9. Помощница

Я осталась одна в центре сияющего пространства. Моего нового дома!

Пусть временного, но пока всецело принадлежащего именно мне. Даже воздух здесь пахнет иначе — не пылью и одиночеством, как в старом доме, а свежей краской, древесиной и едва уловимым ароматом чего-то нового, неизведанного.

Тишина сначала была оглушительной, но с примесью звенящей торжественности момента.

Я и сама дышала через раз, боясь спугнуть это хрупкое чудо.

Сначала я просто стояла на пороге, впитывая каждую деталь: как свет от огромного окна ложится на глянцевый паркет, как отражается в темной поверхности стола.

Потом, медленно, как во сне, я прошлась по комнатам, касаясь пальцами прохладной шелковистой поверхности стола, мягкой кожи дивана, корешка случайно оставленной на полке книги — сборника технических чертежей, что было многообещающе.

Все было реальным! Осязаемым!

Я не сплю! — пронеслось в голове, и по телу пробежала нервная, восторженная дрожь.

На кухонном острове, рядом с блестящим чайником лежала темно-синяя папка с договором. Я взяла ее подрагивающими от возбуждения руками и уселась на широкий подоконник, за которым плыли, переливаясь огнями, крыши города.

Отсюда, с этой высоты, мой старый мир казался игрушечным и таким далеким.

Текст был составлен безупречно. Зарплата, о которой Агак сказал, показалась мне огромной, но здесь были прописаны еще и премии за успешное завершение проектов, полная оплата больничных — что для меня, не имеющей семьи, было роскошью — и расширенная страховка, покрывающая даже услуги дорогих магов-целителей.

Стандартный договор? Это было щедрее любого контракта, о котором я могла только мечтать. Все было продумано до мелочей и… в мою пользу. В этих сухих строчках читалось не просто соглашение, а уважение к сотруднику.

Я перечитала его трижды, ища подвох, скрытые условия, ловушку. Не нашла. Только четкие, выгодные мне, как работнику, формулировки.

В этот момент я искренне позавидовала сотрудникам «Транспортной корпорации Агака», точнее тому, что они работают под началом такого руководителя. Сухой текст договора наглядно демонстрировал, насколько владелец печется о своих людях.

Но теперь и я буду там работать! Осталось только поставить подпись. И я почти решилась.

С папкой в руках я обошла квартиру еще раз, уже более внимательно.

Гардеробная была пуста, но в ванной комнате, отделанной темным мрамором, я обнаружила шкафчик, полный пушистых полотенец, дорогого мыла с запахом альпийских трав и даже несколько банок с ароматными солями.

Кто-то действительно все продумал. Эта продуманность была одновременно пугающей и невероятно приятной.

Решиться принять здесь ванну почему-то было немного страшно — казалось, что хрустальная новая реальность может разбиться от одного моего неловкого движения. Но теплая вода, пена, шипящие пузырьки и умопомрачительный вид из окна на ночной город сделали свое дело.

Напряжение последних дней начало медленно отступать, уступая место ощущению нереальной, почти пугающей роскоши и свободы. Я лежала, глядя на огни, и думала, думала… о брате, о долгах, о прошлой жизни, а потом все тревожные мысли растворились, оставив только одно ясное, твердое решение.

Я заслуживаю этого шанса.

После ванны, завернувшись в невероятно мягкий халат, я снова взяла договор и, уже не колеблясь, поставила свою подпись — твердую и четкую. «Ларрин Дор». Затем аккуратно сложила его обратно в папку.

Выбор сделан.

Уснуть в огромной, незнакомой кровати было поначалу трудно. Я ворочалась, прислушиваясь к тишине чужого дома, и все еще не верила, что все это происходит со мной наяву. Но приятный, деловой гул большого города за окном, который в этом районе не смолкал даже ночью, убаюкал меня, словно подтверждая: жизнь здесь кипит, и теперь ты — ее часть.

Утром я проснулась до рассвета, отдохнувшая и собранная. Я тщательно привела себя в порядок, надела свое лучшее, хоть и скромное платье, аккуратно уложила волосы и… почти бегом поспешила на работу, не в силах сдержать нетерпения.

Сердце бешено колотилось. А вдруг это все был сон? А вдруг он передумал? — шептал навязчивый внутренний голос.

Но охранник на входе в здание на Инженерной набережной, сверившись со списком, почтительно кивнул и пропустил меня.

Приемная была именно такой, какой я ее себе представляла — просторной, залитой утренним светом, с дорогой мебелью из темного дерева, пахнущей лаком, свежей бумагой и едва уловимым запахом кофе. Здесь пахло деньгами, безупречным порядком и… безграничными возможностями.

Я села за указанный мне стол, стараясь дышать ровно и принять вид деловой, невозмутимой сотрудницы. Прошло еще полчаса, прежде чем в приемную вошел он.

Тмаш Агак, мой новый начальник.

Орк шагал быстро, его могучее тело было напряжено, брови грозно сдвинуты. Он что-то недовольно говорил себе под нос, просматривая сложенный пополам чертеж.

Но потом его взгляд упал на меня. И что-то в его лице изменилось. Напряжение ушло, черты разгладились, а в уголках его глаз обозначились легкие морщинки — следы улыбки, которую он, казалось, сдержал в последний момент.

— Айна Дор. Доброе утро, — его голос прозвучал ровно и вежливо, без тени утренней раздражительности. — Вы уже здесь. Отлично. Договор подписали?

— Доброе утро, увор Агак. Да, — я постаралась, чтобы мой голос звучал уверенно. — Я уже отнесла его в отдел кадров, как и положено.

Агак удовлетворенно кивнул.

— Прекрасно. Тогда пройдемте за мной. Ознакомлю вас с текущими проектами и вашими обязанностями.

Он распахнул дверь своего кабинета и жестом пригласил меня войти первой.

Я сделала глубокий вдох и решительно переступила порог, чувствуя, как сердце замирает от предвкушения. Пахло старым деревом, кожей и магической тушью — запахом власти и новых технологий.

Моя новая жизнь начинается!

И я готова была сделать все, чтобы оправдать оказанное мне доверие.