Глава 11

Виорика больше не чувствовала неловкости от того, что они с Деяном спят в одной кровати. Все тревоги и опасения давно рассеялись — за всё это время он не позволил себе ни одного двусмысленного жеста, и ей стало спокойнее в его компании, чего она ранее не могла предположить.

Они лежали в темноте, каждый на своей стороне. Деян лениво повернулся, и в его голосе зазвучала усмешка:

— Знаешь, если бы ты держала меня так же, как свою подушку, я бы даже не возражал. Может, подумаешь над этим?

Бессмертная не могла удержать улыбки, зная его язвительный характер и предвкушая подобные замечания. Уже не раз она ловила себя на мысли, что его вечные подколки не раздражают её, а лишь слегка забавляют. Он был из тех, кто всегда говорил так, будто ожидал, что мир ответит ему насмешкой.

Она качнула головой, прижимая подушку ещё крепче и уткнувшись в неё с тенью улыбки.

— Мечтай, — пробормотала она, не скрывая иронии.

В ответ послышался тихий смех Деяна, и этот звук показался ей неожиданно тёплым и спокойным.

Мужчина замолчал на мгновение, прежде чем, сохраняя едва уловимую веселую нотку, спросить:

— Ну, раз уж ты не торопишься обнимать меня вместо подушки… так какие мужчины тебе нравятся, Виорика?

Вопрос заставил её на мгновение замереть. Лежа в темноте, она безразлично уставилась в потолок, будто там могла найти ответ. Мысли блуждали вокруг недавно оставленных сообщений от Глеба, его попыток снова войти в её жизнь. Ещё вчера его имя мелькало на экране телефона, словно старое воспоминание, которое ей не хотелось оживлять. Она лишь слегка улыбнулась, вспомнив, как легко нажала на кнопку «Заблокировать».

— Я… — начала она, подбирая слова. — Даже не знаю. Наверное, такие, которые уважают чужие границы и понимают, когда их пересекать не стоит.

Деян усмехнулся, приподнявшись на локте, его зеленые глаза пристально следили за её лицом.

— Уважают границы? — переспросил он, в его голосе слышалось явное веселье. — То есть скучные, да?

Она покачала головой, улыбаясь, но не глядя на него.

— Не обязательно, — пробормотала она. — Важно, чтобы рядом с ним было… спокойно.

На миг между ними повисло молчание. Казалось, она избегала смотреть на него, но могла почувствовать, как его взгляд пронзал её.

— Спокойно, — повторил он, снова опускаясь на подушку. — Ладно. Значит, я мимо.

Виорика улыбнулась, но не ответила. Деян порой вел себя, как ребенок. Однако это было обманчиво. Не зря же его знали, как Демона и боялись в колдовском мире. Боялись и уважали. Сильнейший из ведьмаков, сильнейший в колдовском мире.

Бессмертная видела эту его ироничную оболочку насквозь — та легкость, с которой он вел себя порой, словно избалованный ребенок, была лишь тонкой маской. Конечно, как сильнейший ведьмак, которому не было равных, он мог позволить себе такое поведение и никого это бы не удивило. В колдовском мире он был известен под именем Демон, и ни один охотник или ведьма не смели его недооценивать. Все знали, что его сила практически несокрушима, он был легендой в своем мире – в колдовском мире.

Но Виорика чувствовала, что за этой саркастичной манерой пряталось нечто большее — будто именно так он пытался удерживать себя от одиночества и от груза своей силы, который с годами только нарастал. Для окружающих его усмешки и резкие реплики были чем-то привычным, естественной частью Деяна. Но для девушки это было похоже на щит, не дающий миру слишком приблизиться, давая ему возможность сохранить себя в этом постоянном хаосе.

Виорика повернулась к нему, слегка прищурив глаза.

— А какие девушки нравятся тебе? Или ты тоже привязан к своей подушке?

Деян улыбнулся, как обычно, немного дерзко, но взгляд его потемнел, и в этом взгляде мелькнуло что-то уязвимое, едва уловимое.

— Никогда не задумывался над этим, — честно ответил он, стараясь говорить непринужденно. — Знаешь, работа слишком опасная, и я просто не хотел бы подвергать кого-то риску из-за своего выбора. Мой удел — взращивать новое поколение ведьмаков, сильнейших, готовых защищать слабых. Что может быть важнее?

Виорика молча кивнула, но его слова пронзили её душу. Она вдруг увидела в нем больше, чем просто его бесстрашие и силу. Под вечной иронией, за невозмутимой улыбкой скрывалась пустота, с которой он сталкивался каждый день. Это не выглядело как боль, но ощущалось как внутренний дискомфорт — тишина, которую он привык подавлять, заполняя себя постоянной деятельностью, задачами и долгом.

— Значит, тебе никто не нужен? — осторожно спросила она, чувствуя странное беспокойство от его ответа.

Деян задумался, его привычная усмешка едва заметно потухла.

— Наверное, — пробормотал он. — Просто жизнь как-то всегда складывалась так. Возможно, это даже удобнее — меньше думать о чужих потерях. Проще, знаешь ли, одному.

Эти слова заставили её почувствовать тонкий укол грусти. Она неожиданно увидела в нём одиночество, с которым он, похоже, уже смирился, но которое было более ощутимым, чем все, что он позволял показывать.

Сон пришел быстро, погружая Деяна и Виорику в свои объятия. Они всегда засыпали почти мгновенно, как будто утомлялись не только от дневных забот, но и от бесконечных поддразниваний и язвительных комментариев друг другу. Вот и сегодня они, как обычно, закидывали фразы с едва скрытой усмешкой — Деян подшучивал над ее серьезностью, а Виорика флегматично отвечала, что хотя бы кто-то в их отряде обязан оставаться собранным. Их разговоры словно наполняли комнату легким, успокаивающим шумом, стирая напряжение дня.

Но стоило одному замолчать, как в ту же секунду оба погружались в сон, будто в бездонную воду. Это было непроизвольно, словно невидимая рука отключала их, как только наступало спокойствие. Непрошеный сон подкрадывался незаметно, и вскоре комната затихала, оставляя лишь их ровное, синхронное дыхание — единственное свидетельство того, как близки они были на самом деле, даже если пытались скрыть это за словами и жестами.

Ночь погрузила комнату в полумрак, оставляя лишь смутные очертания. Виорика вдруг проснулась, ощущая странное беспокойство, словно что-то звало её или нарушило её сон. Она медленно выдохнула, пытаясь успокоить учащенное сердцебиение, и взглянула на Деяна, спящего рядом. Его лицо, обычно с едва заметной усмешкой или ноткой дерзости, сейчас выглядело таким спокойным, почти безмятежным.

Не понимая, что заставляло её чувствовать этот странный порыв, девушка аккуратно, чтобы не разбудить, придвинулась ближе, словно чтобы удостовериться, что он действительно здесь, рядом. Почувствовав тепло его тела, она подняла руку и осторожно положила её на его грудь, почувствовав размеренное биение сердца.

Едва ощутив её прикосновение, Деян, даже не просыпаясь, рефлекторно протянул руку и обнял её, притягивая ближе. Его объятие было сильным, но неожиданно нежным, каким-то естественным и уютным. Виорика ощутила себя защищённой и неожиданно спокойной, как давно забытое чувство дома. Её глаза медленно закрылись, и сон снова вернулся, унося её в свои теплые воды.

Она не видела, как на его губах появилась лёгкая, трогательная улыбка, едва заметная, но искренняя.

***

Лея зевнула, едва удерживаясь от того, чтобы положить голову на парту. Виорика, заметив её сонное лицо, усмехнулась, сама уже почти отключившись от лекции. Трэй и Дэн и вовсе напрягать слух не собирались: они склонились над тетрадью, вполголоса споря о координатах и играя в морской бой. Преподаватель, похоже, смирился с их отстранённостью и продолжал бубнить что-то о балансировке энергий.

Но спокойствие разрушилось, когда в аудиторию с шумом ворвался помощник старейшины. Его взгляд быстро нашел «Изгоев» — так теперь все называли их отряд, и, честно говоря, никто не возражал. Деян даже весело подшучивал над этим прозвищем, будто оно им идеально подходило.

— Изгои. Срочное задание, — коротко произнес мужчина, его голос звенел от напряжения.

Не раздумывая, Виорика, Лея, Трэй и Дэн кивнули, слаженно и бесшумно поднимаясь со своих мест. Их настрой мгновенно изменился — скука лекции испарилась, сменившись настороженностью и готовностью к действию. «Изгои» двинулись за помощником старейшины, и уже никто в аудитории не пытался их задержать или задать вопросы.

Машина мчалась по городским улицам, пересекая границы районов, утопавших в слабом утреннем тумане. Виорика смотрела в окно, сосредоточившись на том, что им предстояло, но где-то в глубине души чувствовала беспокойство: их в этот раз отправили в город без прикрытия. Деяна, который обычно возглавлял отряд, не было в Академии, и никто не знал, когда он вернется.

— Лихо, — помощник старейшины пояснил, мельком глянув на всех, кто сидел на заднем сидении. — Видели в центре, у набережной. Кажется, оно не успело покинуть место, где его обнаружили, и если поспешим, сможем застать врасплох и избавиться.

— Лихо? — Дэн нахмурился, забрасывая короткими вопросами, словно пытался собирать воедино детали. — Какое конкретно? Уровень? Нам надо точно понимать, с чем столкнемся, раз в этот раз мы одни.

— Предположительно, одноокое, — ответил помощник, окинув их беглым взглядом. — Высокого уровня, но на охоте не было замечено много лет. Мы должны действовать быстро. Никто не знает, чего оно может захотеть среди людей. Задание среднего уровня, как раз вам доступном. Возвращайтесь своим ходом в Академию.

Лея, нахмурившись, чуть сжалась на своем месте, будто отступая мыслями вглубь, а Трэй коротко фыркнул, проверяя экипировку.

— Без Деяна, — пробормотала Лея, тревожно глядя на товарищей. — Что ж, как назло сегодня, да?

Виорика напряглась, собирая мысли и удерживая внутреннюю настороженность под контролем. Она знала: за их действия и результат сегодня отвечают они сами, и туманный город, холодно мерцающий огнями, казался одновременно опасным и притягательным, как перед неизвестной бурей.

Однако, вскоре доложили новую информацию – лихо начало движение и координаты «высадки» изменились.