Глава 3

Золотисто-красное солнце, медленно исчезающее за горизонтом, бросало последние теплые лучи на пляж, окутывая всё вокруг мягким светом. Виорика прищурилась, глядя, как вечернее небо играет огненными красками, постепенно переходящими в глубокую синеву. Тихий шёпот волн был единственным звуком, нарушающим эту почти магическую тишину.

Пляж, который недавно ещё гудел смехом и разговорами, постепенно опустел. Отдыхающие устремились в бары и клубы, желая продолжения праздника, но Виорика осталась. Её стройная фигура и её необычный спутник – огромный плюшевый медведь – выделялись среди одинокой пустоты пляжа.

Она потянулась, изящно вытянув руки, словно стремясь впитать в себя остатки тепла уходящего дня. Лёгкое движение – и её плотный купальник сел ещё ровнее, подчёркивая её идеальные формы. Мягкая тишина окутала их, пока Виорика медленно привела себя в порядок.

Медведь вдруг заворчал, низким, хриплым голосом, словно ему очень не нравился окружающий порядок. Потом он потянулся своей мягкой лапой к лежащему рядом полотенцу и одним точным движением проглотил его, будто это было что-то совершенно обычное.

— Ты чего, ворчун? — лукаво спросила Виорика, не оборачиваясь.

Игрушка только буркнула что-то себе под нос, а затем, как ни в чем не бывало, втянул в себя её телефон, а следом и обе пары солнцезащитных очков.

— Все равно это уже не понадобится, — пробормотал он, шлёпнув своей мягкой лапой по животу.

Виорика лишь покачала головой и улыбнулась. Её взгляд, казалось, обнимал этот странный, наполненный чарами вечер.

— Ты всё равно останешься вечным ворчуном, Арчи. Вы прям подружились бы с Деяном, — сказала она, затем села рядом с ним, вытянув ноги и глядя в горизонт.

Медведь не ответил, но его молчание было куда красноречивее слов. Виорика, быстрым движением пальцев активировав технику, наблюдала, как огромный плюшевый медведь начал уменьшаться. Его мягкие лапы, круглые ушки, огромная голова — всё сжималось и уменьшалось в размерах, пока он не превратился в крошечный брелок. С улыбкой девушка аккуратно прицепила его к серьге, и теперь пушистый компаньон свисал с её уха, ничем не привлекая внимания.

Ещё раз оглядевшись, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, она быстро подошла к воде. Её босые ноги оставили лёгкие следы на песке, прежде чем Бессмертная вошла в океан, шаг за шагом погружаясь в тёплую лазурь. Секунда — и Виорика исчезла под поверхностью, её фигура растворилась в блеске заходящих солнечных лучей, преломлявшихся в воде.

Серебристые глаза позволяли видеть всё вокруг в мельчайших деталях: пёстрые кораллы, мелких рыбок, сверкающих чешуёй, и даже крошечные пузырьки воздуха, застывавшие в воде, как прозрачные жемчужины. Она плыла уверенно и стремительно, не ощущая ни усталости, ни недостатка воздуха — бессмертие избавляло её от подобных ограничений.

Вскоре глубины становились темнее, и окружающий мир обретал иной ритм. Виорика различила силуэт акулы, которая кружила неподалёку, величественно рассекая толщу воды. Легко приблизившись к ней, девушка протянула руку, снова активировав технику. Сияние окутало её пальцы, прежде чем перелилось на морскую хищницу, которая замерла на мгновение, а затем, повинуясь новой воле, позволила Виорике ухватиться за её спинной плавник.

Теперь акула неслась вперёд с невиданной скоростью, разрезая воду, как стрела. Виорика крепко держалась, её тёмные волосы развевались в потоке, а губы растянулись в лёгкой улыбке. Она чувствовала себя частью этой стихии — могучей, свободной, неуловимой.

Направление, в котором она двигалась, было чётко известно только ей. Мягкий свет сверху становился всё слабее, но девушка знала: её цель была ближе, чем казалось.

Акула скользила в глубине океана, её массивное тело плавно извивалось, прорезая солёные воды. Затем, словно повинуясь невидимому сигналу, она замедлила движение и направилась в тёмное отверстие подводной пещеры. Густая тишина обволакивала окружающее пространство, только мерцание слабого света от солнечных лучей, проникающих через воду, придавало месту зловещую красоту.

Виорика, крепко держась за плавник, почувствовала, как акула замедлилась, и без промедления отпустила её. Изящным движением девушка устремилась в узкое пространство, словно была рождена для этих глубин. Её стройное тело с лёгкостью проскользнуло между острыми скалами. Тёмные волосы мягко развевались, окутывая её, как завеса.

Скоро Виорика оказалась внутри затонувшей атомной подлодки. Металлический корпус, покрытый кораллами и водорослями, выглядел одновременно величественно и устрашающе. Она знала путь — следовала без колебаний, пока не добралась до носовой части.

Остановившись, девушка приложила ладонь к холодной металлу и зашептала слова, которые будто не принадлежали ни одному известному языку. Магия откликнулась, и от её руки вспыхнул белый свет, мягко озаряя пространство вокруг. Луч света начал двигаться, указывая направление. Виорика последовала за ним, грациозно продвигаясь через лабиринт затопленного корпуса.

Скоро свет вывел её к скрытому выходу. Она вынырнула на поверхность и сделала глубокий вдох. Солнце ослепило её на мгновение, но она быстро привыкла к свету. Девушка оказалась посреди тропического острова, окружённого непроходимыми скалами. Берег был густо усыпан людьми. Мужчины и женщины в простых одеждах стояли на коленях, их головы были склонены к земле, а в воздухе витала странная смесь почтения и страха.

— Мы тебя ждали, госпожа, — их голоса прозвучали хором, ломким и напряжённым, словно они боялись сделать что-то не так.

Виорика коротко кивнула, её лицо оставалось непроницаемым. Лишь легкий блеск в её серебристых глазах выдавал внутреннее торжество. Около уха раздалось недовольное ворчание, которое казалось абсолютно неуместным в такой величественной и напряжённой обстановке.

— Ну всё, я с этой акулой больше ни за что. Укачало, словно я на карусели, — проговорил глубокий, ворчливый голос, принадлежащий... плюшевому медведю.

Толпа подняла головы, кто-то удивленно ахнул, но тут же снова склонился, стараясь не привлекать к себе внимания. Виорика перевела взгляд на медведя, стоящего на берегу, и её губы тронула едва заметная улыбка – видимо сережка упала на песок, но заклинание не даст потерять дорогой сердцу подарок. Плюшевый медведь вырос в размерах и открыв пасть, пошарил внутри лапой. Скоро игрушка бросила Виорике очки и та улыбнулась – привычка скрывать глаза за темными стеклами никуда не делась.

— Ты всегда найдёшь на что пожаловаться, — тихо проговорила она, приближаясь к своему пушистому спутнику.

Медведь только насупился и хлопнул себя по круглому мягкому животу, явно не довольный своим «транспортом» и намекая что его укачало.

— Меня мотыляло, как… - игрушка осеклась. – Выбирай транспорт поспокойнее.

Виорика мягко рассмеялась, звук её смеха был лёгким и мелодичным, как ветер, шелестящий в пальмовых листьях.

— Медвежонок, ты вечно создаёшь драму. А ведь наши свитки не соврали. Мы на месте, — сказала она, медленно поднимая руки вверх и вдыхая солёный воздух.

Она огляделась, её серебристые глаза блеснули на солнце. Толпа людей оставалась на коленях, их взгляды были прикованы к ней.

— Это они, — добавила Виорика, глядя на склонённых людей. Её голос стал мягким, почти задумчивым. — Клан, который помогал зарождать Бессмертных. Мама Трэвиса была права.

Медведь недовольно фыркнул, садясь на песок и скрестив свои мягкие лапы.

— Пожалуйста, встаньте. Я лишь гостья в вашем царстве. Мне бы с главным переговорить, - громко проговорила она, чувствуя легкое волнение. Взмахнув рукой, Виорика облачила себя в привычные джинсы и футболку. Вот теперь можно было и поговорить.