Глава 51

Артём А я смотрел на Диану, и в моей груди разрастался огромный огненный шар размером с солнце. Он согревал меня, расслаблял, даря странный покой. И впервые за долгое время я не ощущал зябкого холода одиночества. – Вижу свою жену, – выдыхаю, подавляя в себе желание вновь заключить Пустышку в объятия. Но понимаю, что она оттолкнёт. Что ж, глупо ожидать, что она доверится мне. Впереди много работы по приручению бывшей будущей жены. Диана в ответ лишь грустно хмыкает. – Смешной ты, Туз. – Она обхватывает себя за хрупкие плечи, пятясь от меня вглубь дома. – Всё это не перекрывает твоих измен. Твоих помолвок. Твоих издевательств надо мной и унижений. Один шаг делает она от меня. Один шаг делаю к ней я. – Измен? – уточняю, будто именно это прегрешение в списке моих промахов – лишнее. Вместо ответа Диана корчит рожицу. Я буквально кожей чую, что она вспоминает тот день. Пять лет назад. Ночью до «измены» я получил сообщение от её отца. Глупо было рассчитывать на какую-то честность со стороны этого человека. Наш брак с одной из дочерей Ибрагимова должен был стать залогом мира между кланами. А я, в свою очередь, делал всё, чтобы Диана стала моей женой. Хотя знал её лишь малышкой, не уловил того момента, когда нежные детские воспоминания, лишённые пошлости, сменились чем-то другим. Прямо противоположным. Я, как преданный фанатик Пустышки, собирал по крупицам информацию о ней. Следил за её блогами с того дня, как она завела свой канал. Щедро донатил. Даже пару раз переписывался с ней под вымышленной личиной. Она оказалась такой сладкой в общении, что мне грозила сахарная кома. Ощущая себя то ли ярым поклонником, то ли одержимым сталкером, я скупал вещички, которым она пыталась вернуть жизнь, подбирая их на барахолках. Просто потому, что знал – эти тряпки касались её тела. В надежде, что они хранили запах её кожи, я зарывался в них носом, раз за разом разочарованно ловя лишь мерзкий аромат кондиционера. И всё же продаваемые ею тряпки стали моим маленьким фетишем, позволяющим мне получить разрядку легко и просто. Вот такой я конченый. Единственное, чего я себе не позволял, – это пересечение в реальной жизни. Хотя возможностей имелась тьма. Но нечто тёмное, извращённое заставляло меня оттягивать нашу встречу. Смаковать этот момент затянувшейся разлуки двух… не друзей. Вероятно, поэтому наше первое столкновение в универе меня едва ли не шокировало. Она оказалась похожа на свою мать не только привлекательной внешностью. Но и манерами. Движениями. Оттого я даже не ожидал, что меня настолько накроет. Ошарашит и выведет из строя. И сестру её я держал на коротком поводке только потому, что она любила делиться слезливыми рассказами о ненавистном ею «приёмыше» или «подкидыше», как ей нравилось её называть. Но случалось, до слуха доносился и иной эпитет – «выкидыш». Заставляющий меня сильнее сжимать кулаки. Милана заглядывала в мои глаза, как преданная собачонка, ища одобрения. Потому что, по всей видимости, ей было хорошо известно, что именно связывает меня с её сестрёнкой. И чем вызван мой больной интерес к ней. Но она ошиблась в одном – я никогда не испытывал к Пустышке ненависти. Скорее, она была маленьким светлым божеством в моём убогом тёмном мирке. Мне даже приходили в голову мысли не пачкать её собой, продолжая наблюдать издалека. Но я не смог противостоять собственному болезненному влечению, после того как жизнь свела нас вновь. Тем более брак всё равно требовался. А если не Пустышка, то моей женой стала бы её старшая сестра. По какой-то необъяснимой причине эта привлекательная девушка вызывала во мне отвращение до тошноты. Я не скрывал своей нелюбви к ней, но она всячески игнорировала моё равнодушие. Порой мне даже казалось, что именно оно её и заводило. И именно Милана, как бы странно это ни звучало, своим поведением больше всего напоминала мне о моём заточении в клетке её отца. Но просто так взять в жёны Диану я не смог бы. Поэтому вынашивал план. Смешно, но сейчас войны ведут не кулаками. Бизнес – это другая война. У моей семьи была возможность на законодательном уровне ограничить недропользование и, ужесточив правовые рамки, сделать добычу алмазов провальным ремеслом. – Рад, что ты приехал, мальчишка, – пренебрежительно обратился ко мне Ибрагимов, когда я явился на место встречи – каменоломню, где раньше добывался известняк. Интересный выбор места. С намёком, что, если бы не наша сделка, тут я нашёл бы своё последнее пристанище. Но я знал, что после заключения соглашения Адам не пойдёт на моё убийство. Хотя с момента моего вызволения из плена никогда не прекращал своих попыток закончить начатое его возлюбленной. Будто, устранив меня, он сотрёт свой позор. Потому что именно он не уберёг мать Дианы. И всё же его мотивы убить ни в чём не повинного ребёнка только из-за его цепочки ДНК не были мне понятны. – Мы с Дианой могли бы пригласить тебя на ужин. Если ты так сильно соскучился по мне, – язвлю, изучая кровного врага. Он хмыкает. Отводит презрительный взгляд. Всё в его позе, движениях дышит ненавистью ко мне. Сам факт брака между мной и его дочерью – унижение. – Ты, конечно, со своей семейкой хитро поступил с этим законопроектом, – наконец перешёл он к предмету разговора, ради которого, как я чувствовал, он и пригласил меня сюда. – Признаться, не думал, что пойдёте именно этим путём. Смешно сказать – через закон. Эта тема мне не нравилась. Я напрягся, не понимая, к чему он ведёт. По нашему уговору, как бы ни изменились обстоятельства после заключения соглашения, его уже не отменить. Поэтому я хранил надежду, что никто не отнимет у меня Пустышку. Но сейчас ощущал волнение. Что придумал Адам на этот раз? – Ближе к делу, – поторопил его, стараясь придать голосу равнодушие. Подозреваю, что в тот момент, когда Адам поймёт слабость, которую я испытываю к его средней дочери, я окажусь в крайне уязвимом положении. Или уже поздно? – Моя Диана – прекрасная девушка, не так ли? – самодовольно тянет ноту, почти распевая. Вдох. Выдох. – Так похожа на свою мать. Буквально одно лицо. Боже, меня сейчас стошнит, как кота, нажравшегося собственной шерсти. Я дарю ему утомлённый взгляд, ожидая, когда он перестанет тянуть. – И ты даже не представляешь, насколько мне омерзительно думать, что ты прикасаешься к ней, – странно ухмыляется. Напрягаю мозг, но это ни хрена не помогает мне пробраться через хитросплетения его грёбаной логики. – Ты откажешься от неё, – наконец выдаёт. – Дед, ты в себе? – Склоняю голову, мысленно прощупывая наличие в наплечной кобуре оружия. Сердце почему-то бешено колотится, отдавая в виски. Перед глазами появляются и угасают вспышки. – Ты не переживай. Она будет счастлива, но только вдали от тебя. Потому что ты точно не захочешь, чтобы она знала правду о вас. Ведь ты влюблён в неё. – Что ты хочешь сказать? – холодно уточняю, пытаясь взять себя в руки. Но и они буквально так и чешутся набить ему морду. – Диана похожа на свою мать, но совсем не похожа на меня. А знаешь почему? Потому что её отец – Мусоргский. Не забудьте. пожалуйста, поставить лайк, если вам нравится книга)