Глава 15

Жанна.

К концу третьей недели проживания под одной крышей с Серебряковым моя нервная система стала похожа на раздувшийся до максимума и готовый лопнуть воздушный шар. Мы с Русланом уже не ругались и даже не спорили. Я старалась как можно реже попадаться ему на глаза, а он по вечерам с головой погружался в какие-то документы.

Вероятно, именно так выглядят браки, заключенные по расчету. Никаких эмоций или даже намеков на близость. Холодная отстраненность и приторная вежливость. Мы жили рядом, вместе бегали по утрам, кормили пса, ездили на работу и возвращались домой…

Мы пересекались десятки раз в течение суток, но каждый варился в своем котле. Кипел, спускал пар в делах, стискивал зубы, когда хотелось взорваться, но продолжал играть свою роль.

Как ни крути, а любовь, лишенная права на существование, способна отравить жизнь не хуже склочного характера или тяжелой болезни. Моя любовь травила особенно жестоко. Я ненавидела Вересова, из-за которого оказалась в этой ситуации, всей душой. И одновременно злилась на себя.

К концу третьей недели напряжение и злость стали, как горячие гейзеры, пробиваться на поверхность. Вначале, не дождавшись окончания предписанного врачами срока, я сняла с руки повязку. Потом приняла предложение Алекса Рэя сходить в ресторан.

Ко второй новости Серебряков отнесся равнодушно. Он даже бровью не повел, когда сказала, что меня пригласили на свидание. А из-за первой мы в лучших традициях проживших много лет рядом супругов разругались — без криков, коротко, но открыто.

— Если ты считаешь, что красота стоит боли — дерзай! Понадобится отвезти к врачу — без меня.

Напоследок он прожег меня насквозь презрительным взглядом и, сбросив в мусор недоеденный завтрак, направился прочь из кухни.

— Чудесно! И на свидании, надеюсь, удастся обойтись без твоего участия.

— Если твой характер от этого улучшится, я готов лично расстелить вам постель и постоять на страже, пока твой спутник сделает свое дело, — через плечо кинул Руслан уже у самой двери.

Если это была шутка, то самая дурацкая, какую только можно придумать. Подложить меня под Алекса! Чтобы не запустить чашку с чаем в противоположную стену, мне пригодились все моральные силы. Счастье, что после этого мы не подрались по дороге на мою работу.

***

На радиостанции дела пошли не лучше. Пусть здесь не было Серебрякова, но последняя брошенная им фраза буравила мне мозг ядовитым сверлом. Пока я никого не прибила в порыве ярости, как можно скорее следовало вернуть мысли в привычное русло.

До обеда я загрузила себя проектами на ближайший месяц. Договорилась о трех встречах с гостями будущих передач. Не проронив ни капли яда, выслушала на летучке "гениальнейшие" идеи Мисюрова. И даже не послала подальше Аллу, когда та попыталась продолжить наш недавний разговор.

Внешне это был прогресс. Ничего общего с той раздраженной фурией, в которую я превращалась рядом с Русланом. Однако внутри… Несмотря на все старания, раздрай никуда не делся. Он, как ком в горле, мешал мне дышать и, стоило хоть на миг расслабиться, уводил мысли в ненужную степь.

Как ни больно было осознавать, но согласиться на свидание из вредности было так же гениально, как переехать к Серебрякову. Сумасшедшая Жанна в квартире Руслана могла сколько угодно уверять себя, что хотела отдохнуть от ежедневных баталий. Она вообще слабо соображала из-за постоянного раскачивания на качелях эмоций. Жанна-радиоведущая, в отличие от первой ипостаси, не питала относительно своих взбрыков никаких иллюзий.

Больше всего на свете я хотела зацепить Руслана. Вызвать в нем хотя бы отголоски ревности и почувствовать неравнодушие. Черт, да я вела себя как маленькая капризная девочка, добивающаяся внимания родителей!

Вначале эта девочка поддалась слабости и позволила взять над собой опеку, а сейчас спешила испортить жизнь встречей с ненужным и, в общем-то, неинтересным для нее мужчиной. Какой у этой безумицы будет следующий шаг, и представлять не хотелось.

***

Вечером я еще раз убедилась в правдивости пословицы: "Мы предполагаем, а жизнь располагает". Одному из самых завидных женихов Питера и мастеру пикапа Алексу Рэю сегодня не повезло. Приобретенное мною в небольшом бутике возле студии длинное черное платье с пикантным вырезом до талии он так и не увидел.

Нет, Алекс не ослеп от неожиданной красоты. И не сорвал свидание, хотя, видит Бог, я этого заслуживала. Чертовка-судьба распорядилась иначе: рядом с машиной такси, которую я вызвала, чтобы добраться до ресторана, оказалось еще одна — до боли знакомый черный «Ренж Ровер».

После утреннего обмена любезностями я и не ожидала, что мой телохранитель пожелает везти объект своей опеки в ресторан к другому мужчине. Лучшее, на что рассчитывала — хмурый взгляд ночью, после моего возвращения домой. Однако Серебряков снова доказал, что я его недооцениваю.

Он был там, где всегда. Спокойный и точный. Чтобы отправить такси, мне понадобилось кликнуть на "отмену вызова" в мобильном приложении. Чтобы дойти до джипа Руслана — выстроить всех своих демонов в шеренгу и потребовать заткнуться хотя бы ненадолго.

— Тебе не холодно? — взгляд поджидавшего меня возле машины Серебрякова прошелся по наряду от декольте до шпилек. На секунду он задержался в районе груди. Впрочем, мне могло и показаться.

— Сомневаюсь, что мне сегодня позволят замерзнуть, — послав Руслану многозначительную улыбку, я самостоятельно открыла дверь за водителем и устроила свою пятую точку на кожаное сиденье.

Серебряков не ответил. Посмотрев куда-то вверх, он покачал головой, а после нырнул за руль. Вроде бы, как обычно, и все же что-то в этой нашей встрече было не так.

— Спасибо, что заехал.

— Не за что. — Руслан завел двигатель.

Вероятно, следовало добавить что-то еще. Сказать, что зря утруждался, и я могла спокойно добраться на такси. Назвать ресторан, в котором ждал Алекс. Поинтересоваться, как дела на работе… Напряженная пауза искрящимся облачком повисла в воздухе, но я так ничего и не произнесла.

Абсурдная ситуация. Нездоровая, как не посмотри. Все эти гнетущие паузы, колкие фразы… Будто не диалоги, а морзянка. Впрочем, все в наших отношениях с Русланом было абсурдно. То друзья, то любовники, то вынужденные сожители. Путаница статусов и масок. Сейчас, наверное, наступил пик этого безумия.

Бывает, в жизни что-то происходит по накопительной системе, как в магазине: тратишь деньги, собираешь баллы, потом получаешь свой заслуженный бонус. А бывает — неожиданное просветление. Невозможно угадать, когда оно наступит. Ты борешься, готовишься к новому сражению, только вдруг видишь пепелище, в которое превратилась твоя жизнь, и, хоть силы еще теплятся, опускаешь руки.

Мои опустились в тот момент, когда Руслан, даже не взглянув привычно в зеркало заднего вида, вырулил с парковки. Красивый, уверенный в себе и недосягаемый для меня мужчина. Никаких лишних движений или слов. Надежный, как скала. Не чувствуй он долга за мою помощь в прошлом, отдыхал бы сейчас в компании какой-нибудь счастливицы. Пусть без любви, заменить Свету не сможет никто, но с удовольствием. Так, как нужно именно ему! До успокаивающего душу изнеможения. Без балласта и забот. Без обязательств и бесконечных споров. Без меня…

Невеселые мысли опутывали, как сновидение. Иногда я пыталась вырваться из их щупалец, но свет фонарей за окном, тихая музыка в салоне и сильные красивые пальцы Руслана на кожаной оплетке руля держали словно гипноз.

Прошло, наверное, с полчаса, когда с глаз спала пелена образов, и вид за окном привлек к себе внимание.

— Руслан… — я завертела головой, — …куда мы едем? Мой ресторан в центре. Забыла сказать тебе название. "Блок".

— Неплохой выбор, только мы едем не туда, — лениво сообщил мой водитель.

— Что?! — казалось, я ослышалась. — Руслан, меня уже ждут…

Серебряков стрельнул взглядом по табло аудиосистемы, где желтым цветом горели часы, и только после этого ответил:

— Вероятно.

От такой разговорчивости хотелось удавиться. Алекс наверняка уже начал сочинять какие-нибудь гипотезы по поводу моего опоздания. Заигрывание, набивание себе цены. И думать не хотелось, как придется разубеждать в них опытного пикап-тренера.

— Если тебе не по пути, я могу вызвать такси, — мои руки сами потянулись к телефону.

— Жанна… — Руслан вздохнул. — Хватит уже. Если тебе нужно покрасоваться перед кем-то во всей красе, готов предоставить себя.

От неожиданности у меня чуть не пропал дал речи.

— Что ты имеешь в виду? — язык заплетался.

— Сегодня идем в свет. Не пропадать же твоим стараниям.

— То есть ты решил меня вывести? — радость от того, что не придется истязать себя общением с Алексом, мгновенно сменилась горьким разочарованием. — Как мы выгуливаем Руса?

— Нет. Просто после испорченного мною утра я не позволяю тебе испортить себе еще и вечер.

***

Руслан.

День не задался с самого начала. На завтрак ссора, на обед однозначное, не терпящее никаких возражений требование главного спонсора быть на гребанной вечеринке в честь открытия его нового ресторана. А теперь еще и Жанна…

Орлова, конечно, не была похожа на какого-нибудь из моих дуболомов, но не требовалось знать тонкости женской психологии, чтобы понять, как сильно она "хочет" на свидание. Даже не знаю, кто из нас двоих горел большим энтузиазмом: я перед встречей с местным бомондом или Жанна перед рестораном.

Вероятнее, все же Орлова. Чего только стоил ее наряд. Платье с вырезом до талии! Шпильки, годные лишь для того, чтобы красоваться на мужских плечах. Связанные в высокий хвост волосы — бери да опускай на уровень ширинки.

Да уж, на увлекательную беседу расчета точно не было. Максимум, что светило спутнику Жанны — быстрый ужин с дубовой эрекцией и изматывающие мысли о том, к кому податься за спасением, если свидание закончится не в горизонтальной плоскости.

Редкий циничный вариант женского садизма. Будь Орлова конченой стервой, наверняка развлеклась бы на полную катушку, а потом еще неделю была бы тише воды, ниже травы. Вполне себе выход. Одна жертва, одна довольная женщина — невелика цена. Жаль только, с характером Жанны ей вместо удовлетворения светили муки совести. А мне…

Мысленно извинившись перед бедолагой Алексом, я повернул машину в сторону спонсорского ресторана. Раз Жанне нужно проветрить голову, то вечеринка в честь его открытия подойдет идеально. Печалиться, если кто-нибудь из тамошней публики умрет от спермотоксикоза, я не буду, а Орлова в случае чего всегда сможет обвинить меня во всех грехах.

Убежденный в правильности затеи, я проигнорировал обиду Жанны и ее сравнение с выгулом пса. Даже смешно, но чем-то неуловимым схватки с не в меру темпераментной Орловой напоминали подготовку к матчу. Забытое ощущение. Приятное, дразнящее и совершенно не подходящее ни к месту, ни ко времени.

Окажись Жанна настойчивее, мне, вероятно, даже пришлось бы сдаться. Однако до конца пути она больше не проронила ни слова, а стоило нам войти в ресторан, из разъяренной фурии превратилась в образцовую спутницу. В ожившую эротическую фантазию мужской половины присутствующих. Да так эффектно, что на третьей повернутой в нашу сторону голове мне захотелось начать сворачивать шеи, а на седьмой зашить до подбородка проклятое декольте.

Плюс в таком представлении несомненно был — меня уж точно заметили все, от официантов до организаторов. Упреков в том, что избегаю публичных мероприятий, не последует. Но вот идея незаметно уйти пораньше, кажется, с треском провалилась.

— Рад, что ты все-таки нашел время, — пока Жанна отлучилась в дамскую комнату, ко мне подошел виновник торжества.

— Выбора мне не оставили. — Я протянул руку Клюеву-старшему, ресторатору и отцу моего капитана.

— Отсутствие выбора здорово облегчает жизнь.

— Я бы мог поспорить, но не стану.

— И правильно, — Клюев глянул вправо, как раз туда, где сейчас о чем-то разговаривали бывший главный менеджер команды Репин и один из спонсоров. — Иногда спорить вредно. И менять правила игры, когда тебя хотят выбить из седла, тоже.

Намек был прозрачнее некуда. О мечте Репина вернуться в администрацию не знала разве что уборщица ледовой арены.

— Некоторые правила давно пора поменять, — вспомнился последний контракт на организацию трансферов для команды с его заоблачной ценой. Королевские особы, и те, небось, летали дешевле. — Воздух нынче слишком дорого обходится. С такими счетами нам скоро придется прощаться с кем-нибудь из игроков.

— Всегда приходится кем-то жертвовать. Собой или другими…

— Ну, это мы еще посмотрим.

Особых подозрений относительно Клюева у меня не было. Сфера его личных интересов ограничивалась карьерой сына. Но в этом мы были едины — из неуправляемого, хоть и талантливого форварда Клюева-младшего получился отличный капитан. Даже странно, что отец решил вмешаться со своим царским напутствием.

— Знаете, Руслан, — пока я размышлял над мотивами моего собеседника, тот перехватил у официанта бокал и осушил наполовину, — Вы напоминаете мне себя в начале карьеры. Уверенный, дерзкий, бескомпромиссный. Замечательные качества. Лидерские…

— Но? — в бочке меда обязательно должна быть ложка дегтя. Клюев явно не договаривал.

— Только очень дорогостоящие.

Что и требовалось доказать, лесть вновь сводилась к намекам.

— Вы сомневаетесь в моей платежеспособности? — игра в слова начала раздражать.

— Нет, Боже упаси! Просто порой дешевле проиграть. Задумайтесь над этим. Я Вам настойчиво советую.

— Вы сегодня очень настойчивы, — я хмыкнул. — Вас направили переговорщиком, или тучи над моей головой стали настолько темными?

— Не хотелось бы, чтобы ваше место занял другой специалист, — Клюев увернулся от прямого ответа.

— Мне тоже.

— В таком случае, я рад, что мы понимаем друг друга.

Не знаю, прочел ли спонсор по моему лицу или сам устал от дурацкой беседы, но добавлять ничего не стал. Осушив свой бокал до дна, он переключил свое внимание на другого гостя, а со мной вежливо раскланялся.

Пять минут впустую потраченного времени. Скорее всего, мне стоило порадоваться, что словесный менуэт завершился так быстро. В конце концов, Клюев мог начать обсуждать детали планов некоторых своих коллег-спонсоров. Сколько денег они потеряли из-за того, что я сменил поставщика инвентаря. Как можно надавить на Совет директоров, чтобы тот расторг мой контракт. Какие результаты команды можно зачислить на счет моих организационных промахов…

Разговаривать можно было много о чем. За год я уже успел убедиться, насколько хорошо Репин умел вести так называемые "переговоры за спиной". С таким талантом ему следовало заниматься не хоккеем, а шагать в большую политику. Однако все эти тайны мадридского двора уже начинали утомлять. Если кое-кто всерьез решил подвинуть меня на посту, возможно, скоро придется разбираться со спонсорами кардинально.

На этой невеселой мысли до чертиков захотелось закончить сегодняшнее показательное шоу и убраться подобру-поздорову. Мистер Главный ресторатор уже отведал содержимое моей черепной коробки, а предоставлять кому-нибудь на десерт свои уши желания как не было, так и не появилось. Не будь со мной одного отягощающего обстоятельства, я бы уже сидел в машине. Полчаса до дома, еще полчаса на приготовление ужина из замороженных полуфабрикатов, и вечер можно было считать удачным.

Но обстоятельство было! Оно сверкало белозубой улыбкой в толпе. Как восьмое чудо света приковывало к себе взгляды. И, по стечению обстоятельств, находилось под моей опекой.

— Мне страшно подумать, сколько денег ушло на презентацию этого ресторана. — Жанна положила руку на сгиб моего локтя. Покорная и тихая. Словно и не Орлова.

— Тебе нравится? — хотелось надеяться, что хоть кто-то из нас получает удовольствие от мероприятия.

— Я счастлива. — Восторженно-радостное выражение слетело с лица, обнажая усталость. — Давно в моем декольте не было столько мужских взглядов.

— Надеюсь, нашлась достойная замена твоему сегодняшнему ухажеру?

— Думаешь так легко найти достойного? — Жанна вопросительно изогнула левую бровь.

— Мне сложно судить, но количество раздутых индюков на квадратный метр зашкаливает.

Орлова прыснула.

— Ты — Стараюсь быть под стать своей спутнице.

— А еще приятный собеседник.

— Должен же я как-то компенсировать испорченный вечер.

Наша обычная пикировка. Ничего особенного, но едва заметные лучики-морщинки у глаз Жанны разгладились, а глаза загорелись таким огнем, что захотелось влить в себя что-нибудь со льдом и покрепче.

— Хочешь компенсировать…

Орлова облизала пухлую нижнюю губу. Розовый язычок блеснул лишь на секунду, но моей фантазии хватило. Никаких допингов было не нужно, никаких соблазнительных женских штучек. Я был последним идиотом, когда думал, что отличаюсь от остальных похотливых кобелей, трахавших глазами эту женщину весь вечер.

Такой же! Блядская помада цвета крови, острые соски, проступившие сквозь тонкую ткань платья, и вместо мыслей одни потребности: затянуть Жанну в какой-нибудь укромный угол, стянуть с плеч это гребанное платье и, перегнув через кресло, иметь, пока яйца не станут такими же пустыми, как голова.

Благородство во всей красе! Лучше бы все-таки я выгулял ее как Руса — марш-бросок по парку, километров пять без остановок на отдых и разговоры. Вымотал бы так, чтобы не осталось ни сил, ни желаний. Чтобы вместо пахнущей похотью сирены рядом стояла раскрасневшаяся, запыхавшаяся соседка по квартире, которую нужно всего-то отправить в душ и выдержать долбанных полчаса, пока она смывает со своего роскошного тела совсем не ту усталость. очень добрый! В курсе?