Глава 31. Выиграл, но проиграл (Марс)

Лилиан собирала оставшиеся вещи Бланжа. Складывая их в объемные сумки. Перебирая и отставляя в сторону те, что принадлежали Марселю. Он видел, как она по ошибке затолкала в пакет пару его собственных комплектов экипировки, но не сказал ни слова. Будь его воля, он бы вообще занялся каким-то другим делом, но его попросили помочь, а отказать он не смог. Хотя, по сути, просто стоял рядом, молча наблюдая за тем, как внутри гаража становится пусто.

— Мисс Лилиан, вы уезжаете? — заглянул внутрь Томас, один из самых маленьких его подопечных.

— Да, котенок. — Она обняла его, поцеловав в непропорционально большой, по сравнению с размерами его тела, шлем.

— Мы будем по вам скучать.

— Я тоже по вам, малыш!

Марс не мог сказать точно, будет ли он скучать, но с самого дня вынесения приговора в груди как-то странно щемило. Он окинул взглядом помещение, где раньше размещался чужой инвентарь. Внутри стало тихо и просторно, гуляло эхо. Скорее всего, он обживет это место позже. Надо только придумать как. Пока оно пугало своей пустотой.

Сначала, стоило только «Святое море» покинуть Лаклану и Лили, Каспер вывез свои вещи. Его помощь больше была не нужна, и он сам ушел искать новое место. Это Бланжу он был необходим, как воздух, а Марса второй механик только раздражал. Марс улыбнулся воспоминаниям. Вышло как-то грустно.

Потом исчезли вещи старшего Беланже, и вот теперь, с депортацией Бланжа, это место совсем опустело. Вернувшись, Лаклан забирал последнее. Марсель глянул на девушку. В том числе и ее…

Наверное, нужно было что-то сказать на прощание, но в горле пересохло.

— Бывай. — Лаклан протянул свободную руку. Во второй он держал большую спортивную сумку с торчащим из него комбинезоном брата. — Удачи в новом сезоне, последняя надежда Америки. — Марс терпеть не мог, когда его так называли, но промолчал. — Хотя тебе она теперь не особо и нужна.

Кубки с прошлых трех чемпионатов, которые Бланж пропустил, валялись где-то там же, в гараже. Марс даже не поставил их на полку, потому что они не представлял для него особой ценности. Когда он ловил себя на этой мысли, она казалась ему безумной. Настолько же, настолько безумен всегда был Бланж. Ведь разве нормальный человек откажется от набранных очков, чтобы уравнять позиции? Марс бы ни за что не отказался. До этого дня.

— Лил, я буду в машине, — крикнул Лаклан и, поднимая пыль подошвами своих ботинок, зашагал к стоянке.

— Да, уже иду.

«Без нее будет тихо», — подумал Марс, ожидая, остановится она попрощаться или молча уйдет. С того самого дня в зале суда ему казалось, что она смотрит на него так, будто само его существование уже делало его заведомо виновным в случившемся. Хотя это было не так.

Отряхнув колени от песка и пыли, Лилиан подошла к Марсу, не зная, как попрощаться.

— Значит, ты все-таки сделала выбор? — наконец спросил Марс, кивая в сторону парковки, где Лаклан уже загрузил в багажник мотоцикл Бланжа.

— Да, — ответила Лилиан, все так же не двигаясь с места. — Я выбрала его.

— Забавно. — Марс, хмыкнув, поковырял землю носком ботинка, пытаясь понять, что чувствует. Эти странные ощущения были как набегающая волна, которая перекрывает воздух. Гадкое ощущение. И он не мог понять, почему его так от этого кроет. Это раздражало, потому что ему не по возрасту вести себя как школьнику.

— Что именно тебя так забавляет? — совершенно серьезно спросила Лил.

— Да так, ничего.

Хотя мысленно он ответил бы совершенно иначе, ведь Лил всегда крутилась возле Реми. В мотосообществе даже шутили, что когда-нибудь она точно сменит фамилию на спине на Беланже. А оказалось, не на того Беланже ставили.

— Ты его не знаешь.

Ну конечно же.

Марс вдруг начал злиться, потому что очень хорошо знал фамильную особенность этой семьи, и спросил:

— И какой же он, по-твоему?

— Сложный, — спокойно ответила она, скрестив на груди руки, словно защищаясь. — Возможно, даже слишком. Временами ненавидит себя за то, как поступил с братом. Оттого и такой закрытый.

— Не парень, а подарок, — съязвил Марс.

— Главное, он влюблен. — Она словно спустила курок.

Марс понимал: Лаклан сделает все, чтобы добиться ее и удержать рядом. Оба Беланже всегда получают то, что хотят. И в конце концов у нее не останется выбора, кроме как полюбить его в ответ. Почему-то от этого стало совсем тошно.

— Идем, Лил!

Ну вот. Он же говорил. Лилиан развернулась, но Марс поймал ее за руку, задержав. Вдруг понимая, что не хочет отпускать.

— Ты с ним счастлива? — спросил он. На каких основаниях? Старшего брата? Друга? Он и сам не знал, но Лил ответила:

— Да.

Так просто, но почему-то это выбило почву из-под ног.

— Я рад. — Вышло как-то неискренне.

— Спасибо.

Она улыбнулась. Немного грустно, но все же.

— Если что, ты всегда знаешь, что можешь прийти ко мне за помощью.

Лил промолчала.

— Можешь приезжать в любое время. Твоя комната всегда останется за тобой.

— Спасибо, может, мы как-нибудь и приедем.

«Мы».

— Лил, ну ты скоро? — снова крикнул старший Беланже.

— Мне пора.

— Да, разумеется. — Марс осторожно отпустил ее руку, проведя по ней кончиками пальцев.

— Спасибо, — ласково произнесла она.

— За что?

Лилиан пожала плечами:

— Не знаю. За все, наверное. По крайней мере, «спасибо» звучит гораздо лучше, чем «прощай», верно?

А потом резко, одним порывом, вдруг поднялась на цыпочки и притянула его за плечи, обнимая. Марс замер.

— Я люблю тебя, Марсель, — прошептала она, коснувшись уголка его губ и оставляя легкий ванильный отпечаток. — Но я не хочу быть с тобой.

А потом ушла.