Глава 42

Виорика сидела на диване, завернувшись в плед, словно куколка, обнимая плюшевого медведя, подаренного Менталом. Её серебристо-белые глаза были прищурены, а губы постоянно шевелились, выплёвывая очередное недовольное замечание. Сегодня она ворчала буквально на всё: на шум ветра за окном, на цвет штор, на запах чая, который принёс ей Деян.

— Какой кошмар, даже чай заварить нормально не могут, — пробурчала она, с неудовольствием ставя кружку на стол.

— О, прости, ваше величество, что не угодил, — усмехнулся Деян, подперев рукой подбородок. — Может, мне вызвать королевского сомелье?

— Ещё раз язвительно подшутишь — прокляну, — хмуро пригрозила Виорика, но её угроза звучала так лениво, что Деян лишь фыркнул.

Сама же Виорика чувствовала себя отвратительно. Её тело будто перестало слушаться: слабость навалилась тяжёлым грузом, ноги не держали, а голова кружилась каждый раз, как только она вставала. Сонливость была невыносимой, словно весь мир вдруг решил замедлить свой ход, завораживая её в медленный водоворот.

И аппетит... Она то и дело хотела чего-нибудь пожевать. Причём самое странное — на острове Буяне, где с едой всегда был достаток, Виорике захотелось... кислых яблок. Она буквально мечтала об их терпком вкусе и чуть ли не готова была отправить Ментала добыть их, несмотря на его жалкий вид.

Но хуже всего было то, что она не понимала, что с ней происходит. Она — бессмертная, неуязвимая, могла пройти сквозь самое жуткое испытание и выйти из него невредимой. Но теперь простая слабость сбивала её с толку.

— Ты что, медведю жалуешься? — прервал её размышления Деян, садясь напротив с неизменной насмешкой.

— Хочу кислых яблок, — угрюмо бросила Виорика, сжимая игрушку.

Деян хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Ну конечно. Может, ещё бочку мёда в придачу?

— Достань мне их. Или уйди, не беси меня, — бросила она, зарывшись носом в медведя.

— Милая, — Деян качнул головой. — Ты можешь продолжать ворчать хоть до вечера, но отдохнуть тебе всё равно придётся. Я же тебе говорил.

— Ты говорил, ты говорил... — Виорика передразнила его, затем вздохнула. — Ненавижу бездействие.

— А я, между прочим, спасаю твоё бессмертие от тебя самой, — ответил Деян с лёгкой улыбкой.

Она бросила в него сердитый взгляд, но промолчала. Её тело опять предательски сдало позиции, погрузившись в мягкую тяжесть. Где-то в глубине души Виорика понимала, что он прав. Но гордость не позволяла признаться.

Деян нежно провёл пальцами по её спутанным волосам, убирая несколько выбившихся прядей с её лба. Его прикосновения были удивительно мягкими, почти успокаивающими, словно ветерок, приносящий долгожданную прохладу в летний зной.

— Ты всегда была огнём, — пробормотал он, его голос звучал тихо, но твёрдо. — Видеть тебя такой... это, знаешь, непривычно.

Виорика, уткнувшись лицом в его рубашку, сдавленно выдохнула:

— Я не огонь. Я... я просто устала.

Её голос дрожал, словно у сломленной певицы, которая не смогла закончить свою самую важную песню.

— Конечно, устала, — с лёгкой улыбкой согласился он, обняв её чуть крепче. — Ты ведь такая упрямая. Всё сама, всё сразу.

Её плечи подрагивали от эмоций, и в какой-то момент Виорика снова заплакала, но уже тише. Её слёзы прожигали ткань его одежды, будто оставляя в ней крошечные отметины — знак её боли, её слабости, её человечности.

— Деян, — прошептала она, не поднимая взгляда. — Я... я хочу...

— Чего хочешь? — мягко спросил он, склонившись к её уху.

Она подняла голову, её лицо было всё ещё мокрым от слёз, глаза распухшими, но в них, как в ночном небе, едва угадывался свет надежды.

— На ручки, — призналась Виорика, словно маленькая девочка, которая вдруг вспомнила, каково это — быть хрупкой и слабой.

Деян усмехнулся, его лицо смягчилось, и он, не говоря ни слова, поднял её так, словно она ничего не весила. Устроив её в своих объятиях, он сел удобнее, бережно обнимая её.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он, но его язвительный тон был скорее шуткой, чем упрёком.

Она что-то тихо пробормотала, снова прижавшись к нему. На несколько минут воцарилась тишина, нарушаемая лишь её тихими всхлипами. Затем, не поднимая головы, Виорика хрипло произнесла:

— Хочу поговорить с Леей.

— Лея? — переспросил Деян, подняв бровь. — Вы так и не общались после той истории в клубе?

Виорика не ответила, только кивнула, скрыв своё лицо у него на груди. Её тело всё ещё излучало слабость, но в её решении была странная сила.

Деян улыбнулся уголком губ.

— Ладно, ты победила, — сказал он, щёлкнув пальцами.

Тонкая золотистая искра разорвала воздух, словно летний светлячок, и разнеслась мягкой вибрацией по комнате. Это был зов — его особая магия, направленная на Лею.

— Она скоро придёт, — тихо добавил он, наклонив голову к Виорике.

Девушка слегка шевельнулась в его объятиях, устроившись ещё удобнее. Её слабость, её слёзы — всё это сейчас казалось хрупкой оболочкой, через которую медленно пробивался свет её былой силы.

Теперь ей оставалось лишь ждать, а Деян был готов быть рядом столько, сколько потребуется.

Ждать пришлось недолго — Лея ворвалась в комнату, как ураган, с сияющей улыбкой и полными энергии глазами. Её золотистые волосы разметались по плечам, словно солнечные лучи, а в руках она держала небольшую корзинку с фруктами и какими-то безделушками.

— Виорика! — воскликнула она, бросая взгляд на подругу. — Ну вот, наконец-то, а то в прошлый раз нас прервали и не дали набухаться! Короче, я тут такие сплетни узнала, вот смотри…

Виорика слегка приподняла голову, её глаза всё ещё казались усталыми, но на губах появилась тень улыбки. Лея тут же подошла ближе, присев на край кровати, и начала разбирать свою корзинку, одновременно обрушив на подругу поток весёлой болтовни.

Деян, наблюдая за этим, едва заметно улыбнулся. Он аккуратно поднялся, стараясь не потревожить Виорику, и оставил на кровати плюшевого медведя.

— За старшего остаёшься, и бухать нельзя, — тихо бросил он игрушке и направился к выходу.

В коридоре он медленно прикрыл дверь за собой и выдохнул, будто сбрасывая с плеч невидимый груз. «Женская поддержка порой более эффективна,» — подумал он, надеясь, что подруга сможет вернуть девушке хотя бы каплю прежнего настроения.

Деян быстро огляделся и отправился вниз по лестнице, решив сначала найти Ментала. Внутренний двор Буяна был тих и укрыт мягким туманом, словно остров затаил дыхание, готовясь к чему-то важному. Ментал сидел у небольшого фонтана, задумчиво перебирая в руках какие-то металлические пластины, которые походили на детали от магических приборов.

— Хватит заниматься самоедством, — бросил Деян с лёгкой улыбкой, подходя ближе. — У нас впереди много работы.

Ментал поднял взгляд, но ничего не ответил. Его молчание говорило больше, чем могли бы слова.

— Идёшь со мной, — продолжил Деян, хлопнув его по плечу. — Чисто мужская компания, чисто мужчские разборки, мордобои стенка на стенку и другие прелести жизни.

Ментал неохотно кивнул, но всё же поднялся, забросив пластины в карман своего длинного плаща.

Деян мысленно усмехнулся, шагнув вперёд. Смотровая располагалась на самой вершине одной из башен, откуда открывался вид на всё побережье. Там их уже ждали Черномор и Буслаев.

Ветер усилился, обдавая лицо прохладой, но Деяну это было даже приятно. Он знал, что разговор предстоит непростой. Решения, которые они примут сегодня, могут изменить не только судьбу Буяна, но и их собственные жизни.

— Ну что, дело пахнет звездюлями. Господа, давайте определяться – с кого начнем? – Деян усмехнулся.