Глава 9

– Тимур Ринатович, больше никаких просьб не будет? – Передо мной замирает Полина Сергеевна, женщина, которая отвечает за порядок и чистоту в моей квартире. Я придирчиво смотрю на работающих сотрудников клининговой службы, предъявить претензии пока не к чему. Сомневаюсь, что мимо внимательного взгляда Полины Сергеевны проскользнет хоть одна пылинка. – Закажите продуктов на завтра, чтобы холодильник не был пустым. – Открываю бутылку минеральной воды, делаю глоток. Увидев кивок женщины, направляюсь к панорамному окну. Отодвигаю стеклянную дверь и выхожу на большую террасу. Все же хорошо, что в свое время я вложил деньги в покупку квартиры в отличном районе рядом с парком. Милана хотела дом. Большой дом на двести квадратов в тридцати километрах от Москвы. Вроде и рядом с городом, вроде и за городом. Чистый воздух, приличные соседи и ощущение уединения. Дом купить в браке мы с Миланой не успели, а мне одному с ребенком он не нужен. Может быть, позже, когда соберусь создать семью, я задумаюсь, но не сейчас. Вздыхаю. Надеюсь, Карине и ее дочке здесь понравится. Я даже полюбопытствовал по поводу детского центра на территории жилого комплекса. Есть, дети разных возрастов ходят. Думаю, девочке будет там интересно, а мама ее переведет дух. Все же дети – это постоянная забота, вечное напряжение и внимание. Судя по племянникам, детей иметь весело и муторно одновременно, но уверен, что ни сестра, ни брат не жалеют ни о чем. С уборкой квартиры вопрос решен. Теперь надо заехать к брату и взять автокресло для дочери Карины. Если бы я понимал что-то в этих креслах, поехал бы в магазин и купил. Но зайдя на сайт интернет-магазина детских товаров, прочитал отзывы и мнения, понял, что мне проще замутить новый проект, чем купить ребенку правильное автокресло. Посмотрев на наручные часы, понимаю, что мне надо сейчас выдвигаться, иначе застряну в пробке и до брата не доеду. Еще раз окинув внимательным взглядом работу клининговой службы, остаюсь удовлетворен. Полина Сергеевна проследит, чтобы тут все довели до блеска без моего контроля. * * *– Тимур, проходи, мой руки и садись за стол. Ты как раз к ужину. – Эльвира достает с обувной полки тапочки для дома. Я не успеваю воспротивиться, как невестка уже скрывается на кухне. Приходится разуться и последовать за ней. Отказ может обидеть жену брата, да я и не против – поесть домашней еды. – Дядя Тим! – вылетает со стороны гостиной Руслан. Я его тут же подхватываю и усаживаю на согнутом локте. Поднимаю свободную руку и взъерошиваю темные волосы на макушке. – Как дела, боец? – Тренер говорит, что у меня получаются отличные броски. А еще он говорит, что на следующий год я буду выступать на соревнованиях. Не среди своих, а на самых настоящих! Я обязательно выиграю золотую медаль. Ты же придешь за меня болеть? Мама с папой, бабушка с дедушкой и все остальные тоже будут. Сердце сжимается от гордости и нежности к этому ребенку. Я не перебиваю Руслана. Он весь в эйфории, в предвкушении соревнований, которые пройдут не скоро, но это не важно. Главное, что малыш сейчас горит и желает победить. И, конечно, я буду на его первых соревнованиях. – Я обязательно приду, – обещаю ребенку. Он радостно улыбается, обнимает меня за шею. Разве это не счастье? – Руслан, иди убери свои игрушки и садись за стол! – Эльвира строго смотрит на сына, он тут же надувает губы. Я его опускаю на пол, с усмешкой провожаю глазами худенькую фигурку племянника. – Ты строгая мама, Эля. – Если я буду распускать нюни, он сядет мне на шею и ничего делать не будет. Вот появятся свои дети, вспомнишь мои слова. – Я буду добрым полицейским, – смеюсь, заходя за невесткой на кухню. – Рустамкогда приедет? – Прислоняюсь к дверному косяку, скрещивая руки на груди. Эльвира оглядывается через плечо, помешивая что-то в кастрюле. Запах стоит потрясающий, аж слюнки текут. – Буквально перед твоим приходом позвонил и сообщил, что задерживается из-за пробок, но прибудет через двадцать минут. Ты руки помыл? – Нет. – Направляюсь к мойке, выдавливаю на ладони жидкое мыло. – Ты себя в зеркале видел? Совсем исхудал. Вот что значит мужик без женщины дома, – недовольно замечает Эльвира, когда я выключаю воду и вытираю руки полотенцем. – Мне полезно. Милана последнее время делала замечания по поводу того, что я набрал вес. – Дура твоя Милана. Без обид. Я и не думаю обижаться. Стараюсь о бывшей жене часто не вспоминать, хотелось бы о ней забыть, но не получается. Если бы не Милана, я бы не познакомился с Кариной. Почему мне это вдруг стало важным, стараюсь не задумываться. Мне нравится спокойное общение с Кариной, наши общие планы на будущее. Каждый раз, завершая с девушкой разговор, не покидает ощущение, что мы знакомы лет сто. Иногда в беседе предугадывал то, что она мне скажет. Поразительно, человек, о существовании которого я не подозревал до недавнего времени, оказался мне очень близок по ощущениям. Я многое чего не знаю о Карине, но все чаще перед сном думаю о ней. Когда просыпаюсь, тоже думаю о ней. Это странно, потому что о Милане я думал двадцать четыре часа в сутки первые три недели после нашего знакомства, когда был одержим нашей страстью, нашей любовью, но тут об отношениях речи не идет. Просто Карина вынашивает моего ребенка, а мне хочется побыть рядом с ней, чтобы… Чтобы что? Сложный вопрос. Даже самому себе не могу на него ответить. Завтра Карина с дочкой приезжают в Москву. Волнуюсь, как перед первым свиданием с девушкой, которая понравилась. И сам себе напоминаю, что никаких отношений между нами нет, кроме деловых. Периодически мои мысли сворачивали не в ту степь. Иногда думал о том, как мы будем жить вместе. Вчетвером. Конечно, это были всего лишь фантазии перед сном, не имеющие ничего общего с реальностью. Я, видимо, просто подсознательно тянулся к тому, чего не сумел обрести с Миланой: к настоящей семье. – Когда я увидел машину на своем месте, хотел попинать этому наглецу колеса. Но присмотревшись к номерам, понял, что к нам пожаловал мой занятой братишка! – Раздается за спиной голос Рустама. Я поворачиваюсь и протягиваю брату руку. – Ты по делу или просто так заскочил? – Прищуривается, хмыкает: – Скорее всего, по делу. Последнее время ты опять старательно избегаешь посиделок у родителей, а телефонные разговоры похожи на деловые переговоры. – Я по уши занят. – Хлопаю брата по плечу. – Но я по делу, а Эля решила меня еще и накормить. – Правильно решила, пиджак на тебе, как на вешалке, никакого вида! – Рустам сжимает мои предплечья, дергает рукава пиджака туда-сюда. – Видишь! А раньше все сидело плотненько. – Мальчики, к столу! – зовет всех Эльвира. Рустам выразительно смотрит на меня, смешно играя бровями, скрывается за дверью ванной комнаты. Мне ничего не остается, как вздохнуть. Ужин в кругу семьи брата – лучше, чем ужин в одиночестве. Мы редко вот в таком узком составе собираемся. Ужин проходит в дружеской, теплой атмосфере. Мне приходится еще раз выслушать Руслана, который вновь хвастается достижениями в борьбе. Славный малыш, знает, кем хочет стать и чего добиться, а главное то, что его поддерживают родители. Уверен, Руслан многого добьется в спорте и по жизни при такой поддержке. Что-то екает в груди, когда замечаю полный гордости взгляд брата, смотрящего на своего маленького сына. Хочу так же смотреть на своего ребенка. Хочу испытывать гордость, хочу, чтобы моя маленькая принцесса знала, что папа за нее будет стоять горой. И если она вдруг захочет звезду с неба, я ее достану. Малышка захочет маму? Будет мама. И эту роль я точно отдам не Милане. После ужина перемещаемся в гостиную. Усевшись с братом перед телевизором, включаем спортивный канал. Несколько минут молча смотрим английский футбол, пытаясь понять, кто с кем играет и какой счет. Вдруг чувствую на себе пристальный взгляд, который заставляет повернуть голову в сторону брата. Рустам серьезно на меня смотрит. – По какому вопросу ты все же приехал? – Ничего такого. Просто хотел одолжить детское кресло на завтра. – Детское кресло? Зачем? У тебя же нет детей. Или… Или девушка, которая ждет от тебя ребенка, уже родила? Да? – Не совсем. Давай пока обойдемся без подробностей. – Тим, ты в последнее время вызываешь у всей семьи беспокойство! – Придет время, я все расскажу, а пока мне нужно кресло. Завтра вечером я тебе его верну. – Судя по недовольному лицу брата, его мой ответ не устраивает, но он так же знает, что лезть ко мне с вопросами бессмысленно. – Ты хоть нас познакомишь или будешь скрывать? – спустя время тихо спрашивает Рустам. Я задумчиво смотрю в телевизор. Мне нужно самому рассказать Карине, в каком статусе я выставил ее в глазах своей семьи. И вместе придумать историю нашей любви. Или не любви, а жалости. Что может произойти в отношениях между мужчиной и женщиной, если итогом этого становится ребенок? – Обязательно познакомлю. Кресло только дай. – Будет тебе кресло, а с тебя – подробности. * * *Паркую машину на платной стоянке, проверяю сообщение от Карины, где она называет мне номер поезда и выгона. Когда я сказал, что встречу их, Карина отказывалась, просила выслать адрес дома, чтобы приехать на такси. После долгих письменных препирательств, Карина мне уступила. До прибытия поезда пятнадцать минут. Как раз успею найти нужную платформу. Волнуюсь немного, но больше из-за того, как пройдет знакомство с маленькой девочкой. У меня хоть и есть опыт общения с детьми, к чужим я всегда относился настороженно. Надеюсь, что с Тамарой не возникнет проблем, из-за которых могут установитьсянапряженные отношения с Кариной. Встречающих на перроне оказывается много. Внимательно смотрю на людей, выходящих из вагона, боясь пропустить своих. Вижу Карину, подхожу к вагону. Она меня замечает, приветливо улыбается. Забираю чемодан, подаю руку, чтобы Карина аккуратно вышла из вагона. Легкое покалывания в пальцах, возникающее каждый раз, когда мы прикасаемся друг к другу, вновь появляется. Смотрим в глаза друг другу, забывая о том, где находимся. Первой взгляд отводит Карина, оборачивается. В тамбуре стоит девочка, прижимая к груди плюшевого мишку. Малышка слегка напугана, мне хочется взять ее на руки и сказать, чтобы она ничего не боялась. – Тамара, иди ко мне, – зовет Карина дочь, малышка неуверенно подходит к вагонной двери, но боится перешагнуть порог. Подхватываю девочку подмышки и переношу ее на перрон к матери. Она не успевает понять, что произошло. Отходим в сторонку, чтобы не мешать людям выходить из вагона. – Спасибо. И здравствуйте! – Карина почему-то краснеет, а я улыбаюсь. – У вас, наверное, много своих дел, а вы тут с нами… – Ерунда, – перебиваю ее, беру за ручку чемодан. Обращаю внимание, что он маленький для переезда. – Это все ваши вещи? – Да. Взяли самое необходимое. «Необходимое» в моем понимании – это два огромных чемодана, особенно, когда переезжаешь с ребенком. Может, Карина не привыкла брать с собой много вещей, считая, что все можно купить на месте? И это правильно, в стране давно нет дефицита, чтобы трястись над каждой тряпкой. – Как доехали? – спрашиваю, лавируя в толпе людей, стараясь прикрыть собой Карину об спешащих пассажиров. Есть же некоторые особи, расчищающие себе дорогу локтями. Не дай бог, ударят в живот. – Хорошо. Для Тамары это было целое приключение, – она мягко улыбается, переводя взгляд на дочку, идущую рядом. Та крутит головой в разные стороны, с любопытством все разглядывает. – В детстве я тоже любил путешествовать на поезде. Это было для меня целое приключение. – Правда? Мне тоже нравилось ездить в поездах. – На самолетах летали? – Спускаясь по ступенькам, протягиваю Карине руку. Мне нравится прикасаться к ней. Почему-то эти прикосновения без какого-то скрытого умысла меня успокаивают. Еще мне хочется ее защитить. От кого? Наверное, от самого себя, для начала. Неприличные мысли перед сном не дают заснуть. Становится душно и жарко, сердце заходится в неправильном ритме. Приходится вставать с кровати и полчаса наворачивать круги по квартире, чтобы успокоиться. – Нет, не летала, – слышу голос Карины. Ее темные глаза похожи сейчас на растопленный шоколад. Взгляд опускается на полураскрытые губы, шумно втягиваю воздух через нос, усилием воли заставляю себя смотреть ей в глаза. Клинит меня. Не на шутку. И, похоже, сильнее, чем на Милане. С бывшей женой все было подобно фейерверку, а с Кариной – подобно тлеющим углям. Сразу не шандарахнуло, с ног чувства не сбили, но постепенно, шаг за шагом, я прикипаю к этой девушке. – Самый безопасный транспорт. Нужно прийти в себя. Перестать страдать ерундой и воображать чепуху, от которой кипит кровь в венах. У нас с Кариной чисто деловые отношения, ни о какой романтике не идет и речи. Не нужны мне сейчас романы, на данный момент мне важна малышка. Мне многое нужно будет узнать о детях до рождения дочери. Подходим в моей машине. Я открываю заднюю дверцу, ловлю удивленный взгляд Карины, когда она замечает автокресло. Отхожу в сторонку, не мешая ей пристегивать дочь ремнями, в это время кладу чемодан в багажник. Когда сажусь за руль, неожиданно обнаруживаю Карину на переднем пассажирском сиденье. – Если я сяду сзади, могу уснуть. Надеюсь, вы не против, что я села тут? – Нет. И мы вроде договорились на «ты». – Мне нужно привыкнуть. Хотела спросить, вы будете где-то жить за городом, пока мы занимаем вашу квартиру? – Карина пристегивает ремень безопасности, поворачивается ко мне. – Нет. Я буду жить на другой квартире. – Я думала, у вас дом. – Не успел его в браке приобрести, а сейчас не вижу смысла. – Для ребенка полезно быть на свежем воздухе и бегать босиком по траве, – Карина улыбается, а я смотрю в зеркало заднего вида на ее дочку. Та с интересом смотрит в окно. – У моих родителей дом. – Тут же вспоминаю о своей маленькой лжи перед родственниками и бросаю испытывающий взгляд на девушку: – Карина, мне нужно кое-что вам сказать. – Милана нашлась? – Ее глаза странно вспыхивают, но она тут же их прикрывает. – Если бы. – Торможу машину на светофоре. О бывшей жене ни слуху, ни духу. Моя служба безопасности сейчас меня очень разочаровывает. Я задумываюсь, за что им плачу приличные деньги, если они не могут найти человека. Не сквозь землю же провалилась бывшая жена. – Я сказал своим родственникам, что у меня будет ребенок. – Это чудесно. Надеюсь, они обрадовались. У ваших родителей уже есть внуки? – Есть. Трое. Но не в этом суть. Мои родители пожилые люди. Им сложно объяснить, что сейчас дети могут родиться из пробирки и родная мать может не вынашивать сама ребенка. – Они не смотрят телевизор? Сейчас полно передач на эту тему. – Они считают, что это все постановочно и нет там никакой правды. В общем, я сказал, что изменил жене, и теперь ты ждешь от меня ребенка. – Выложив на одном дыхании правду, выдыхаю и украдкой смотрю на застывшую Карину. На ее лице сначала возникает удивление, потом недоверие, и в итоге она хмурится. – Вы серьезно? Только не говорите, что я еще должна буду играть вашу… любовницу! – По ее тону сложно понять, возмущена она своей догадкой или нет, но я киваю в знак подтверждения. Карина приподнимает брови, и вся гамма эмоций отражается на ее лице. – Я не хотел, чтобы все так получилось. Если ты согласишься мне немного подыграть, я буду только рад. – А если не соглашусь, что тогда? Ты выставишь меня перед своими родителями стервой, которую волнуют только твои деньги? – Карина злится. Красиво злится. Она не повышает голос, ее лицо не искажается в безобразной гримасе гнева. Лишь сердито поджимает губы и прожигает меня свирепым взглядом. – Я рассчитываю, что ты мне все же подыграешь. Пусть все думают, что мы пара, чем каждому объяснять, кем мы приходимся друг другу. – Я подумаю. – Карина отворачивается к окну, молчит. Несколько минут мы едем в тишине. – Думай до пятницы. – Это почему? – Потому что на выходные мы едем к моим родителям.