Глава 76

Виорика лежала, прикрыв глаза, пока её тело медленно восстанавливалось. Каждая новая минута приносила больше сил, раны затягивались, и она чувствовала, как снова становится собой. Её бессмертие — проклятие и дар одновременно — сейчас было единственным, что позволяло ей выдержать весь этот ужас.

Михаэль... Его образ был размыт, как старое пятно на картине, которое пытались стереть, но так и не смогли до конца. Она почти не помнила его, этот силуэт из прошлого. Отец редко говорил о Михаэле. Еще реже он говорил о нем в положительном ключе.

«Он слишком амбициозен,» — голос отца звучал в голове Виорики так же ясно, как и тогда. - «Он пытается быть тем, кем никогда не станет. Ты — наследница рода Бессмертных, а он... Просто ошибка. Он хочет занять место среди нас, но он никогда не будет истинным Бессмертным.»

Для маленькой Виорики это было странным и непонятным. Михаэль жил где-то в стороне, почти как призрак, не имеющий к ней никакого отношения. Она видела его лишь пару раз, и всё, что она помнила — его серебристые глаза. Глаза, которые только внешне напоминали её собственные, но не сияли той силой, которая была у Бессмертных. Они казались тусклыми, как свет фонаря, затуманенного грязью.

Теперь, спустя годы, она понимала всё гораздо яснее. Михаэль не был частью рода Бессмертных по праву. Он пытался втиснуться туда, искал своё место, но род никогда не принимал его полностью. Это делало его опасным. Он был как волк, который раз за разом бьётся о клетку, зная, что никогда не станет домашним псом.

Виорика приоткрыла глаза и увидела, как Михаэль двигается, легко, уверенно, словно весь этот бой был для него лишь театром. Он держал свой тёмный клинок, а все его колдовские техники излучали мрачную уверенность.

«Он жаждет занять своё место,» — подумала Виорика, стиснув зубы. - «Он всегда жаждал этого, и ради этого он готов уничтожить всё, что стоит у него на пути. Даже меня…нет. Особенно меня.»

Но больше она не была маленькой девочкой. Она была наследницей рода Бессмертных, и в её жилах текла кровь, которую не заменить никакими амбициями.

Виорика напряглась, проверяя свои силы. Почти всё восстановилось. Она медленно поднялась, её глаза снова ярко сияли, как будто серебро плавилось в их глубине.

— Михаэль, — её голос звучал спокойно, но твёрдо.

Он обернулся, услышав её. Его лицо осталось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень признания.

— Наконец-то, — проговорил он, усмехнувшись. — Думаю, нам пора завершить начатое.

Михаэль посмотрел на Деяна с легким раздражением, едва сдерживая свою ярость.

— Ты правда думаешь, что это смешно? — произнес он с холодной усмешкой, хотя глаза выдавали легкое раздражение. — Я предлагаю сделку, от которой любой здравомыслящий человек не отказался бы.

— Торговля людьми запрещена, — лениво бросил Деян, скрестив руки на груди. Его тон был таким расслабленным, что Михаэль едва не задрожал от сдерживаемого гнева.

— Это не торговля, — произнес Михаэль сквозь зубы. — Мне нужно лишь то, что принадлежит мне по праву. Моё бессмертие.

— Хм, — задумчиво протянул Деян, приподнимая бровь. — Вообще, я бы не советовал пытаться вернуть что-то у девушек. Они могут обидеться. А последствия... Ну, ты знаешь присказку про пятый угол.

Михаэль резко вздрогнул, его взгляд на мгновение переместился за спину Деяна. Тот заметил это и медленно обернулся.

Позади него стояла Виорика. Её осанка была прямой, как натянутая струна, а серебристые глаза сияли с пугающей интенсивностью. На ее теле не было ни малейшего следа ранения — ни крови, ни слабости, ни боли. Она выглядела как воплощение силы, словно сама земля под её ногами могла задрожать. И лишь одежда была испачкана.

— Вот это да, — с легкой иронией заметил Деян, ухмыльнувшись. — Ну вот, я-то думал, ты ещё минут десять полежишь, а я бы подвиг совершил во имя тебя.

— С этим нужно покончить, — холодно бросила Виорика, её голос был тихим, но несомненно угрожающим. — Михаэль.

Брат резко повернулся к ней, его лицо исказилось смесью удивления и злости.

— Виорика, — процедил он, словно испытывая её имя на вкус. — Я знал, что ты выживешь.

— Конечно, — ответила она, сделав шаг вперёд. — Я ведь Бессмертная. Последняя из рода.

Эти слова были ударом. Михаэль сжал челюсти, а его пальцы с силой стиснули рукоять меча.

— Ты не понимаешь, — прошипел он. — Это должно было быть моим! Я заслужил бессмертие больше, чем ты!

— Заработать силу нельзя, Михаэль, — сказала Виорика, приближаясь к нему. Её тон оставался холодным, но в глазах горел ледяной огонь. — Это либо часть тебя, либо нет. А ты... Ты всегда хотел быть кем-то, кем не являешься.

Деян, оставив их в эпицентре этого напряжения, лишь шагнул в сторону, опершись на вывернутую арматуру и с улыбкой наблюдая за происходящим.

— Так и знал, что это закончится плохо для тебя, Михаэль, — весело прокомментировал он, усмехнувшись. — Ну что, готов к семейным разборкам?

Виорика остановилась, оказавшись в нескольких метрах от Михаэля. Теперь, когда они стояли так близко, стало очевидно, что между ними было какое-то родственное сходство. Тонкие черты лица, высокая осанка, ледяная искорка во взгляде. Но если Виорика излучала природную силу и уверенность, то в Михаэле ощущалась некая искусственность, будто он изо всех сил старался соответствовать чужому идеалу. Однако внешнее сходство было – светлые глаза, темные волосы, идеальные черты лица.

— Ты всегда хотел быть похожим на отца, — тихо сказала Виорика, серебристо-белые глаза внимательно изучали брата. — Но ты даже не понял, что это ничего не значит.

Михаэль стиснул челюсти, его глаза полыхнули злостью.

— Отец никогда не ценил меня, — произнес он, с трудом сдерживая ярость. — Зато тебя, маленькую любимицу, он оберегал, как сокровище. Ведь только тебе было позволено сменить хобби. Только тебе прощались недостатки.

Виорика коротко усмехнулась, и её усмешка была полна горькой иронии.

— Отец ценил только то, что служило его целям, — ответила она. — Ты просто не был ему нужен. Так же, как и я. У него были более масштабные цели.

Михаэль шагнул вперёд, размахивая рукой, в которой был зажат меч, но тут же остановился, будто наткнулся на невидимую стену.

— Замолчи, — процедил он сквозь зубы. — Ты не знаешь, каково это — быть ничтожеством в глазах того, кто должен был быть твоим учителем.

— Ты прав, — спокойно ответила Виорика. — Я не знаю. Но я знаю, каково это — быть отвергнутой. Быть жертвой. И знаешь, что? Это не причина стать чудовищем.

Её слова были как пощёчина, от которой Михаэль невольно отшатнулся. Их взгляды встретились, и между ними будто пробежала молния.

— Ты можешь винить меня, отца, мир, — продолжила Виорика, её голос был спокоен, но звучал, как сталь. — Но твоя жажда бессмертия ничего тебе не даст. Даже если ты добьёшься своего, ты останешься пустым.

Михаэль, стиснув зубы, резко вскинул меч, направив его прямо на сестру.

— Ты не понимаешь! — закричал он. — Это всё, что у меня есть!

Виорика не двинулась с места. Её взгляд был твёрдым, а голос звучал ровно:

— Тогда это всё, что ты потеряешь.

Тишина висела над разрушенным районом, как тяжелый свод, подавляя любые звуки. Виорика и Михаэль стояли друг напротив друга, словно статуи, высеченные из холодного камня. Михаэль усмехался, играя с мечом в руке, будто это был не инструмент смерти, а просто игрушка.

— Ты даже не представляешь, с чем связалась, сестренка, — протянул он, и несмотря на мягкие почти медовые нотки в голосе все же звенела сталь.

Виорика ничего не ответила. Её лицо оставалось безмятежным, как гладь ледяного озера, но в серебристо-белых глазах плескалось безумие. Она сделала шаг вперёд, потом ещё один, а затем, резко сорвавшись с места, бросилась в атаку.

Серебристые нити вспыхнули вокруг неё, как сверкающая сеть, охватывая пространство. Они полетели вперёд, нацеливаясь на Михаэля, который, казалось, едва успел уклониться. Его движение было быстрым, ловким, он скользнул в сторону, словно тень, но это лишь отсрочило неизбежное.

— Быстро, — отметил Михаэль с легкой усмешкой, его меч сверкнул, рассеивая несколько нитей. — Но недостаточно.

В этот момент кулак Виорики стремительно метнулся вперёд, целясь прямо в лицо брата. Михаэль едва успел уклониться, и удар прошел в миллиметре от его головы, поднимая в воздух крошки кирпича с разрушенной стены позади.

— Ты недооцениваешь меня, — холодно сказала Виорика, не останавливаясь ни на мгновение. Её нити закрутились вокруг неё, подобно шторму, нацеливаясь на Михаэля.

Он сделал выпад мечом, разрубив часть серебристых нитей, но этого было недостаточно. Одна из них вдруг ударила его по ноге, заставив пошатнуться. Михаэль заскрипел зубами, но с трудом удержал равновесие.

— Думаешь, что ты сильнее? — процедил он, сжимая меч сильнее. — Я был готов к этой встрече! Я готовился к ней всю свою жизнь!

— И дождался, — спокойно ответила Виорика, приближаясь с каждым движением. Её безумные глаза смотрели прямо в его, и в этом взгляде была абсолютная уверенность в собственных силах, в собственном безрассудстве.

Она снова бросилась вперёд, её удары были стремительны и сильны, заставляя Михаэля защищаться, отступая всё дальше. Брат понимал, что проигрывает, но от неминуемой смерти его спасла дружба с одним важным человеком.

Яркая черно-красная молния расколола небеса, разрывая тишину разрушенного города. Пространство содрогнулось, будто кто-то сорвал покровы с реальности, обнажив её хищное нутро. Виорика едва успела отступить, прикрывая лицо руками. Ослепительный свет полоснул её по глазам, оставляя в голове резкий звон.

Воздух вокруг застонал под давлением, земля дрожала. Она почувствовала, как чей-то сильный рывок оттолкнул её в сторону. Тёплые руки обвили её плечи, и на миг она оказалась закрыта от внешнего хаоса двумя телами. Тяжёлый запах пыли, треск камней, рассыпающихся с высоты, — всё смешалось в вихрь звуков и ощущений.

Сквозь прищуренные глаза Виорика увидела, как обломки здания с грохотом рушатся, превращая когда-то респектабельный район в пыльное кладбище прошлого. Чёрная тьма накрыла город, вязкая и плотная, как масло. Ощущение удушья усилилось, заставляя её сердце гулко биться в груди.

Густой дым смешивался с остатками света, красноватое свечение молнии ещё мерцало где-то вдалеке, словно умирающий глаз чудовища, которое выпустило своё последнее проклятие. Дыхание сбивалось, и Виорика почувствовала, как её силы медленно возвращаются. Внутри горел огонь регенерации, расплавляющий боль и страх, заменяя их твердостью и гневом.

Земля под её ногами перестала быть опорой, она ощущала, как всё вокруг будто зыблется, теряет формы. Но эти двое, что прикрывали её, стояли, как каменные столпы. Надёжные, готовые защищать. Не было сомнений в том, кто это – Деян и Ментал.

Тьма вокруг сгущалась, её тяжесть опускалась на плечи, заставляя Виорику поднять голову. Где-то вдалеке раздался смех — низкий, хриплый, заполняющий собой всё пространство. Этот звук был словно из самого сердца разрушения, напоминая ей о тех, кто всегда хотел видеть её падение.

Она сжала кулаки, облизнув пересохшие губы. Серебристо-белые глаза загорелись, как два раскалённых клинка, разрезающих тьму. Её взгляд был холодным, но внутри бушевало что-то гораздо большее. Она знала: теперь ей придётся столкнуться не только с врагом, но и с той частью прошлого, которую она долго пыталась забыть.