Глава 30

Ночь накрыла дом Ягини мягким, бархатистым мраком. Виорика сидела на деревянной скамейке во дворе, облокотившись на перила, погружённая в свои мысли. Вскоре рядом появился Деян, присев неподалеку и без слов протянув ей кружку горячего чая. Они посидели молча, слушая, как ветер шелестит в кронах деревьев, пока наконец Виорика не обратилась к нему:

— Ягиня сказала, что видела кого-то похожего на моего брата. Это странно... Ведь все были уничтожены, я видела это своими глазами. И тем более, у меня не было родных братьев.

Деян долго молчал, глядя куда-то вдаль, словно взвешивая каждое слово, прежде чем ответить.

— Знаешь, Виорика, — сказал он наконец, тихо, но с какой-то скрытой убеждённостью. — Возможно, ошибки никакой и не было. Никто в здравом уме не станет выдавать себя за Бессмертного, особенно если речь идёт о ком-то из вашего рода, а не просто случайном однофамильце. Это опасно, да и смысла нет — рано или поздно это бы всплыло. Так что, может быть, всё не так однозначно, как тебе кажется.

Виорика, застигнутая его словами врасплох, оторвала взгляд от чашки, нервно сжала её в руках.

— Ты думаешь, это правда? — в её голосе смешались недоверие и надежда.

— Думаю, что такие совпадения не случайны, — ответил он, чуть усмехнувшись. — И потом, если Ягиня сказала, что видела его, значит, наверняка что-то было. Она не станет говорить ерунды. Да и память с наблюдательностью у нее – дай бог каждому.

Виорика, чувствуя внутреннее смятение, кивнула, не зная, как отреагировать. Идея, что кто-то из её семьи мог остаться в живых, казалась невероятной. Она столько лет несла эту боль, цепляясь за мысли о мести как за единственную опору.

— Если это правда... — её голос задрожал. — Что тогда? Все эти годы, всё, что я делала… Было ли это нужно?

Деян взглянул на неё с какой-то мягкой теплотой, в его глазах отражались забота и понимание.

— Виорика, ты не обязана всегда знать ответы на все вопросы. Иногда они сами тебя находят. Главное — не отвергай то, что тебе открывается, даже если это кажется невозможным.

Утром отряд вернулся в Академию.

***

Деян стоял напротив Макса, его взгляд был спокойным, но в нем читалась ледяная настойчивость. Макс, ослабленный и прикованный магическими цепями, едва заметно усмехнулся, словно понимая, что в этом допросе сопротивляться бесполезно, но при этом не намереваясь сдаваться без борьбы.

— Я тебя долго ждать не буду, — сказал Деян, опершись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Кто твой заказчик?

Макс ухмыльнулся ещё шире, но промолчал, его взгляд устремился куда-то в сторону, словно он собирался выдержать это молчание до конца.

— Не тяни время, — сдержанно добавил Деян. — В конечном итоге я все равно всё узнаю, и тебе это только усложнит жизнь.

Макс наконец перевел взгляд на Деяна и, слегка прищурившись, прошипел:

— Ты не понимаешь, с кем связался. Этот человек… он куда влиятельнее, чем ты можешь представить. Дело здесь не только в деньгах или власти.

— Меня не интересуют твои пугалки, — отрезал Деян. — Конкретнее.

Макс вздохнул и, слегка опустив голову, сказал чуть тише, будто пытаясь подобрать слова:

— Он одержим идеей родового бессмертия. Считает, что его кровь — это ключ к вечной жизни, и готов на всё, чтобы достичь этого. У него есть доступ к таким артефактам и знаниям, которые тебе даже не снились.

Деян нахмурился, уловив странное напряжение в словах Макса. Идея родового бессмертия звучала как нечто древнее, почти ритуальное — что-то, о чем мало кто знал или, скорее, уже давно забыл. С учетом информации, которую рассказала Виорика о том, как ей пришлось наследовать бессмертие становилось все яснее. А уж слова Ягини почти сложили мозаику. Однако…

— Значит, он ищет бессмертие, — медленно повторил Деян, внимательно наблюдая за Максом. — И при чём здесь Виорика?

Макс усмехнулся снова, но на этот раз его лицо омрачилось.

— Она — ключ. Или, по крайней мере, так он думает, — ответил он, в его голосе прозвучала горечь. — Она — наследница древнего рода. В ее жилах течёт кровь, которая может открыть двери, закрытые веками.

Деян замер, вглядываясь в лицо Макса, словно пытаясь прочесть в его глазах что-то, что подтвердило бы или опровергло его слова.

— Ты был другом её отца? — спросил он, чуть тише, в голосе его звучало больше вопросов, чем он хотел бы показать.

Макс не сразу ответил, только кивнул, избегая взгляда Деяна.

— Да. Мы через многое прошли вместе. Я никогда бы не подумал, что всё закончится вот так… — он вздохнул, устало закрыв глаза, словно видел перед собой события, которые предпочел бы забыть. — Но когда началась резня, они были готовы убить всех, кто мог бы хоть чем-то помешать. У меня не было выбора. Моя семья была на линии огня.

— И ты предпочел переметнуться? — Деян прищурился. — Продать друга?

Макс горько усмехнулся, но в его глазах не было прежней дерзости.

— Назови это как хочешь. Если бы я привел Виорику заказчику, мы были бы свободны, — его голос дрогнул, но тут же ожесточился. — Сомневаешься в моей преданности? Сомневайся сколько хочешь, но не забывай: ты сам сейчас готов меня использовать.

Деян не дрогнул, его уверенность оставалась непоколебимой.

— Свяжись с ним, — холодно приказал он. — Скажи, что цель поймана. Нам нужен обмен.

Макс посмотрел на него долгим, вымученным взглядом, словно проверяя, можно ли действительно довериться этому предложению, но в его глазах вспыхнуло что-то похожее на понимание и даже слабую надежду. Он медленно кивнул, соглашаясь на условия Деяна, словно это было его последней услугой дочери старого друга. Он прекрасно понимал, что затеял Демон. Возможно это решило бы множество проблем.

— Ладно, — выдохнул Макс, смирившись. — Только ради неё. Единственное, что я могу сделать для нее.

Деян вышел из подвала, закрывая тяжелую дверь за собой, и поднялся наверх. На верхнем этаже он на секунду остановился, чтобы набрать быстрое сообщение. Его пальцы уверенно скользили по экрану, каждое слово точно отражало всю серьёзность ситуации.

«Общий сбор. Срочное и важное задание. Действовать будем в полной боевой готовности. Жду вас в ближайшие минуты».

Он знал, что каждый из Изгоев воспримет его слова всерьёз. Эти ребята не подводили его прежде и не подведут теперь, когда на кону стоит что-то важное — возможно, судьба Виорики, а может и всего колдовского мира.

Деян опустил телефон и оглядел просторное помещение, будто бы впервые замечая, как пусто и неприветливо здесь стало. Тени, цепляясь за углы, подчеркивали мрачность и бесстрастие этого места, как будто само пространство затаило дыхание перед предстоящей операцией.

Через несколько минут двери с тихим шорохом открылись, и первые члены отряда начали собираться. Их лица отражали смесь тревоги и любопытства, но каждый понимал, что с обычными учебными заданиями это не сравнится.