Глава 27

Массажист не отвечает. Не понимает, что я говорю?

Расслабляюсь, ощущая каждое движение его рук. Не дают они мне покоя. Не верю, что это не Бодров.

Пытаюсь уловить запах Мирона, но кроме ароматических масел ничего не чувствую.

Зато каждое нажатие его пальцев… сполна. Такие нежные, аккуратные движения. Будто меня пытаются соблазнить.

Если это не Мирон… ему не жить.

От того, что он трогает меня, какие эмоции вызывает, в животе какая-то тяжесть. Всё сковывает и в то же время захватывает, словно я прыгаю с тарзанки. Сердце начинает стучать быстрее.

Мне нравится.

Особенно когда он скользит к шее. Проминает её, нажимая на известные только массажистам точки. Да так точно, что я не чувствую своего тела. В хорошем смысле. Оно становится ватным. Пошевелиться не могу.

Релакс…

Делает ещё массирующее движение – и я приоткрываю губы.

Шумно выдыхаю.

Он продолжает мять моё тело, как пластилин. Скользит вниз по позвоночнику. Его руки пропадают над полотенцем и опускаются на бёдра. Пальцы скользят по внутренней поверхности, и я тут же напрягаюсь.

А мурашки уже бегут с затылка до кончиков пальцев.

Слышу уверенный смешок.

Ах ты, сукин сын…

Решил поиграть со мной? Ладно, посмотрим, долго ли ты сможешь молчать.

– У вас такие чувственные руки, – блаженно проговариваю, прикрывая глаза. Мне даже не нужно имитировать довольный тон. Всего несколько минут – и я будто ощущаю себя в другом теле.

Откуда Мирону известны все эти точки?

Подрабатывал массажистом? Он ни разу ничего подобного не делал.

Его кисти продолжают массировать бёдра, но уже с силой. Не понравился мой комплимент?

Неожиданно пальцы скользят чуть выше, под полотенце. Не противно, а приятно…

Между ног становится горячо.

Я не удивлена. Ни капельки. Моё тело всегда реагирует на Бодрова, чтобы не думал о нём мой мозг.

Да и сейчас… Во мне просыпается азарт.

Хочу вывести его из себя.

– Повыше, пожалуйста, – томно прошу его.

На секунду мужчина останавливается. Одна его ладонь настойчиво сжимает бедро, а вторая замирает. И скользит вверх, достигая того, что Мирон любит в моём теле больше всего.

Мне резко становится стыдно. Там всё горит и до безумия мокро.

Неужели здесь проиграла я?

Нет-нет!

Он ведёт по мокрым складкам, собирая влагу.

Стыдно!

От того, что между ног импульсивно всё сжимается.

– Кажется, я стану вашим постоянным клиентом, – судорожно выдыхаю. – Только бы муж не узнал.

Слишком открытая провокация. Но мне плевать.

Я на седьмом небе от удовольствия.

Мирону мои слова не нравятся. И действия тоже.

Чуть раздвигаю ножки, давая ему возможность исследовать дальше. Глубже.

И он грубо пробирается к клитору, нажимая на разные неизвестные для меня точки.

Зажмуриваюсь от удовольствия и даже поджимаю пальчики ног.

– Как хорошо…

Его срывает – и это ожидаемо. Долго терпеть он не может.

Играется с моим клитором, образуя жжение внизу живота. И я с тихим стоном кончаю, переставая чувствовать всё вокруг. Приподнимаю попу, когда ловлю кайф. И расслабляюсь на кушетке, проговаривая с колотящимся сердцем:

– Может, встретимся сегодня вечером?

Ладонь мужчины грубо сжимает мою ягодицу.

– С кем ты там решила встретиться? – раздаётся недовольный и яростный хрип сквозь спокойную и расслабляющую музыку.

Сдерживаю смешок.

Быстро подпрыгиваю с кушетки, принимая сидячее положение. Свешиваю ноги, чуть покачиваясь. Как же давно я не ощущала этой безмятежности…

– Мирон? – выдыхаю, притворяясь, что удивлена его присутствию здесь.

Если бы на его месте был кто-то другой – он не зашёл бы так далеко. Я бы не позволила. И точно не возбудилась так, как сейчас. Это я поняла давно. Никакие мужчины меня не возбуждают. Абсолютно ничего к ним не чувствую. И только с этим человеком у нас коннект. Своеобразный.

Хоть и сейчас мы не в очень хороших отношениях, но…

В сексе мы как ключ с замком. Я идеально подхожу ему, а он – мне.

– Ты… – угрожающе шепчет, сведя вместе брови.

А я не сдерживаюсь, снова смеюсь и подаюсь вперёд. Зарываюсь лицом в его белую рубашку. Теперь я чувствую его запах. Мускус и кофе. Немного терпкий, с нотками табачного дыма.

Опять курил, паршивец…

Он хватает меня за плечи и чуть тормошит.

В ушах звенит от резкой встряски.

– Отвечай.

Поднимаю взгляд и встречаюсь с дьявольскими глазами.

– Я знала, что это ты, – проговариваю с каким-то озорством.

Вижу сомнение.

– Стала бы я говорить с массажистом на русском?

Кажется, Мирон расслабляется, выдыхая через нос.

– Убил бы.

Ничего не отвечаю. Так и хочется сказать ему отпустить меня. Оставить в покое.

Мечты!

– Ладно, – отвожу взгляд от его лица и смотрю вниз. – Спасибо за массаж. Я пойду позавтракаю и поеду выбирать платье. Не голой же на вечер твой идти… Или…

Дразню его. Не знаю зачем.

Настроение хорошее.

– Выбери что-нибудь поскромнее, – не просьба, а приказ.

А как иначе, если он ревнует меня к каждому столбу?

Хотя… Почему бы не попробовать ослушаться его?