Глава 7

За массивным деревянным столом, покрытым узорчатой скатертью, Виорика сидела, сжимая в руках своего милого плюшевого медведя. Перед ней лежал невероятный ассортимент экзотических фруктов — манго, маракуйя, рамбутан и даже непривычный для глаза драконий фрукт. Стол казался цветущим садом, где каждый плод напоминал яркий кусочек сказки. Виорика не притрагивалась к ним, только задумчиво водила пальцем по шероховатому краю медвежьего уха.

Напротив нее сидел Василий Буслаев, старейшина клана и некогда могучий богатырь. Его мощная фигура всё ещё излучала силу, хотя волосы и борода были сплошь покрыты серебром. Глаза — глубокие, будто вечность в них отражалась. Ему было около пятидесяти, но каждый жест говорил о многолетнем опыте и власти. Голос его, низкий и гулкий, будто доносился из древнего прошлого.

— Помню я отца твоего, Кощея Бессмертного, — говорил Василий, склонив голову в знак уважения. — Величественен он был, как старый дуб. Не ведала земля другого такого, кто мог бы стоять рядом с ним, да равняться. Соболезную тебе, дитя его, ибо утерять корень свой — не легче, чем землю под ногами потерять.

Виорика крепче прижала медведя к себе. Губы её дрогнули, но она сохраняла спокойствие, цепляясь за воспоминания о своих родителях. Она подняла на старейшину взгляд, и в глазах отражалась тень боли.

— Правда ли, что твой клан помогал в рождении бессмертных? — спросила она, голос её был тих, но требовательный.

Василий, словно вспомнив что-то древнее и важное, медленно кивнул.

— Так есть, — ответил он, будто каждое слово врезалось в воздух. — В те времена древние клятвы связывали нас с твоим родом. Мы помогали не просто в рождении бессмертных, но и в укреплении их силы, чтоб могли они стоять против любых бед.

Виорика внимательно слушала, её сознание наполнялось вопросами, на которые предстояло найти ответы. За окнами пробежал ветер, словно мир сам напрягся, слушая слова могучего старейшины.

Праздник шел своим чередом. В небольшой зале, увитой гирляндами из зелени, пели старинные песни, звучали мелодии флейт и барабанов. Члены клана Василия, хоть и были немногочисленны, наполняли пространство своим теплом и смехом. Дети бегали между столами, взрослые поднимали чаши с медовым напитком за здоровье Виорики и в честь её прибытия.

В стороне от общего веселья Василий Буслаев продолжал говорить с Виорикой, его голос был тихим, но глубоким, как ночное море.

— В нашем роду долгожители, — сказал он, отрывая кусочек плода и разглядывая его, будто видел в нём прошлое. — Десятки, а то и сотни лет — для нас это не предел. Но Кощей... Отец твой, мудрец и воин, проводил древний обряд, даруя бессмертие. Не только своим детям, но и верным. Так он увеличивал свой клан, укрепляя союзников. Мы были его правой рукой.

Виорика смотрела на Василия, пытаясь осмыслить услышанное. Затем, почти шёпотом, она произнесла:

— Я осталась последней. Остальной мой род... он исчез. Я одна.

Старейшина молчал, его густые брови сошлись на переносице, выражая то ли скорбь, то ли раздумья. Казалось, он пропускал её слова через себя, пытаясь найти в них решение. Наконец, он нарушил тишину.

— Нас всех заперли здесь, на этом острове, — проговорил Василий, его голос был тихим, но в нём слышалась решимость. — Словно зверей в клетке. Твой отец был могуч, но даже его планы не могли защитить нас от предательства. Теперь же... Мы готовы идти за тобой, дитя бессмертных. Мы вернём твою мощь, восстановим величие твоего рода. Но есть одно «но». Ты должна выбрать, куда мы двинемся. Это место стало для нас домом, но не крепостью. Мы должны уйти, чтобы возродиться.

Виорика отвела взгляд, глядя на далёкие очертания гор за окном. Мысль о том, что ей предстоит взять на себя такую ответственность, пугала и вдохновляла одновременно. Она глубоко вздохнула, чувствуя, как тяготит её это новое, но неизбежное бремя.

— Мне нужно время, — ответила она после долгой паузы. — Немного времени, чтобы подумать и всё решить.

— Мы подождём, — Василий произнёс это с уверенностью, в которой чувствовалась вековая стойкость. — Клан всегда верен своей крови.

Виорика невольно переводила взгляд с одного местного жителя на другого. Все они были мощными, крепкими, словно высеченными из камня. Мужчины и женщины одинаково сильные, с широкими плечами и грубыми, но притягательными чертами лиц. Их движения были плавными, но уверенными, а улыбки излучали жизненную силу и надежность. Взрослые походили на древних воинов, а дети — на молодых медвежат, которые однажды превратятся в таких же неукротимых защитников.

Она вспомнила, как среди бессмертных её клана всегда были другие. Худощавые, словно утончённые до идеала, с ясными чертами лиц, которые порой казались почти неземными. Их красота и ловкость были совершенны, но силы, скрытой в их мышцах, было меньше, чем у этих могучих жителей острова. Тогда, в прошлом, это казалось преимуществом, но теперь...

Виорика тяжело вздохнула, ощущая, как постепенно её сердце принимает новую реальность. Для того чтобы возродить свой род, ей нужны не утончённые идеалы, а сильные, выносливые ведьмаки. Те, кто смогут выстоять в битве, защитить свой дом, свой клан. Буслаевы люди были именно такими, а она уже знала, как пробудить древний ритуал, чтобы даровать бессмертие. Всё это было записано в свитках, которые она обнаружила ещё до приезда сюда.

Но перед ней стоял другой, более сложный вопрос. Куда они пойдут? Где будет их новый дом?

«Отчий дом... Нет, он не подходит,» — мрачно подумала она. Ранее её род считал его своей неприступной крепостью. Магическая защита, сложнейшие заклинания, дремлющие охранники — всё это казалось идеальным. Но в ту роковую ночь, когда они потерпели поражение, ни одно из этих средств не сработало. Она знала, что не могла больше полагаться на прошлое, каким бы совершенным оно ни казалось.

Виорика снова посмотрела на людей, смеющихся и пивших за большим столом. Теперь это её люди. Их сила и преданность давали ей надежду, но ей предстояло найти для них место, которое станет настоящим домом. Место, где они смогут не только выжить, но и расцвести.

«Мне нужно будет искать,» — подумала она. — «И не просто землю, а настоящую опору, где мой клан сможет возродиться.»