Глава 10

Виорика нырнула, погружаясь в прохладную воду и рассматривая светлый кафель. Вода всегда ее успокаивала. Она до сих пор помнила, как отец учил ее плавать.

На миг всё вокруг исчезло — академия, тренировки, настороженные взгляды. В голове вспыхнуло воспоминание, тёплое и давно забытое, словно луч солнца, пробившийся сквозь воду.

Её отец, высокий и строгий, с ледяными серыми глазами и голосом, заставлявшим окружающих замирать, казался непреклонным, почти пугающим. Его силу и знания колдовского искусства уважали и боялись. Но когда они оставались вдвоём, всё менялось. В глазах Кощея появлялся мягкий свет, и его губы растягивались в тёплой, едва уловимой улыбке. Он становился терпеливым и заботливым, передавая дочери свои знания так, словно вкладывал в неё всё своё наследие, всю силу, накопленную веками.

— Повторяй за мной, — его голос в памяти звучал мягко, но уверенно. Она тогда маленькими, неловкими пальчиками пыталась сложить замысловатый узор, пока отец терпеливо корректировал каждый её жест. Он сам показал ей первое заклинание, и у неё это получилось на удивление быстро, вызывая восхищение в его взгляде.

Когда уроки заканчивались, они переходили в зал, где располагался их домашний бассейн, сверкающий под высокими окнами. Её отец становился как будто другим человеком — спокойным, безмятежным, как само озеро, на берегах которого она выросла. Они погружались в тёплую воду, и он с терпением обучал её не только колдовским тайнам, но и умению чувствовать себя свободной и уверенной, словно вода была её второй стихией.

Каждое его слово, каждый жест были наполнены заботой. Он словно заполнял её душу той же уверенностью, которой обладал сам. Она всегда ощущала его поддержку, его непоколебимую веру в неё. И даже сейчас, погружаясь в прохладные глубины воды, она почти слышала его голос, ощущала это тепло, что навсегда осталось в её сердце.

Она открыла глаза в воде и удивленно моргнула, окружённая мерцающими отблесками голубого света. Перед её глазами на мгновение возник отчётливый образ отца, словно смотрящий на неё через толщу воды, но он тут же растаял, как мираж. Она вздрогнула, осознав, как остро ей не хватает той безмятежности и защиты, которые ощущались рядом с ним.

С того трагического дня двенадцать лет назад, когда всё в её жизни перевернулось, Виорика потеряла нечто важное — как будто саму себя, ту, что была под покровом его заботы. Жизнь разбилась, как зеркало, оставляя лишь осколки воспоминаний, а она вынуждена была скрываться, бегая по чужим землям и притворяясь тем, кем не была.

В груди все сжалось от непреодолимого желания снова оказаться в доме, который был ей когда-то родным, где каждый уголок хранил следы их общих дней, воспоминания о колдовских уроках и тёплых беседах. Двенадцать лет она избегала даже мысли о возвращении, зная, что её могут обнаружить, что всё может разрушиться в один миг. Но сейчас, находясь в этой воде и ощущая её спокойствие, Виорика поняла: не просто тоска вела её обратно, но и жажда собрать потерянные части себя, вернуть то, что унесло время.

Её сердце забилось сильнее, в памяти вновь всплыли образы родного дома — высокие арочные окна, мрачные, но уютные комнаты, полные книг и артефактов. Она ощущала, как что-то зовёт её туда, и, несмотря на все угрозы, она чувствовала, что, возможно, пришло время переступить этот страх.

Оттолкнувшись от дна, Виорика вынырнула и глубоко вздохнула. Рядом с пенопластовой доской плавала Лея. Плавала, конечно было громко сказано, но подруга пыталась, отрабатывая упражнения. Она уже не тонула как топор, а это было достижением, хоть и держалась на воде Лея не слишком уверено.

— У тебя хорошо получается, - решила подбодрить ее Виорика.

Лея хотела что-то ответить, но перестала работать ногами и тут же погрузилась в воду с головой. Подруга улыбнулась и нырнув, помогла Лее всплыть.

— Я мотыляюсь как говно по проруби, - пожаловалась та, отплевываясь от воды. – Я будто кирпич проглотила. И не один. Кость широкая, жопа тяжелая…я проиграла в этой генетической гонке.

— А твоя техника барьера может помочь? Если к примеру, выталкивать себя барьером снизу.

— Я об этом… - она снова забулькала, но быстро вынырнув, продолжила. – Я об этом не думала.

— Попробуй. Может быть тебе так будет спокойнее?

— Спокойнее мне будет…буль… - Лея снова скрылась под водой и Виорика ее с силой подняла, помогая удерживаться на поверхности.

— Как ловко ты уходишь от разговора, - Ви тихо рассмеялась.

— Спокойнее мне будет где-нибудь…в Париже.

— Почему в Париже?

— Не знаю. Всегда хотела посмотреть на Эйфелеву башню. А ты?

— А я бы хотела, чтобы ты не стремилась ко дну каждый раз, как замираешь.

Сконцентрировавшись, Лея что-то пробормотала. И это сработало – она легко держалась на поверхности.

— Техника работает! – радостно заорала она, чем невольно привлекла внимание всех студентов.

— Только развеивай ее где-нибудь у бортика, - буркнула Виорика.

Тренер дунул в свисток, давая знак, что урок закончен и девушки неспешно отправились в душ.

Стоя в душе под струями воды, Виорика почувствовала изменение энергии. «Решили устроить темную…ну ничего, я им сейчас лампочки-то повыкручиваю», - подумала она мстительно.

Завернувшись в полотенце, Виорика вышла в раздевалку и сразу почувствовала напряжение в воздухе. У дверей стояла Мила с группой студенток, которые плотной стеной окружили Лею. Её удерживали за плечи, а ладонь одной из девушек зажимала ей рот, чтобы она не могла позвать на помощь.

«Мордобой? Как банально,» — с холодным презрением подумала Виорика, разглядывая сцепившихся студентов. Лея металась, но её захватчики держали крепко, а в глазах Милы читалась неконтролируема злоба. С тех пор, как Виорика появилась в Академии, «первую красавицу» задвинули на дальний план, обсуждая лишь Бессмертную.

Без предисловий, Мила сделала шаг вперёд и, сжав кулаки, бросилась на Виорику, решив нанести удар прямо в лицо. Однако Бессмертная даже не дрогнула, лишь на миг напряглась, и уголки её губ растянулись в лёгкой усмешке.

Она плавно уклонилась, пропустив кулак Милы мимо своего плеча, а затем едва заметным движением прижала её запястье, резко разворачивая нападавшую в сторону. Той оставалось лишь пошатнуться и сделать шаг назад, чтобы не упасть.

— Это всё, что ты можешь? — с вызовом проговорила Виорика, её взгляд, холодный и пронзительный, проникал в самую глубину души Милы, лишая остатков уверенности.

Мила попыталась оправиться от удара и снова пошла в атаку, но Виорика не дала ей шанса. Одним плавным движением она отстранилась, почти танцуя, и с точностью отбивала каждый удар Милы, которая становилась всё более яростной и отчаянной. Виорика же не утратила хладнокровия ни на мгновение, её движения были точными и выверенными, а взгляд спокойным.

— Заканчивай этот цирк, Мила, — спокойно произнесла Виорика, отразив очередной удар. — Если хочешь что-то сказать, говори. Или ты полагаешь, что сила — это лучший аргумент?

На мгновение наступила тишина. Мила остановилась, задыхаясь от ярости и стыда, её щеки залились румянцем. Она не нашла слов, которые могли бы объяснить этот взрыв злобы, а Виорика, с легким презрением на лице, только выжидала, не сводя с неё глаз.

Лея, воспользовавшись тем, что внимание всех сосредоточилось на противостоянии Виорики и Милы, рывком вывернулась из хватки, освободилась от удерживающих рук и, не оглядываясь, бросилась к выходу. Её дыхание сбилось, сердце колотилось от страха и волнения, но она отчётливо понимала — помощи нужно искать сейчас или ситуация обернётся чем-то более серьёзным.

Секунда — и Лея, споткнувшись об лежавшее полотенце, едва не упала, но удержалась, врезавшись плечом в дверь. Она распахнула её и выбежала из раздевалки, с отчаянной решимостью устремившись по пустому коридору к тренеру или любому, кто мог бы вмешаться. Но вместо этого она натолкнулась на Деяна в компании Дэна и Трэя.

— Там драка. В раздевалке, - тяжело дыша, произнесла Лея.

— Я пас, - Дэн усмехнулся, припоминая, как в прошлый раз он вмешался в такую драку и его хорошенько отмутузили, приняв за извращенца.

— Полуголые девицы в ярости бросаются друг на друга?! Я в деле, - наставник рассмеялся.

Тем временем в раздевалке Виорика, уловив краем глаза бегство подруги, ещё крепче сжала руку Милы и тихо, но твёрдо произнесла:

— Может, пора прекратить, пока это ещё не зашло слишком далеко?

Но её слова лишь сильнее разожгли ярость Милы, которая попыталась вырваться, но Виорика держала её железной хваткой, не позволяя разгорячённой девушке броситься снова.

Деян постучал в дверь раздевалки и громко предупредил:

— Дамы, я вхожу.

Мужчина, едва переступив порог раздевалки, застыл на месте, широко распахнув зеленые глаза от удивления. Перед ним предстала картина, больше похожая на эпизод из какого-то фарса, чем на обычный конец урока. Студентки, кто сидел, кто лежал, каждая в некоем беспорядке, прикрытая тем, что первое попалось под руку: полотенцами, спортивными сумками и тазиками, спасаясь как могли от внезапного зрителя.

Но взгляд ведьмака задержался на Виорике, стоявшей в центре этого хаоса с совершенно непроницаемым выражением лица. Завернутая большим махровым полотенцем, она выглядела почти статуей в этой комичной сцене — спокойная, несмотря на происходящее вокруг. Ей явно потребовалось совсем немного времени, чтобы раскидать завистниц.

На секунду их взгляды встретились. Виорика заметила его пристальный интерес, подняла бровь и с явным раздражением и смешанным с возмущением бросила:

— Извращенец!

Деян чуть насмешливо склонил голову, губы его тронула усмешка.

— Извращенец? — переспросил он с деланым удивлением, делая шаг вперёд. — Это, конечно, неожиданно. Но ведь ты понимаешь, что именно вы тут устроили шоу, да?

Его взгляд скользнул по Виорике чуть дольше, чем следовало, прежде чем он добавил:

— Ну и бедлам... вот всегда говорил, первое правило – правильно оцени силы противника.

Деян, оглядев всё это театральное безумие, мягко, но уверенно продолжил:

— Леди и все присутствующие, ждем Виорику у машины. Сегодня ужин в особом приоритете — Трэй, как всегда, проголодался и капризничает. Не поверите, но чтобы усмирить мужчину, достаточно просто вовремя накормить. Впрочем, с женщинами это тоже работает.

Его слова вызвали легкий смех, и напряжение в воздухе немного спало. Виорика не удержалась, уголки её губ дрогнули в ответной усмешке, и она незаметно кивнула, скрывшись за перегородкой, чтобы быстро переодеться.

Когда она вышла, уже полностью одетая и собранная, её выразительные серебристые, глаза сверкнули холодным блеском, но одновременно теплилась едва заметная улыбка на губах — след её короткой внутренней победы. Деян заметил её появление, окинув взглядом с головы до ног, и, сделав лёгкий кивок, открыл перед ней дверь, приглашая присоединиться к остальным.

Впереди их ждал долгожданный ужин, который обещал быть оживлённым, особенно если Трэй, которого иногда трудно было отличить от нетерпеливого ребёнка, наконец получит свою еду. Виорика с удивлением отметила, что совместные ужины очень сближали команду.

Каждый вечер ужины превращались в настоящую традицию для их небольшой команды. Эта простая, но удивительно теплая традиция, казалась Виорике чем-то особенным. За столом они все переставали быть отрядом, сражающимся с нечистью, и превращались в компанию близких людей, где каждый был услышан и важен.

Здесь каждый мог позволить себе немного расслабиться, рассказать о своих страхах и победах, поделиться историями прошедшего дня. Даже Лея, обычно погруженная в тренировки и исследования, открывалась за ужином, смеясь и оживленно болтая с остальными.

Деян использовал эти моменты для наставлений, словно мимоходом, но в каждом его слове скрывался важный урок. Он рассказывал истории из собственной практики, анализировал ошибки и подсказывал, как избежать опасных ситуаций. Иногда он бросал такие советы с улыбкой, как если бы это было просто забавой, но Виорика понимала, что за этим скрывается глубокая мудрость прожитого. Все его слова, даже самые, на первый взгляд, незначительные, запоминались — каждый знал, что однажды они могут спасти жизнь.

Виорика незаметно усмехнулась, глядя, как Трэй едва усидел на месте в ожидании своей порции, словно ребенок, предвкушающий любимое лакомство. Именно в такие моменты она осознавала, что, несмотря на все различия и испытания, которые их ждут, они были настоящей командой, почти семьей — поддерживающей, понимающей и готовой прийти на помощь в любой ситуации.

За уютным столиком в ресторане с домашней кухней, где пахло свежим хлебом и пряными травами, пятеро друзей неспешно ужинали. Стены вокруг были украшены деревянными панелями, на полках — глиняные горшки, лампы свисали с потолка, мягко освещая лица сидящих.

Трэй, явно уже сытый и расслабленный, тяжело вздохнул, разрезая картофельный пирог.

— Вот скажите, только мне патрулирование стало невыносимым? — он покачал головой, едва не взмахнув вилкой. — Никакой динамики, одно напряжение и только. Вроде всё спокойно, но чувствуешь себя, как натянутая струна.

Деян, спокойно откинувшись на спинку дивана, посмотрел на него с лёгкой усмешкой.

— Патрулирование всегда такое, Трэй. Нечисть терпелива, и она выматывает – в этом главный секрет их силы, — он сделал глоток горячего чая. — А ожидание порой хуже любой пытки. Ты, конечно, хочешь, чтобы всё решилось сразу, но иногда приходится просто ждать… и не терять бдительности.

Лея кивнула, задумчиво играя с кусочком хлеба, а Виорика краем глаза наблюдала за окружающими. Её внутренний барометр подсказывал, что слишком долгое затишье не к добру, и каждый новый день лишь усиливал это ощущение. Но она была терпелива.

— Деян прав, — добавил Дэн, наклоняясь ближе к Трэю. — Привыкай, это часть нашей работы.

— Ладно, — Трэй вздохнул, откидываясь на спинку стула. — Но честно говоря, я бы предпочёл хоть какой-то экшен, чем бесконечные часы ожидания.

Все рассмеялись, а Деян, бросив взгляд на Виорику, заметил, как в её глазах промелькнуло что-то серьёзное. Он знал, что она чувствует, что-то назревает, но не хотел нагнетать. Пусть наслаждаются этим редким моментом покоя.

Деян потянулся, расслабленно устроившись на диване, усмехнулся и медленно проговорил:

— Экшен уже не за горами, Трэй. Можешь не волноваться.

Лея, держа чашку с горячим чаем, подняла брови:

— Что ты имеешь в виду?

Деян осторожно поставил кружку на стол и окинул всех цепким взглядом, его лицо стало более серьёзным.

— Считайте это предположением, но... я ожидаю скорую атаку, — он посмотрел на каждого из них, выделив взглядом Виорику. — И напомню, что мы все обязаны защищать Виорику, чем бы это ни обернулось.

— Без проблем, - Дэн хмыкнул. – Один за всех и…

— И всем наваляют, - закончил фразу Трэй, чем вызвал смешок Леи.

Виорика отвела взгляд в сторону, смотря в окно. Мягкий свет фонарей переливался на стекле, а за окном осень обволакивала город разноцветным одеялом опадающих листьев. Она задумалась: стоит ли ей оставаться в отряде? Ведь если на них нападут, эти люди, сидящие рядом с ней за одним столом, могут пострадать из-за неё. Деян говорил о защите, но осознавал ли он, что, быть может, её присутствие здесь лишь увеличивало опасность? Или же все знал и понимал? Хотелось верить, что у него есть запасной план, но проверять не хотелось.

Пока она погружалась в свои мысли, ей показалось, что Деян смотрит на неё… не просто так, а будто пытается проникнуть в её самую суть. Его зелёные глаза казались пронзительными, понимающими, как будто он видел не её, а те самые тревожные мысли, которые она так отчаянно пыталась скрыть.

Однако реальность была проще: он видел только своё отражение в её тёмных круглых стеклах очков.

К их столу, пошатываясь, подошла небольшая компания подвыпивших мужчин. Их взгляды блуждали по столу, пока не остановились на Виорике. Один из них ухмыльнулся, склонился к ней и, не обращая внимания на остальных, потянулся, чтобы взять её за руку.

— Эй, красавица, не обижу, — пробормотал он, его слова были с трудом различимы. — Давай познакомимся, а?

Виорика нахмурилась, её белые глаза холодно встретили взгляд незнакомца, но она молчала, раздумывая над тем, как бы лучше ответить и стоит ли. Деян, который до этого момента спокойно сидел откинувшись на спинку диванчика, вдруг улыбнулся — и эта улыбка была совсем не дружелюбной, да и в целом не сулила ничего хорошего. Он медленно встал, глядя прямо в глаза мужчины, и усмехнулся:

— Ну что, алкота, устроим вечеринку?

Зелёные глаза Деяна вспыхнули, и в этот короткий миг в них появилась мрачная сила, скрытая и опасная. Пьяные парни вдруг замерли, их улыбки расползлись, превращаясь в болезненные гримасы, и что-то в его взгляде заставило их буквально похолодеть. На их лицах проступил панический страх, будто перед ними было нечто неестественное, что погружало их в бесконечный кошмар. Их ноги дрожали, и, обернувшись друг к другу, они внезапно бросились вон из ресторана, едва не падая, спотыкаясь, но каждый отчаянно старался убежать как можно быстрее.

Когда за ними захлопнулась дверь, Деян просто рассмеялся, качая головой.

— Кажется, они решили, что вечеринка не задалась, — проговорил он, всё ещё улыбаясь.

Виорика чуть заметно усмехнулась краем губ, но продолжала наблюдать за Деяном, снова ощущая, насколько этот человек опасен и притягателен одновременно. Что сказать, а Деян был очень даже привлекательным мужчиной и это отмечали все девушки и не только в Академии.

Слухи по Академии ходили давно, и в этих разговорах Деян упоминался как недосягаемая мечта большинства дам, и неважно какого возраста. Все сходились на том, что его привлекательность была слишком очевидной, чтобы остаться незамеченной. Высокий, с идеальным телосложением, длинными ногами и выправкой, которой позавидовали бы многие, он был не только физически привлекателен, но и обладал той харизмой, которая, казалось, очаровывала всех вокруг. Девушки в Академии отмечали его яркое чувство юмора, которое делало его сильную личность чуть мягче, словно добавляя теплоты к его образу.

К тому же, Виорика не могла не замечать намеки на его материальное положение. Неважно, сколько он скрывал деталей своей жизни, но было очевидно, что Деян не просто выкладывался ради своих учеников, но и содержал их отряд, не жалея средств на тренировки, снаряжение и все, что могло понадобиться им в бою и в повседневности. Это вызывало у Виорики уважение, и отчасти даже беспокойство, ведь она понимала — за такой ответственностью и самоотдачей скрывалось что-то глубокое, может быть, даже одиночество.

Деян, глядя на часы, спокойно сказал:

— Завтра меня не будет, отправляют на задание подальше от Академии. Если что-то случится — звоните, но, надеюсь, обойдётся без приключений. Хотя я бы предпочел сгонять в отпуск, куда-нибудь на Мальдивы. Или Окинаву, - он задумчиво поднял глаза. – Пока не определился.

Лея вздохнула, чуть прищурив глаза.

— Ладно, обойдемся, конечно. Но... про осенний бал не забудь! Ты ведь обещал выбрать нам с Виорикой платья.

Деян, как обычно, уверенно кивнул, приподняв бровь с хитрым огоньком в глазах.

— Уже всё заказал. Вам обеим понравится, — сказал он с загадочной улыбкой.

Глаза Леи вспыхнули любопытством. Она чуть ли не подалась вперёд, пытаясь выудить подробности, но вместо этого вдруг остановилась, вспомнив кое-что важное. Она обернулась к Виорике.

— Ах да! Чуть не забыла, мама ждёт нас в гости в следующие выходные. И знаешь, Ви уже согласилась! – Лея едва удерживала свою радость, предвкушая встречу.

Виорика лишь смущённо опустила взгляд, но на её лице промелькнула тёплая улыбка. Она ещё не привыкла к такой дружеской привязанности, но сама мысль о совместной встрече всё-таки вызывала у неё едва уловимое чувство уюта.

Деян с довольной ухмылкой посмотрел на неё.

— Вот видишь, Виорика, ты уже своя. И не говори, что чураешься — отлично влезаешь в коллектив, даже локтями толкаться не пришлось, — подметил он, и в его взгляде блеснуло одобрение, которое он старался скрыть за привычной шутливой интонацией.

Слова Деяна неожиданно согрели душу Бессмертной. Ей редко приходилось слышать от кого-то, что она может быть «своей». За последние двенадцать лет это случилось впервые.