёрные волосы собраны и блестят. Одета с иголочки, словно она первая леди страны. Безупречная, роскошная, холёная. Очень красивая женщина. Ядовитых тварей природа всегда создаёт удивительно прекрасными. Чтобы жертвы обманывались, и попадали в плен их обманчивой красоты. У меня давно открылись глаза. Я вижу мир и всех людей без их мишуры. Мне нужны громкие слова, красивая обёртка – это всё тлен. Внутри подобных людей как Ахсана сплошная отрава. У Сайласа – дерьмо, у Ахсаны – яд. Великолепное сочетание. – Что тебе нужно? – бросаю грубо. Никаких приветствий, никакого тепла в голосе. Она резко оборачивается и искусно притворяется, что рада меня видеть. Даже одна слеза скатывается по безупречному лицу. Она не спешит её смахивать, позволяет мне увидеть её, якобы беззащитную, хрупкую… – Таир… Какой ты стал… – голос с придыханием, бархатный, манящий. Глубокий вдох и её высокая грудь приподнимается. Глубокое декольте позволяет увидеть всю ту роскошь, которой одарила её природа. Когда-то ещё совсем зелёный мальчишка купился на эту красоту. Польстился на сладкие речи, на томные вздохи и обещающий райское наслаждение взгляд. – Повторяю. Что ты забыла в моём офисе? – Не пригласишь в кабинет? – спрашивает робко, стеснительно. Её игра вызывает у меня брезгливость. К чему вся эта показуха? Я видел её настоящую. И она знает, что я знаю, какая она. – Нет, пока не узнаю, что тебя заставило переступить порог моей компании, – заявляю ледяным тоном. Она закусывает пухлую губу с ярко-алой помадой, облизывает её, надеясь, что я поведусь на её кокетство, и всё тем же тягучим голосом произносит: – Мой муж не знает, что я здесь, Таир. Я пришла предупредить тебя. Выгибаю одну бровь и усмехаюсь. – Если он узнает, то убьёт меня, – добавляет она чуть нервно. Моя улыбка становится шире. Не могу не позлить гадюку. – Тогда он сделает единственное верное решение в своей никчёмной жизни. Но не волнуйся, я ему не скажу. – Таир! Это серьёзно! – вскрикивает она чуть визгливо, подходит ко мне вплотную и вцепляется в мою руку. – Прошу… Мне нужно с тобой поговорить. Пожалуйста. Хочешь, я встану на колени… Проклятая женщина. Похоже, нужно менять не только управляющего, но и всю службу безопасности! К херам некомпетентных сотрудников! – Избавь меня от мерзкого зрелища, – говорю с брезгливостью и вырываю из её хватки руку. – У тебя ровно пять минут, чтобы кратко изложить свою проблему. Открываю двери кабинета и галантно предлагаю Ахсане пройти. Как раз приходит помощница бывшего управляющего. Она входит в мой кабинет с подносом, аккуратно ставит его на стол и уже уходит, как Ахсана приказывает девушке: – Мне двойной эспрессо принеси. Живо. – Нет, – тут же реагирую я. – Ахсана, ты здесь ровно на пять минут. Выпьешь эспрессо после. Помощница уходит и тогда Ахсана садится в кресло и с усмешкой произносит: – А ты изменился, Таир. Такой резкий стал. Холодный… – Учителя были хорошие, – говорю и делаю глоток кофе. – Кстати, твоё время идёт.