Глава 6

— Я… — заикнулся Валера, а потом очень яростно и возмущённо заблеял. Натурально заблеял, не преувеличиваю.

Егор, Саша и я уставились на покрасневшего от злости сатира, что — то неразборчиво мекающего и бекающего. Валера ещё пытался вырваться из железной хватки Егора и смешно дрыгал ногами.

— Кто — то что — то понял? — спокойненько так уточнил Егор, пока Валера продолжал блеять. Я могла предположить, что сатир матерился и обкладывал папу моего будущего ребёночка трехэтажным матом.

— Егор Константинович, я не особо разобрала, — с постным лицом и очень вкрадчиво начала Александра. — Но, кажется, он сказал, что вы — безрогий козёл. Повторюсь, это не точно. Я привыкла немного к другому козлячьему… козловскому… Ээ — э–э. О! Козлинному… диалекту… Не такому… бараньему.

— Спасибо, Александра, — любезно ответил он, будто бы и не замечая музыкального фона в лице Валеры, возмущенного вопиющим безразличием к его обиженной персоне.

А я хлопала ресницами, что та корова, разве что травку не щипала. И смотрела на Егора. Того самого оборотня Егора, у которого я даже фамилии не спросила. Отца моего малыша. И… О мать природа! Егор — мой босс?!

— Егор… — заикнулась я. Валера продолжал возмущаться, ух, как его гордость — то задели! Я и не знала, что в нём ее столько поместиться может.

— Константинович, — шепнула мне Сашка, с ленивой улыбочкой наблюдая за тем, как от активного дрыганья ногами штаны Валеры приспустились и от туда вынырнул хвост.

Мохнатый такой хвостище. И начал дёргаться в такт блеянью сатира. Ох, похоже, Валера сильно разнервничался, раз начал перекидываться в свою полузвериную форму. Ой — ой — ой! Как бы у него сейчас ещё рога и копыта не полезли! Сашка же его окончательно засмеёт! Всяких шуточек похабных напридумывает.

Мне даже стало жаль моего неудачливого женишка. Но ровно до того момента, когда я вспомнила, как Валера засунул мне в рот свой язык. Буэ, кажется, вся съеденная еда решила предпринять второй побег из Шоушенка.

И теперь мне не было дела ни до Валерия, ни до Егора. Отец моего ребёнка — мой босс, и держит за шкирятник моего полуобратившегося в гибрида козла и барана гипотетического жениха. Подумаешь, какая мелочь! Всего лишь жизненная неурядица, всякое бывает.

И всё это меркнет на фоне того, что все мои перекусы за этот день стремительно неслись на свободу, не принимая моих отказов и мыслей протеста.

— Буэ — э–э.

Увы, я пала жертвой своего организма. Успела только отвернуться и наклониться. Уф, неприятно. А всё этот… Валера! И чего приперся, козлина? Чего ко мне прицепился? Моего ребенка как своего принять хочет. Благородно, конечно, но мой малыш — только мой. И папа у него один, хочет того этот папа или нет. Так что, обойдемся без Валер.

— Лиза, ты отравилась? — в голосе Егора зазвучали обеспокоенные нотки.

— Отпусти, пень плешивый, моей невесте нельзя нервничать! — пронзительно то ли мекнул, то ли бекнул, то ли вообще пропищал Валера, я не разобрала. Не до того мне было.

— На твоём месте я бы придумывал себе оправдание, — Егор быстро рявкнул на него, и я заметила, что его глаза зажглись. Вот он, оборотень, самый настоящий и такой шикарный.

Даже в таком состоянии заметила, как моё сердце пропустило удар. А потом ещё один. Мне даже смотреть на Егора не пришлось — слюна сама собой текла. Или это из — за… Нет, Лизок, хватит путать реальность и фигуры речи! Тут — то всё по — настоящему, мой босс такой шикарный. Несмотря на то, что я сейчас вообще не в кондиции, вспомнила, какими нежными и одновременно властными были его руки. А как он меня целовал… О, боги, ещё чуть — чуть и у меня снова начнётся гон.

— С тобой всё хорошо? — бархатный голос обращался ко мне, ко мне и только ко мне! Приятные нотки щекотали слух так, что хотелось снова кинуться на него и почувствовать, как страстные губы касаются моих, заставляя меня сексуально вздыхать от одного поцелуя.

— Д — да, кажется, — прикоснулась голова — сразу под ладонью заболела. Совсем немного, но неприятно. Чувствовала себя настоящим ёжиком, только как иголки спрятать не знаю.

— Егор Константинович, не верю, что это говорю, но… — Саша быстро вмешалась в наш разговор, с предельно выразимым отвращением посматривая на моего… Кхмм… Кавалера… Ой, то есть кавалера тут два. Но пока мой, увы, Валера.

Тем временем суккуба продолжала, с тем же высоченным градусом презрения:

— В общем, я уверена, что Виталя не виноват.

— Я Вааалера, — снова послышалось блеянье, от которого меня чуть не стошнило. Мой дорогой козлик, только снова хвостик не показывай, ладно?

— Доказательства, Александра! — Егор был зол. Нет, не так. Он был адски зол, и, казалось, сейчас испепелит Валерку так, что от него останутся только рожки да ножки — и те заберёт в кабинет, как трофей.

— Он только недавно приехал, — говорила я через ком в горле. Конечно, я могу обвинить Валеру во всех грехах и помахать платочком, когда заберут в тюрьму, но… Нет, я не такая кровожадная. Хотя это хороший способ от него избавиться…

— Ага. Вообще, это друг Лизули, — суккуба кивнула, а потом перевела взгляд на меня. — Ну, по — хорошему бывший друг.

— Что??? — бедный Валера аж побледнел. Ей богу, пусть земля ему вкусными одуванчиками.

— Лизок, ну скажи ты ему уже, а, — Саша выдохнула так, словно я уже безнадёжная. А я задумалась. Нет, я не смогу ему сказать!

— Со своими личными проблемами Вы разберётесь позже! — резкий стальной голос Егора спас меня. Спасибо, Егор!

С одной стороны Егор абсолютно прав, с личными делами можно и попозже разобраться. Ага. Когда я наконец пойму, где среди вороха проблем дела не личные и сосредоточу на них свое внимание.

Вокруг уже начинала собираться толпа деревенских, которые были не прочь полюбоваться на мордобой. Какой — то предприимчивый индивид уже начал семечками торговать, и, о чудо, я вдруг почувствовала голод, захотела этих ароматных, жареных полезных семян, которые затмили собой даже свалившегося как снег на мою пока не седую голову Егора.

— Егор Константиныч, — Саша попыталась применить свои суккубьи чары, но потерпела поражение под тяжёлым взглядом босса. Зато все вокруг дружно пустили слюни, включая моего, кажется, уже бывшего жениха. — Может, наша помощь нужна?

— Наша? — ещё раз осмотрел меня Егор. И вот только сейчас до него дошло очевидное. Дошло так резко, что он отпустил Валеру, и тот смачно приземлился прямо в лужу. — Лиза! Ты работаешь на меня?

Захотелось сказать "нет". А я как живу — что на уме, то и на языке.

— Нет! — стратегическое отступление — это ещё не побег!

— Александра? — тяжёлый, горящий потусторонним огоньком взгляд сместился на мою подругу.

— Егор Константиныч, — захлопала ресничками предательница Александра. — А Лизонька у нас в юридическом работает. Её на ферму за отчётностью отправили…

— Давно?

— Что давно?

— Работает. Давно?

Мне стало страшно. Нет. Оборотень, конечно, страстный, красивый… И сердце сильнее бьётся, и ноги подкашиваются… И мысли путаются… Тьфу на тебя, Лиза! Хватит! Оборотень — это оборотень! Это не сатирчик, который будет помалкивать в тряпочку. Поэтому, улыбаемся и машем.

— Недавно, — я проблеяла не хуже Валеры и вышла вперёд. — Очень рада с вами познакомиться, Егор Константинович.

Слава всем сказочникам мира! Егор меня понял. Точнее, осознал, что я не хочу афишировать наше знакомство.

— Взаимно.

Да что со мной такое? Не иначе, гормоны сошли с ума, я ж на него накинусь прямо тут, если он продолжит таким тоном говорить и так на меня смотреть.

— Лизонька! Да как он смеет! Любоффф моя! — отфыркиваясь от грязной жижи, в которой почему — то утоп до самой макушки, с надрывом в голосе возвестил Валера. — Не позволяй этому монстру встать между нами! Я же люблю тебя! — и, видя, что я не обращаю на него внимания, пустил в ход тяжёлую артиллерию. — Подумай о маме! Подумай! Ребёнку нужен отец!

Я убью этого козлика. Не сходя с этого места, расправлюсь с ним, чтобы впредь знал, как нарушать обещания.

А нет, мне не придётся ничего делать. Кажется, на руках у Егора проступила шерсть, а это значит, что моему козлику долго не жить. Тьфу, не моему! Бр — р. Просто козлику, который слишком много болтает.

— Егор Константиныч! — завизжала Саша.

Только её вопль чуток опоздал. Впрочем, мой глубоко беременный организм не вынес очередного нервного напряжения и благополучно отправился в обморок.

***

— Спящая красавица, пора вставать, — знакомый голос привёл в чувство.

Я открыла глаза и увидела рыжую ведьму, которая счастливо, но с некоторой ехидцей наблюдала за мной.

— Я опять тут?

Собственный голос отдавался в голове, словно та была чугунным колоколом, а я самым неопытным звонарем из всех, кого только можно было приставить к делу.

— Да, зачастила ты. Вот, смотрю я — вроде ж обычная нимфочка! А там два мужика сидят, ждут, пока их красавица очнется. У тебя в роду суккубов не было, а? Прямо необыкновенная история!

— Сидят? — выдохнула и снова закрыла глаза.

Хочу домой, в мою уютную квартирку, подальше от ферм, козлов и коров!

— Да, — мечтательно и совсем не профессионально протянула врач. — А я свою помощь предлагала. Отказались.

— Помощь?

Я вскочила с кушетки, покачнулась, выслушала лекцию о своей глупости, скоренько поблагодарила и вылетела в коридор.

Они, и правда, там сидели. Оба. Хмурый, но очень красивый Егор и щуплый Валера с синяком под глазом. Синяк тоже был красивым. Да, то есть, я правильно запомнила, что Егор на моего горе — жениха бросился.

— Лизонька!

Я уставилась на сатира, который явно был готов затискать меня в объятьях. Ей богу, лучше бы задушить.

— Лизонька, красавица моя, как ты?! — подскочил ко мне как самоубийца на колею поезда. Агх, и что это меня так на смерть-то тянет? Видимо, все это беременность — из крайности в крайность.

— Я так о тебе беспокоился, — Валера уже хотел прижать меня к своему тельцу, но я вдруг снова почувствовала реакцию организма.

— Нет! — быстро вытянула руку вперёд. О, боже, как же он меня раздражает. И вот с этим мне нужно будет жить? Блин, как же ответить, как же ответить, так чтоб не обиделся… — Извини, не хочу, чтобы тебя задело.

— Лиза, надеюсь, с вами уже всё в порядке? Вернее… Вам уже лучше? — пара бархатных нот сладкого, но мужественного голоса Егора и меня тут же попустило. И, спрашивается, почему? Вот что гон животворящий делает: на Егора… Ой, вернее Егора Константиновича я реагирую хорошо, а Валера… Это Валера.

И всё-таки как же жаль, что такой обольстительный оборотень мой босс. Теперь мне работать будет в два раза мучительнее. В конце концов мне придётся видеть его каждый день и каждый день вспоминать, что он не будет моим. Что сказать, всё это очень печально. А ведь он и не узнает, что ребёнок от него… Не хочется говорить. Это как же мне после этого жить, тем более работать.

— Не смеееей с ней общаться, оборотень! — Валера как с цепи сорвался — быстро бросился к Егору, становясь в боевую позу «козёл в обороне». На голове заметила едва видные рожки, а голосок так блеял, что тут уж ничего не поделаешь — боится парень.

— Мужчины, может… Не надо, — попыталась мягко их разнять, но саму на смех проняло от «мужчина» в адрес Валеры. Однако, надо его пожалеть. Нынче похороны дорогие.

Моему козлику явно нужен травяной чай с ромашкой. Или сама ромашка, погрызть… В общем что-нибудь, чтобы успокоился.

— О чём ты вообще, сатир? Она — моя подчинённая! — Егор уже показал шерсть на тыльной стороне ладони и когти, но у козлика, судя по всему, уровень ЧСВ скакнул выше неба.

Терпеть это всё я уже не могла, сжала руки в кулаки, потому что этот цирк пора заканчивать, раз и навсегда. Если не сейчас — то никогда.

— Валера! — уже не могла терпеть всё это, нужно было уже наконец-то высказаться, даже если голос срывается на крик. Нет, больше я точно не выдержу.

Удивительно, но оглянулись оба. А я тем временем смотрела только на сатира, потому что нужно взять себя в руки и наконец-то найти силы сказать.

— Валера! Дело не в Егоре Константиновиче или в ком-то ещё! Я просто… — запнулась, но потом снова сгребла силы в кучку. Маленькую такую, возможно коричневую… — Я не хочу с тобой жить! Не хочу иметь с тобой отношений! Ты — не идеальная пара для меня, а я — не твоя идеальная невеста. Нам нужно расстаться. Мне жаль, что всё так получилось. Я просто не хочу, чтобы и ты и я страдали от таких отношений. Мы не пара, понятно?!

Громко вдохнула, но только потому, что нужен был воздух, много воздуха. Ну, что же, новость хорошая: я всё сказала. Новость плохая: теперь всё это нужно объяснять маме и папе.

Сатир тем временем задумался, глубоко так, будто я на него Ницше, Фрейда и Аристотеля выгрузила. Интересно, о чём? О, боги, дайте ему задуматься над поиском другой нимфы, а. Пожаааалуйста!

— А ты занимательная нимфочка, — Валера улыбнулся, причём хитренько так, что меня аж в жар бросило. Да что этот парнокопытный задумал? Он не ранен? Нисколечко? — Я понял твой намёк. Ты специально это сделала, да? Специально, чтобы проверить меня? Ну, не переживай, сладкая моя, я докажу тебе, что достоин твоего расположения!

— Что? — пискнула от непонимания ситуации. Ему что, местные травки в голову ударили?!

— Не делай вид, что этого не было. Я всё понял. Теперь мы с тобой, Лиииизонька, будем вместе и я докажу тебе свою любовь, ох как докажу.

— Парень, ты, кажется, девушку неправильно понял, — к моему счастью, вмешался Егор. Да, думаю, его-то Валера послушает и сделает выводы. Естественно, это было бы логично, но когда бы Валера поступал логично?

— А ты чего вообще вмеееешиваешься? — злобный козлик выглядел слишком злобно.

— Мне кажется, Лиза сказала всё точно и без других намёков.

— Когда кажется, знаешь, что оборотням делать надо? — Валера мог бы договорить, но резкий удар в челюсть прервал его мыслительный процесс.

Точнее, я надеялась, что прервал. Но, судя по его дальнейшим действиям никакого мыслительного процесса там и в помине не было, потому что, вместо того, чтобы убояться и утащить свои копытца отсюда подальше, Валера сделал самую большую глупость в своей жизни.

Со всей своей бараньей силы ударил Егора.

Оборотень на секунду опешил, сатир от этого, видимо, решил, что всё у него получается и занёс свою руку для повторного удара.

Громкое и пронзительное меканье уязвлённого козлика раздалось на всю округу, когда Егор выставил свою лапищу прямо перед кулаком Валеры и сжал свою ладонь поверх его.

Кажется, я слышала хруст костей…

Неудачливый женишок, издавая непонятные звуки запрыгал на одной ноге вокруг своей оси, баюкая искалеченную конечность. Как хорошо, что вот прям тут ему смогут оказать помощь, потому что мне даже жалко стало бедолагу. С другой стороны, козёл волку не соперник, сам должен был об этом вспомнить.

Но и Егор молодец! Чуть что — сразу в бой. Надеюсь, если у меня будет сын, то буйный папочкин характер он унаследует хотя бы не весь полностью. Иначе трудно мне придётся, ох, трудно!

Я тем временем смотрела на всю эту картину и, честно говоря, не знала, что чувствовать. Ну… Как-то быстро у меня меняется настроение. Что поделать, беременная. С одной стороны, конечно же, Егор.

Он красавчик, бесспорно. А вот Валера… Он вроде мой жених. Ну, то есть должен быть и я, как нимфа, должна испытывать к нему хоть что-то, хоть малейшее чувство. Это же наша природа, чёрт возьми! Но нет. Вместо этого или того, чтобы гладить своего сатирчика по головке, я пялюсь на шикарного Егора и пытаюсь не заляпать слюной землю. Эх… Что же со мной происходит-то, а. Какая-то я неправильная…

— Лиза, пора возвращаться, — стальной голос Егора звучал так красиво, но в то же время настойчиво, так что быстро заставил поднять челюсть с земли.

— Но как же… Как же эта кража…

— Я остаюсь. Сейчас вернусь на ферму. А ты и Александра уезжаете немедленно, — не терпящим возражения тоном заявил Егор. — В гостиницу. Завтра с утра к вам придут из полиции или вызовут вас в участок, давать показания. Жаль, что вы весь вечер проторчали в клубе, — скривился он. — Да, заберите этого субъекта, — оборотень подтолкнул ко мне Валеру, которого, по-видимому, настиг откат после проявленных чудес храбрости. Поэтому сатир больше не сопротивлялся. Зато сопротивляться захотелось мне.

Здесь что, есть гостиница? О боги, боюсь представить, как она может выглядеть! И… И что — я должна буду ночевать с Валерой в одном номере?!

— Для моих сотрудниц забронированы одноместные номера, — сообщил Егор, слегка успокоив меня. — А что до вас, гм… Валерий, кажется? Спросите на ресепшен. В крайнем случае могу предложить для ночевки комфортабельные стога сена возле моей фермы. Утром вас допросит полиция. Или лучше сразу вызвать их, да переночуете в участке, на всякий случай…

Он явственно задумался. Валера не менее явственно струхнул. Мно показалось, что я слышу дробный стук, с которым тарахтят его косточки. На миг даже стало жалко сатира. Что же ему так не везет: нашли невесту, а она его не хочет, да вдобавок беременна от другого, все его гонят, все отвергают, а теперь еще и обвиняют не пойми в чем… Все! Я так больше не могу!

Наверное, беременность заставила уровень какого-то гормона в крови взлететь до небес, потому что я позорно разревелась в голос. Я рыдала от жалости к Валере, не в силах остановиться. Когда кто-то тронул меня за руку, я отпихнула его не глядя и бросилась на шею к Валере.

— Бедный ты мой, несчааастный! — прорыдала ему на ухо. — Никому не отдам! Будешь ночевать у меня! Только чур, в трусы не лезть!

Ответом служила гробовая тишина. Я почувствовала, как в меня тут же вцепляются загребущие руки не желающего упускать свое Валеры, и подняла голову.

Весь контингент крохотной деревенской больницы глазел на нас, как на артистов бесплатного цирка. У Саши натурально отпала челюсть. Я несмело перевела взгляд на Егора. Ох, не понравилось мне, как он на нас смотрел… Глаза потемнели, на лице поселилось выражение отчужденности и даже чего-то похожего на злость. Блин! А ведь он же не знает, что я беременна и у меня перепады настроения!

Значит, думает, что вся эта сцена была лишь одной из множества моих ссор с Валерой! И что на самом деле мы с Валерой вместе! О нет!

— Егор Константинович, это не то, что вы подумали! — ляпнула я.

Его красивые, четко очерченные губы дернулись в подобии усмешки.

— Я думаю, что тебе пора поспать, Лиза, — сказал он. — По-моему, ты перебрала с коктейлями. Завтра поговорим, — и он смерил меня таким серьезным взглядом, что я поняла: от разговора действительно не уйти. Меня ждет обсуждение всего того, что было, пока мы не встречались. Он ничего не забыл. — А своего парня все-таки оставь, — властная рука легла на шиворот несчастного сатира. — Я вызову полицию, пусть ночует в участке. Ничего с ним там не сделают. Он под подозрением.

Подавив новое желание разрыдаться, я кивнула и отклеилась от Валеры. Саша тут же подхватила меня под локоток. Она уже вернула себе самообладание и явно наслаждалась происходящим.

— Ты с боссом на «ты»? — с предвкушением шепнула она мне на ухо, конвоируя меня прочь от больницы. — Ну-ка, ну-ка, наша нежная нимфочка не так проста… Не надейся, я вижу, что ты не хочешь спать! Сейчас ты мне все расскажешь!

Я тяжко вздохнула. Хотелось упасть в траву на обочине и лежать там до утра. И чтобы никто не кантовал. И не видеть ни красавцев-оборотней, ни сатиров-неудачников до самых родов. Чтобы не волноваться лишний раз.

И еще хотелось селедки с шоколадом, но эту просьбу я решила приберечь для персонала гостиницы.