Глава 79

Утро наступало тихо и лениво. Свет мягко пробивался сквозь плотные шторы, озаряя комнату рассеянным теплом. Виорика лежала, прислонившись к плечу Ментала, ее серебристо-белые глаза казались затуманенными, но спокойными. Она смотрела в потолок, словно видела что-то за пределами комнаты. Ментал, утонув лицом в ее волосах, глубоко дышал, впитывая ее аромат, словно пытаясь сохранить этот момент в памяти.

Он чувствовал, что ее эмоциональный фон наконец выровнялся. Напряжение, бурлившее вокруг нее, будто растворилось, оставив за собой тихую, умиротворяющую пустоту. Это казалось удивительным, даже странным. И он не мог не задуматься, что же могло привести к такому состоянию.

Виорика вдруг вздохнула. Ее голос прозвучал тихо, но твердо, нарушив уютную тишину.

— Спрашивай, — сказала она, не отрывая взгляда от потолка. — Я же чувствую, что у тебя есть вопросы.

Ментал не сдержал улыбки. Она всегда была проницательной, слишком чувствительной к малейшим изменениям вокруг. Он приподнял голову и мягко чмокнул ее в макушку.

— Думаю, что тебе вряд ли понравится тема разговора, — ответил он, гладя ее по плечу.

Ее лицо будто мгновенно преобразилось. Исчезли мягкость и расслабленность. Она выглядела холодной, собранной, как будто по щелчку включила защитный механизм. Это было для нее привычно — возводить стену между собой и миром, когда дело касалось чего-то личного.

— Если сделаешь мне кофе, — сказала она с легкой, но почти незаметной усмешкой. — Я готова поговорить на любую тему.

Ментал тихо рассмеялся, но по глазам Виорики видел: она не шутит. Он осторожно выбрался из постели. По пути в кухню он поймал себя на мысли, что разговор этот может многое изменить. Но готов ли он к правде, которую таила в себе Виорика? Готов ли услышать ответы на вопросы, которые жгли его изнутри? Готова ли она делиться с ним?

Он достал чашки, включил кофемашину и, ожидая, когда в воздухе начнет виться аромат свежесваренного кофе, ловил себя на том, что каждая секунда ожидания была пропитана тихим, но ощутимым напряжением.

Виорика появилась в дверном проеме кухни, привлекая к себе внимание с первых же секунд. На ней была его футболка, которая доходила ей до середины бедра, выглядела свободной, даже слишком большой. Эта простота делала ее образ еще более притягательным, интимным. Стройные ноги, выглядывающие из-под ткани, легкие, почти неуловимые движения — каждый штрих в этом моменте будоражил воображение.

Ментал, стоявший у кофемашины, невольно замер. Он почувствовал, как сердце предательски сбилось с ритма. Закатив глаза, он сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.

— Не смотри на меня так, — пробормотал он себе под нос, скорее для самоконтроля, чем всерьез.

Но Виорика, казалось, не замечала. Она прошла к столу и уселась на стул, обхватив руками горячую кружку, которую Ментал только что поставил перед ней. Теплый аромат кофе наполнил кухню, добавив уюта их молчаливому взаимодействию.

Она подняла на него взгляд. Серебристо-белые глаза были спокойными, но глубокими, как будто скрывали в себе целую вселенную.

Ментал, избегая прямого взгляда, присел напротив, поставив свою чашку перед собой. Он решил не торопиться, дать разговору развиться естественно, но молчание между ними было слишком тяжелым.

— Ты выглядишь… слишком хорошо для утра, — наконец пробормотал он с легкой улыбкой, пытаясь разрядить обстановку.

Виорика лишь фыркнула, пригубив кофе. Ее взгляд стал чуть мягче, но в нем все еще читалась настороженность.

— Ты хотел поговорить о чем-то серьезном, — напомнила она, отрываясь от чашки.

Ментал вздохнул, понимая, что избежать откровенности не получится. Он поднял на нее взгляд, в котором смешались тревога и заинтересованность.

— Я хочу знать о тебе больше, Виорика. О том, что случилось двенадцать лет назад и как ты жила все это время. О том, кто ты на самом деле. Я не настаиваю и не хочу узнавать это от других. Ты вправе отказать мне и…

— Дим…

Ее пальцы слегка напряглись, крепче сжимая кружку. Некоторое время она молчала, словно решала, насколько откровенной быть.

— Правда за правду, - она наконец-то кивнула, будто пришла к внутреннему согласию. – Ты меня выручал и не сдал Деяну. С чего начать?

— С той самой ночи.

— О, это просто, - девушка улыбнулась и пожала плечами. – В наш огромный особняк ворвались ведьмаки и нечисть. Они убивали. Всех. Я видела, как во все стороны разлетается кровь, как падают трупы. Я не знаю почему мы проиграли в той битве. Всех просто вырезали. Всех…почти.

Она сделала большой глоток кофе и в ее серебристо-белых глазах блеснуло жуткое безумие.

— А потом отец отвел меня в комнату и приказал убить его, чтобы я забрала бессмертие. Бессмертие всегда передавалось по мужской линии. Но этот бессмертный будто влияет на жизнь внутри семьи. И я убила. Мне было восемь лет, когда я последний раз выполнила приказ, который мне отдали. А потом я спряталась в шкафу и меня не обнаружили. Ночью я покинула родной дом и пряталась. Да я год нигде не появлялась, чтобы лишний раз не мельтешить. И лишь потом примкнула к детскому дому, благо особого контроля за детьми там не было. Это помогло мне закончить школу и поступить в институт, где я жила почти обычной жизнью, но с постоянной оглядкой на прошлое.

Ментал почувствовал, как его душа ушла в пятки. Он сидел, словно громом пораженный. Его взгляд, устремленный на Виорику, застывал в смеси шока и сострадания. Теперь становилось понятным, что за ее холодной внешностью скрывается тяжелое прошлое, но Ментал и представить не мог, насколько это прошлое было мрачным. Каждое ее слово звучало, как нож, режущий реальность, разрывая в клочья привычное представление о том, через что может пройти человек.

Она выглядела спокойной, почти равнодушной, как будто рассказывала не о своей жизни, а о каком-то старом фильме. Только серебристо-белые глаза выдавали больше, чем могла выразить сама Виорика. Безумие в них танцевало, как отголосок той ночи, когда ее мир рухнул.

Ментал хотел что-то сказать. Хотел найти слова, которые могли бы смягчить ее боль, выразить сочувствие, но каждый раз, когда он открывал рот, горло пересыхало, а язык не слушался. Он знал, что его слова не помогут. Они не изменят того, что уже произошло, не сделают это менее ужасным.

Он глубоко вздохнул, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. В груди зашевелилось странное чувство — смесь вины, восхищения и желания защитить.

«Восемь лет…» — эта цифра пульсировала у него в голове. В восемь лет она убила. И не потому, что хотела, а потому что приказал отец. А потом потеряла всех. Всех, кто был ей дорог.

Теперь он понимал, почему ее эмоциональный фон часто оставался таким ровным, почти пустым. Это был не щит, а броня, выкованная временем и страданиями.

Ментал медленно отставил кружку, крепко сцепив пальцы.

— Виорика, — произнес он, наконец, низким, хриплым голосом, который прозвучал почти как шепот. Но дальше слов у него не нашлось.

Она подняла на него взгляд, уголки ее губ дрогнули, образуя что-то среднее между усмешкой и улыбкой.

— Ты не обязан ничего говорить, Дима, — ее голос был мягким, но от этого не менее пугающим. — Мне не нужно сочувствие. Это было давно. Ну что? Из нежной и красивой девушки я превратилась в монстра? – Виорика покачала головой, а в глазах отразилась боль.

Мужчина чувствовал, как внутри разрывается что-то важное. Он хотел сказать, что она достойна большего, чем получила в жизни. Хотел поклясться, что сделает все, чтобы она больше никогда не была одна, чтобы никто не смел причинить ей боль. Но он молчал.

Наконец, он выдохнул и потянулся к ней через стол, осторожно накрыв ее руку своей ладонью.

— Мне так жаль, - он покачал головой. – Ты проверяла свое бессмертие? До вчерашнего дня.

— Да, представился случай, - она не стала вдаваться в подробности. – Я не могу умереть, у меня шикарная регенерация, но боль…она заставляет сходить с ума. Все это время я старалась запечатывать собственные эмоции, чтобы не сбрендить. И вот теперь я понимаю, что могу жить вечно, да только смысл в этом, если я ничего не хочу? – девушка внезапно вздохнула и улыбнулась красиво и искренне. – Завидуя Лее. Вот она точно знает чего хочет. Еще и очки потеряла, - Виорика фыркнула.

— Они имели для тебя какую-то ценность?

— Нет, просто привычка, которая заставляет меня чувствовать себя спокойнее.

Виорика посмотрела на его руку, затем снова на него. Ей не нужно было больше слов. Она просто кивнула, сжала его ладонь и снова отхлебнула кофе, будто в этот момент ей больше ничего и не требовалось.

Ментал же теперь видел Виорику совершенно иначе. Её ночной порыв — страстный, порывистый, почти отчаянный — теперь обретал иной смысл. Это была не просто страсть, не просто желание близости. Это была её попытка почувствовать любовь, ощутить себя живой, нужной, желанной.

Он покачал головой, чуть прищурившись, словно собирался упрекнуть её, но вместо этого медленно протянул руку и притянул к себе в объятия.

— Иди сюда, — сказал он тихо, почти шепотом, но в голосе звучала уверенность.

Виорика не сопротивлялась, позволив ему обнять себя. Её тело, сначала напряжённое, стало постепенно расслабляться. Она положила голову ему на плечо, закрыла глаза, будто ловя этот момент покоя.

Ментал склонился к её волосам, вдохнул их аромат, ощущая, как что-то теплое разливается в груди. Ему не нужны были слова, чтобы выразить, что он рядом. Что она больше не одна.

Но даже в этом состоянии податливости он знал: это всего лишь маска. Она всегда была собрана, как пружина, готовая в любой момент взорваться или отразить удар. Её кажущееся спокойствие было обманчивым.

— Ты такая сильная, Виорика, — тихо сказал он, глядя куда-то вдаль, но говоривший именно ей.

Она не ответила, только вздохнула, и в этом вздохе были усталость, горечь и крошечная искорка надежды.

— А ты — упрямый, — наконец, проговорила она, улыбнувшись краем губ. — Но, кажется, мне это нравится.

Ментал усмехнулся, не отпуская её. Он знал, что впереди их ждут вопросы, ответы на которые могут оказаться слишком болезненными. Знал, что их пути ещё долго будут переплетаться тайнами и опасностями. Но в этот момент он решил не думать об этом. Сейчас всё, что имело значение, — это девушка в его руках, такая хрупкая и такая несломленная, будто сама природа объединила несовместимое, создавая Виорику.

Оторвавшись от её волос, старшекурсник чуть отстранился, чтобы заглянуть в её глаза.

— Нам нужно быть готовыми к вечеру, — спокойно сказал он.

Виорика приподняла бровь, её серебристо-белые глаза зловеще блеснули.

— К чему именно?

Ментал позволил себе легкую улыбку, проведя пальцем по её плечу, словно успокаивая:

— Деян собрал команду. Мы отправляемся в Красномейск. Ну, ты понимаешь, бывший Винтерберг, Германия. Там нас ждёт Академия Зайтгайст, та самая, куда мы собирались для обмена опытом.

Слова, казалось, висели в воздухе, пока Виорика внезапно не застыла. Взгляд стал отсутствующим, пустым.

— Что-то не так? — уточнил Дмитрий, внимательно наблюдая за её реакцией.

Она на мгновение закрыла глаза, будто стараясь сосредоточиться, а затем медленно открыла их, её голос прозвучал неожиданно тихо:

— Как называется Академия, в которой мы учимся?

Ментал чуть не расхохотался от такого неожиданного вопроса. Его грудь тряхнуло от смеха, и он провёл рукой по лицу, пытаясь успокоиться.

— Во всем мире её называют МАГ, — сказал он, ухмыльнувшись. — Магическая Академия Государства. У нас чаще сокращают – просто Академия.

— Очень сокращенно, - буркнула она.

Виорика продолжала смотреть на него, словно пытаясь переварить услышанное. Затем её губы дернулись в слабой улыбке, хотя в её глазах всё ещё читалось напряжение.

— Что тебя так смутило, Виорика?

Она покачала головой, но не ответила сразу. Словно в её мыслях складывался сложный пазл, который она пока не могла завершить.

— Просто… я до этого вообще не обращала внимание на название нашей Академии, — наконец произнесла она.

Ментал внимательно изучал её лицо, всё ещё чувствуя, что в её реакции скрывается что-то большее. Однако не было ничего удивительного в том, что все это время Виорика не интересовалась названием Академии – девушка лишь недавно вернулась в колдовской мир и медленно в него вливалась.

Старшекурсник бросил взгляд на настенные часы и нахмурился.

— Мне нужно ненадолго уйти по делам, — произнёс он, поднимаясь с места. — Ко мне скоро придут друзья. Иван, Катя и Лана. Ты их наверняка помнишь. Я раньше с ними был в одном отряде под наставничеством Семаргла.

Виорика лениво потянулась и взглянула на него, уже успев приноровиться к его манере отдавать распоряжения без лишних объяснений – он говорил чаще сухо и по делу.

— Мне их встретить? — уточнила она, слегка приподняв бровь.

— Достаточно в квартиру пустить, — кивнул Ментал. — С ними весело.

Виорика покачала головой, но её уголки губ приподнялись в слабой улыбке.

— Хорошо, сделаю. Тем более, они мне ящик коньяка должны.

— Ого, когда успели? – удивился Дима.

— Да так, был разговор, - девушка хитро улыбнулась. – Кстати, а ты вообще не пьешь? Я помню, ты говорил, что без вредных привычек, но все же.

— А ты не знаешь? – Ментал вдруг рассмеялся. - Ни я, ни Деян вообще не пьем, потому что это притупляет врожденные способности.

— Хм, - она задумалась.

— Что? – заинтересовался мужчина.

— Пытаюсь понять. Вы не бухаете, потому что сильнейшие, или вы сильнейшие, потому что не бухаете?

На секунду Ментал будто завис, размышляя над вопросом девушки.

— Озадачь этим вопросом потом Деяна. Прям очень интересно, что он скажет, - наконец-то хмыкнул он.

— Обязательно, - девушка серьезно кивнула.

Дмитрий подошёл к ней ближе, положил ладонь на её щёку, задержавшись взглядом на её лице, будто проверяя, действительно ли она чувствует себя здесь и сейчас комфортно. Затем он склонился и запечатлел лёгкий поцелуй на её виске.

— Уже начинаю скучать, — произнёс он тихо.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и быстрыми шагами направился к двери.

— Увидимся скоро, — бросила она на прощание, закрывая за ним дверь.

Как только он ушёл, Виорика осталась в тишине. Несколько минут она сидела неподвижно, будто пытаясь привыкнуть к тому, как быстро Ментал снова нырнул в дела, не оставив ей даже намёка на подробности. Затем она встала, прошлась по комнате, машинально поправляя подол всё той же огромной футболки и думая о том, что стоило бы переодеться.