Глава 36

Лена так же стояла возле окна. Выглядело это так, словно девушка любуется заснеженным садом и видом на великолепное здание школы для магически одаренных детей. На деле – она обхватила себя руками в попытке сдержать гнев. Прошло три дня, как они вернулись домой. Или… Можно ли сказать, что вернулись? Михаил застрял в облике второй ипостаси и, как ей весьма доходчиво и даже настойчиво объяснил Астар тем же вечером. До сих пор виднеется кровоподтек на шее от его «поцелуев». Для Ани это место и время никогда не было домом, чтобы сюда «возвращаться». Прибыть – да. Девочка сейчас в абсолютно новом для себя мире и он во сто крат сложнее того, к чему она привыкла. Но держится, надо заметить, молодцом. Изабель уже общалась с ней и теперь расписывает программу занятий для малышки – Лена хоть и пыталась как-то показать ей буквы современного алфавита и счет, но далеко они не продвинулись – учитель из девушки тот еще оказался. Лидия с Танитой вовсю развлекают Анютку и постоянно вовлекают в какие-то несложные дела, благо девочка с удовольствием идет с ними на контакт. Светится вся, когда чувствует себя полезной. Бедная, после всего, что она пережила. Вот уж не пощадила ее Судьба, да еще такую мать-мачеху в лице Лены подкинула. Господи, ну где она и где дети? И Кай как-то странно на нее посматривает. Боится, что девочка сместит его через несколько лет? Что-то изменилось в ней самой с тех пор, как они оказались здесь. С одной стороны – девушка безумно рада. А с другой… Там она была спокойнее. Больше в себя смотрела, и ей нравилось, то, что она видела. А здесь… нет, ее не нагрузили сразу делами по самые уши, это сугубо ее личная инициатива. Лена пересматривала все счета, записи, и картинка складывалась потихоньку, хоть и не радостная. Но Дом ее слушается с трудом. Отвечает вяло и не с первого раза, будто неохотно, ворчливо, недоверчиво. Что с ним? Обиделся на исчезновение своей ведьмы? Ели Дома вообще могут обижаться. Но самым худшим оказалось даже не встреча с матерью Миши, Миррой, а этот гребанный демон! Астар! При воспоминании о нем и о том, что он сделал, по рукам Лены побежали огненные всполохи, и пришлось быстро вытянуть их вперед, чтобы не соприкасались с одеждой. Из-за него она, кстати, уже несколько дней вынуждена ходить в майке, хотя прохладно вообще-то! А несколько футболок девушка уже спалила! И одну скатерть, вызвав буквально первобытный страх всех близких и прислуги. Из-за чего ее и не вовлекают в дела! Лена чувствовала, что ненависть буквально затапливает ее с головой. К Астару за его характер и настойчивость. К Мирре за понимание и снисхождение. К Изабелле за дурацкие улыбки. Мол, куда ты денешься, девочка, когда тебя такой мужик окучивает. Все они сдались. Сразу. Буквально сразу, даже не попробовав что-нибудь сделать! Ну, хоть что-то! И Миша… Он тогда просто отвернулся и смотрел в окно. Не помог, не подлетел как обычно и не стукнул Астара своим сильным крылом, когда тот полез целоваться. – Девочка, его там нет, – раздался грустный голос Мирры за спиной, и в распахнутую дверь вошла миловидная брюнетка с четко обозначенными горестными складками возле рта. Кажется, у нее нет сил, чтобы напрячь мышцы лица и поднять уголки губ, и они навеки останутся в таком положении. – Ты о ком? – чуть грубее, чем ей самой хотелось, спросила Лена. – О моем сыне. Ведьма посмотрела в сад и увидела Аню, Кая и еще несколько ребят разного возраста из школы, играющих в снежки между деревьев. В метре над ними летал ворон, уворачиваясь от летящих снарядов. – С чего ты взяла? – Астар… – Не упоминай его имя! – чуть не заорала Лена. – Хорошо, прости. Просто я знаю эту магию. Тебе тяжело смириться из-за чувства вины, но это был его выбор. – Я найду способ, перелопачу все ваши чертовы книги, всю вашу библиотеку хваленую, но найду! – ну почему, почему они все сдались? Даже Мирра? Но темноглазая ведьма лишь покачала отрицательно головой. – Я знаю, ты хочешь как лучше. И наверняка испытываешь вину, но это не твоя ответственность, Лена. Я была бы рада назвать тебя дочерью, сложись у вас все с Михаилом. Не удивляйся, мы разговаривали с ним на эту тему. Он рассказывал о тебе, и в его глазах всегда появлялся свет. Такой, какой редко бывает. Обычно зажигает страсть, желание обладать тем, кто вызывает восхищение, а он… – Он слишком умен, чтобы не разобраться в своих чувствах. – Да. Он был, – она подчеркнула это слово, а Лена задохнулась от боли, – был слишком умен. И поэтому ты должна быть уверена, он знал, на что шел и уж точно последовал за тобой сознательно. Девушка замотала головой отворачиваясь, стараясь спрятать непрошенные слезы. – Он перестал общаться со мной. Не прилетает на ночь в комнату. Я волнуюсь за него. – Ничего, все наладится. Просто у каждого по-своему. Расскажи мне лучше, что у вас произошло с Астаром? Вроде, он неплохой, но когда ты рядом, его будто подменяют – совершенно не способен себя контролировать. Лена поморщилась. Вспоминать было неприятно, тем более рассказывать об этом. * * *В полумраке вечернего кабинета, где свет свечей едва освещал стены, наполненные тенями, девушка сидела на краю своего стола, погруженная в мысли. Ветер за окном завывал, словно предвещая бурю. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату вошел он – темноволосый демон в человеческом обличии. Его глаза сверкали, как два черных опала, полные обещаний и опасности. – Ты ждешь его, – произнес он, его голос был глубоким и бархатистым. – Но он не вернется, ты это знаешь. Она подняла голову и встретила его взгляд со всем доступным ей сейчас спокойствием. Внутри разгорался огонь гнева и боли. – Уйди, – ответила она с трудом, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Я не хочу тебя здесь видеть. Он шагнул ближе, его присутствие наполнило комнату напряжением. – Почему ты продолжаешь надеяться на то, что не сбудется? – спросил он, приближаясь ещё ближе. – Я могу дать тебе всё, о чем ты мечтаешь. Я положу весь мир к твоим ногам. – Ты не знаешь, чего я хочу! – Лена ответила максимально резко – как, наконец, дать ему понять, что между ними ничего не может быть? Но он лишь усмехнулся, и эта усмешка была полна уверенности. Он протянул руку и коснулся ее плеча. Его прикосновение было одновременно нежным и настойчивым. – Ты не понимаешь. Он не вернется. А я здесь, я рядом с тобой. Я так ждал тебя. – Его голос стал более настойчивым, как будто он пытался завладеть разумом ведьмы. Та попыталась отстраниться от него, но он уже обнял её так крепко, что дыхание перехватило. Его тепло и сила обволакивали, против воли заставляя тело быть мягким и податливым. – Отпусти меня! – проговорила Лена тихо, но голос был тверд. Однако вместо того чтобы отступить, он наклонился к ней и начал целовать шею и плечи с такой страстью, что вскоре это стало причинять боль. Каждый поцелуй оставлял легкие красноватые следы на коже, а на плечах наверняка останутся синяки от его крепких объятий. – Ты не можешь сопротивляться этому желанию, ведьма. Ты знаешь это! – прошептал он между поцелуями. Лена вырывалась из его объятий, но он держал слишком крепко. Демон! Чертов демон! Слишком сильный, беспринципный, наглый! Что заставляет ее слабеть, поддаваться ему? Почему ее тело каждый раз так жаждет его действий? Она ненавидит его! Внутри Лены полыхнули гнев и страх одновременно. Но как прогнать его, не привлекая внимания слуг и близких? В тот момент, когда он прижал ее к себе, что-то внутри словно треснуло. Это было нечто большее, чем просто гнев – это была сила, которая дремала в ней, жаждущая свободы, с самого момента перемещения обратно домой. Лена вдруг почувствовала, как магия начинает бурлить, словно раскалённая лава, готовая вырваться наружу. Внутри разгорелось пламя: она больше не хочет поддаваться ни ему, ни кому-либо еще! Собравшись с силами, девушка резко выдохнула и оттолкнула его от себя. Тело демона, казавшееся таким мощным и уверенным, вдруг потеряло равновесие. Он отлетел к стене и ударился об нее с глухим звуком, который раздался в тишине комнаты, как гром среди ясного неба. Сила заполнила пространство вокруг – это было ощущение власти и полного контроля. – Убирайся вон! Вон! – закричала она, и её голос звучал так, словно сама комната отзывалась на его призыв. Он посмотрел на неё с удивлением и восхищением. Астар не ожидал такого поворота событий. Эта ведьма, которую он считал слабой и уязвимой, вдруг обрела невероятную силу. Силу, которая откликнулась и внутри него самого. Что это? – Ты не понимаешь! Я могу дать тебе всё! – произнес он с настойчивостью, которая раньше казалась мне убедительной. Теперь же его слова звучали как пустая угроза. – Всё? Или только то, что ты хочешь? – с каждой секундой презрение к нему росло в Лене все больше, заполняя, затапливая ее полностью. Презрение и ненависть. Они будто выжигали в ней все остальные чувства. Больше она не была той беззащитной девушкой, которую он пытался запугать своими действиями до того, как Мария забрала ее в свое время. – Ты сама не понимаешь еще, что тебе нужно! Ты уникальная, ты потрясающая! Красивая, умная! Ты можешь быть рядом со мной и все эти дрязги тебе будут просто побоку! Ты, обладающая такой мощью, таким потенциалом, ты уникальна, а все, что ты хочешь – это управлять проклятым Домом Астерос? Домом, чья история запятнана? Ты хочешь положить жизнь на восстановление его репутации? На бесполезную борьбу? – Это мой Дом! И моя история! – Да брось! Ну, хочешь поиграться, не вопрос – хочешь, можешь возглавить Министерство, я хоть завтра преподнесу его тебе на блюдечке! Он снова подошел к ней и плавным быстрым движением прижал к столу, схватив руки девушки в свои и крепко сжав. От его лица исходила волна тепла и какой-то безумной одержимости. Он не оставил ей выбора. Слишком сильно она хотела согласиться. Ее руки полыхнули огнем, а по телу прошла волна силы. Не такая сильная, как до этого, но достаточная, чтобы Астар отскочил. Однако в его глазах не было ни страха, ни злости. Лишь азарт. – Я люблю Михаила. – Почти по слогам произнесла она тихо. – Я люблю его и буду бороться за него. Его лицо исказилось от ярости и непонимания. Он был поражён тем, что мог никак повлиять на нее и ситуацию. Словно осознав свою ошибку – свою недооценку ее силы и решимости – он развернулся и вышел из комнаты с глухим хлопком двери. – Ты будешь моей! – бросил он перед этим, глядя из-под лобья, а затем исчез в коридоре. Эти слова повисли в воздухе, как угроза. А Лена осталась одна в полумраке комнаты, сердце колотилось от страха и ярости. Дышать было тяжело, словно в легких была густая вода. Девушка чувствовала прилив адреналина и одновременно страх за то, что произошло. Внутри бушевали эмоции: гнев на Астара за попытку подчинить и чуть ли не изнасилование и страх перед тем, что он может вернуться. Ее потряхивало от пережитого. Лена подошла к окну и посмотрела в ночь за пределами своего убежища. Луна светила ярко, но даже её свет казался холодным и далеким. Ветер завывал за окном, словно разделяя мои чувства: свобода и пленение одновременно. Внезапно ей пришло в голову, что она не должна бояться его угроз. Да, он древний демон – существо из другого мира, которое пыталось (пытается и будет это делать снова) манипулировать своими чарами и обещаниями. Но больше ее встревожило иное – что за сила откликнулась внутри нее самой? И почему это происходило бесконтрольно? Ведь она столько тренировалась, осваивала под присмотром лучших учителей и знала свою силу – чувствовала её внутри себя. Но в то же время она будто изменилась. Или просто устала? Бороться. Быть одной. Одинокой. Сделав шаг назад от окна, Лена обернулась к комнате. Всё вокруг казалось прежним: старинные книги на полках, свечи на столе и тени танцующие на стенах. Но теперь это место напоминало о том, что она способна на большее. Надо собраться с мыслями. Если Астар вернётся – а она знала, что вернётся и будет продолжать в том же духе – Лена будет готова встретить его лицом к лицу. Она больше не будет жертвой его манипуляций; теперь у неё есть сила. Немного успокоившись, девушка начала медленно собирать свои вещи, разлетевшиеся в разные стороны во время их короткой стычки: книги заклинаний и амулеты, ручки и линеры, линейка, бумаги, расческа. Каждый предмет напоминал о том времени, когда она училась контролировать свою магию и развивать свои способности. Сколько прожито за каких-то без малого полтора года. И ведь в отпуск не отпросишься – на пороге война! Но когда этот чертов демон вернётся снова, он столкнётся с ее истинной силой – силой ведьмы, которая больше не будет бояться ни его чар, ни себя самой. Свет свечей мерцал в полумраке комнаты, отражаясь в глубинах большого зеркала, висящего на стене. На миг показалось, что свет моргнул, растворившись в недрах посеребренного стекла вместе со всем, что находилось в комнате, вместе с самой комнатой. Оставляя лишь тьму. * * *Мирра помолчала немного, переваривая и осознавая. Затем посмотрела на начавший вновь сыпать снег за окном. – Он идиот, – сказала она со вздохом. – Но его можно понять. – Да неужели?! – она это серьезно сейчас? Женщина повернула к Лене свое грустное лицо и чуть улыбнулась. – Ты еще слишком молода. Сильна невероятно, это да, через многое прошла, но все это было… боевым что-ли, понимаешь? Знаешь, есть понятие академического ума, а есть бытового. Вот в первом ты с какой-то немыслимой скоростью развиваешься, а второе… Тебя ведь бабушка воспитывала, да? – Да, – эхом отозвалась Лена. – И она пыталась сделать так, чтобы тебя особо не афишировать. Поправь меня, если я не права, но бабушка, скорее всего, как могла ограждала тебя от общения с противоположным полом, причем, наверняка, делая это так, будто это ты сама решила, что тебе это не нужно? А ведь и верно! Бабуля Эля была не только мудра, но и хитра, и могла в беседе с кем угодно повернуть так, что человек считал, будто сам ведет в разговоре или принял какое-то решение. А что мешало ей проделывать это же и с собственной внучкой? Разумеется, ради спасения ее самой! Когда Лена, поддавшись уговорам девчонок в школе, решила попробовать себя в карьере фотомодели, бабуля согласилась и… поехала с ней на пробы. Она очень умело подчеркивала все негативные нюансы происходящего, злобные улыбки соперниц, якобы плотоядные взгляды фотографа, после чего девочка перед камерой вела себя как деревянная. Естественно, ее кандидатуру не приняли, хоть и похвалили за привлекательность. А сколько раз она отваживала от нее мальчишек, за чашкой чая вечером мягко и ненавязчиво рассказывая, что одному, например, нужна помощь по математике, а деньги на репетитора отец парня потратил на детали для авто, посоветовав тому охмурить какую-нибудь отличницу. А как ловко она высмеивала потом ее однокурсников, называя оболтусами, которым лишь бы прилепиться к кому поуспешнее и поумнее, получить диплом и устроиться на работу на тепленькое место! – Вижу по твоему лицу, что права. Не суди ее. Мы все выживаем, как можем. Но ты теперь взрослая и пора учиться видеть все своими глазами. Астар… Как тебе объяснить… Несмотря на его возраст и опыт, я думаю, ему не часто встречались равные по духу женщины. И такое для него, можно сказать, в новинку. Он не знает, как общаться с тобой. Но те чувства, что он испытывает к тебе, поглотили его. Он не может справиться с ними. И не понимает их, не понимает насколько все серьезно для него. – Мирра! – как она может так спокойно обо всем этом говорить? Она ведь мать Михаила! – вы же знаете, что… Но она подняла руку, призывая меня замолчать. – Я знаю. – Голос ее звучал сильнее, в нем появилась какая надтреснутость и хрипотца и одновременно звонкость. – Я все знаю и понимаю, и порывы Астара тебе сейчас просто не ко времени, потому что твое сердце занято. И, видит бог, Лена, как я мечтала о том, что мой сын будет счастлив. И, если он выбрал тебя, я была бы счастлива вдвойне! Но, девочка моя, я тоже многое пережила и знаю, что нет ничего ценнее времени! Того времени, что мы тратим на счастье! Жизнь может закончиться внезапно, и я не хочу, чтобы ты потратила ее на сожаления о том, что от тебя и не зависело! – Зависело! Это я виновата! Я! Ведь она за мной кинулся в тот портал! – А что бы ты сделала? – тоже перешла на крик Мирра. Этот вопрос немного остудил и заставил задуматься. – Лена, ну что бы ты сделала, – уже тихо спросила она. – Повернула бы время вспять и никогда не встречалась с Мишей? Или волшебным образом запретила ему влюбляться в тебя? Что? А может, ты могла на тот момент сопротивляться многоопытной Верховной ведьме? Ты ничего не могла, пойми! Мирра подошла ближе и обняла сжавшуюся в комочек девушку. Нежный запах жасмина был таким чуждым сейчас для всей этой ситуации, что Лена даже успокоилась. Где-то на краю сознания еще пыталось поднимать голову чувство вины, но разум уже возобладал надо всем – да, Миша взрослый (и даже старше ее в три раза вообще-то) выбрал сам. И никто не знал, чем это все закончится. – Но… – какое-то сопротивление все равно рвалось из нее, – но почему вы думаете, что ничего нельзя сделать? Разве он навсегда останется птицей? – Я понимаю. У тебя не было времени осознать это все. Я же поняла это уже в начале лета. Просто почувствовала, что что-то не так. И тогда, когда вы только поехали на встречу с Джеральдом, я знала, что, скорее всего, больше не увижу своего сына. У меня, и правда, слабый ведьминский дар. На мне природа отдохнула, – она усмехнулась, – но такое почувствовать я могу. Я живу с этим уже полгода. Потихоньку принимаю реальность. И ты сможешь. Мирра посмотрела Лене в глаза, будто пытаясь понять: дошла ли хоть часть ее слов до ее сознания. – А с Астаром я поговорю. Не следует ему давить на тебя. Сейчас есть более важные проблемы. Ему, конечно, это все побоку, он считает, что женщина это нечто вроде живого украшения жизни для мужчины. Хрупкого и нежного, как дорогой цветок, за которым надо ухаживать и любоваться им. Но, Лена, не вздумай хоронить себя или думать, что кто-то осудит тебя. Сила ведьмы зависит от ее внутреннего состояния. И, если ты будешь несчастна, это может отразиться на тебе больше, чем ты думаешь. Астар поддерживал нас все это время. Фактически, если бы не он… Она помотала головой, отгоняя нехорошие мысли. – Не гони его. Если у тебя нет к нему никаких чувств, в чем лично я сомневаюсь, постарайтесь остаться друзьями. Теплые мягкие руки обхватили плечи Лены еще раз, и женщина вышла, оставив девшку возмущенно пыхтеть. А за окном все так же тихо падал снег, крупными белыми хлопьями укрывая все вокруг, делая единым, слитным, порой неразличимым. Неотъемлемым.