Глава 15

– Это защита?! – воскликнула Алария, едва они вышли из задней части полицейского участка. Здесь было несколько рубежей решёток, и даже машины въезжали в этот переулок через пропускные ворота. Они вышли на оживлённую улицу и остановились перевести дух.

Ей тяжело далась пара последних часов – молчать, не комментировать, изображать идеальную бестию. Но вместе с тем она понимала, что это единственная помощь, которая Джеймсу сейчас нужна: не мешать.

Но вопросов у неё накопилось такое количество, что её едва не разорвало на части от собственной сдержанности. И самым животрепещущим сейчас был именно этот: зачем детектив посадил пойманного Тигли в тюрьму?

– Ещё бы не защита, – усмехнулся Джеймс. – Одно из самых безопасных мест Чинвата. Некоторые специально попадаются на чём-то мелком, чтобы немного посидеть. Здесь можно выспаться и здесь кормят. Не бог весть как, но всё же лучше, чем искать остатки пищи на помойке. Охрана может накостылять, что, разумеется, отпугивает, но нашему это точно не грозит. Так что, считай, я его на каникулы отправил. И потом, здесь однозначно безопаснее, чем даже в моём доме. Сюда просто так никто не проберётся.

Судя по разговору с парнем, Джеймс собирался сам воспользоваться этим неизвестным Аларии «модулем», чтобы попытаться вычислить заказчика. Ей представлялось нечто похожее на охоту с приманкой. Складываешь на видное место заранее подраненную мелочёвку, чтобы приманить добычу покрупнее. Ей всё больше нравился местный вариант охоты. Сложнее, запутаннее, веселее. Это словно объединение её обычной охоты для еды и развлечения, ради которых она приходила к иномирным воротам. Два в одном. Когда она разберётся в происходящем лучше, то сможет сама строить ловушки и схемы поимки дичи. Ну, то есть преступника.

– Когда мы будем раскладывать приманку? – спросила она.

– Завтра рано утром, – ответил Джеймс. – А сейчас домой. Отдыхать… Читать каракули Гизмо. Ну и думать…

Тут рядом с ними остановилась самоходная карета. Алария с удивлением увидела за открывшейся дверью лицо начальника полиции.

– Господин Харди? – судя по голосу Джеймса, он тоже не ожидал увидеть этого человека.

– Садись, Спенсер, подвезу, – коротко велел Харди.

Алария была уверена, что хозяин откажется, ведь идти от участка им было совсем недалеко, но тот лишь кивнул и забрался в карету. Ей ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Усевшись рядом, касаясь бедром его ноги, она снова усилием воли задавила нахлынувшие воспоминания о своей безумной выходке. Что на неё тогда нашло? С чего она решила, что поцеловать Джеймса будет хорошей идеей? Теперь лишь в груди печёт, да мыслей в башке столько, что вот-вот через уши полезут.

– Удачно, что я тебя увидел, – сообщил Харди, разваливаясь на своём сиденье. – Хотел уж гонца к тебе слать.

– Правда? – настороженно спросил мужчина.

Аларии совсем не понравился тон Джеймса, она начала подозревать что-то нехорошее и на всякий случай подобралась, вперив взгляд в подбородок начальника полиции.

– Полчаса назад у меня был Норфолк. Он сказал, что обнаружил связь между убийством Зейна Рипли и твоим часовщиком.

– В самом деле?

– Не делай вид, что впервые об этом слышишь, Спенсер, – раздражённо сморщился Харди. – И из меня дурака заодно не пытайся делать. Раз всё ещё не притащил мне какого-то захудалого грабителя ратуши, прикончившего Тибериуса до кучи, значит, дело не самое простое. Я пока в состоянии сложить два и два, знаешь ли. И начальником полиции меня поставили не за красивые глаза.

Алария вскинула глаза, пытаясь найти на лице сидящего напротив красивые глаза, но не слишком преуспела. И снова принялась разглядывать его подбородок.

– Простите, господин Харди, – повинился Джеймс. – Насколько я окажусь прав, если предположу, что Норфолк хотел себе оба дела?

– Прямо в яблочко, Спенсер.

Алария не удержалась и снова подняла глаза на начальника, на этот раз в возмущении: как это, забрать оба дела? А их охота? А преступник? Отдать дичь вот так, просто потому, что тот захотел? Да ещё кому отдать – сопернику хозяина и её врагу Гантеру?

Руперт Харди перехватил её взгляд, и прежде чем внутренности кольнул запрет, она успела заметить в его глазах внимательное любопытство и иронию.

– И что же вы решили? – мрачно уточнил Джеймс.

– Как ты понимаешь, Спенсер, я не мог ответить отказом. Не потому, что его дело важнее – хотя, что уж тут кривить душой, важнее. Но он опытнее, а твоя бестия продемонстрировала явное неповиновение. И если бы ты ещё хоть разок прибыл бы в моё ведение с отчётом о работе, и мы могли бы воочию убедиться, что она изменилась и приручена, то, возможно, у меня было бы больше оснований дать Норфолку от ворот поворот. Ну или хотя бы ты первым пришёл с таким запросом…

– Вы решили меня подвезти, чтобы сказать, что забираете у меня дело?

В голове Аларии не укладывалось, как она может быть так спокоен. Внутри неё всё уже бурлило, грозя вырваться на поверхность яростью и гневом. Она сдерживалась изо всех сил, сжав ладони в кулаки. Хотелось выпустить когти, заорать вцепится в благородный клетчатый жилет начальника полиции и угрожать разнести весь полицейский участок, пока он не переменит свое решение.

Кровавые картинки застилали внутренний взор, но вдруг она поняла одну очень любопытную вещь. Вовсе не приоритетные приказы хозяина удерживали её от безумства. Вдоль позвоночника не шёл холод, мышцы не сводило спазмами. Она держалась сама. Потому что так решила. Это было что-то над приказом. Кажется, именно это имел в виду Джеймс, когда говорил, что ей нужно учиться думать. С ума сойти!

– Я заберу у тебя дело, – после долгого молчания сказал начальник полиции, но таким странным тоном, что Алария замерла, боясь пропустить хотя бы звук. – Через сорок восемь часов. Если ты за это время не раскроешь его сам.

Она почувствовала, как выдохнул сидящий рядом Джеймс.

– Спасибо, господин Харди!

– Это всё, что я могу, Спенсер, – тон начальника смягчился.

– И я вам за это благодарен, правда.

– Надеюсь, у тебя есть идеи, кто это всё учинил?

– Нет. – Детектив широко улыбнулся. – Но у меня в запасе целых сорок восемь часов.

***

Когда они вошли в дом, их встретила тишина. Алария уже успела забыть, что у миссис Пош выходной и вкусную еду придётся греть самостоятельно. А ещё они с Джеймсом остались наедине, и это обстоятельство очень сильно волновало. Она не знала, стоит ли что-то сказать или сделать. Может, надо спросить разрешения идти на кухню… или ещё куда-нибудь.

Судя по участившемуся пульсу хозяина, он тоже был взволнован.

– Алария… – Он прервал затянувшееся молчание, и в голосе явно слышалось напряжение.

Она застыла, лихорадочно анализируя, что стоит сделать. Если он предложит пойти в спальню, стоит ли согласиться? Она была уверена, что приказывать он не станет. Слишком хорошо она его уже знала и понимала многие из его поступков правильно. Но хочется ли ей? Настолько, чтобы ответить согласием?

Раньше никто ещё не приблизился к её «да» настолько близко, как это сделал Джеймс Спенсер. Но всё же, было ли это полной готовностью?

Алария почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она почти не умела краснеть, но сейчас щёки от фривольных мыслей загорелись огнём.

– Алария, – снова сказал Джеймс тихо. – Я… хм… Прошу прощения за то, во что я тебя втянул. Это было непрофессионально. Так не следовало… Целовать тебя было неэтично…

– Нестрашно, – быстро выдохнула она. – Ты же не в постель меня затащил. И это всё для дела. Так что…

Смотреть ему в глаза было выше её сил. И куда делась отважная и дикая бестия Алария? Похоже, она потеряла своё достоинство где-то на улицах Чинвата. Надо собраться и привести себя в форму. Не может быть, чтобы это волнение и тревога, разрастающаяся в груди, были навсегда. Просто надо всё обдумать. Как следует и спокойно. Не сейчас, вероятно, но после. В своей комнате.

– Ещё раз извини, – сказал Джеймс. – Голодная?

– Да! – с готовностью сказала она.

Алария вызвалась сама разогреть еду, и пока она аккуратно загружала заморозку в шкаф, Джеймс прямо на кухне засел за книгу Гизмо. Он притащил блокнот и выписывал туда заинтересовавшие его сведения. Алария заглядывала ему под руку, но поскольку для неё это всё были одинаково непонятные крючки, бросила это занятие. Но любопытство всё равно грызло.

Не отрываясь, Джеймс съел мясо с картошкой, кажется, даже не заметил этого.

– Ох, демиурги! – фыркнул он, отодвигая тарелку. – Что ж им всем так неймётся-то? Все таскались в ратушу, будто не терпелось подольше оставаться в списке подозреваемых.

– Но мы же можем исключить теперь девушек? – подала голос Алария. – Дочь часовщика, например.

– Можем, раз Тигли сказал, что встречался с мужчиной. С другой стороны, их может быть двое.

Она задумалась ненадолго, а затем снова задала вопрос:

– Но один из них точно мужчина и точно маг. Ну, раз у него есть бесы.

– Вот эти «бесы» меня сильно беспокоят. – Джеймс нахмурился и поднял на неё глаза. – Никто не держит их во множественном числе. Ну, то есть два и больше. Потому что ими сложно управлять. Да и не выдал бы никто разрешения на такое.

– То есть это тоже вранье? – уточнила она.

– Не факт. Возможно, этот человек добывал бесов в разных городах, а затем, например, подавал заявления об их смерти. Тела предоставлять не нужно, потому что разное бывает… Тогда теоретически можно собрать несколько бесов.

– А разве никто не заметил бы, что их так много?

– Можно их вообще не выпускать, выводить лишь одного. Или выпускать ночью. Хммм… – Джеймс опять ушёл глубоко в себя. А Аларии не сиделось. Ей было ужасно интересно всё это и хотелось встряхнуть его, чтобы он продолжил говорить, утолил ее жажду узнать побольше, и тогда уже размышлять, и строить догадки.

– А ты можешь думать вслух? – в конце концов не выдержала она.

Джеймс поглядел на неё и слегка улыбнулся.

– Тебе интересно?

– Ну ещё бы! Вот о чём ты думал прямо сейчас?

– О словах Тигли. Слышала, что он сказал? Едва успел спрятаться до захода солнца. Это означает, что и у заказчика было не так уж много времени на то, чтобы добраться до дома. Какой вывод мы делаем, Алария?

– Он… живёт где-то рядом?

– Верно. Живёт. Ну или… – Джеймс задумался так сильно, что забыл закончить фразу. Алария глазами буквально ощупывала его лицо. Это было приятно – смотреть на него, когда никто не мешает. На растрёпанные волосы, в которые он запустил пятерню, на брови, живущие своей особой эмоциональной жизнью, причём каждая в отдельности. На глаза, от внимательности которых иногда возникает желание спрятаться. И чёткая линия подбородка – хорошая, пальцем хочется обрисовать. И губы…

Алария подскочила и рванула к холодильному шкафу. Эти дурацкие мысли нужно было срочно заесть.

– Вебстер сказал, что поломки похожи на саботаж, – Джеймс перешёл уже к другим событиям сегодняшнего дня,. – Будто кто-то не хотел, чтобы часы работали. Причём поломки – если они и правда сделаны кем-то сознательно – были и магического, и механического свойства.

– Ломали наверняка? – предположила она. – Чтобы точно часы не работали?

– Или же этот кто-то хотел, чтобы у Тибериуса было побольше работы и поменьше времени разбираться с тем самым «удивительным открытием» в часах.

– Что, кстати, об этом сказал Вебстер? – уточнила Алария, садясь за стол со второй порцией ужина. – Я же уходила и не слышала.

– По его мнению, что-то странное в часах определённо есть, но разобрать он не может. Сожалеет, что умер наш часовщик и никто ему не подскажет, на что сначала обратить внимание. Обещал ещё раз прибыть туда до отъезда и взять с собой необходимые инструменты и приборы.

– Надеюсь, он не станет слишком медлить, – заметила девушка. – У нас мало времени.

– Точно. – Джеймс глубоко вздохнул, потягиваясь. – Надо как следует отдохнуть, не факт, что завтра ночью нам придётся спать…

Алария подозревала, что он немного кривит душой. Почему-то ей казалось, что он ещё долго будет ходить по своей комнате, разглядывая доску расследования. И думать, думать, думать.

Надо всё же и ей учиться читать, чтобы не чувствовать себя такой дурочкой.

***

Разбудил Аларию звонок. Она подскочила со своей кровати, толком не соображая, где находится. Пальцы удлинились в когти, клыки приподняли губу, глухой предупреждающий рык заклокотал в груди, прокатился выше и окончательно оформился в горле. Она быстро огляделась.

За стеклом на улице была непроглядная ночь.

Звонок повторился. Она выскочила в коридор второго этажа за мгновение, как это сделал и Джеймс. Он был в одних мягких спальных штанах, с растрёпанной головой, но прямо на ходу застёгивал на своих запястьях какие-то браслеты.

– Входная дверь, – коротко сказал он. – Оденься. Если выходить, то, скорее всего, тебе. Я пока выясню, кто пришёл в такой час.

Алария метнулась в комнату, быстро натянула на голые ноги первые попавшиеся штаны, а поверх сорочки на тонких лямках, в которой спала, накинула кожаную куртку. Застегнув её на бегу, она буквально скатилась вниз, к двери, перепрыгивая через ступеньки.

– Кто там? – Она подскочила к держащемуся за ручку двери Джеймсу.

– Ойшо. Пришёл от Вебстера, говорит, это срочно.

– Отойди от двери, – скомандовала Алария, словно забыв, кто тут хозяин. – А ещё лучше, иди оденься, наверняка он войдёт.

Спохватившись буквально на последнем слове, она замерла, готовясь получить отповедь, но Джеймс спокойно развернулся и пошёл на второй этаж, не бегом, но и не медля.

Алария открыла все ночные засовы на двери и тихонько высунулась.

– Добрый вечер… ночь, то есть, – сказал она.

– Именно, – подтвердил Ойшо, оборачиваясь. – Впусти уже меня, я слишком стар для всего этого…

Алария фыркнула, но тут же проглотила смешок – слишком уж серьёзным выглядело лицо пришедшего. Но он заметил.

– Ничего смешного, – строго сказал он. – Ты же не думаешь, что бессмертна? Или что будешь жить вечно? Бестии тоже стареют, знаешь ли, просто там, в Бестиарре, они этого не успевают сделать.

– Сколько ты тут уже? – не удержалась она.

– Почти сорок лет, – сказал Ойшо чопорно. – И вообще-то, я уже набегался за мёртвыми механизмами и наигрался в битвы и риски. Мне нравится спокойная и размеренная жизнь, которую ведёт мой хозяин.

– Тебе… здесь нравится? – поражённо спросила она.

– Я не затем пришёл, чтобы вести светские беседы, – прервал её Ойшо. Он первый заметил, что её хозяин спускается. – Где у вас гостиная?

Там они и разместились. Без лишних предисловий Ойшо рассказал, зачем пришёл. Оказывается, как и каждому учёному, главному столичному часовщику загадка местного механизма не давала покоя. Поэтому, помаявшись в комнате, которую ему выделили в доме бурмистра, он собрал свои инструменты и поехал в ратушу. Ковырялся там до позднего вечера и уже в сумерках вернулся. Затем долго чертил и вычислял что-то в тетрадях, хотел оставить до утра, но уснуть так и не смог. На том и порешил сразу отправить Ойшо с ценной информацией к детективу.

На этом месте посланец так выразительно поглядел на Джеймса Спенсера, словно обвинял его в чём-то. Но потом скинул маску недовольства и продолжил:

– Мой хозяин разобрался в конструкции местных часов. И понял, что же его с самого начал смущало. Дело в том, что в ваши часы на моменте создания был вмонтирован мощный сигил.

– Что? – поражённо воскликнул Джеймс. – Внутрь часов?

– Именно. Его непросто заметить, потому что его внешний круг, по сути, является каркасом циферблата. На внутренний круг прикреплены деления минут. А все символы очень остроумно спрятаны в самом механизме часов.

– Кого же этот сигил должен магнитить? – снова не удержался Джеймс. – Драконов?

– У вас водятся драконы? – изумлённо воскликнула Алария, а Ойшо закатил глаза.

– Прошу прощения, – кашлянул Джеймс, взглядом прося Аларию не развивать тему.

– Вряд ли речь идёт о живых существах, – продолжил гость. – Важно помнить, что функционал сигилов выходит далеко за рамки того, чем мы пользуемся теперь. Господин главный часовщик предположил, что это мощный магнит для чего-то другого, возможно, техники. Существуют часы, которые служат своего рода навигатором, позволяющим найти дорогу вне видимости. Возможно, и эти такие же.

Мысль, пришедшая в голову Аларии была не просто умной. Она была дерзкой и необычной. Причём настолько, что она даже побоялась сразу её озвучить. Она заёрзала в кресле, и Джеймс перевёл на неё взгляд.

– А может ли быть, – Алария почти смущалась, – что именно этот сигил примагничивает в город мёртвые механизмы?

Джеймс был поражён, и не скрывал этого, похоже, он испытал за свою бестию что-то похожее на гордость, и Алария улыбнулась. Ойшо довольно кивнул.

– Отличная версия, Алария, я приятно поражён, – сказал он. – Она тоже пришла в голову моему хозяину, но вскоре он её отмёл. Дело в том, что сигил не работает.

– Как это? – нахмурился Джеймс. – Насколько я понимаю, сигил – это лишь сплав и форма. Силой его напитывает маг, который с ним взаимодействует.

– Так, да не так! – Ойшо очень свободно чувствовал себя с человеком. Словно был с ним равным – это не укрылось от внимания Аларии. Но подумать об этом она решила чуть позже, сейчас от другого голова кружилась. Гость тем временем продолжил рассказ: – Во-первых, это не простой сигил. Во-вторых, у него где-то разомкнут контур. Специально это сделано или случайно, сказать сложно, во всяком случае, хозяину выяснить это не удалось.

Джеймс погрузился в раздумья, слегка оглаживая собственный подбородок.

– Скажи, Ойшо, – спросил он наконец. – А может ли так быть, что этот сигил – навигатор для дирижаблей? Когда города строили вокруг морей и по ним плавали огромные лодки, существовали маяки. Специальные высокие башни, позволяющие найти путь к берегу в бушующих волнах…

– Полагаю, что не совру, если скажу, что это очень даже вероятно, – тонко улыбнулся Ойшо. – Пока всё – лишь догадки. Но мой хозяин решил, что вам эта информация может оказаться полезной.

– Спасибо, – искренне сказал Джеймс. – Это нам и правда очень пригодится.

Ойшо встал и направился к двери.

– Да, и вот ещё, – обернулся он. В столице тоже есть башня с похожими часами. В неё тоже когда-то был вмонтирован сигил – хозяин это вспомнил. Но поскольку никому и в голову не пришло, что это сделано не для экономии места, а в каких-то других целях, информацию не сочли важной и изучать не стали. Единичный случай, который по сути ни для чего особого не пригодится… Как всем тогда казалось. К тому же, при капитальном ремонте лет двадцать назад полностью перебирали механизм, и сигил вынули, посчитав бесполезным…

Алария придержала дверь, пока выходил посланник главного часовщика.

– Может, тебя проводить? – неуверенно спросила она.

Ойшо спускался со степеней, как в тот же миг к нему подлетел тихо стрекочущий мёртвый механизм, похожий на смятую жестяную банку с металлическими крыльями. Алария моргнуть не успела, как бестия молниеносным движением руки перехватил агрессора и, пришлёпнув второй рукой, превратил в неподвижную железную лепёшку.

– Что ты сказала? – Ойшо с иронией обернулся.

Она пробормотала нечто неразборчивое и прикрыла дверь.

***

Когда Алария проснулась утром, она сразу же услышала шуршание за стеной. Джеймс уже не спал. Она оделась, прошла по коридору к его двери и тихонько постучала.

– Заходи! – сразу же откликнулся он.

Выглядел мужчина неважно. Похоже, он совсем не прилёг этой ночью или же спал крайне мало. Да и в ванной, вероятнее всего, не был – на подбородке начала темнеть щетина.

Алария перевела взгляд на стену. Доска расследования пополнилась огромным странным рисунком, на котором были линии и цветные куски странных форм. Сложить из этого нечто похожее на реальность у неё не вышло. Но для Джеймса это что-то означало, поскольку он поверх типографских изображений начертил какие-то свои круги, стрелки, линии.

– Это карта, – пояснил Джеймс. – Схема города, как если бы мы смотрели на него с высоты птичьего полёта.

Легче не стало. Алария никогда не бывала на такой высоте. В её мире птицы летали рядом с верхушками скал, а забираться туда она не видела ровно никакой необходимости. Очевидно, эти самые карты надо относить в ту же мысленную кучу, что и буквы – непонятно, но в перспективе можно разобраться.

– Что она нам даёт? – спросила Алария.

– Очень любопытную картину… – туманно ответил Джеймс. – Которая, честно сказать, пока не складывается ни во что стоящее или доказуемое… Ладно, нам надо собираться. Разогреешь еду? Я пока… приведу себя в порядок.

Она кивнула и отправилась вниз.

Почтовое отделение выглядело странно. Длинное приземистое здание было сплошь увито трубами. Они, словно клубки змей, греющихся перед зимовкой, не позволяли разобраться, какой хвост куда идёт. Как сказал Джеймс, это и есть система почты «до востребования».

– Смотри, как это работает, – сказал он и подошёл к панели, похожей на сейф. – Сюда я бросаю монету, чтобы арендовать капсулу.

Он подкрепил слова действиями, и дверца «сейфа» отъехала, выплюнув мужчине на ладонь металлический предмет, похожий на приплюснутое яйцо размером с кокос. Провернув яйцо разнонаправленным движением, Джеймс его открыл, разделив на две неравные половинки.

– Вот сюда ты складываешь записку, письмо или небольшой предмет, который надо передать адресату.

– А дальше? – Алария пыталась понюхать капсулу, потому что поверхностная вонь машинного масла слишком сильно скрывала другие запахи. Но разобрать что-то ещё оказалось сложно.

– Капсулу нужно поместить в приёмник, и в зависимости от пункта назначения, все эти трубы отсортируют её куда надо. Капсулу могу отправить по адресу, из развозят почтовики. Или, как в нашем случае, в анонимную камеру «до востребования», где она будет лежать и ждать, пока владелец не заберёт.

– А мы будем ждать того, кто придёт, и схватим его? – с предвкушением уточнила Алария.

– Да, план примерно такой.

Джеймс вложил внутрь бумажный рулончик, закрыл металлическое яйцо и пошёл вдоль здания почты. Он остановился у того места, где часть труб кончалась заглушками, на крышке одной из них покрутил барашек с засечками, и тогда она открылась, фыркнув и выпустив облачка пара. Детектив поместил капсулу внутрь и закрыл крышку.

Труба снова фыркнула, а затем раздался всасывающий звук. А затем щелчки и звон, удаляющиеся по трубе.

– Ну всё, – сказал Джеймс, – Теперь идём на другую сторону здания, там находятся арендованные ячейки.

Они расположились напротив этой длинной стены, сплошь усыпанной маленьким дверцами с цифрами на них, в небольшом кафе. День был достаточно тёплый, и за уличным столиками было бы комфортнее, но тогда детектива и его бестию было бы слишком хорошо видно, поэтому они разместились внутри, у окна.

Алария этому обстоятельству была крайне рада – это Джеймс взял лишь кофе, сама она с удовольствием отправляла в рот второй завтрак.

Время шло, но за капсулой так никто и не приходил. Алария начала скучать, а Джеймс всё чаще поглядывал на часы. Он нервничал, и это настроение передавалось ей.

– Почему он не идёт? – спросила Алария. – Это ведь странно, да?

– Да, – согласился Джеймс. – Он назначил Тигли точное время, когда тот должен отправить донесение. Да и информация ему явно нужна, какой смысл тратить столько времени и сил, чтобы её получить, а в итоге не забрать…

– А никак нельзя узнать, кто эту ячейку оплатил?

– Нет, они анонимные… Хотя, можно попробовать… Нам тянуть некуда, у нас осталось слишком мало времени до того, как Норфолк приберёт к рукам наше дело. – Он решительно поднялся. – Так, Алария, ты сиди здесь, наблюдай, пока я попробую что-то сделать. Если он всё же появится, следуй за ним. Тихо и не привлекая внимания.

– Так может, мне лучше его сразу схватить?

Джеймс покачал головой.

– Он может прийти не сам, а кого-то послать. А когда ты со свойственной тебе нешумной грацией завалишь подозреваемого прямо посередине улицы, заказчик наверняка об этом узнает.

Алария не поняла, стоит ли ей обидеться на такую характеристику, но, подумав, решила, что та соответствует истине, а значит, является похвалой. Она подобралась, намереваясь выполнить указание хозяина в точности. С предвкушением и надеждой она ждала свою цель. Ей очень хотелось, чтобы это случилось именно так: пока Джеймса нет. Чтоб это она сделала сама и показала, насколько она умная, ловкая и сообразительная. Ей было важна эта самостоятельность, она жаждала её.

Но напряжённые минуты утекали, никто не шёл, зато вернулся мрачный Джеймс.

– Идём, – коротко сказал он.

– Что? Что случилось? Тебе удалось узнать, чей ящик?

– Нет, – коротко ответил он, направляясь по улице вверх. Алария не отставала, боясь пропустить хоть что-то. – Но мне удалось надавить на них, и они проверили, на месте ли капсула. И знаешь что? Её уже нет.

– Как нет?! – слишком громко возмутилась Алария, так, что несколько прохожих повернули к ней голову. И она повторила уже тише: – Как нет?

– Оказывается, владелец переподключил ящик на пересылку в другой почтовый пункт.

– А есть вторая почта?

– Вообще, нет. Городская лишь одна. Но есть междугородная, та, что находится на территории порта. Оттуда капсулы отправляются в другое города.

– Тоже по трубам? – уточнила Алария с сомнением.

– Нет, конечно. Их грузят на дирижабли и увозят. Но дело в том, что и там есть ящики «до востребования». И теоретически, там тоже можно получить своё послание.

Алария нахмурилась:

– И что, тебе не сказали, куда полетела наша капсула?

– Нет, не сказали. Потому что с момента отправления она уже не наша, а того, кто её будет получать. И того, кто собирается остаться анонимным.

Она схватила его за рукав, практически заставив остановиться, и заглянула прямо в глаза:

– И это всё? Мы провалили эту охоту?

Он не стал сопротивляться и ответил долгим напряжённым взглядом.

– Осталась небольшая надежда на записку, которую я отправил.

Алария нахмурила брови.

– И что ты там сказал такого, что может нам помочь?

– Я закинул приманку, надеясь, что эта дичь на неё клюнет.

Она знала, что способов охоты бывает много. Сидя в засаде, она как раз и рассчитывала, что их цель явится, привлечённая наживкой. А оказалось, что Джеймс приготовил нечто более сложное.

– И что ты написал? – почти шёпотом спросила она.

– «Я знаю, кто вы. И если вы считаете, что ваш статус вас спасёт, то вы заблуждаетесь».

– Ты уверен, что он…?

– С точностью восемьдесят процентов это человек с положением в обществе. И то, куда улетела наша капсула, дополнительно подтверждает мои выводы.

– И думаешь, он на это поведётся?

– Надеюсь. Иначе… Пойдём домой, Алария. Если он объявится, то, скорее всего, там. К тому же время ещё не вышло и надо пересмотреть все улики с учётом новой информации. Вдруг я что-то пропустил.