Глава 18

– А это ещё зачем? – взволнованно спрашиваю, провожая взглядом врача, только что взявшего у меня кровь из вены. Я ничего толком не поняла. Всё как в тумане.

Мирон нёс меня на руках до дома. Потом уложил на постель в нашей спальне, дал воды. Затем пришёл Савелий Игнатьевич – врач. Осмотрел меня. И так заговорил мне зубы, что я и не задумалась, для чего это.

– Мирон Дмитриевич рассказал о ваших недугах, – монотонно звучит от Савелия. – Похоже на признаки беременности. Я позвоню господину Бодрову, сообщу о результатах.

Голову будто в ледяную воду окунают.

– Я не беременна. У меня бесплодие.

Выдаю свою нервозность подрагивающими нотками в голосе.

– Ярина, хватит.

От интонации Мирона передёргивает. В них нет приказа. Скорее усталость. И это напрягает.

Сидит вальяжно в кресле недалеко от меня. Между пальцев – сигарета.

– Обморок – не шутки, – говорит уже громче. – Раньше такого не было. Завтра поедешь на обследование.

– Я переутомилась, – стою на своём. А Савелий отдаляется, подходя к двери. Осмотр завершили. – Переусердствовала с бегом.

– Пару дней назад этого не было.

– Это нервы.

Врач выходит из нашей спальни, и я понимаю, что всё. Конец. Осталось только ждать результатов. А потом… Я останусь в этой клетке навсегда.

– Из-за меня?

Я не ожидала этого вопроса.

Что с ним сегодня? Почему он не похож на самого себя?

Дарит цветы, завтрак в постель. Потом выглядит каким-то виноватым. А теперь это.

– Как угадал? – не могу обойтись без иронии. – Из-за тебя.

– Ясно, – выдыхает. Ни один мускул не дёргается на красивом лице. Опускает ладони на подлокотники, встаёт, выпрямляясь. Я невольно оглядываю его с головы до ног. Муж у меня всегда выглядит великолепно. Какое-то время я накрутила себя, что на него вешается куча баб. И ревновала. Это было правдой, но он всё равно шёл ко мне. И я осознала, что у нас всё хорошо. И никто ему больше не нужен.

Жалко, что это продлилось так недолго.

Сегодня он одет не по-деловому. Где его рубашка? Почему футболка?

Хм, кстати… Он не на работе. Почему?

– У тебя выходной? – зачем-то спрашиваю его. Хотя знаю ответ. Мне нужен его телефон. Чтобы самой ответить на звонок Савелия.

– Да, – коротко и чётко. Подходит к моей кровати медленной походкой.

– Может… – хочу предложить провести время вместе, но он вдруг перебивает меня:

– Как ты себя чувствуешь? – мягкий матрас прогибается от того, что он садится рядом.

– Замечательно. Ты же в курсе, что анализы нужно сдавать натощак? Я уже съела круассан. Результаты могут быть неточными. Тем более я занималась.

Не так много, как хотелось бы. Десять минут – и я свалилась.

– Знаю. Перестрахуемся.

Я и забыла, какой он упрямый баран.

– Когда будут готовы результаты?

– Примерно через два-три часа.

Всё это время мне нужно быть с Бодровым? Будет тяжело.

Но выбора у меня нет.

Если не хочу быть здесь нянькой для чужого ребёнка… то надо.

Может, всё не так плохо. Всё же чувства у меня к нему есть. Надеюсь на них. Они помогут пережить мне этот день.

Моя ладонь тянется к его. Переплетаю наши пальцы. Сердце ёкает. Вот бы вырвать его из груди руками, чтобы так не реагировало.

– Раз у тебя выходной… Может, проведём его вместе?

Мои слова не звучат необычно. Мы часто куда-то ездим, если он свободен.

Вот посмотришь на наши отношения… скажешь, что всё идеально.

Но это не так. Между нами ледяная стена. Которая изредка тает. Но тут же вырастает вновь.

И как бы я ни хотела растопить этот лёд… получается не всегда.

– Хорошо, – неожиданно соглашается. Играется нашими пальцами, из-за чего неожиданно становится плохо.

Тошно от себя.

Я делаю это не потому, что хочу. А для того, чтобы он не узнал о моей беременности.

Эгоистично, грубо и жестоко по отношению к его чувствам…

Стоп! Он точно так же вытер ноги и об меня!

– Куда хочешь поехать? – спрашивает спокойно, в своей манере.

– Необязательно куда-то ехать, – улыбаюсь. – Можем посидеть и дома. Например, на улице. Что думаешь? Плед, корзинка с едой и…

– Что, посмотрим на небо? – усмехается.

Да, это смешно.

Я предлагаю миллиардеру траву и улицу вместо ресторанов, клубов или морей.

– Романтично же, – невольно хихикаю и пытаюсь скрыть улыбку. Подношу согнутый палец ко рту. Бесполезная попытка, но хоть так. – К тому же мне не хочется идти в людные места.

Да, наша территория прекрасно подойдёт для того, что я собираюсь провернуть.

– Ладно. Сойдёт. Что мне нужно сделать?

– Сказать Алексею собрать корзинку и найти плед! И виноград пусть прихватит, – улыбаюсь до ушей. Не знаю, искренне получается или нет. Так вошла в образ счастливой жены, что ничего не различаю.

– Двадцать минут, – чеканит мне. Даже в таких делах собран. И ждать он ненавидит.

– Договорились, – сжимаю его ладонь пальцами и первая прекращаю физический контакт. И перевернувшись на другую сторону кровати, встаю с постели. Посматриваю вниз, на спортивную одежду. Для пикника она точно не подойдёт. И для того, что я собираюсь сделать – тоже.

Мирон не должен узнать результаты анализа…