Глава 19

– ТАИР — – Хорошо, – произносит Ахсана томным и полным грусти тоном, от которого в молодости мой член делал стойку. Сейчас я вижу фальшь, дешёвую игру и желание Ахсаны что-то получить от меня. Она вновь облизывает губы. Я демонстративно смотрю на золотые часы, тогда она окончательно понимает, что соблазнить меня не выйдет. – Сайлас нанял киллера, – говорит она уже другим тоном. Садится в кресло, сбрасывает с себя всю мишуру и оставляет исключительно деловой тон. – Он в ярости, Таир. – Я в курсе, – коротко киваю ей. Новость о киллере не становится для меня сюрпризом. Халит и этот вариант предусмотрел. Но после слов Ахсаны мы будем ещё более осторожны и осмотрительны. – Нет, ты не в курсе, – произносит она жёстко. Глаза её гневно сверкают. Тонкие длинные пальцы сжимают сумочку. – Ты не счета его обчистил. Ты его унизил, Таир. Ты в дерьмо втоптал его имя, уничтожил его репутацию. И об этом узнали в семье. Узнали его партнёры. Он только за сутки потерял два миллиардных контракта. В ярости чуть меня не убил… Она картинно проводит пальчиком по нижнему веку, словно стирает слезинку, и надломленно добавляет: – Я едва успела детей отправить к моему отцу. Сайлас как помешался на мести. Он теперь и меня ненавидит, потому что когда-то… мы были с тобой, Таир. Понимаешь? – Твоё время почти вышло, Ахсана, – произношу совершенно невозмутимым тоном. – Но я не закончила! – рявкает она и ударяет ладонью по моему столу. Выгибаю одну бровь и говорю: – У тебя осталась минута. И я вызываю охрану. – Что? Ты серьёзно? Ты натравишь на меня охрану? На меня? – Ахсана удивляется искренне. Первая настоящая эмоция. – Да. У меня много дел. А терпения нет. Ну? Ты закончила? – спрашиваю едко и сцепляю пальцы в замок, хрустнул ими. Ахсана кривится. Она всегда ненавидела эту мою привычку, которую, кстати, я давно поборол. Но захотелось позлить коварную женщину. – Ладно. Тогда непосредственно к делу, – произносит она тихо. Она окончательно сбрасывает с себя все свои маски, и теперь я вижу перед собой перепуганную женщину. – Я узнала, что ты будешь в Лондоне и решила просить у тебя защиты. Ты сможешь меня защитить, Таир, я это знаю. Меня и моих детей. – От кого? От Сайласа? – Д-да… Он… – она гулко сглатывает и кладёт руку на горло. – Он обещал кончить меня завтра. Сразу после благотворительного вечера. Он решил уничтожить всё и вся, кто был когда-то связан с тобой. Сайлас планирует убить не только тебя и меня, но и всех твоих людей. Мне кажется… Я думаю, он спятил… – Он никогда умом не отличался, – произношу зло. – Почему ко мне пришла? Полноценную защиту тебе обеспечит семья. Лети в Кахар, Ахсана. – Нет… – надсадным шёпотом выдыхает она и мотает головой. – Таир, там ему будет проще меня убить. – Глупости, – говорю сухо и сдержанно улыбаюсь. – Мой отец защитит тебя лучше кого бы то ни было. И ты сама это знаешь. – Но… Ты ведь в курсе, что ваш отец был против нашего с Сайласом брака. Он ненавидит меня. – Значит, у тебя нет шансов, – говорю холодно. – Таир… Молю… – Ахсана, ты всю свою жизнь была занята мыслями о себе и своих желаниях. Ты предала меня. Я всё помню. Всех людей поименно, кто нанёс удар мне в спину. В её глазах появляется осознание. – Все предатели заканчивают одинаково, Ахсана. Зло и предательство всегда возвращаются бумерангом. Он просто отрубит тебе голову, – саркастично заканчиваю мысль. Ахсана вздрагивает, вжимается в спинку кресла, обхватывает себя за плечи. Всхлипывает. И это уже не игра. – Таир, но он ведь реально меня убьёт. Ты понимаешь? И мои дети… Я не знаю, что с ними будет. Я смотрю на перепуганную женщину и длинно вздыхаю, потом произношу: – Ахсана, твоё время вышло. Она вскакивает с кресла, сбрасывает туфли и подбегает ко мне, падает передо мной на колени и сквозь рыдания кричит: – Таир! Умоляю! Помоги! Защити меня от Сайласа! Отрываю от себя её руки и со злостью бросаю: – Поднимись! Живо! Она кивает и поднимается, размазывает по лицу тушь, всхлипывает. – Я что угодно сделаю, только помоги… – Если твоему мужу удастся меня убить, то я не смогу тебя защитить, – говорю со злой усмешкой. Она вскидывает подбородок и говорит: – А я знаю, кто киллер. Я знаю, где он будет ждать тебя. Думаешь, я совсем дура прийти к тебе без конкретной информации? Я подслушала разговор Сайласа и его безопасника… – Они могли разыграть этот спектакль, Ахсана. Чтобы ты пришла ко мне, предала своего мужа и послужила ему козырем. Тебя могли использовать, глупая ты женщина, – говорю устало. Пора заканчивать этот фарс. – А если нет? – произносит она отчаянно. Её руки дрожат. В глазах океан страха. Мы молчим несколько мучительных секунд, потом она говорит: – Таир, ты хороший человек. Из всей семьи Аль Хамад ты единственный с правильными принципами и целями. Мне безумно страшно, Таир. И… Она гулко сглатывает и добавляет: – Может и поздно об этом говорить, но я всегда любила тебя. И тогда я… Это было какое-то помутнение рассудка. Спустя годы я поняла свою ошибку, но было поздно… Ты меня ненавидел и я себя тоже… Я… Поднимаю руку. – Избавь меня от твоих психологических проблем, Ахсана, – обрываю её резко. Она кивает и быстро говорит: – Я верю в тебя, Таир. Все твои братья желают увидеть твой крах. Сайлас хочет этого больше всех, но ты справишься со всеми… – Ты закончила? – едва ли не рычу я. – Да, – отвечает она шёпотом. Беру телефон и набираю Халита. – Господин? – Зайди ко мне. Есть информация, которую следует проверить. – Уже лечу, – отвечает Халит. Смотрю на Ахсану и говорю жёстко: – Если твои слова лживы, то я сам тебя убью. Она опускает взгляд и произносит: – От тебя я готова принять смерть. Но мои слова не ложь, Таир. * * *Смотрю на спящую девушку. Её лицо умиротворённо. Нежная, красивая. Нана, словно ангел. А я, порочный, грешный демон. Осторожно, чтобы не разбудить перебираю её волосы, костяшками пальцев глажу нежную кожу лица, шеи, спускаюсь ниже. Провожу кончиками пальцев по тонким ключицам. Её кожа покрывается мурашками. Даже во сне реагирует на мои ласки. Такие правильные девушки, как Нана никогда не живут той жизнью, какой живу я и мне подобные. Женщины, которые окружают меня, далеки от таких понятий как невинность и чистота души. Нану не гложет жажда богатства. Ей не нужна власть. Над ней не властвует гордыня. Такие простые люди, как Нана живут обычной жизнью, работают за небольшую зарплату, радуются всяким глупостям, на которые такие как я, грешники никогда бы не обратили внимания. Какая-то часть моего сердца жаждет быть таким же простым, ведущим обычную жизнь. Вместо этого я живу на стороне власти, денег, постоянной защиты и обороны своей жизни и своего дела. Большими деньгами, дорогими костюмами, пошитыми на заказ, ботинками за тысячи долларов, ювелиркой маскирую собственные грехи и злодеяния. Родился в грехе, а значит грех и зло в моей крови. Моё детство предрешило мою судьбу. Я стал слишком гордым, чтобы валятся в ногах собственных братьев и отца; слишком жадным, чтобы довольствоваться малым; сильным и злым, чтобы стирать с лица земли всех подонков, вставших на моём пути; умным, чтобы всегда быть на десять шагов впереди моих врагов. Я хотел бы быть героем. Хорошим парнем из тех, кого ставят в пример, кем гордятся. Но если смотреть правде в глаза, в реальности я настоящий злодей. Нана… По её судьбе и жизни пронеслись тараном. И я совершенно не спаситель, не герой. Она мне нужна… Тру лицо, долго смотрю и туплю куда-то в тёмный угол. Потом устало раздеваюсь, иду в душ, где под горячими струями воды сам себе признаюсь, для чего я взял себе эту женщину. Ребёнок? Изначально таким и был план. Удовольствие? Одно другому не мешает. Мне действительно нравится Нана, нравится, когда моя плоть внутри неё, нравится ощущать её тепло, слышать её стоны, чувствовать под собой, трогать её, гладить, ласкать… Очевидно, моё подсознание и толкнуло меня на этот шаг, предвидение направило в то гнилое агентство. Пути сошлись, пересеклись в нужной точке, в нужное время. После встречи с Ахсаной я отчётливо понимаю, что Нана для меня якорь. Он моя связь с настоящим, чтобы я не заблудился в своей ярости и злости. Не потерял себя окончательно и не погряз в грехах и не стал психом, как мой брат Сайлас. Женщина, она как скала, которую мужчина либо покорит и разрушит, либо о которую разобьётся, либо он станет океаном и защитит её от всего на свете. Пока я умею только разрушать. И хватит искать совершенство в этом мире. Его не существует. Уж мне ли об этом не знать? Совершенства не существует, как и людей, которые никогда не лгут – их не бывает. Лучше держать рядом с собой тех, кто не предаёт – с ними можно всё. Я не услышал, как она вошла. Лишь когда выключаю воду, выхожу из душевой кабины, замираю. Нана поднимается с пуфа, робко улыбается и протягивает мне полотенце. Мы не говорим друг другу ни слова. Вытираюсь и когда заканчиваю, бросаю полотенце на пол и подхожу к ней. Просто хочется обнять её, ощутить её тепло и мягкость. Странные желания. Но хочется до мурашек на коже. Подхожу к ней и делаю, как требует моя душа, обнимаю эту хрупкую женщину. Нана обнимает меня за талию, кладёт голову мне на грудь и слушает ровное биение моего сердца. – Знаешь, в ресторане этого отеля подают самый вкусный чай, который я когда-либо пробовала и булочки со смородиной. Будешь? Я могу заказать в номер. Хорошо? – предлагает она, чуть отстраняясь и заглядывая мне в глаза. Она смотрит на меня, ждёт ответа. В её глазах беспокойство… за меня. Чувствую это всем своим существо. – Чай, – усмехаюсь я. – Конечно здесь хороший чай, это ведь Англия, Нана. Колонизаторы помешаны на чае и бисквите. Она смущается, и я спешу её успокоить: – Хорошая идея, закажи. Она уходит, бросает на меня взгляд через плечо и говорит вдруг: – Я скучала, кстати.