Глава 41

Часто ты понимаешь, что все рушится только тогда, когда спасти ситуацию уже не представляется возможным. Два дня после возвращения в город стали адскими для меня. Там, в Доминикане, мне как-то удалось отвлечься и сосредоточиться на отдыхе со своей девушкой. А теперь, попав в привычные условия, я никак не могу отбросить мысли о Бестии. Она то и дело врывается в них, кружит вихрем и лишает покоя. У меня к ней столько вопросов, что впору составлять список. А эта негодяйка даже не звонит и не пишет. Не нужно было верить ей на слово. Стоило взять ее номер и позвонить самому. Вечером уже собираюсь выйти из офиса, как звонит телефон. Я, по укоренившейся за два дня привычке, просто молниеносно выдергиваю его из кармана пиджака. – Приветик, – щебечет Алинка, как только я отвечаю на звонок. Стараюсь не звучать уныло и надеюсь, что она не заметила по тону моего подавленного состояния. – Краски пришли, они уже на складе. Завтра Вова их развезет по салонам. – Почему мне об этом сообщаешь ты, а не Леня? Она тушуется на несколько секунд, а потом отвечает: – Он просто завез мой заказ вот и просил передать, – энтузиазма в голосе моей девушки поубавилось. – Прости, – выдыхаю я. – Тяжелый день? – Слегка. – Вечером сделаю тебе массаж и вкусный ужин. Заберешь меня? – Конечно. Уже выезжаю, буду через полчаса. Мы прощаемся, я выхожу из кабинета, желаю секретарю хорошего вечера и двигаюсь к лифтам. Телефон снова звонит. Не глядя на имя, поднимаю трубку. Алина часто так делает: прощается, а потом вспоминает что-то еще. – Что забыла? – спрашиваю я. – Позвонить тебе вчера, – отвечает голос, от которого тут же волоски на затылке встают дыбом. – Привет, – хрипло произношу я, входя в лифт. – Привет, Красавчик. У меня сегодня свободный вечер, мы могли бы встретиться. – Сбрось мне адрес. – Э-э-э… адрес? – Да, Варь, адрес, – резче отвечаю я. – Ты же не думаешь, что мы будем обсуждать наши вопросы у меня дома, где я живу со своей девушкой? Или в ресторане, где мы не сможем нормально поговорить? – Ты живешь с ней? – мне кажется, или я слышу в ее голосе нотки обиды? Усмехаюсь. Бред какой-то. – Живу. – Я… сброшу тебе адрес. Приезжай через час. Она прерывает звонок, а я спешу к своей машине. *** – Я отвезу тебя, а потом мне надо съездить в одно место, – говорю Алине на пути к дому. – Не поделишься, в какое? – Алинка, это по делу. Не о чем волноваться. – Может, вместе заедем, а потом вместе домой? Я бросаю на нее быстрый взгляд и улыбаюсь. Беру за руку и кладу ее себе на колено, накрывая своей ладонью. – Волнуешься? – Переживаю. – Нет повода, детка. Весь остаток дороги мы молчим. Я чувствую, что Алина недовольна моим решением отлучиться и не посвящать ее в подробности. Но как я должен сказать ей о том, куда еду? Целую ее и провожаю до двери. Убедившись, что она заперла ее, сажусь в машину и выезжаю. У ворот останавливаюсь, и ко мне тут же подходит охранник. – Все хорошо тут? – Да, спокойно, – кивает он. – До встречи. – Хорошего вечера, – желает мне бугай в черной форме, и я отъезжаю. Еще когда был жив папа, при постройке моего дома я предусмотрел маленький домик охраны возле ворот. А когда отца не стало и я расформировал его бизнес, решил не менять заведенного порядка. Охрана так и осталась. Правда, теперь я птица не такого высокого полета, да и бизнес у меня легальный, а потому услугами телохранителей пользуюсь только на крупных мероприятиях. Папа оставил после себя много врагов, каждый из которых все еще питает надежду отомстить. Варя прислала адрес. Частный поселок на другом краю города. Красивый, новый, с одинаковыми коттеджами в европейском стиле. В моем все дома огорожены заборами, с большой прилегающей территорией. Здесь же у каждого дома только небольшой задний двор, а впереди маленькая лужайка. Слишком открыто, как по мне. Охрана предупреждена, а потому на территорию поселка я въезжаю свободно. Останавливаюсь у нужного дома, глушу мотор и смотрю на окна. Почти во всех горит свет, но окна занавешены, поэтому я не вижу, что происходит внутри. Несколько раз побарабанив пальцами по рулю, шумно выдыхаю и иду ко входу. Три коротких стука – и дверь распахивается. А на пороге стоит Варвара. Такая же, как прежде. С буйной копной рыжих волос, в сарафане и босиком. Только взгляд ее больше не безумный. Глаза все так же горят и блестят, но уже более спокойно, движения плавные, а улыбка – нежная и мягкая. – Привет, Олег. – Привет, – хмуро здороваюсь я. – Проходи. Варя отступает в сторону, я делаю два шага и погружаюсь в свой персональный ад. Все в этом доме пропитано ею. Ее запах, ее интерьер, ее стиль. Я никогда не видел ее комнаты в родительском доме, но, думаю, там тоже все выглядит именно так. Мебель спокойных тонов, но повсюду яркие пятна: небольшие цветные вазочки на полках, книги в ярких переплетах, подушки, на стенах фотографии смеющихся детей и Бестии. Все снимки черно-белые, но большие, и эмоции на них брызжут цветом, которого так не хватает им на первый взгляд. В интерьере все продумано до мелочей, все сочетается между собой, и нет ощущения, что какой-то предмет попал сюда случайно. Я делаю шаг из широкой прихожей, но Варя меня останавливает. – Прости, но у нас разуваются. – У нас? – переспрашиваю, но стаскиваю с себя мокасины. Варя кивает. – Я живу здесь с детьми. – А муж? – я пытливо вглядываюсь в ее глаза. Бестия коротко качает головой. – Нет мужа, – и добавляет тише: – И не было никогда. Проходи. Она идет впереди меня, а я пожираю взглядом ее тело. Варя никогда не была худышкой, всегда с формами, которые она держала в тонусе благодаря спорту. Ровная спина, тонкая талия, плавно переходящая в крутые бедра. И я точно знаю, что там впереди грудь, при взгляде на которую выделяется слюна. – Ты перекрасила волосы… – Я просто смыла временную краску, – отвечает она, кинув на меня взгляд через плечо. – Присаживайся, – кивает она на широкий серый диван со множеством подушек. – Я принесу нам выпить. – Я за рулем. Варя заливисто, но коротко смеется. – Я не употребляю алкоголь, Олег, и в моем доме его нет, – отзывается она и идет дальше, к кухонному уголку. – Давно? – Три года уже. Я слежу за ее действиями: как ставит чайник, как достает чай и засыпает его в заварник, ставит на поднос вместе с чашками. И делает еще много всего. А я смотрю на нее, как завороженный, и понимаю, что просто не могу оторвать взгляд. Я все еще не верю, что она рядом. Вот здесь, на расстоянии вытянутой руки. – Кто твой родной отец? – спрашиваю, и спина Варвары заметно напрягается. Да, Бестия, у меня на сегодня множество вопросов.