Глава 9

Расчетливая дрянь. Именно так Бенедикт меня назвал.

Если учесть, что пять лет назад, прощаясь, он признавался мне в любви, то, видимо, что-то серьезное случилось уже потом. Уверена, что тут приложила руку Патриша Геррос. И лорд Дандри. Не зря же дракон его упомянул.

Но желания возвращаться и спрашивать, что же заставило его пять лет назад меня бросить, не возникло. Значит, не любил по-настоящему, раз не пришел ко мне лично, не поговорил и не задал вопросы. Оставил меня совершенно одну в неведении. Да еще и солгал о себе.

А если не любил, то зачем слушать жалкие объяснения, снова пытаться поверить… до следующего раза, когда меня опять кто-нибудь оболжет. Тем более что репутация у меня сейчас далека от идеальной.

Нет, не хочу. Пусть прошлое остается в прошлом. Хватит.

– Геррос?

Я уже почти подошла к мосту, с трудом удерживая пипу, которая рвалась и рычала в сети, из-за чего мне приходилось ее все время подпитывать. Сил это сжирало много, ухудшая и без того паршивое настроение.

Так что когда прозвучало мое имя, я даже немного обрадовалась, решив сорвать весь свой негатив на несчастном, который вздумал меня окликать.

Обернувшись, увидела парня. Боевик. Еще и дракон. Один из тех, которые явились к нам на помощь вместе с Бенедиктом.

Высокий, поджарый, но не перекачанный. Самое то для боевика, где не только сила мускулов нужна, но и гибкость, ловкость и скорость. Яркий и рыжеволосый, голубоглазый, с россыпью веснушек на лице и даже шее.

– И? – поинтересовалась у него, закончив осмотр.

Пипа в сети вновь заворочалась, отчего сильнее заломило пальцы.

– Ты вроде собралась продавать нечисть профессору, – с улыбкой выдал парень.

– Перекупить хочешь? Так она не продается. Это моя пипа.

– А я не претендую. Совет хочу дать. Бесплатный. Отнеси ее профессору Зигмусу. Он коллекционирует всякую нечисть. С ним можно будет договориться и на доставку других… экземпляров.

Я продолжала внимательно смотреть на рыжего парня, все еще пытаясь найти подвох в его словах или взгляде. Ничего не находилось. Поэтому решила действовать на опережение.

– На свидания не хожу. Совсем.

– Я и не приглашаю, – нахально оскалился тот, – но если ты настаиваешь, то так и быть…

– Катись к хиллисам!

– Мне и тут неплохо.

Кажется, наш разговор зашел в тупик.

– С чего вдруг решил мне помочь?

Да, я подозрительная. Временами даже маниакальная. Особенно когда дело касается драконов!

– Никто за все годы еще не умудрился до такой степени довести Бенедикта. О его железной выдержке и крепких нервах легенды ходят. А тут… я впервые подумал, что он сорвется и повысит голос.

Видел бы этот рыжий своего хваленого Бенедикта минут пятнадцать назад. Там выдержкой даже не пахло.

– И что?

– Это было интересно. И еще. Нечисть лучше носить в специальных мешках или клетках. В сети ты пипу до академии не донесешь.

– В курсе, – вновь начала раздражаться я.

Рыжий вытащил из кармана специальный мешок, который был гораздо больше тех, что взяла с собой я. Да, сглупила, не подумала и поплатилась.

– Могу помочь, – широко улыбнулся он, продемонстрировав мне вещицу.

Я не торопилась принимать мешок.

– Вопрос все тот же. Что тебе нужно?

– Какая подозрительная. Просто было любопытно. Ты действительно решила пройти все пятьдесят заданий до начала экзаменов?

Я не стала спрашивать, откуда ему это известно. Не академия, а просто большая деревня. Не прошло и пары часов, как все знают. Ну или почти все.

– Пришел пожелать мне удачи?

– Хотел понять, на кого стоит делать ставку. Счастливо, Геррос.

Рыжий швырнул мне мешок и развернулся, явно собираясь удалиться.

– Эй! – выдала я, даже растерявшись от такой наглости.

Дракон недовольно обернулся. В голубых глазах так и читался вопрос: «Какого хверса ты меня задерживаешь?»

– Как тебя зовут?

– Рэдвин Даррел. Передумала насчет свидания?

– Хочу знать, кому отдавать мешок, – фыркнула в ответ.

– Оставь себе, – отмахнулся он, отворачиваясь.

И, насвистывая какую-то легкую мелодию, сунул руки в карманы брюк и не спеша скрылся в тумане.

На кой я спросила его имя? Надо было лучше узнать, про какую ставку он тут рассказывал. Тут что, есть местный тотализатор? В Королевской академии был. Как раз ставили, сумеет Берти затащить меня в постель или нет.

После нашего боя такая путаница произошла. Прошлые результаты ставок объявили недействительными и потребовали у тех, кто ставил на мое падение, вернуть деньги. А бывшие проигравшие осаждали создателей, требуя вернуть выигрыш. Чем все закончилось – не знаю. Меня выгнали раньше окончания скандала.

Надо будет потом подробнее узнать о местном тотализаторе. И даже, возможно, самой сделать ставку. Разумеется, на себя!

Укладывание сопротивляющейся пипы заняло у меня минут пять. Сложно удерживать сеть одной рукой и пытаться впихнуть нечисть в мешок другой. Каким-то чудом, но мне удалось это сделать.

Профессора Зигмуса я нашла с помощью поисковой магии. Ну не бегать же по всем островам, пытаясь его найти.

Да, рисковала. Направлять магию, пусть и поисковую, на уважаемого профессора чревато серьезными последствиями. Но тут роль сыграла моя наглость. Зигмус так обалдел от случившегося, что решил ничего не делать и лично дождаться этого смертника, то есть меня.

Пипе он обрадовался. Засадив нечисть в клетку, долго кружил вокруг нее, потирая руки. Мне даже в какой-то момент стало жаль зверюшку.

– Надеюсь на ответную услугу, – напомнила ему об отметке зачета по Разлому.

– Конечно-конечно, – закивал профессор. – Какой прекрасный экземпляр! Сколько бугорков на спине! А жало! Целехонькое. Ни единой царапины.

– Может, вам еще что-то нужно из Разлома? – многозначительно протянула я, пытаясь привлечь его внимание.

Зигмус выпрямился, бросив на меня заинтересованный взгляд.

– Кажется, у нас с вами, студентка…

– Геррос, – напомнила я, вежливо улыбнувшись.

– Студентка Геррос, у нас с вами есть что обсудить.

Из его кабинета я уходила весьма и весьма довольная собой и с открывшимися перспективами. Профессор обещал к завтрашнему утру составить для меня перечень.

Но на этом список дел на сегодня не закончился.

Я спешила в административный корпус к секретарю ректора, когда меня окликнул Мартин. Целитель убрал с глаз длинную челку и с любопытством на меня взглянул.

– Выглядишь вполне бодрой, – выдал парень, подходя ближе.

– А ты что, ждал умертвие?

– Типа того. Я думал, Бенедикт тебя прибьет за своеволие и закопает под ближайшим кустиком.

– Обошлось. Ты сдал мой мешок с ягодами? – Обойдя опасную тему, я сразу перешла к делу.

– Да. И рассказал своему декану о случившемся. Два зачтенных задания в Разломе у тебя есть.

Три задания за один спуск в Разлом! Да я просто гений! Если так дальше пойдет, то я справлюсь гораздо быстрее!

Оптимистка? Возможно. Но должно же мне в конце концов начать везти.

– Ты хотел что-то еще? – спросила у Мартина, который продолжал стоять рядом.

– Номер твоего связеона. Я через три дня спускаюсь в Разлом с другой группой. Декан разрешила брать тебя с собой. Правда, с другим боевиком. По правилам без него спускаться в Разлом нельзя. А ты, хоть и боевая, но все-таки бытовик.

– Да без проблем, – улыбнулась я, – записывай.

Попрощавшись с целителем, поспешила к госпоже Сноуф.

– Геррос, – скривилась рыжая дама и едва заметно покачала головой.

– Жива и здорова! – радостно провозгласила я.

– Вижу, – кисло выдала она, доставая листок из стопки бумаги. – Вот расписание спусков в Разлом на ближайшую неделю. Также здесь список предметов, которые согласно распоряжению декана Джин ты обязана посещать.

– Ах да, точно.

На радостях я как-то забыла, что на уроки бытовой магии мне придется ходить. Хорошо, хоть не на все. А то сгорю со стыда от собственной некомпетентности.

Вроде все дела переделала, все решила, со всеми встретилась. Пора было возвращаться в общежитие.

Все-таки путешествие в Разлом, особенно первое, не могло пройти незаметно. Несмотря на мою активную деятельность, каждый лишний шаг давался с трудом. Непривычная усталость давила на плечи, слегка кружилась голова. А при резком движении перед глазами начали темнеть круги. А еще я не могла отделаться от неприятного ощущения сырости. Казалось, что туман пробрался не только в одежду, но и забился в поры на коже, въелся в волосы. Как и неприятный запах затхлости, мха и влажности.

Поэтому первое, что я сделала, когда вернулась в общежитие бытовиков, это схватила чистые вещи и отправилась прямиком в душ.

Сбалансировав воду до нужной температуры, встала под сильные струи и, склонив голову, оперлась ладонями о плитку. Постояла так некоторое время, давая себе небольшую передышку, чтобы привести мысли в порядок. А заодно вспомнить каждый шаг, который сделала сегодня, все испытания, выпавшие на мою долю, и то, с каким успехом я их прошла.

Список получился длинным и весьма впечатляющим. Особенно финальный штрих в виде Калеба Бенедикта и поцелуй с ним.

Жалела ли я о том, что произошло? Ни капли. Во-первых, теперь я точно знала, что надо держаться от декана боевого факультета как можно дальше и не оставаться с ним один на один в закрытых помещениях. Пять лет прошло, а желание (не любовь!) никуда не делось. Во-вторых, мне было хорошо. Я что, дура, чтобы жалеть о приятных моментах, которые никогда больше не повторятся? Ну а в-третьих, жалеть о произошедшем глупо.

В общем, хорошо я постояла под душем. Да еще в одиночестве. Никто не мешал, не наблюдал, не шептался за спиной. Вода всегда меня успокаивала и давала силы. Даже жаль, что нет ни капли водной магии.

Тщательно вымыв волосы, я натерла кожу мочалкой докрасна, словно пытаясь вытравить аромат Разлома. А потом устроила себе контрастный душ. Включала то почти кипяток, то ледяную воду.

Когда я, замотанная в халат, с полотенцем на голове, вернулась в комнату, там уже были девочки.

– Привет, – пискнула Элла, часто хлопая ресницами.

Кармина лишь кивнула.

– Привет.

После душа я была на редкость довольная и даже приправила приветствие улыбкой. Девушки оказались понятливыми и с расспросами не лезли, на разговор вывести не пытались. Сидели занимались, готовились к своим зачетам и изредка переговаривались.

Я же нанесла на лицо специальную маску, которая при соприкосновении с кожей приобрела землисто-оранжевый цвет, взяла все бумаги и забралась на свою кровать. И чем больше я их изучала, тем мрачнее становилась.

Судя по всему, в Разлом мне завтра не попасть. И это когда дорог каждый спуск! Единственный возможный вариант был с утра. Там студенты с факультета по работе с магическими тварями собирались исследовать гнезда хиллиса.

Ну психи же! Все знают, что в норы к этим червеподобным тварям лезть никак нельзя. Они же ядовитые! Этакий комок зеленой слизи с пятью глазками и восемью лапками с коготками, а посредине огромная пасть со множеством мелких зубов. Зеленая глина, из которой они, собственно, строят свои жилища, крайне токсична. Попадет на кожу – и до мяса обчесаться можно. Лишь пара пилюль с противоядием и хорошая доза антигистаминного помогут не уйти к праотцам раньше времени.

Но раз по плану академии Драка стоит изучение их гнезд, то ничего страшного. Я с радостью их буду изучать. Даже в гнездо полезу, если потребуется для зачета. Кстати, у Зигмуса там случайно не будет в перечне парочки жирных хиллисов?

Вот только проблема в другом: в то время, когда студенты по работе с магическими тварями должны спускаться в Разлом, у меня стоит два обязательных к посещению предмета – ландшафтный дизайн и этикет тварей (ой… созданий) нашего мира.

На кой хверс мне ландшафтный дизайн, я не знала. А этикету всех существ нашего мира я могу сама обучить. Я, в конце концов, из аристократической семьи. Да в меня эти знания с рождения впихивали! Или декан Джин таким образом намекает, что у меня есть пробелы в образовании?

Можно было, конечно, наплевать на наше соглашение и прогулять. Но злить декана бытового факультета не хотелось. Она вполне могла в отместку забрать разрешение на спуск в Разлом – и тогда прощай, долгожданный выстраданный диплом боевика, и здравствуй, дорогая матушка и ее маниакальное желание выдать меня замуж как можно выгоднее.

Кстати, о матушке.

Я достала связеон и проверила, нет ли сообщений от уважаемой Патриши Геррос. Захотелось даже задать парочку вопросов относительно того, какие именно слухи она распускала обо мне Калебу. Но нет. Не буду! Решила же, что это неважно.

Вызовов и сообщений от матери не было. Зато нашлось одно с незнакомого номера. Оказывается, это Мартин давал о себе знать. Тут же внесла его номер в память связеона. Так как я личность весьма одиозная и крайне нелюбезная, то номеров там было крайне мало.

Смыв маску, нанесла крем, высушила волосы и вновь вернулась к распорядку.

На мое свободное время выпадало два спуска. Один у стихийников. Туда идти смысла нет. Я стихиями не обладаю. Точнее, обладаю, но не в том количестве и качестве, которое необходимо для получения очередного зачета в Разломе. Еще был спуск пятикурсников боевого факультета вместе с их уважаемым – чтоб ему там икалось – деканом. По понятным причинам с ними я тоже не могла спуститься. И что теперь делать? Пропускать целый день? Но так нечестно!

Я снова и снова просматривала графики, пытаясь их хоть как-то сопоставить.

– Кхе-кхе, – раздалось рядом деликатное покашливание, явно призванное привлечь мое внимание.

Что показалось странным и удивительным. Все это время мои соседки старались не шуметь и не мешаться. Так что поменялось?

Я подняла голову и недоуменно взглянула на Эллу.

– У нас завтра зачет по этикету фениксов, – тихо и немного виновато произнесла девушка.

– Спасибо. Я отлично разбираюсь в этикете фениксов.

Соседки вновь переглянулись.

– Уже без десяти восемь, – выдала Кармина.

Я взглянула на часы. Действительно, девятнадцать пятьдесят. Перевела взгляд на девушек.

– И что?

– Скоро восемь, – продолжила Элла.

Ну и чего они от меня хотят? Давно бы уже сказали все как есть, а не говорили загадками, еще больше путая.

– Эм… отбой же в десять вечера. Или вы решили ложиться спать раньше?

– Люциан, – сообщила синеглазая Кармина.

Люциан? Ах да. Тот странный тип, которого я почти прокляла.

– А что с ним? – спросила равнодушно.

– Восемь вечера. В его комнате, – несчастным голосом ответила Элла.

Я смотрела на них секунд десять.

– Вы серьезно?

– Он же пригласил тебя на примерку! Назвал музой, – выдала Кармина.

– Да хоть кактусом, – не слишком любезно фыркнула в ответ. – Меня это не интересует. – Потом все-таки решила немного смягчить свой категоричный ответ: – Польщена такой честью, но нет. Я музой становиться не буду, даже для такого гения. У меня и без этого проблем хватает. Так что нет.

И снова уткнулась в свои бумаги, давая понять, что разговор окончен. На этом про гения модельера можно было забыть, если бы… если бы на следующий день он снова весьма нагло не напомнил о себе.

***

Второй день моего обучения на бытовом факультете прошел не так позорно, как первый. С ландшафтным дизайном, правда, вышло не так хорошо, как хотелось, но тоже неплохо. Всего лишь пара загубленных кустов, случайно взорванная клумба с каким-то экзотическим цветком и так… по мелочи.

А с этикетом у меня вообще проблем не возникло. Я же Геррос. Я могла сама подучить профессора правилам лепреконов (у него там было несколько незначительных ошибок), но благоразумно решила помалкивать и улыбаться.

Проблемы появились позже. Вернее, эта самая проблема сама ко мне пришла в комнату после уроков. Я как раз собиралась отправиться в столовую пообедать, а потом к подъемникам: вдруг сегодня все-таки удастся спуститься в Разлом и получить хотя бы один зачет. Но тут в дверь настойчиво постучали.

Так как гостей я однозначно не ждала, то на стук не обратила совершенно никакого внимания, предложив девочкам самим разбираться со своими гостями, а меня не трогать.

– Входите, открыто, – произнесла Кармина, когда стук повторился.

И в нашу комнату торжественно вошло чудо в перьях, точнее гений в перьях. А следом за ним его восторженные курицы. И вся толпа выжидательно уставилась на меня.

– Не надо слов, я все понял! – воскликнул Люциан и выставил вперед ладонь, прежде чем я произнесла хоть слово.

– Что? – нахмурилась в ответ, поняв, что так просто от этого гения не избавлюсь.

– Ты совершенно права! – взмахнул он руками. – Красный тебе не подходит. Слишком пошло!

– Серьезно? – хмыкнула в ответ, демонстративно застегивая все пуговицы на ярко-красной куртке, которую надела сегодня вместо черной.

Но Люциана было просто невозможно сбить или смутить. Непробиваемый тип! Он даже не дрогнул под моим взглядом.

– Сталь! Вот что нужно! Несгибаемая сталь! Под цвет глаз и стойкость характера! Полностью закрытый перед. Даже ни намека на вырез. А спинку сделаем с сюрпризом. Я сам собственноручно возьмусь за жидкий металл. У меня по нему «отлично» стоит! Дополним образ длинной узкой юбкой – и никаких рукавов. И без разрезов. Строгая спереди. Развратница сзади.

Честно говоря, я совершенно запуталась в его восторженных описаниях, которые он щедро приправлял широкими жестами и яркой мимикой. Да и не слушала особенно, поняв только одно: местный гений не оставляет попыток сделать из меня свою музу и модель. Да еще и развратницей назвал. Что удивительно, совсем не обидно. Я даже проклясть его не захотела, а лишь в который раз удивилась наглости и непробиваемости данного субъекта.

Но пришла пора заканчивать этот фарс! У меня и так слишком много проблем и отчаянно мало времени, чтобы еще и всяких павлинов выслушивать.

– Нет, – громко и четко ответила ему, отворачиваясь.

Никаких объяснений я давать точно не собиралась. Тем более ему. Просто схватила рюкзак, собираясь выйти из комнаты.

– Что нет? – наверное, впервые растерялся мэтр, захлопав светлыми ресницами.

– Все нет. Никакого платья. Никакой живой стали. И никакой музы!

– Но у меня есть разрешение, – встав на пути, выдал Люциан, шустро достав из кармана сложенный в несколько раз листочек.

Им-то он и помахал у меня перед носом. И ведь сработало.

– Какое еще разрешение? – насторожилась я, шкурой чувствуя большие такие неприятности.

Гений тут же вручил мне бумажку.

– Вот, прошу.

Развернув, я прочла короткую и весьма лаконичную записку от декана Джин: «Только попробуй! Заберу разрешение!»

Она неплохо успела меня узнать. Сразу поняла, что я буду делать, и опустилась до угроз. А еще декан бытового факультета! Кажется, я на нее плохо влияю!

Да и этот гений в кристаллах не такой уж лопух, как могло показаться. Вон как подсуетился, чтобы заполучить меня в свои музы!

– Ну и что тебе нужно? – возвращая ему записку, сухо поинтересовалась я.

– Ничего особенного. Для начала снять замеры.

– Ладно.

Бросив рюкзак на кровать, я расстегнула все застежки и стащила куртку, оставшись в облегающей темной футболке.

– Что дальше? – спросила, уперев руки в бока.

– Птички мои! – захлопал в ладоши Люциан. – За дело.

Ну я же говорила – курицы.

Девушки тут же встали по бокам и зашептали заклинания. Я через все это уже не раз проходила, когда снимала мерки в своем любимом магазине в столице. Так что знала, что меня ждет. Вокруг закружились ленты, которые быстро принялись делать замеры не только по основным параметрам – грудь, талия, бедра, – но и такое ощущение, что решили измерить совершенно все. Рядом с лентами кружили два магических пера, шустро записывая каждую цифру и делая соответствующие пометки. Кажется, параллельно они даже рисовали мою фигуру. Люциан же ходил кругами, обхватив подбородок, и что-то задумчиво бормотал.

Я же старалась молчать и не реагировать. Быстрее сделают, быстрее я отправлюсь в столовую и попробую спуститься в Разлом.

– Примерка завтра в три, – выдал гений, когда с замерами было покончено и довольные курицы отошли к своему начальнику.

– Это обязательно? – сдерживаясь из последних сил, спросила у него.

– Разумеется. Нам надо обсудить рисунок из мягкого металла на спине.

– Обойдемся без обсуждений, – надевая назад куртку, отрезала я. – Раз ты гений модельного бизнеса, то отлично справишься и без меня.

– Я-то справлюсь, – заносчиво отозвался Люциан. – Но живой металл надо приручить к коже, иначе выйдет не то, что нужно. Так что завтра в три у меня в комнате. Не явишься – сообщу декану.

– Ты что? Угрожаешь мне? – спросила я, не зная, восхищаться или злиться.

– Разумеется нет. Просто предупреждаю, – сообщил он, направляясь к выходу. Но перед самой дверью неожиданно остановился и, обернувшись, выдал: – И, кстати, Геррос, я поставил на тебя весьма крупную сумму, так что не подведи.

Так и знала, что у них тут тотализатор! Надо воспользоваться и тоже сделать ставку. Разумеется, на себя.