29

Мы втроем вышли из подъезда. Тетя Нина тут же бросилась к нам.

— Ну что? Удалось что-нибудь выяснить?

— Да. Он сказал, где, вроде как, должен быть Ромка, — ответила я. Не стала я ей рассказывать пока, что его силой туда уволокли морозовские гопники, она и так была на грани истерики.

— Вот паршивец этот Денис! А говорил, что ничего не знает! И где он? — вцепилась она в рукав моей куртки. — Где Ромка?

— Мы как раз туда и едем.

На этом Никита обернулся и тоном, нетерпящим препирательств, произнес:

— Нет, поедем мы только с Русом.

— Как так? А мы? Нет-нет! — возмутилась тетя Нина. — Как это? Я тут не останусь! Я поеду за сыном!

Головин смерил ее ледяным взглядом. Спорить он с ней не стал, только пожал равнодушно плечами:

— Как угодно. Езжайте. А мы тогда домой.

— Ты знаешь, куда ехать? Давай скорее вызовем такси, — взволнованно частила тетя Нина.

Я, пожалуй, догадывалась, почему Головин не захотел брать ее с собой. Она еле держала себя в руках, а что нас ждало там, в этой «Ласточке», пока неизвестно.

А еще, возможно, им не хотелось показывать себя в деле посторонней женщине, потому что они явно способны жестить. Тетя Нина будет только помехой. А то и лишним свидетелем, если они зайдут слишком далеко.

Однако при этом я понимала, что с Головиным быстро найти Ромку и, если потребуется, вызволить его, шансов куда больше, чем у нас с тетей Ниной. Я так вообще без понятия, где этот заброшенный лагерь.

— Никита, стой. Я поеду с вами, а тетя Нина будет ждать нас дома.

Против меня парни, как я и думала, не возражали. Правда тетя Нина в первый момент вскинулась:

— Как это дома?! Я поеду тоже…

— Нет, — остановила я ее и, как можно спокойнее, сказала: — Надо, чтобы кто-то обязательно был дома. Вдруг он вернется? И тогда вы сразу же позвоните мне. А пока мы с мальчиками съездим, поищем его там…

Она еще немного попрепиралась, но в конце концов нехотя уступила.

Никита довез ее до дома, а, как только тетя Нина вышла, кому-то позвонил.

— Не спишь? … Молодец … Собирайся. Сейчас мы за тобой заедем… По дороге узнаешь… Рус тут, со мной… Ага, порезвимся немного… Кстати! Тут с нами еще кое-кто… — Головин оглянулся на меня. — Сюрприз… Боря, не нуди, этот сюрприз тебе понравится.

Я напряглась. Он так это говорил, будто я — вещь. Но заставила себя смолчать — все-таки он едет спасать моего брата. И вообще, может, зря я цепляюсь и ничего обидного он не имел в виду.

Головин сбросил звонок.

— Сначала заедем за Борей. Потом — за Пашей.

— Что за Паша? — спросила я.

— Не вникай. Просто чел. Но с Пашей будет надежнее.

Руслан обернулся и подмигнул мне. Похоже, их вся эта ситуация раззадорила не на шутку, словно это какое-то приключение. Я буквально чувствовала, как от них шпарит адреналином. Особенно Руслан завелся.

Я его подмигивание встретила тяжелым взглядом — потому что в душе очень тревожилась за Ромку. И такая неприкрытая веселость меня покоробила. Ну а с другой стороны — Ромка им никто. Почему они должны убиваться? Спасибо, что помогают, а уж с каким настроем — не всё ли равно?

Райончик, где жил Боря, был явно посолиднее нашего Зарядья. Ровные дороги, симпатичные таун-хаусы, много фонарей, а кругом — тишина и покой.

Мы остановились у ворот одного из домиков, и вскоре появился Боря. Сел на заднее сиденье, увидел меня и очень удивился. И в то же время обрадовался. Это было заметно.

— Ух ты! Ева… привет… А ты как тут?

Головин хмыкнул:

— Я ж говорил — тебе понравится сюрприз.

— Она с нами, — обернувшись, весело сказал Руслан.

— На самом деле, это вы со мной, — поправила я, малость резковато. И тут же смягчила: — За что вам большое спасибо.

— А что случилось? ­ — спросил Боря.

— У меня брат пропал. Двоюродный. Есть сведения, что его силой увезли в какую-то «Ласточку».

— Кто увез? — округлил глаза Боря.

— Морозовская шпана, — бросил через плечо Руслан.

— Серьезно? А зачем?

— Они с него деньги трясли. Долг какой-то мнимый выдумали, — пояснила я.

— А! — снова обернулся Руслан. — Вот поэтому ты их назвала попрошайками и… как там? Нищебродами? Пацаны рассказывали. Вот у них там подгорело! — хохотнул он. — Хотя так-то всё по делу ты сказала.

Руслан что-то еще говорил-говорил в радостном ажиотаже. Я даже и не слушала, потому что с каждой минутой все больше боялась за Ромку.

Воображение рисовало жуткие картины: то он среди руин истекает кровью весь избитый, то его приковали к ржавым батареям, то…

Додумать очередной кошмар мне не дал Боря. Он вдруг коснулся моей руки. Точнее, легонько сжал как бы приободряюще. При этом посмотрел с сочувствием и, наклонившись, сказал:

— Не переживай. Мы найдем твоего брата.

Я выдавила благодарную улыбку. Хотя бы для него это не просто повод покуражиться.

Пашу Головин подобрал на углу улицы. Тот уже нас ждал возле какого-то подвала, где, судя по вывеске, размещался компьютерный клуб.

Я поняла, почему они взяли с собой этого Пашу и почему «с ним надежнее». Он был просто гигант. Гора мышц. И кулки у него как кувалды.

Он влез к нам, на заднее сиденье, заполонив собой всё пространство и заставив нас с Борей хорошенько потесниться. Практически прижаться друг к другу.

И тут же с ходу спросил:

— Кого-то прессовать будем?

— Посмотрим, — многозначительно ответил Головин, разворачивая машину.

Примерно через полчаса мы выехали за город, а еще спустя минут пять свернули с шоссе на грунтовую дорогу. И вскоре остановились перед старой железной оградой с покосившимися воротами и деревянной будкой, где, видать, когда-то сидел сторож.

— Дальше пешком. Я тут не проеду, — сказал Никита, заглушив мотор.

Все вместе мы вышли из машины.

— Куда теперь? — спросила я, когда мы миновали скрипучие ворота.

— Ну? — Головин повернулся к Руслану и насмешливо произнес: — Ты же у нас знаток местных заброшек.

— Здесь уцелели, насколько я помню, только два корпуса и пищеблок, — ответил Руслан. — Все остальное давно разнесли. Но они наверняка в пищеблоке тусуются. Там более-менее.

— Это где?

Он махнул рукой куда-то во тьму и пошел вперед. Мы — за ним, подсвечивая себе дорогу телефонами.

Собственно, дороги никакой уже здесь не было. Все поросло травой.

Пару раз я запнулась о какие-то коряги, и Боря предложил взять его под руку.

— Осторожнее. Тут можно ноги себе переломать. Держись за меня.

Шли мы не так уж долго. Вскоре Руслан остановился и тихо сказал:

— А мы тут не одни. Смотрите…

И правда, в кромешной тьме, к которой, впрочем, уже мало-мальски привыкли глаза, белело здание, в одном из окон которого тускло горел огонек…