15. Поклонник

За окном медленно шел снег. Снежинки падали крупные и пушистые, как утиный пух. Легкие. Красиво кружа в воздухе, они вызывали у прохожих восхищение. Девушки, наблюдавшие в окно за начинавшейся метелью, испытывали лишь сильную тревогу. Продуктовая экспедиция не вернулась. Они ждали Варди еще вчера. Истекла оговоренная для путешествия неделя. Ее вполне хватило бы на дорогу, погрузку тростника и продуктов и возвращение в город.

— Где же они? — прошептала Бёрк, вглядываясь в белое марево.

— Может, застряли? — предположила Зоя. — Помните ту низину, что у самой реки? Мы ведь еле выехали оттуда.

— Тогда земля еще не промерзла, и дождь прошел перед этим, — уверенно отмела это предположение Меди. — Тем более мы договорились, что если увязнут, то груз выбросят. — Она задумчиво подышала на стекло и нарисовала на запотевшей поверхности снежинку.

Площадь перед домом словно подернулась туманной дымкой. Покупатели кутались в теплую одежду и торопились по своим делам. Только дети никуда не спешили. Они охотились на снег как на бабочек. Ловили его руками и ртом.

— Гу, — требовал Сфенос, уткнувшись носом в стекло.

Он с завистью поглядывал на резвящуюся детвору и тоже хотел попробовать невиданное лакомство.

— Может, и правда пойдем гулять? — предложила Бёрк. — Что сидеть тут и волноваться? Мороз несильный. Пройдемся до городских ворот — вдруг увидим, что на дороге?

— В такую погоду? — засомневалась Медея. — Навряд ли мы что-то разглядим в такой снегопад. Но пройтись определенно стоит. Лали, останешься в лавке за продавца?

— Конечно, — кивнула Евлалия и раскашлялась.

Летом ее здоровье улучшилось, и подруги вздохнули с облегчением. Думали, плохие времена миновали. Но болезнь вернулась с приходом холодов. Ее не отогнали ни теплая одежда, ни хорошая еда.

Стоило только собраться и выйти за порог лавки, как на площади показались три телеги.

— Слава небесам! — вразнобой закричали девушки и побежали обнимать Варди, ведущего под уздцы первую лошадь.

— Девчата! Встречать вышли? — закутанный в широкий плащ тролль принялся обнимать своих подопечных. Капюшон откинулся, и на лохматую голову Варди тут же нападал снег. — Как это вы узнали, что мы едем?

— Почувствовали, — смеялись девушки и заключали в объятия спрыгивавших с телег сестер.

— Почему задержались? — Бёрк хотела забрать у Варди вожжи.

— Потом, все потом, — отмахнулся тролль. — Сейчас распряжем коней и отведем их Лорин, пока не набежала пеня за просрочку.

— Сфе, — закричал малыш, крутившийся под ногами.

— Конечно, мне поможет Сфенос. — Варди подхватил мальчика на руки и усадил на спину лошади. — А остальные, — он посмотрел на свой маленький отряд, — ступайте в дом греться.

Метель разыгралась не на шутку. Снег падал сплошным потоком, словно его щедро сыпали из ведра. Красивые снежинки превратились в замёрзшие катышки и громко стучали в стекло. Они словно злились на ярко горевший в камине огонь. В гостиной «Пряной лавки» было тепло и уютно. Девушки расселись прямо на полу, подложив для мягкости подушки. Тут же кучками были уложены прутья тростника. Себастина давала первый урок плетения шляпок. За ними лениво наблюдали вездесущие кошки. Теперь у каждой была своя лежаночка или подушка, сшитая девушками.

— Как хорошо, что мы вернулись до этого урагана, — сонно зевнула Лучана. — Задержись еще на день — и пришлось бы вместо колес приделывать телегам полозья.

— А лошадям на ноги надевать лыжи, — засмеялась Берта, но, посмотрев в окно, поежилась и натянула на плечи сползшую шаль.

Варди, как обычно, уселся в кресло у самого очага. Водрузив на колени Сфеноса, а на нос очки, он разглядывал книгу, которую малыш принес ему для чтения. У них в доме сложилась традиция устраивать вечерние посиделки. Проклятые занимались рукоделием, а тролль читал вслух для их развлечения и частенько вставлял истории из своей жизни. Оказалось, у торговца была собрана хорошая коллекция книг. Правда, ее сильно подпортили мыши — обгрызли края почти у всех изданий. Но тексты и картинки сохранились, их вполне можно было рассмотреть.

— Так почему вы задержались? — спросила Бёрк, старательно сгибая лозу.

— Лошадь, что везла красную повозку, подвернула на речке ногу. Пришлось останавливаться и устраивать ночлег, хотя была только середина дня. К утру она почти оклемалась, но все же ступала осторожно. Я не стал гнать, боялся запортить скотину. Этого бы мне кривая Лорин за всю жизнь не простила.

— Мы так волновались, — вздохнула Зоя и отложила в сторону бесформенный пучок прутьев. У нее совсем не выходило укладывать их ровными рядами. — Я только все порчу, — обреченно сообщила она Себастине.

Поднялась с пола и подошла к широкому подоконнику, застеленному пледом. Спавшая там огромная рыжая кошка, почувствовав ее приближение, лениво приоткрыла глаза. Зоя пригладила взъерошенную шерсть и, взяв животное на руки, уселась к окну.

— Тогда будешь обшивать шляпы лентами, — предложила Берта. — Это у тебя выходит отлично.

— Может, попробовать вышивку бисером? — мечтательно глядя на улицу, предложила Зоя. За стеклом в свете тусклого уличного фонаря закручивала вихри вьюга. — А еще можно попробовать рисовать. Варди, ведь есть же краски, которые не смываются водой?

— Конечно есть. Тут как раз недалеко красильня работает. Красят ткани, шерсть… Там всем заправляет мой сородич, только из крапчатых. О! Вот что мне пришло в голову сейчас, девоньки! — тролль захлопнул книгу и поднял очки на лоб. — Может, нам шляпы целиком красить? Что они все желтые?

— Это возможно?

— Прекрасная идея!

— Чудесно!

Девушки восхищённо посмотрели на Варди.

После надоевшей серости обители они все смело ударились в цветовые эксперименты. Если мельком глянуть сейчас на гостиную комнату, могло бы показаться, что в ней разлилась палитра художника. Платья девушек были ярких цветов с пышными юбками и обилием рюшей. В сочетании с зеленой кожей это выглядело немного вызывающе, но проклятым было все равно. Они назвали это новым орочьи стилем. Все усугубляли громоздкие украшения и заколки, собственноручно сделанные ими из крашенных перьев, бисера и стекляруса.

— Мы заработаем огромную кучу денег, — потерла руки Берта.

Понимая свою значимость, тролль раздулся от гордости, как мыльный пузырь.

— А что твой эльф думает о наших шляпах? — как бы невзначай поинтересовалась Зоя у Бёрк. — Они его не отпугнули?

— Какой эльф? О чем ты? — насторожился тролль.

— У Бёрк появился поклонник! — Лали, сидевшая рядом с троллем, пересела еще ближе и, застенчиво улыбаясь, принялась рассказывать. — Он появлялся уже несколько раз.

— Просто ему нравятся маковые орехи, — сказала Бёрк, старательно плетя шляпу и делая вид, что тема ее не беспокоит.

— Они вместе ходили обедать в «Волшебную долину».

Уютный ресторанчик, известный на весь город дороговизной, посещали все влюбленные парочки Жар-города.

— И Бёрк смывала краску для него.

— Вот оно что… — Тролль внимательно посмотрел на притихшую подопечную. — И как я должен это понимать? Кто-то хочет заиметь еще одного ребеночка, только на этот раз с острыми ушами?

Тут на мать подозрительно посмотрел Сфенос.

— Он узнал нас. — Бёрк отложила шляпку и посмотрела на Варди. — Понял, что мы люди.

— Выследил и явился сюда шантажировать? — предположил тролль.

Все девушки в ужасе ахнули.

— Нет, пришел купить орехи. Увидел нас вблизи и сразу все понял. — Бёрк развела руками. — Эльф…

— Да. Этот вид хитрее хитрых. Любую задачку раскусывают, как орех, — вздохнул торговец. — И что теперь?

— Он дал слово молчать.

— Это хорошо, — пригладив уши, пробормотал тролль.

— В обмен на нашу историю. Хотел знать, зачем мы тут.

— Ну, это понятно. Они вечно суют нос в чужие дела… — кивал задумчиво тролль.

— И предложил помощь.

— Чего?

Вот тут Варди обозлился. Как смеет какой-то ушастый зазнайка лезть в его дом со своими подачками?! Что за помощь?! Это он, Варди, взялся оберегать человеков! В груди зародилась родительская ревность.

— Помощь, — повторила Бёрк. — Он сказал, что можно попробовать легализовать наше положение.

— Брехня! — почти прокричал Варди. — Такое невозможно! Чтоб вас официально допустили на этот берег, нужно отменить закон! Межвидовой закон! — Тролль вскочил со своего кресла и усадив в него Сфеноса, вручил ему книгу. Сам стал нервно бегать по комнате, задевая хвостом стопки лозы. — Поганый эльфиешка дурит тебе голову!

— Он говорит, что закон отменять не нужно. Достаточно внести поправку. Исключение, — робко пояснила Бёрк.

— Забудь, что тебе наплел этот хитрец. Выбрось из головы его обещания. Все враки. По-пра-а-а-вку, — гнусаво искорёжил слово Варди. — Чтоб этого добиться, нужно быть… я не знаю… эльфийским королем!

— Он принц, — улыбнулась Бёрк.

Забота Варди, его беспокойство о ней, были такими трогательными. Ей было приятно.

— Принц?! — хохотнул Тролль. Он ни на секунду не верил пройдохе, прокравшемуся в его лавку. — И как его имя?

— Рэдариэл, сын Гарабета, из Туманного леса.

— Ложь!

Варди знал, как зовут эльфийского правителя и его наследника — они сидели на троне не одну сотню лет. И он ни на секунду не поверил, что член королевской семьи прикатил в этот маленький городок.

— Он дал честное слово, когда представлялся. — Бёрк встала с пола, подошла к троллю и взяла его под руку. — А эльфы верны своему слову, ты же это знаешь? Они никогда не врут.

— Да, эльфы не врут, они только лукавят и недоговаривают. Умея пользоваться такими хитростями, можно здорово крутить бытием.

Бёрк заглянула в растерянные глаза тролля и кивнула на дверь, показывая, что пришло время пошептаться. Подробности не для человеческих ушей.

— Что-то от таких новостей у меня пересохло в горле, — заявил догадливый Варди. — Пойдем-ка, Бёрк, попьем чайку.

И они с невинным видом продефилировали в кухню.

— Он раскусил меня, — зашептала Бёрк в татуированное ухо. — Понял, что я оборотень.

— И что с того? Ты на своей земле, а он пусть катится в свой лес. Кстати, что он тут делает? Принц!

Варди фыркнул недовольно и отпил из чьей-то забытой кружки остывший чай. Сморщился. Достал из шкафа бутылку тролльей настойки и щедро плеснул в напиток.

— Он приехал проверить оповещающую сеть. Когда я перешла реку, сработал сигнал тревоги. Я нарушила границу. Так вот, он предложил сделать в законе исключение, с которым согласятся оборотни.

— Оборотни? На исключение для человечка? Ну вываливай, что придумал остроухий, я весь одно большое любопытство.

— Рэдариэл хочет сделать в законе отступление.

— Уловку. Как это по-эльфийски, — хмыкнул Варди.

— Если оборотень зовет сюда человека сам и берет его под свою защиту, то никто из соплеменников не может причинить ему вреда.

— Опекунство? — задумчиво потер щетинистую щеку Варди.

— Что-то вроде того, да.

— Хм, а это хорошая идея…

— Такое разрешение можно повернуть и в другую сторону.

— Не понял…

— Я, переходя границу, нарушаю закон, но если внести поправку, то смогу это делать беспрепятственно по приглашению девочек — человеков.

***

Перед тем, как войти в лавку, Рэдариэл тщательно стряхнул снег с себя и с большого свертка, что держал в руке.

— Здравствуйте, — растерянно поприветствовал всех.

В обычно тихой торговой комнате творилось что-то странное. Все коробки были сдвинуты, половина товаров исчезла с полок, сильно воняло краской. А по комнате метался лохматый тролль и фырчал, словно рассерженная выдра. Тут же суетились зеленые девушки.

— Ремонт! — хватался за голову тролль. — Они затеяли ремонт зимой! Не спросив моего совета!

Он сгребал с полок мешочки с пахучими приправами и в беспорядке бросал их в корзины. Девушки, виновато потупившись, уносили их в другую комнату.

— Ну не злись, дядюшка Варди, — уговаривала Зоя.

Рэдариэл запомнил имена остававшихся дома девушек и сразу узнал кучерявую мечтательницу. Зоя единственная здесь сохраняла спокойствие и безмятежность. Как ни в чем не бывало она продолжала красить дальнюю стену в ярко-желтый цвет. На вкус эльфа, слишком уж жизнерадостный оттенок. Он после белизны улицы резал глаза. Рядом со стулом, на который она забралась, стоял Сфенос. Кисточку ему никто не дал, потому он макал в краску палец и старательно выводил на стене ему одному понятные символы.

— Кто ж знал, что эта краска такая вонючая? — поддакнула Лали, красившая угол.

— Я! — взъерепенился тролль. — Я знал! Вы думаете, почему сам не красил?

— Было лень? — улыбнулась Зоя.

Девушки захихикали.

Они нашли большую банку краски в запыленной кладовке. Видно, Варди лет сто назад купил ее, но так и не использовал. Вставшие сегодня раньше всех Зоя и Евлалия обнаружили на полу торговой комнаты куски старой краски, отвалившийся от стены, прямо напротив входа зияло большое облупленное пятно. «Непорядок», — решили девушки и принялись обновлять интерьер.

— Я просто ждал лета, — не признался в безделье Варди. — Потому что не дурак. Вот как сейчас комнату проветрить? На улице мороз. И специи могут впитать вонь. Кто захочет варить кашу с ароматом краски? — Его усы заходили ходуном. Он снова зафырчал, стегая хвостом. — Разорят меня! Пустят по миру! — причитал несчастный. — Прямо как… как… мыши! Как мыши прямо… — продолжал недовольно гундеть тролль.

В суете щелчок пальцев прозвучал как удар грома. Легкая вспышка, и комнату наполнил аромат летнего луга.

— О-о-о!.. — восторженно воскликнули девушки.

— Спасибо, — растеряно поблагодарил замерший с охапкой товара Варди.

Он только сейчас заметил эльфа.

— Ну что вы, не стоит благодарности. Теперь вы смело можете красить этой краской хоть весь дом. Я изменил ее запах, — улыбнулся эльф Зое.

Та так обалдела от озарившей ее красоты, что чуть не выронила из руки кисточку.

— Благодарю, — прошептала влюбленным голосом девушка.

— Могу я увидеть мисс Бёрк? — спросил Рэдариэл. — И разрешите представиться…

— Я знаю, — нехотя признался тролль. — Принц из Туманного леса.

— Можно просто Рэдариэл, — эльф с интересом рассматривал новеньких девушек.

— Я здесь, — торопливо вошла Бёрк, одетая в старое платье из обители, с куском ветоши в руках. Она была сильно перепачкана краской, на подоле отчетливо виднелись отпечатки детских рук. Мать уже несколько раз пыталась оградить Сфеноса от ремонта, но безуспешно. В нем проснулись художник и жажда творить.

— Мы хотели прогуляться, — Рэдариэл снял бумагу с принесенного свертка и протянул ей огромный букет роз.

— Ах! — выдохнули девушки, прижав к груди руки.

— Я… У нас тут… Возможно, в следующий раз… — Бёрк в растерянности придумывала предлог остаться дома.

Не то чтобы она не хотела, просто смущало слишком частое появление эльфа.

— Она идет, — заявила Берта и выхватила у подруги тряпку. — Только переоденется. — И вытолкала Бёрк за дверь.

Двуликая быстро вернулась, одетая уже в новое платье и бежевый плащ.

—Он очень идет твоей фарфоровой коже, — улыбнулся эльф.

—Правда? —на Бёрк с интересом уставились все проклятые.

Девушка больше не красилась в зеленый цвет — Рэдариэл подарил ей зачарованный амулет с заклинанием иллюзии. Теперь, надевая на шею кулон с синим камешком, Бёрк для всех становилась такой же как её подруги: зеленой очанкой, с кожей испещрённой оспинами. Конечно, пятнышки-шрамы на её лице расположились совсем по-другому, но откуда мог узнать эльф, где раньше на её коже имелись изъяны? Для себя Рэдариэл сделал исключение и даже с артефактом продолжал видеть её настоящую.

Как объяснил принц, артефакт этот редкий, и остальным девушкам такого не полагалось. На самом деле он просто не хотел тратить силу на простых человечек. Смотреть на них Рэдариэл не собирался, так пусть ходят крашеными. А вот Бёрк ему нравилась. Как каждый порядочный эльф он любил окружать себя прекрасным и получал удовольствие от созерцания.

— И непременно шляпку, — подмигнула Берта и вручила Бёрк только что законченную вещичку. —Она очень подойдет к твоей изумрудной коже.

Эксперимент с окраской удался, и первая модель привлекала взгляды темно-зеленым цветом. На ее поля венком нашили красные ленты, выложив из них листья остролиста. Близился праздник Обновления, а ель и красный остролист — его символы. Бисером вышили желуди.

— Ты прелестна, — Рэдариэл поцеловал её руку и под громкие девичьи вздохи вывел на улицу.

— Кажется, у тебя есть почитатели среди людей, — улыбнулась Бёрк. — Все сестры теперь без памяти в тебя влюблены.

— Люди… — кисло улыбнулся Рэдариэл. — Это легко. Вот оборотни — другое дело. Такие стойкие против эльфийского обаяния. — Он посмотрел на Бёрк вопросительно.

Какие чувства вызывал он у Бёрк, было загадкой. Она вся была для него загадкой. Осторожная, дикая, как и положено оборотнице. Грубоватая и прямолинейная. Невероятно обаятельная и притягательная. И простая, и сложная одновременно.

Под руку, как пара влюбленных, они шли в сторону большого парка. Дорожки успели прочистить, и на улице было много гуляющих.

— О! Чудно! — восторженно закричала гномка, шедшая мимо них. Она круто развернулась и, перегородив им дорогу, стала нагло разглядывать головной убор девушки. — У Варди новые шляпы?

— Да, — кивнула Бёрк. — К празднику Обновления.

— Он принимает заказы? — глаза гномки загорелись маниакальным огнем.

Сейчас она была готова заложить дом, чтобы купить обновку.

— Да. Если поторопитесь, будете первой покупательницей этой модели, — объяснила Бёрк.

Гномка со скоростью урагана понеслась к «Пряной лавке». Эльф и оборотница проводили ее взглядом.

— Это был рекламный ход? — расхохотался эльф.

— Конечно, — Бёрк тоже засмеялась. — Я не могла упустить такую возможность.

— Использовать меня как приманку?

— Ты притягиваешь взгляды.

— Мы, — поправил эльф.

— Да. Мы. Эльф и его избранница из другого народа всегда вызывают интерес и притягивают взгляды. Все смотрят и думают: что такого в ней? как можно променять прекрасную эльфийку на это? Такой союз здорово повышает престиж девушки.

— В обратную сторону это не работает.

— О чем ты? Не понимаю, — растерялась Бёрк.

— Когда оборотень встречается с эльфийкой, это повышает авторитет двуликого. Но на даму никак не влияет. Мой народ относится к таким отношениям как к легкой шалости. Была она с эльфом или с оборотнем — ничего не меняет.

— Есть оборотни, которые покоряют эльфиек? — заинтересовалась Бёрк.

Понятно, что грубоватая красота Гелиодора ей была милей, чем тонкая красота Рэдариэла. Но эльфийки?

— Я встречал таких несколько. В основном, это мимолетные связи. — Эльф умолчал о финансовой стороне вопроса. Он не собирался рассказывать про денежную выгоду, всегда получаемую красавицами. — Но есть и довольно длительные отношения. Лично знаю пару, что встречается несколько лет. Как она терпит его ветреность, мне непонятно.

— Он изменник? — грустно спросила Бёрк.

Измена для нее казалась чем-то отвратительным. Как можно предать родного человека?

— Оборотни, — развел руками эльф. — Вечно в поиске своей пары. Сама суть толкает их искать самку, способную от них понести. И плюс инстинкты. Вы же знаете, что оборотни любвеобильны? — наклонился к ней эльф и стряхнул с плеча снег, упавший с ветки.

— Конечно… — Бёрк не знала. Она вообще не знала про интимную жизнь других двуликих. Откуда? Потому поспешила сменить тему. — Вы уже получили ответ?

Эльф отправил отцу сообщение о ней и предложил подправить закон.

— Точно! Совсем забыл, — всплеснул руками Рэдариэл. — Как раз сегодня утром мне пришло сообщение из дворца.

— И что там? — Бёрк с волнением схватила его за рукав.

— Ваша история так заинтересовала отца, что он изъявил желание познакомиться.

— Это с кем? — не поняла девушка. — Со мной?

— Да. Очень хочет вас видеть.

— Сам эльфийский король?

В ее представлении король — это некто великий и далекий, как звезда в небе. И такой же нереальный, несовместимый с ее жизнью.

— Он пригласил вас на бал.

— Что, прямо во дворец?

— Да. В столицу на главный бал года в честь праздника Обновления. Он пройдет в Новогоднюю ночь.

— И там будут танцевать и… есть? — Бёрк предложение казалось чем-то невероятным. Разве можно оказаться во дворце с эльфами, разряженными в пух и прах? Да еще в столице? — Пожалуй, я откажусь, — скромно потупилась. — Не обижайтесь, мне приятно и хочется поехать посмотреть, как там все. Но это так далеко, а у меня сын… и девчонки.

— Об этом не волнуйся. Мы переместимся порталом.

— На ком?

Бёрк решила, что эльф говорит о каком-то быстроходном звере. Сильном и большом, как лошадь. Или, может, кто-то с крыльями.

— Это волшебный проход. Как дверь. Только открывается не в соседнюю комнату, а куда нужно. Например, мой артефакт откроет проход в королевский дворец.

— Как у вас, остроухих, все просто! — с завистью воскликнула Бёрк. Рэдариэл постоянно поражал ее своими эльфийскими штучками. — Захотел пятно с платья убрать — раз, и всё! Захотел поесть — щелкни пальцами! Захотел в гости — открыл портал.

Рэдариэл расхохотался, польщённый похвалой и умиленный ее наивностью.

— Ну не все так просто. В основном вся моя ворожба — это просто перемещение. Помнишь, я говорил об этом? Пятно с твоего платья я не убрал, а переместил вещество, из которого оно состоит, то есть чай, в другое место. С едой то же самое. Заказал обед и перенес его на нужный столик…

Да, Бёрк уже знала об этом заклинании. Он много раз просто ради шутки демонстрировал этот фокус.

— …С порталом гораздо сложней, иначе я бы не ездил верхом, а просто появлялся там, где нужно.

— Что с ним сложного? Я думала, это как мой кулон: надел на шею — и получил что нужно.

— Нет. Переместить себя или другое живое существо, да еще на дальние расстояния, да в определенное место и тем более хорошо охраняемое, как дворец, простым щелчком пальцев не получится. Это возможно только с помощью зачарованного артефакта. Делать их долго и сложно, а силы в нем хватает на определенное количество проходов.

— И у тебя есть такая штука?

— Конечно. Государственные дела обязывают меня явиться во дворец по первому требованию. Но даже я использую артефакт только для особых случаев. Или для особых персон. — Он взял руку Бёрк и поцеловал кончики пальцев.

— Сколько проходов в твоей двери?

— Как раз, чтобы нам сходить туда и вернуться обратно, — широко улыбался, разглядывая ее глаза. — Постой, — резко затормозил эльф и указал на яркую витрину. Они уже вышли из парка и как раз проходили мимо модного магазина. В большой украшенной еловыми ветками ветрине были выставлены бальные платье. — Примеришь? Для бала.

— Ну не знаю…

— Твое появление подтолкнёт совет быстрее согласовать нашу заявку. Они увидят тебя, будут очарованы, как я, и быстренько со всем согласятся. Нельзя же такой красавице нарушать закон и рисковать жизнью, шастая через границу?

— Если ради закона… — Берк нехотя поднялась по ступенькам магазинчика вслед за эльфом.

Хозяйка заведения, троллька средних лет, с жадностью уставилась на красавца эльфа. Ее взволновала не внешность, а богатое одеяние гостя. Да ему ничего не стоило скупить для своей подружки все платья в ее магазине!

— Не уверена, что мне нравится… — Из всего ассортимента Бёрк больше приглянулось одно — из светло-голубого бархата. Но его стоимость, написанная на приколотом к манжету ценнике, смущала. Конечно, у них с девочками были карманные деньги, и сумма, по сравнению с ее прошлой жизнью, была немаленькой. Но вот так выбросить горсть монет за платье на один раз?..

— Я оплачу, — подбодрил ее эльф.

— Нет! — отрезала Бёрк решительно. Еда, цветы — это понятно, но одежда… Было в этом что-то неправильное. — Я заплачу за него сама. Только так. Иначе я никуда не поеду.

— Хорошо, — смиренно согласился Рэдариэл и распахнул дверь примерочной. — Тогда я подгоню его по вашей фигуре. Бесплатно.

— Согласна.

Смешная. Удивительная. Иная.