57

Как бы я ни злился на Мутного, но оставалось только признать — он оказался прав. Это подстава. Нас и правда поджидали эти уроды. Что ж, во всяком случае она последовательна — пообещала отомстить и отомстила. Варьке — за канат, мне — за то, что толкнул в реку.

Но, сука, что ж так больно?

Мутный не двигался, словно прирос к земле. Варька тоже в страхе запаниковала. Вцепилась в меня мертвой хваткой и давай причитать:

— Мамочки! Я боюсь! Максим!

Но ей простительно бояться, особенно после того, что эти уроды с ней сделали. А вот на Мутного уже зла не хватало.

— Что, так и будешь стоять на месте? — подтолкнул я его.

— Да погоди ты, Макс. Надо сообразить, куда они идут. Может, там пройдут и нас не заметят. Блин! Кажется, сюда!

Мутный резко присел, а за ним и Варька следом. Оба на корточках обогнули кучу мусора из старых венков и стали дергать меня:

— Макс! Сюда! Скорее!

— Делать мне нечего.

Голоса звучали уже совсем близко. Мутный позвал меня шепотом еще раз и затаился.

— Паш, ты куда? — спросил Булатов по ощущениям шагах в десяти, не больше.

— Да пойду отолью.

— Да че тебе куда-то ходить? По кустам шарашиться мокрым… кто тебя тут видит?

— Не очкуй, я быстро.

— Ладно, давай только шустрее…

Почти сразу выскочил из своего укрытия Мутный, Варька — за ним.

— Идемте скорее, пока Булатов там один, — загоношился он. — Без Паши он к нам не полезет. Он же то еще ссыкло.

Он рванул вперед, и через несколько шагов мы столкнулись с Булатовым.

— Оба-на! Паш! — нервно крикнул в сторону кустов Булатов. — У нас тут гости!

— Мамочки, я боюсь! — запричитала Варька, вцепившись в мой рукав.

— Иди нахрен, — снес его с тропы Мутный, припустив вперед со всех ног. — Макс! Варька! Не отставайте!

Я подтолкнул замершую на месте Варьку.

— Догоняй Мутного.

Варька, слава богу, послушалась меня и, поскальзываясь на мокрой тропинке, неуклюже впулила за Мутным, которого уже и след простыл.

— Паха! Они уходят! — истерично крикнул Булатов.

— Не волнуйся, я останусь, — бросил я и от души въехал ему в табло. Он отлетел и завалился возле чьей-то оградки.

Если драка неизбежна — бей первым. Ну а Булатову втащить у меня давно зудели руки.

К тому же такая горечь и злость затопила меня, разъедая нутро как кислота, что, казалось, если сейчас же не выпущу эмоции наружу — меня просто разорвет в клочья. А всё она! Чертова Габер.

Хотя это я — дурак. Сам виноват, что повелся на нее. На ее слезы, на взгляд, на мимолетную улыбку. Размяк, нафантазировал себе черт знает что. А всё до тошноты просто.

И как быстро я забыл ее же собственные слова, идиот. Я ведь кто для нее? Нищеброд, плебс, быдло. Вспомнилось заодно, и как она злорадствовала, когда после прошлой стычки с Пашей в «Ласточке» я пропустил школу. «Побитый пес…».

Надо было думать мозгами. Ведь неспроста она так быстро спелась с Головиным и остальными. Вот это ее круг, ее уровень, и интересы у них, видать, общие. Творить дичь, унижать, глумиться, упиваясь безнаказанностью. Какая же она все-таки дрянь…

— Че орешь? — вернулся из кустов дуболом Паша. Увидел меня и с каким-то утробным рыком кинулся вперед. Я увернулся, тут же вломив ему по почкам.

У него — мощь и масса, у меня лишь голая необузданная злость. Мы сцепились с ним как звери. Паша технично работал кулаками, но я на диком адреналине совсем не чувствовал его ударов. Не чувствовал боли. Ничего не чувствовал, кроме отупляющей ярости. Когда он отшвыривал меня, я тут же подскакивал и вновь бросался на него.

Мы оба катались в грязи и мокрой траве. В конце концов, я ушел из захвата и уселся сверху, продолжая еще какое-то время иступлено молотить его. Потом вдруг выдохся. Он, очевидно, тоже.

Я поднялся, тяжело дыша. Чуть погодя встал, качаясь, Паша.

— Расход? — предложил он.

И я побрел к дороге. Несмотря на холодный дождь и мокрую одежду, кожа пылала. А в висках все еще громко бухал пульс.

Я шел по обочине в сторону города, кляня эту стерву Габер. Сквозь зубы повторял: ненавижу.

Прикинул, что вернусь домой, наверное, только часа через три. Такси не вариант. Даже если вызвоню Яндекс гоу, черта с два меня кто посадит — я с ног до головы весь в грязи.

Да пофиг, может, хоть остыну. Главное — добраться до дома, пока ба не проснулась. Хотя утром она все равно меня увидит, а я завтра, чувствую, буду тот еще красавчик.

Спустя минут сорок достал телефон посмотреть время — хорошо хоть не потерял. Взглянул на экран, и внутри опять екнуло — пропущенный от Габер. И еще новое сообщение: «Ну как? Нашел ее?»

Это она хотела удостовериться, клюнул я на ее вызов или нет? Или что?

Сердце, едва успокоившись, снова заколотилось. Перезвонить ей? Или до завтра подождет? Чтобы лично всё высказать, глядя в глаза.

Ладно, потом. Поздно уже…

Тут вдали я увидел приближающийся мопед. Мутный!

Вернулся за мной. Я даже не ожидал от него такой заботы.

— Макс! — обрадовался он, останавливаясь. — А я, блин, боялся, что тебя этот Паша там уроет…

— Варьку отвез?

— Да. Дома уже. Садись.

Мы помчали в сторону города.

Когда уже ехали по нашему Зарядью, мимо дома тетки Габер, я невольно посмотрел на их окна. В одном горел свет.

А когда Мутный тормознул на ближайшем перекрестке, я, поколебавшись немного, слез.

— Ты чего? Куда?

— Да так. Ладно, давай. Завтра увидимся.

Умом я понимал, что это бред. Третий час ночи. Может, это вообще ее тетка не спит. Да и в целом — на горячую голову лучше никуда не лезть. И вообще — зачем ей что-то высказывать? Скандалить с девками — последнее дело. Пошла она нахрен! Лучше буду просто игнорить и относиться к ней как к пустому месту.

И все равно набрал сообщение: «Надо поговорить». Потому что внутри подгорало невыносимо.

Ответ от нее пришел неожиданно быстро: «Я не сплю. Звони»

Сердце пропустило удар. Поколебавшись, я написал: «Я возле твоего дома. Можешь выйти?»

«Хорошо. Подожди немного»