Глава 16

Я мрачно смотрел записи с камер прямо в палате. Голова болела так будто мне вышибли последние мозги.

Мое поражение было признавать невыносимым и я знал что четко что я так этого не оставлю, но сейчас меня волновало что подстрелили Борзого. Что была облава на мою квартиру и меня хотели убить. А еще она… Вот на камерах видно, как меня оглушают. Как бьют по голове и несут по черной лестнице вниз к тонированной машине. Машине людей Громова. Руки сжимаются в кулаки… Я убью его, я просто его закапаю за друга… За нее… Ее огромные глаза. Ее образ передо мной. Особенная. Моя… Сколько хуйни нанес только зачем, для чего… Может я кретин. Но я даже думать не хочу о том что я ее потеряю.

Что-то такое есть в этой девочке. Особенное. Что зацепило. Что свело с ума. То что кинжалом в ребра давит, а я кретин ничего не понял. Ничего не смог. Дебил…

– Найдите мне ее!

Марат смотрит на меня.

– Князь будет против, она дочь…

– Мне плевать, чья она дочь! – рычу я. – Марат ты работаешь на меня! Ты кстати не забыл из-за кого это все!!! Не забыл? Давай я тебе напомню! Я не разрешал привозить ее на бой! Ищите ее!

Марат молча кивнул и вышел из палаты, а я яростно ударил кулаком в стену. Моя… Я найду ее. Чего бы мне это не стоило… Чего… Я без нее не смогу и теперь четко это понимал, она вытеснила образ этой суки из моей жизни. Окончательно вытеснила. Диана Громова которую я любил столько лет больше была мне не нужна. Более того она жестоко ответит за то что сделала, слишком жестоко, как и ее отец…

Я стоял у окна чувствуя, как бешено, кружится голова. Ублюдок Дикий не отвечал на звонки. Срочно уехал из города, но я то знал что я разорву их обоих и его Громова. Громова которого отчаянно ненавидел… Набираю ее номер. Абонент временно недоступен. В голове разные картины. Ненависть. Дикая ненависть. Я знаю что я разорву. Я так это все не оставлю. Ни за что. Моя. Мое… Никому ее не отдам ни за что. Никому…

Прижимаюсь лбом к стене и вспоминаю. Вспоминаю ее большие глаза. Скучаю? Я даже не знал что умею. Даже не знал, что заново это вспомню, как это скучать, как это когда тебя рвет на части и ты не можешь без этого человека. Твою же мать, как так могло произойти… Как… Но я думаю об этой девочке. Я постоянно думаю о ней. Ника… Какое необычное и красивое у нее имя, какая необычная и красивая она. Она сама…

– С Громом надо разбираться по-другому! Не в моих правилах трогать баб, но на его глазах планирую всех положить!

Князь закуривает на лавочке у больницы, а меня словно потом прошибает мгновенно.

– Что ты собрался делать?

– Мстить за Борзого, за тебя! Ты думаешь, я просто так это оставлю? Я знаю, что общак у него, воры его больше не покрывают! Добро есть! Будем действовать сами!

Лоб покрывается испариной.

– У него Ника!

Князь прищуривается. Сколько жестокости в его глазах. Он учил меня все время тому же. Я стал жестоким, очень. Я изменился. Отец учил другому, но этого не было.

Это давно ушло. Теперь я стал другим. Жестоким человеком. Я спокойно шел по головам и мне было все равно на все и на всех.

Мной руководила жажда мести, злость. Дикая отчаянная ярость, выедавшая меня изнутри, ломавшая мне кости. Только ни с ней. Я не хотел думать о том что кто то может причинить ей вред, боль. Что кто-то тронет ее, сделает ей больно.

Ее глаза из темноты где то откуда то из самых тайных уголков моей грешной души, выедали свет. Показывали мне путь к нему. Путь к свету.

– Какая нахрен Ника!!! Арис ты сбрендил? Нет никакой Ники! Она его падчерица и такой же выродок! Забудь ты ее! Тебе что баб мало? Любая с тобой пойдет! Забудь ее! Ты что против нас пойдешь? Ты бой проиграл! Тебе по башке чем то железным дали, а ты о телке думаешь! Не разочаровывай меня, Арис! В 22 00 выезд! Я все решу! Ты обязан быть на высоте, ставки слишком высоки! Я ценю тебя сынок, очень, только не подведи! Я верю в тебя сынок!

Князь поворачивается и идет в сторону ворот, а у меня бешено стучит сердце. Сука, я не дам ее тронуть, не дам.

Я сижу в гостиной и смотрю в окно. Кусок в горло не лезет. Не хочется ничего. Изнутри всю трясет. Его глаза. Его страшные слова там в больнице что все…

– Ты так и будешь с таким видом сидеть?

Мама садится за стол напротив и отпивает вино.

– У бабушки на днях операция! Арис дал денег, но ни ты и ни твой муж!

Мама усмехается.

– Я думаю ты достаточно ему отдала! Я уверена!

Краска приливает к лицу. Мне становится неприятно. А может она права, может все правы… Он меня просто потрахал и выбросил, как ненужную вещь, как использованный презерватив. А тут я со своей любовью…

Любовь… От неожиданности я вздрогнула. Какая любовь… Ты вообще о чем?

– Он любил Диану много лет, с детства!

Мама налила себе еще вино. Ничего себе, как пьет. У нее проблемы с алкоголем?

– А Диана выбрала другого! Он убил этого парня! Разве ты считаешь это нормальный человек?

Она чиркнула зажигалкой и закурила. Я поморщилась от дыма, а она словно не замечала моего состояния.

– Даже подумать не могла, что ты свяжешься с таким дерьмом!

– У тебя муж не лучше! – отрезала я.

Мама усмехнулась и залпом допила бокал. Точно проблемы. Как я раньше не замечала, хотя когда мне замечать, я же ее практически не видела, да и не знала я ее.

– Глеб другой, ты его плохо знаешь!

Я отвернулась. Я вообще его знать не хотела. Резкий визг тормозов заставил сердце бешено забиться. У ворот остановилась знакомая красная машина. Машина от которой дрожь прошлась по всему телу. Я уже знала слишком хорошо знала кто хозяин этой машины…