Глава 29

Особый уполномоченный стабконтроля прибыл без предупреждения, но в сопровождении свиты из имперских штурмовиков. Ги узнал о принудительной стыковке только тогда, когда на его ксанаре загорелся оранжевый огонек и «Эотанари» сообщил о нежданных гостях.

— Дерек Орт Тассер требует личной встречи с вами, амон.

— Соединяй, — кивнул Ги после секундной заминки.

На экто-экране возникла плечистая фигура особиста, чью голову скрывал капюшон. Лиловый сартр, темные матовые доспехи, на лице — привычная маска. Ни малейших знаков отличия, ни малейшего всплеска эмоций — равнодушный и непреклонный слуга императора.

Он поднес руку к виску, отключая защитный экран.

— Приветствую, Диз Раенг, — бесстрастный голос имперца прошелестел порывом холодного ветра.

Оказаться перед представителем Альфы с открытым лицом было все равно, что оказаться голым и безоружным перед хищником. Не самая умная стратегия. Но выбора не было.

Ги нехотя повторил его жест.

— Приветствую, Орт Тассер. Чем обязан вашему визиту?

— До императора дошли слухи, что на вашем корабле удерживают представителя закрытой планеты. Магистр Тадартис обвинил вашего сына в похищении гражданки Земного Альянса. Совет весьма обеспокоен всем этим, особенно, несанкционированным пробуждением амуэ в вашем Доме.

Ги усилием воли заставил свое лицо оставаться неподвижным. Стабилизация — стабилизацией, но вопреки расхожему мнению, она не уничтожает эмоции напрочь. Со временем они начинают напоминать о себе, мешая функционировать идеально настроенному мышлению. И тогда может потребоваться внеплановая стабилизация.

Кажется, для него наступил именно тот момент, когда он должен позаботиться о своем состоянии.

Но сначала нужно разобраться с происходящим. Стабилизация требует времени, а он не может пустить события на самотек.

— Обвинения магистра просто нелепы, — сообщил Ги, выдерживая невозмутимый тон. — Мой наследник чист перед Советом.

— Значит, вы утверждаете, что на «Эотанари» нет запрещенного пассажира? И вы позволите мне лично в этом убедиться?

Ги поморщился.

Второй экран был залит белым свечением. Еще час назад он транслировал спец-блок. Но едва Эрон втолкнул туда девушку, как по экрану пошли помехи, а потом он и вовсе перестал передавать изображение. Только красная кривая на диаграмме еще какое-то время отмечала изменения в энергетическом фоне. А затем скакнула куда-то вверх за пределы всех мыслимых показателей.

Одному Амморану известно, что там сейчас происходит. Но, в любом случае, беспокоиться не о чем. Сенсонаторы не позволят амуэ вырваться за пределы силиценовых стен.

Но ведь как не вовремя этот Орт Тассер! Как бы из-за него не полетели к Ратсу все планы!

— Ну? — поторопил особист. — Я могу провести инспекцию прямо сейчас?

Это был именно тот момент, когда нужно идти ва-банк.

Тот момент, когда хороший блеф дороже ставки.

— Не смею противодействовать слугам Закона, — проскрипел Ги, сдерживая недовольство. — Но должен предупредить. На борту находится арайя моего сына. И, если мне не изменяет память, она тоже с Земли.

Вот, он достал свой козырь.

Арайя неприкосновенна. Никто не посмеет ее отобрать, никто не посмеет осудить Сингха за то, что он сделал. Даже сам император Аллард не сможет предъявить обвинение в похищении, потому что не так давно сам похитил свою арайю с Земли!

Вопреки его ожиданию, Орт Тассер не выглядел удивленным.

— Что ж, это все объясняет.

— Что именно?

— Технологии нашего отдела давно позволяют на расстоянии определять уровень амуэ. Официальный запрос на инспекцию это всего лишь дань уважения вам.

Эти слова заставили Ги с силой сжать ручки кресла. Послышался треск.

— Так вот, — продолжал Орт Тассер тем же неспешным тоном, — несколько минут назад на «Эотанари» был зафиксирован опасный энергетический фон. Намного превышающий разрешенные показатели. А сейчас абсолютная норма. Ни малейшего всплеска. Такое возможно только в двух случаях: либо когда нестабильный амон подвергнут стабилизации, либо…

— Либо?

— Когда лишнюю амуэ гасит арайя.

Орт Тассер откинулся на спинку кресла. В его голосе появились удовлетворенные нотки:

— Я рад за вашего наследника, Ги. Арайя это чудо, которое наши боги посылают лишь избранным сыновьям. Но это не значит, что мы с вами закончили.

— Чего вы еще хотите?

Под стиснутыми пальцами Диз Раенга крошились подлокотники кресла.

— Императрица. Когда ей сообщили, что наследник Омикрона похитил и силой удерживает ее соотечественницу, она пожелала лично поучаствовать в судьбе этой девушки. У меня приказ доставить землянку на Альфу. Но если вы утверждаете, что похищенная — арайя вашего сына, ваша невестка, то я не имею права принуждать ее покинуть «Эотанари». Я могу лишь передать ей приглашение от императрицы.

И снова Ги почувствовал всплеск запрещенных эмоций: гнев, раздражение, досада. Они всколыхнулись внутри темной бесформенной массой, вынуждая его на секунду утратить контроль.

Невестка! Где же он так согрешил, что его невесткой суждено стать не амани из Высшего Дома с нужными связями, а простой человечке с отсталой планетки без роду и племени?

Забывшись, он так сжал кулаки, что ногти вонзились в ладони.

Боль отрезвила. Очистила разум.

Ну, ничего, он еще поговорит с сыном об этом. У них еще будет время обсудить будущий брак. Он, Ги, готов пойти на уступки. Пусть Сингх оставит землянку себе, пусть развлекается. Но ради всего Омикрона, ради стабильного будущего его наследник просто обязан жениться на амани из хорошей семьи!

— Можете оставить приглашение, — процедил Ги сквозь стиснутые зубы. — Я его передам.

Орт Тассер качнул головой:

— Боюсь, не могу согласиться. У меня особый приказ: доставить послание лично в руки и получить ответ.

Ги скрипнул зубами.

Мельтешение слева заставило его глянуть на засвеченный экто-экран.

Хотя нет, уже не засвеченный.

Теперь на нем был отлично виден спец-блок, точнее то, во что он превратился всего за тридцать стандартных минут: потухшие растрескавшиеся стены, мертвые лужицы силицена, оплавленные микротоннели, по которым он тек…

— Но… это же невозможно! — пробормотал амон дрогнувшим голосом.

— Что, простите? Вы отказываете императрице?

В сухом, равнодушном тоне уполномоченного появился металл.

Ги всполошился. Еще не хватало, чтобы его обвинили в отсутствии лояльности к правящей семье! И припомнили, что во время переворота Омикрон был одним из Домов, оставшихся в нейтралитете.

— Нет, что вы. И в мыслях не было! — поспешно заверил он.

По тонким губам Орт Тассера скользнула тень удовлетворенной усмешки:

— Отлично. Стыковочный коридор уже активирован. Надеюсь на ваше гостеприимство, амон Диз Раенг. И знакомство с вашей невесткой.

***

Сколько они уже лежали, обнявшись? Час, два или сутки?

Марина не знала, да и Сингх вряд ли задумывался над этим.

Так хорошо и спокойно ей не было еще никогда. Никогда прежде объятия мужчины не казались ей настолько надежными, и еще никогда она не чувствовала себя настолько защищенной, как сейчас.

Они просто лежали, прижавшись друг к другу обнаженными, влажными от пота телами. И молчали. Им не требовались слова, чтобы высказать чувства. Все, о чем они думали в эту минуту, все, что испытывали — было ясно обоим без слов.

Голова Марины покоилась на плече Сингха, и тот лениво перебирал ее волосы свободной рукой, пропуская золотистый шелк между пальцев. А над ними дрожал золотистый купол, созданный двумя полярными амуэ — мужской и женской.

Хотелось удержать этот момент, сделать его бесконечным.

Но оба понимали, что это несбыточная мечта. И потому впитывали мгновения передышки каждой клеточкой тела.

— Если бы так было всегда, — наконец, пробормотала Марина.

Сингх приподнялся на локте, заглянул ей в лицо.

— Однажды все так и будет. Ты мне веришь?

Она улыбнулась:

— Я знаю, что ты в это веришь. Мне этого достаточно.

— Куда делась моя вздорная маленькая землянка? — усмехнулся он, поддразнивая ее. — Теперь ты со всем соглашаешься?

— Это тактический маневр. Мне нужно время чтобы привыкнуть ко всему этому, — она развернула ладони, любуясь серебристым узором амуэ. — Так удивительно и красиво…

— Привыкнешь.

— Даже не верится, что эта красота может быть опасной… — лицо девушки погрустнело. — А мне тоже придется отказаться от чувств и эмоций?

— Нет, и мне это тоже уже не понадобится. Ты мой идеальный стабилизатор, созданный самим Аммораном. Моя половинка. Даже если я вспылю и захочу разнести на атомы этот ратсов корабль, ты погасишь мой гнев одним взглядом. Просто будь рядом со мной.

Внезапно лицо тарианца изменилось. Он напрягся, вскинув голову, взгляд стал колючим, внимательным.

— Что? — Марина тоже приподнялась, по привычке прикрывая рукой полную грудь.

За последние дни ее родной второй размер увеличился вдвое, и теперь ладошек уже не хватало, чтобы спрятать от нескромных глаз все это богатство. Но, судя по вниманию, которое Сингх уделил ее груди, он был совсем не против такого прироста.

— Мы не одни, — раздался короткий ответ. — У нас гости.

Сингх провел рукой над телом девушки, создавая из ничего серый закрытый комбинезон. Кожа отозвалась легким покалыванием, словно по ней пробежало стадо мурашек. И там, где они прошли, в воздухе концентрировалось слабое сияние, тут же перетекая в плотную ткань.

Затаив дыхание, Марина следила за волшебством. Иначе она не могла это назвать. Ткань докатилась ей до лодыжек, а ниже сформировались уже знакомые тактические ботинки.

— Никогда к этому не привыкну, — выдохнула она. — Это… как чудо!

— В этом нет ничего сверхъестественного, — хмыкнул Сингх, одевая себя. — Всего лишь манипуляция материей, причем на начальном уровне. С этим не рождаются, этому нужно учиться. А я… я свои уроки прогуливал, потому как не рассчитывал, что однажды буду владеть амуэ.

Она положила руку ему на плечо.

— Жалеешь?

С мгновение он смотрел ей в глаза, а потом, словно что-то решив для себя, тряхнул головой:

— Нет. Ни капли.

Он взял ее ладонь в свои руки, коснулся губами, а потом непреклонным жестом задвинул девушку себе за спину.

В этот момент упал купол, скрывающий их. И Марина едва не вскрикнула.

Буквально в пяти шагах стояла целая делегация, беззастенчиво и абсолютно бесстрастно рассматривая влюбленную парочку.

Впрочем, насчет «рассматривания» Марина погорячилась, ведь лица троих незнакомцев в лиловых плащах были скрыты за темными масками. А замерший за их спинами омран смотрел исключительно в пол.

— Сингз Диз Раенг, — один из них кивнул, делая шаг вперед, — рады приветствовать нового брата в наших рядах. Я Дерек Орт Тассер — особо уполномоченный от главного штаба стабконтроля. Это мои ассистенты.

Он поднял руку к виску, и непроницаемая субстанция, закрывавшая его лицо, истаяла на глазах. То же самое сделали и его спутники.

Впервые в жизни Марина увидела лица амонов и едва сдержала восхищенный вздох.

Это были ангелы. Такие, какими их представляли поклонники подзабытой христианской религии: чуть удлиненные лица, тонкие, правильные черты, глубоко посаженые глаза, похожие на мерцающие черные бриллианты, длинные светлые волосы, снежными прядями спускающиеся на грудь… Но главное это свет. Их лица сияли, как сияет луна в полнолуние.

если к сиянию Сингха Марина давно привыкла и даже перестала обращать на него внимание, то сейчас застыла с открытым ртом, сама не замечая, как впитывает амуэ незваных гостей.

— Что вы делаете на «Эотанари»? — сухо поинтересовался Сингх, все еще держа руку Марины в своей.

Девушка почувствовала, как он сжал ее пальцы.

— У меня приказ императора доставить вас и вашу арайю, — на этих словах Орт Тассер, не отводя глаз от собеседника, сделал короткий кивок в сторону землянки, — на Альфу.

— А если я откажусь?

— Вряд ли. Магистр Тадартис подал официальную жалобу. Вас обвиняют в незаконном похищении и удержании представительницы потенциально опасной расы. И если вы откажетесь добровольно последовать за мной, это будет расценено как подтверждение правомерности обвинений.

Марина почувствовала, как Сингх напрягся. Она вообще удивительным образом улавливала все эмоции, что проходили через него. Не зная, как поддержать, она послала мысленный импульс, вложив в него тепло и уверенность.

В ответ его пальцы немного разжались.

— Хорошо, — Сингх обнял ее за талию и притянул к себе, — но вы должны дать гарантии, что моей супруге не грозит никаких обвинений.

— Но я не супруга! — напомнила девушка.

А вдруг эти амоны потребуют доказательств их брака? Да и, кажется, Сингх не сделал ей предложения, и она не сказала «да»!

— Это уже не имеет значения, — вместо Сингха ответил Орт Тассер.

И Марине показалось, что уголки его тонких губ на секунду приподнялись.

— Так вы обещаете? — настойчиво повторил ее самопровозглашенный муж.

— Я действую исключительно в рамках Догмы и не могу обещать никаких гарантий сверх тех, что прописаны в ней. Арайя неприкосновенна. Этого должно быть достаточно. И еще, — он щелкнул пальцами, и вперед выступил один из ассистентов, держа в руках небольшую коробочку, украшенную гравировкой. — Это подарок вашей супруге от императрицы Тариана.

Ассистент нажал на крышку, и та поднялась, открыв аккуратную выемку, в которой лежал знакомый Марине предмет. Браслет из полупрозрачного гибкого материала, похожего на графен. Большую часть его занимал вытянутый экран, сейчас матово-темный, ждущий своей активации. Похожие браслеты носили на «Ратамансу» все, включая Сингха, и здесь, на «Эотанари» тоже.

— Ксанар? — удивление вырвалось из девушки раньше, чем она успела прикусить язык. — Императрица Тариана пожаловала мне ксанар?

— Она записала видеопослание для вас и попросила меня передать его лично.

— Как я могу его прочитать?

— Наденьте ксанар. Когда браслет зафиксируется на руке, сработает датчик ДНК. Императрица запрограммировала послание так, что открыть его сможет только женщина с человеческой ДНК — уроженка Земли.

— Но… как? Откуда у нее данные для исходного кода?

— Она ваша соотечественница.

Если бы сейчас грянул гром или разверзлась земля, Марина и то не была бы так ошарашена. Не веря своим ушам, она беспомощно оглянулась на Сингха.

Тот молча кивнул, подтверждая слова Орт Тассера.

— Значит… ваша императрица с Земли? — переспросила девушка, все еще не в силах поверить в такую ошеломляющую новость. — Но… у нас об этом ничего не известно. Если бы это было правдой… такая новость не прошла бы мимо земных СМИ!

В ответ на ее горячность Орт Тассер сухо отрезал:

— Тариан не афиширует свои внутренние дела. И уж тем более наш император не станет использовать происхождение супруги, чтобы вызывать ненужный ажиотаж.

Он подцепил пальцем ксанар и достал его из коробочки:

— Ну, вы отказываетесь от подарка или все-таки примете его?

Схватив Сингха за руку, Марина кивнула:

— Приму.

Браслет с сухим щелчком защелкнулся у нее на запястье. Острый укол, легкий вскрик, недовольно поджатые губы.

— Могли бы сказать!

— Прости. Это стандартная процедура для всех обладателей ксанаров, — подсказал Сингх.

— И он всякий раз будет колоться?

— Нет. Это одноразовая процедура. Для установления контакта с новым владельцем.

Через пару секунд по экранчику побежали легкие всполохи. Он посветлел, развернулся, испуская трехмерные лучи, и на глазах потрясенной Марины в этих лучах возникло лицо.

Обыкновенное женское лицо. Непримечательное ничем, кроме невероятно светлых прозрачных глаз и длинных волос яркого огненного оттенка.

Но бледную кожу молодой женщины оттеняла диадема, в центре которой сиял то ли сапфир, то ли опал — как раз под цвет ее глаз. А на щеках живой ртутью переливались тонкие росчерки амуэ.

Незнакомка, нахмурившись, смотрела прямо перед собой. Но вот ее взгляд сдвинулся чуть вверх, сфокусировался, став живым, на губах заиграла улыбка.

— Здравствуй, моя земная сестра, — раздался мелодичный голос, и сердце Марины замерло, а к горлу подкатил ком. Ведь императрица Тариана говорила на ее родном языке, распространенном в северном полушарии. — Кем бы ты ни была, приветствую тебя как родную…