Глава 34

Sono cose della vita Vanno presse un po' così E già stata una fatica Arrivare fino a qui Già… come vedi Jo sto ancora in piedi Perché Sono umani tutti i sogni miei[17] Лена пришла в себя от холодного прикосновения земли, которое пронзало её до костей. В полубреду она ощутила рукой что-то мягкое и шелковистое. В её воображении это показалось рекой жидкого шелка, но когда она сфокусировала взгляд, то поняла, что прижимает к себе Анюту. Светлые волосы девочки струились по её руке, напоминая нежные волны, и Лена ощутила тепло, исходящее от маленькой девочки. Другой рукой, обмотанной шнурком амулета, который ей отдала Мария, она крепко, но бережно прижимала к груди ворона – своего верного спутника и любимого Михаила. Лена лежала на холодной, заснеженной земле на окраине леса и чувствовала, как её сердце сжимается от чувства вины, а слезы душат и не дают сделать вдох. К чему было возвращаться, если магия отняла у нее любимого? Вот он, рядом, но не теплую кожу, так привычно пахнувшую солнцем и свежим бризом, она ощущала сейчас, о, нет! Жесткие перья недвижимой птицы! Что если он вообще не пережил возвращения? Она отчетливо ощущала, невзирая на холод, как бьется сердечко Анюты, и его глухие удары отдаются в ребрах и животе самой Лены, а Миша? Горячие слезы хлынули из глаз, потекли по вискам, противно застывая под морозным воздухом, студя и без того замерзшую кожу. Как же страшно! Рыдания рвались, но Лена лишь рвано вдохнула и сжалась вся, чуть выгнувшись, словно ее тело пронзала острая боль или судорога. Странно смотрелась со стороны эта троица – посреди небольшого поля под темным еще, предрассветным небом лежит на спине, выгнувшись в приступе сильнейшей боли, разметам светлые волосы, девушка в сарафане поверх тонкой рубахи. Слева, прижавшись к ней и положив голову на грудь, лежит маленькая девочка, чьи волосы почти сливаются по цвету со снегом, на ее бледных щеках еле теплится румянец, а дыхание вырывается крохотным облачком изо рта. На груди девушки лежит огромная черная птица и голова ее чуть мотается, когда та прижимает ее и дергается конвульсивно, стараясь сдержать рыдания. Лена помнила, как Михаил опрометчиво бросился за ней тогда в телепорт, в момент опасности, как его магия рода превратила его в ворона. Теперь, когда они вернулись домой, он всё ещё оставался птицей. Каждый миг в облике ворона итак был для неё мучением. А теперь она боялась не увидеть в нем признаков жизни. Она не могла избавиться от мысли о том, что он не вернулся к ней. Лена знала, что эта магия не рассчитана на такой долгий срок. С каждым днём её надежда угасала, и страх овладевал ею: а вдруг Михаил останется в этом облике навсегда? Мысли о том, что она может потерять его безвозвратно, даже не приходили ей в голову там, когда они обсуждали все с Марией. Кое-как собрав себя в кучу, Лена смогла сесть, осторожно уложив Врана себе на колени и подхватив голову Анютки. Девочка начала приходить в себя – дыхание углубилось и стало чаще, ресницы задрожали и иней на них начал быстро таять, собираясь в крохотные капельки талой воды. Неподалеку виднелись знакомые коттеджи – места, где она часто гуляла по вечерам. Это было родное место, где она чувствовала себя в безопасности. Значит, они недалеко от её дома. И значит, Марии удалось перенести их сюда. Это было последнее прощальное подарочное движение её великой прапра… прабабки. Лена сморгнула слёзы. Надо действовать. Пытаясь подавить горькое разочарование от того факта, что Михаил так и не вернулся в человеческий облик – как она надеялась и мечтала – Лена принялась тормошить своих спутников. Её рука нежно трясла плечи Анюты. – Анюта! Проснись! – прошептала она с надеждой. Девочка открыла глаза и с испугом посмотрела на Лену. Однако страх и недоумение быстро сменились радостью и восторгом: девочка поняла, что попала во время своей названной матери, как та и рассказывала ей. Несмотря на все заверения ведьмы о том, что колдовство сработает, и они останутся вместе, девочка всё равно боялась, что магия может не сработать. Лена почувствовала прилив нежности к Анюте и обняла её крепче. Она знала, что эта связь была важна не только для них обеих, но и для будущего всего их рода. Лена вспомнила слова Марии о том, что магия любви сильнее любых тёмных сил. Почему же с Мишей не сработало? – Мы вместе! – произнесла она с улыбкой, изо всех сил стараясь приободрить девочку, которую била дрожь. – Мы справимся! Анюта кивнула, её светлые волосы развевались на ветру. Холодный ветер шевелил редкие травинки, выглядывающие из-под снега вокруг них и черные голые деревья неподалеку, словно напоминая о том зле, которое они оставили позади. Лена знала: им нужно скорее попасть домой и подготовиться к следующему шагу. Тут девушка ощутила слабое движение и шелест – пошевелился Вран. Лена радостно вскрикнула, горячие соленые ручейки вновь потекли из глаз, девушка в очередной раз шмыгнула красным от холода и слез носом и принялась осматривать ворона. Она вновь прижала его к себе, надеясь, что от ее тепла он быстрее придёт в себя. – Миша, Вран, пожалуйста, проснись! – прошептала она, бережно сжимая ворона в своих руках. Время тянулось мучительно долго, и каждый миг казался вечностью. Лена закрыла глаза, пытаясь подавить нарастающее отчаяние. Но вдруг она почувствовала лёгкое движение. Ворон вздрогнул и открыл глаза. Лена замерла от неожиданности и радости. – Миша! – вырвалось у неё от счастья. Ворон медленно поднял голову и посмотрел на неё своими чёрными глазами. Лена почувствовала, как страх отступает, уступая место бурному потоку радости. Безграничное счастье затопило ее словно цунами. – Мы вернулись! Мы здесь! – произнесла она с восторгом, прижимая ворона к себе ещё крепче. В этот момент все её страхи и сомнения рассеялись. Она обняла его и Анютку так сильно, как могла. Михаил каркнул в ответ, словно отвечая на её радость. Лена улыбнулась сквозь слёзы: он был жив! Она вновь ощутила связь между ними – ту самую магию любви и надежды, которая никогда не угаснет. – Я так боялась тебя потерять! – сказала она с искренностью в голосе. Ворон повернул голову вбок и каркнул в ответ: – Карр! – словно отвечая ей на вопрос. – Я знаю, тебе тоже хочется вернуться в человеческий облик! Теперь мы дома! Здесь всё будет иначе! – произнесла она с надеждой. Вран снова каркнул и кивнул головой, как будто соглашаясь с ней. Лена продолжила: – Мы справимся! Я люблю тебя! Я знаю, что всё получится! С этими словами она прижала ворона ближе к себе и почувствовала, наконец, то, чего так ждала – биение его сердца. – Ты знаешь… – тихо произнесла Лена, глядя в его чёрные глаза. – Я боюсь… боюсь потерять тебя навсегда. Эта магия… она может быть слишком сильной. Ворон посмотрел ей в глаза и чуть дотронулся клювом до ее щеки, будто целуя. Он всегда был и останется её другом и защитником, чтобы не случилось. – Мы найдем способ вернуть тебе человеческий облик! Я обещаю! – уверенно произнесла Лена. С этими словами Лена встала, стряхивая с себя и Анюты налипший снег, и, зябко прижимая к себе девочку, посадила Врана себе на плечо, убедилась, что тот в состоянии удерживаться самостоятельно и с надеждой подняла голову в светлеющее небо. Они начали двигаться по заснеженному полю в сторону дороги и своего дома, где, как они надеялись, их все еще ждали. Холодный ветер проносился вокруг них, задевая, толкая, задирая, но в груди Лены разгоралось тепло уверенности. Каждый шаг приближал её к мечте: у неё есть дочь, которую нужно вырастить, любимый, которого надо вернуть в человеческий облик, и душа Катерины в амулете, доверенная ей Марией. Это был отличный план действий на ближайшие пару десятков лет! Унывать некогда! Лена шагала всё бодрее, и эта аура уверенности и тепла заряжала её спутников. Анюта восторженно глянула на свою маму и широко улыбнулась в ответ. Даже морозный воздух казался теплее. Лена чувствовала, как её решимость растёт с каждым шагом. Она не могла позволить себе сомневаться: впереди их ждало множество испытаний, но теперь у неё была ясная цель. – Мы справимся! – произнесла она с энтузиазмом, оборачиваясь к Анюте. – Мы вернемся домой и сделаем всё возможное, чтобы вернуть Михаила! Анюта кивнула, её глаза светились от радости и надежды. Лена снова взглянула на ворона, который сидел у неё на груди. Она нежно погладила его перья. – Ты тоже не забудь о нашем плане! – сказала она ему с улыбкой. – Мы найдем способ вернуть тебя обратно! Ворон каркнул в ответ и повернул голову в сторону дома. Это придало Лене сил, она знала, что вместе они смогут преодолеть любые преграды. С каждым шагом её уверенность крепла. Внутри неё зарождалась новая решимость; теперь у неё было больше причин бороться за то будущее, которое они заслуживали все вместе. Она представляла себе день, когда Михаил снова станет человеком, когда они будут счастливы вместе как семья. Небо окончательно посветлело. На дороге впереди стали все чаще проезжать автомобили. Лена чувствовала, как морозный воздух наполняется ожиданием перемен и новой жизни. Они были на пороге чего-то важного – нового начала после всех испытаний. И теперь ничто не могло остановить их на этом пути. * * *Мириады искрящихся в тихом утре снежинок драгоценным покрывалом из бриллиантовой пыли укрывали безмолвную землю. Казалось, весь мир замер, не смея поверить в чудо. Утреннее солнце, пробиваясь сквозь легкую дымку, окутывало снежный покров мягким золотистым светом, придавая каждому кристаллу особую магию. В воздухе витала свежесть, а тишина была такой глубокой, что даже шорох падающих снежинок казался музыкой, наполняющей пространство волшебством. Деревья, облеченные в белоснежные наряды, стояли как стражи этого зимнего царства, а их ветви, склоняясь под тяжестью снега, создавали причудливые силуэты. Каждый шаг по свежему снегу оставлял за собой четкий след, словно природа сама приглашала насладиться этой красотой. В этом мгновении времени не существовало – только бесконечное спокойствие и ощущение единства с природой. Они подошли к массивным кованым воротам, которые, словно стражи, охраняли вход в родное поместье. В сердце Лены царило предвкушение, смешанное с легкой грустью. Она остановилась, рассматривая тяжелые кованые ворота, которые были свидетелями многих событий. Собравшись с мыслями, Елена прикоснулась к холодной поверхности ворот и соединилась мысленно с Домом, приветствуя его. Сначала импульс ушел будто в пустоту – Дом молчал, словно оцепенев, словно не верил в возвращение хозяйки. Но затем, осознав, поверив, поверив в её присутствие, ворота радостно откликнулись на зов. Металл зазвенел, и створки начали открываться. Медленно, едва заметно подрагивая. Лена сделала шаг вперёд, и её сердце наполнилось нежностью и тоской. Она знала, что этот дом был не просто стенами и крышей – он хранил в себе историю ее рода, ее силы. А с недавних пор и её радости и печали. Теперь она возвращалась не одна – рядом с ней были Михаил в облике ворона и маленькая Аня, ее названная дочь, которой предстоит стать частью рода и частью этого поместья… Сквозь открытые ворота в воздухе витало ощущение ожидания. Казалось, что сам Дом радостно вздохнул, готовясь встретить свою хозяйку после долгой разлуки. Сразу же от ворот невидимый магический сигнал разнесся по всей территории, и домочадцы начали просыпаться. Сначала они не могли поверить своим ощущениям; заспанные, люди и не-люди выходили в общие коридоры: кто-то был в пижаме, кто-то успел накинуть халат. Они переглядывались и шептались между собой, спрашивая друг у друга: – Ты это тоже почувствовал? – Да, кажется… – Что это было? – Не показалось ли? – Неужели? – Неужели дождались? Собравшись у центрального входа, они, накидывая на ходу верхнюю одежду, выходили из дома. По дорожке от ворот к Дому шли двое – молодая женщина в старинном сарафане с черной птицей на плече и девочка лет семи, прижимающаяся к ней, трясущаяся от страха и холода. Обе были настолько светловолосыми, что издали и под легким падающим снегом казались седыми. Женщина замерла на миг, наклонилась и что-то шепнула девочке, от чего та робко улыбнулась. Среди слуг послышались радостно-изумленные возгласы. Первыми навстречу им кинулись Лидия и Танита. – Леди Елена! – закричала Лидия с радостью, которая переполняла её сердце. – Мы так рады видеть вас! Вы вернулись! – Леди, леди Елена! Какое счастье! Слуги собирались вокруг, кто-то накинул на Лену и Анюту свои пальто, их лица выражали смесь радости и недоумения. Каждый из них чувствовал важность момента – возвращение Елены означало не только радость для всех, но и надежду на возрождение Дома Астерос в полной мощи. А значит – и скорое наступление порядка и мира в среде волшебников. Они обменивались взглядами и шёпотом обсуждали возвращение хозяйки и её спутников. Кай, молодой вампир и по совместительству управляющий поместьем, стоял, прикасаясь к ладони Елены. Его лицо было серьёзным, но в глазах светилась искорка надежды. – Леди Елена! – произнёс он с легким поклоном. – Мы так рады вашему возвращению! Елена обвела взглядом своих домочадцев. – Спасибо, мои дорогие. Я тоже вам всем очень рада. Позвольте мне представить вам свою названную дочь Анну, – сказала она с гордостью, указывая на девочку и чуть замявшись и глянув на птицу на своем плече, добавила, – и лорда Михаила Грея. Слуги вопросительно посмотрели на Михаила, недоумевая и боясь задавать какие-то еще вопросы. Кто-то из них робко спросил: – Что же с вами случилось, леди?