83

Аня

Я уже не понимала, что происходит. Знала только, что меня отравили, отравили ядом, который убивает драконов, или что-то вроде. Вроде как не тем, который добавили Эстель… или тем же? Что вообще происходит?

Нет, точно не тем же… другим. Гемрор что-то говорил о том, что готовился ко встрече с Данстоном, и про этот яд тоже. Что он какой-то особенный. Уникальный. Создан по рецепту Оливии… Оливии…

Сознание провалилось в темноту, а редкие вспышки просветления обрывались злым голосом Гемрора и его подельников. Я слышала, что они кому-то отдали приказ по захвату крепости, но уже ничем помочь не могла.

Да что там, я не помнила даже, как я сама обернулась.

Снова стала человеком и опять оказалась в Герменерре.

Поэтому когда раздался грохот, шум и вопли, когда земля заходила ходуном, а в сознание плеснуло знакомой близостью Князя, я на мгновение испытала облегчение.

Но только на мгновение, потому что близость его силы, то, что должно было меня согревать как его Искру, сейчас меня убивало. Не говоря уже о том, когда Риаран потащил меня под землю, кровь внутри словно превратилась в раскаленный металл.

Я попыталась вытолкнуть из себя хотя бы слово, но не смогла. Не хватало ни сил, ни слов, ни воздуха.

— Аня! — закричал обернувшийся Риаран.

Я широко распахнула глаза и увидела его лицо, оно сейчас было белее его волос. Кажется, я никогда в жизни не видела князя в таком ужасе.

— Аня! Что происходит?! Что они с тобой сделали?

— Оливия, — вытолкнула я.

— Что?!

— Оля… Оливия. Ее зелье…

Это все, на что меня хватило, потом сознание начало ускользать. Кажется, Риаран зарычал, потому что земля снова заходила ходуном, или это было только в моем сознании?

Перед глазами снова потемнело, словно из меня вытряхнули весь свет, а потом я почувствовала руку Риарана на своей груди поверх всей этой обжигающей боли.

— Аня. Аня, послушай меня.

Я с трудом снова разлепила успевшие сомкнуться веки.

— Мы не доберемся до Рована. Мы даже до любого эйрузийского целителя не доберемся. То, что с тобой происходит… мне докладывали о таком мои агенты. Сейчас счет идет на минуты. — Он сжал зубы. — Пожалуйста, просто держи меня за руку.

Его лицо на мгновение исказилось, как будто всю эту боль испытывал он, а не я. С другой стороны, наверное, так оно и было. Отчасти. Или нет?

Из-за того, что творилось с моей магией, я уже не понимала, да или нет, и что да, а что нет.

Я понимала, что он заберет мою Искру, и вдруг на мгновение ощутила небывалое облегчение… и пустоту. Как будто вместе с этой болью заберут часть меня, часть того, что было несоизмеримо важно.

— Нет! — крикнула я.

Риаран замер.

— Нет, там… она. Я не хочу, чтобы она умерла вот так. — Я поняла, что драконица сейчас просто умрет, растворится. Но она стала мне родной, и я не могла от нее отказаться. Даже ради спасения собственной жизни.

— Нет, — повторила я уже более твердо, хотя и через силу. — Я ее не предам.

— Она не умрет, — произнес он.

— Но ты…

— Драконица не умрет, Аня.

— Ты же хотел забрать Искру…

Риаран судорожно вздохнул.

— Нет. Но мне нужно чтобы ты не двигалась и полностью доверилась тому, что я сейчас сделаю.

— А что…

Я не успела ничего больше сказать, потому что в меня сначала хлынул поток магии такой силы, что я задрожала. Мне показалось, что я сейчас умру, потому что это было все равно что окатить человека, сгорающего в огне, керосином, но…

Дрянь, которой отравили меня, из меня словно выбили одним мощным ударом. Такой силы, как будто каждая клеточка моего тела прошла через очищение и была собрана заново. Земля впитала отраву и задрожала, растворяя ее в своих недрах, своей вибрацией обозначая гнев по этому поводу.

Я даже не сразу поняла, что вообще случилось, но силы вдруг разом вернулись.

Боль ушла.

В груди снова стало горячо, но не так, будто я проглотила раскаленную гирю.

Реальность наконец-то перестала расплываться, и я наконец четко увидела лицо Риарана. Оно было серого цвета, черты заострились, а пламя в глазах погасло.

Я не успела даже вздохнуть, когда его ладонь соскользнула с моей груди, и Риаран рухнул на камень.

В этот момент я с ужасом осознала, что он сейчас отдал мне всю свою силу. Всю свою магию, которая была его сутью с ранних лет. Он отдал ее, чтобы…

Чтобы я жила.

* * *

Осознание этого накрыло меня с той же силой, с которой мгновение назад — текущая в меня магия, и в груди снова запекло. Только уже по другой причине.

— Риаран, — хрипло позвала я, склоняясь над ним.

Князь не шевелился, его грудь едва вздымалась, для такой широкой и мощной грудной клетки это движение казалось опасно-неуловимым.

— Риаран! — Мой голос подхватило эхо и принялось швырять о камень.

Я не была медиком, но курсы первой помощи я проходила, поэтому сейчас, когда под моими пальцами его сердце остановилось, просто рванула на нем одежду. С той силой, которую он в меня вложил, мне не составило труда разорвать плотную ткань, как листочек бумаги. В моем мире непрямой массаж сердца помогал, и в этом должен помочь!

Он просто не может не помочь!

А я не могу его потерять.

Я сложила руки, с силой надавливая на грудную клетку. Ритмично, как меня учили.

Мгновения тишины казались просто катастрофически-медленными, как будто все, что я делаю, растягивалось во времени и было совершенно бесполезным. Но я не останавливалась, я продолжала, и в какой-то момент мне в голову пришло, что я могу добавить в это действие магии.

Могу же?

Я почувствовала, как земля легко завибрировала, словно ответила на мой вопрос. И тогда я позволила силе плеснуть сквозь свои ладони в его грудь вместе с ритмом.

Еще раз.

Еще раз.

Еще…

И еще.

Тишина.

Тишина.

Тишина.

Удар!

Я чуть было не закричала, когда почувствовала отклик его сердца, снова забившегося в груди. Но что-то внутри меня говорило — не останавливайся, продолжай, и я продолжила, но уже без массажа сердца. Просто позволяя силе течь сквозь меня, сквозь поры, сквозь кожу. Я легла сверху, обняла его всем телом, позволяя магии спеленать нас в кокон, и поверх этого кокона бежали искры пламени, искры той силы, что нас объединила.

Той самой, от которой я долго хотела отказаться.

Странно, но во мне ее не становилось меньше, а вот в нем становилось больше, как будто наша общая магия ширилась и росла, раскрывалась такой мощью, какой еще никогда не было.

Я ощутила, как биение его сердца становится все ровнее и сильнее, и вдруг почувствовала, что щекам тоже горячо.

— Ты плачешь, Аня?

Хриплый голос Риарана заставил меня вздрогнуть.

Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Только потом поняла, что действительно плачу.

Но мне было все равно. Я прижалась щекой к его плечу, разрешая себе реветь, но теперь уже от счастья.

Потому что он жив, потому что я снова чувствую биение его сердца под ладонью, потому что я так безумно его люблю, что чуть было не сошла с ума в те минуты, когда могла его потерять.

Или все-таки немножко сошла?

Я всегда была из тех женщин, которых называют «слезами горю не поможешь», в смысле, слезы мне как будто под проценты выдавали, но сейчас меня, кажется, прорвало. Потому что когда Риаран обнял и притянул меня к себе, я разрыдалась в голосину.

— Аня?

Голос Риарана впервые за все время нашего знакомства звучал очень неуверенно.

Похоже, князь был в шоке, потому что он только недавно понял, что делать с этой Аней в принципе, а что делать с плачущей Аней…

Хотя я сама была не в курсе, что с ней делать, поэтому решила не делать ничего. Просто позволила себе быть в его руках, обнимая его и чувствуя своего любимого мужчину всем сердцем, всем телом, всем своим существом.

Драконица внутри меня урчала, ей тоже хотелось потереться бочком о своего дракона, но я мысленно пообещала ей, что обязательно, только позже. И, когда пальцы Риарана скользнули по моей щеке, я первой впилась в его губы яростным и одновременно нежным поцелуем с соленым привкусом моих слез.