Глава 38

После этого случая Лене никак не удавалось встретиться с Энтони, чтобы поговорить. Они иногда созванивались, мужчина искренне переживал за ее ночные прогулки, хоть девушка и пообещала больше ни во что такое не ввязываться. И слово свое держала. Пару раз приезжала Милана. Увидев, наконец, свою подругу, Лена вдруг кинулась ей на шею и разревелась. Лидия, которая вызвалась проводить гостью до кабинета хозяйки, облегченно вздохнула и тихо прикрыла дверь. Они проговорили несколько часов, в ту ночь Милана осталась с Леной, чтобы поддержать ее. Приготовила свое успокоительное снадобье и отпаивала девушку, буквально уговаривая ту пить. – А что у тебя с лордом Антонио? – спросила Лена Милану, которая как раз наливала очередную кружку отвара. У ведьмы дрогнули руки, металлическая крышечка сорвалась с чайника и весело зазвенев, поскакала по полу. Лена приподняла удивленно брови. – У меня? С инквизитором-то? Ничего! – голос ее был выше обычного. – Праааавдааа? – насмешливо протянула Лена. – Правда. Кто он и кто я? – А кто? – Ну, как? Он – инквизитор, я – ведьма из рода Далрей. – У тебя же, вроде, другая фамилия? Я видела на одном из приглашений. – Это да, – выдохнула ведьма, садясь напротив Лены. – Только по матери я Дарлей. А это род с репутацией еще похуже, чем твой. Мы, в свое время, открыто воевали с инквизицией. Предки моей матери из Франции. Там ведьмовство же каралось сильно, преследовалось. Они поэтому сюда и перебрались. Даже подняться немного сумели. Здесь-то понимали всегда, что хорошая знахарка всегда поможет и вылечит. Лена кивнула и улыбнулась, вспоминая Яромиру и ее девочек, Ульяну. Для времени их уже нет давно в живых, а для нее они всегда будут живы в ее сердце. – Так то когда было, а сейчас что вам мешает быть вместе? – Я не могу ему такую свинью подложить. Его карьере будет конец. Скорее всего просто уберут. – Из рядов инквизиторов? Милана посмотрела на подругу, как на наивного ребенка. – Из жизни, Лен. Из жизни. – Да за что?! – За меня. Из инквизиторов не уходят. Оттуда только выносят. В склеп их внутренний. Их когда обучают, столько в них вкладывают, там не только знания и навыки, там и магия своя есть. Не знаю, странная она какая-то. Никакая. Я ее чувствую, но как будто она за стеклом и холодная, безликая. Я еще думаю, что это они из-за нее такими становятся – с годами все более холодные и безликие, бесчувственные, равнодушные. Они немного помолчали, отпивая понемногу приятного травяного отвара с ароматом луговых трав и лета. Потом Милана продолжила: – Склеп их – вместилище их силы. Когда инквизитор умирает, его тело переносят туда в специальном саркофаге, в котором, по легенде, есть отверстие, из которого сила выходит, спустя определенный срок. И вот эту силу специальные прислужники собирают в бутылочки и хранят. А если вдруг очень нужно усилить кого-то из инквизиторов, то он выпивает из бутылочки и получает силу собратьев. – А жень-шень они пить не пробовали? – не выдержала Лена. – Чушь какая. – Ну, вот и наш лорд инквизитор мне так сказал. Чушь, мол, выдумки. Только я-то умею распознавать, когда мне врут. Милана прищурилась, будто лису в курятнике застала и уже думает, как бы из нее воротник сделать. – А с ним ты говорила? Обсуждали варианты? – Что ты, он и не подойдет ко мне с таким, а я уж тем более! – Зря ты так. Он за тебя и в огонь, и в воду готов. Это ты всегда все видишь и знаешь, а когда тебя самой касается – слепнешь. – Ой, да, ну, скажешь тоже! В огонь, воду… Нужна я ему, как белке сапоги. – Нет, подруга. Ты не права. Просто дай ему шанс. Знаешь, время идет так быстро, пока вы тратите его на эти нелепые игры с тем, кто кому нужен или не нужен, завтра может не наступить. Он не белка, да и ты не сапоги. – Лена, – Милана замолкла, часто смаргивая и посмотрев в сторону Врана, сидевшего на подоконнике и изредка клевавшего специально приготовленное для него мясо. Было ценно иметь кого-то, кто понимает тебя и поддерживает. Может выслушать и не судить. А Энтони умел это как никто. Никто, кроме Миши. Теперь Врана. Лена впала в подобие душевного анабиоза. Казалось, так проще, чем думать о том, что произошло, снова и снова перелистывать книги и свитки, вычитывая и выискивая с дотошностью, возведенной в бесконечную степень. Она стала больше спать. Люди в Доме, слегка напуганные ее поведением к этому моменту, старались общаться вежливо и учтиво, даже угодливо. Отчего ей казалось, что они обращаются с ней, как с больной. Возможно, именно такой она и была. Астар больше тренироваться с ней не хотел. Вместо этого он приглашал ее в театр или кафе. Вел себя безукоризненно, ровно на той грани, что вроде и ухаживает, но не наглеет. И Лена порой в ярости сжимала зубы, ей хотелось крикнуть: – Ну, давай, пристань уже как-нибудь, чтобы мне было, за что ударить тебя и прогнать! Что ты все трешься возле меня?! И он дал ей такой повод. Они стояли на набережной, любуясь вечерними огнями. Оба под впечатлением от чудесной постановки весьма романтической пьесы. Звезды соревновались с огнями города в красоте и яркости, небо было морозное, чистое, светила луна. Где-то неподалеку играла приятная мелодия, а кафе через дорогу зазывало обещанием тепла и уюта. Лене вдруг стало сначала так хорошо и легко, и захотелось кружиться, а потом так же резко захотелось плакать. Астар стоял рядом, облокотившись о перила. Он искренне любовался девушкой, когда та улыбалась, разглядывая все вокруг с восторгом ребенка. И нахмурился, когда увидел боль на ее лице. Внутри него что-то дернулось ей навстречу. Он взял ее за плечи и всмотрелся в глаза. Ярость сменила в них боль. Девушка явно ждала от него чего-то, что может навсегда поставить точку в их отношениях. Обрубить любую связь. Астар ждал. Лена стояла и смотрела на него. Сложно сказать, сколько это длилось. Мимо проезжали машины, проходили люди, сменялись мелодии, доносившиеся из кафе. А они не сдвинулись ни на миллиметр. Потом Лена вдруг обмякла и выдохнула еле слышно. Астар притянул ее к себе и просто обнял, даря защиту и понимание. Никто ничего не говорил, не спрашивал, не угрожал. Просто двое стояли на набережной, обнявшись, и сумев, наконец, понять друг друга. Как если бы две параллельные линии вдруг сменили маршрут и соприкоснулись в некой точке. * * *Они сидели за столом в большой гостиной. Было 25 декабря – в этот год Лена всегда завершала наряжать квартиру и ставила с бабушкой елку. Эту же традицию она ввела и в Доме Астерос, став его главой. Наступало время выдохнуть. Основная часть дел была завершена: подарки, продукты, расходники на ближайшие пару недель закуплены, и можно было расслабиться. Поэтому жильцы, гости, слуги и дети, которые решили не уезжать на каникулы из школы Астерос, сегодня сидели все вместе за огромным столом в большой гостиной, которую сам Дом по такому случаю расщедрившись на общение со своей хозяйкой, увеличил до необходимых размеров. Как-то незаметно особняк наполнился людьми, без которых уже сложно было вообразить жизнь в нем. Лена сидела во главе стола, сыто откинувшись на изумрудный бархат спинки стула из черненого эбена, на которой расположился Вран, и положив руки на мягкие уютные подлокотники. Когда-то Лена находила картинки в дорогих журналах дизайна интерьеров, и вместе с Домом они подбирали варианты обстановки, которые мог воплотить в жизнь Дом. Год назад ей казалась эта гостиная темноватой, но сейчас, в праздничной новогодней атмосфере со всеми этими украшениями, огоньками, свечами выглядела она действительно потрясающе. Огромный темный, почти черный стол матово поблескивал защитным покрытием, на нем по центру стоят новогодние украшения из еловых веток и шариков в высоких прозрачных бокалах, между ними – в таком же стиле подсвечники. Черные праздничные салфетки с вышитыми монограммами Дома Астерос под посуду и для гостей, на них – белые тарелки. Бокалы, выполненные из тончайшего хрусталя, сверкают множеством граней, отражая и умножая огни, отчего кажется, что свет льется отовсюду, но при этом он совершенно не слепит глаза и не мешает яркими бликами. Он мягкий, расслабляющий, живой. Легкий тихий джаз создавал непринужденную атмосферу. Мягкие мелодии, плавные ритмы и импровизационные элементы делали его идеальным для фоном во время застолья. Звуки саксофона, пианино и контрабаса переплетались, создавая гармоничное звучание, которое не отвлекает от общения, но при этом добавляет нотку волшебства и торжественности. Прекрасное настроение царило в комнате и во всем особняке. Стены гостиной украшены светлыми обоями с тонким узором, которые создают ощущение простора и легкости. На одной из стен над шикарным темным камином висит большая картина в золоте и зеленых тонах, которая гармонично дополняет общий интерьер. Рядом расположены полки с книгами и декоративными предметами – стеклянными шарами и статуэтками, которые отражают новогоднюю тематику. В углу комнаты стоит роскошная елка, украшенная белыми и золотыми шарами, гирляндами из блестящих огоньков и натуральными шишками. Елка выглядит как настоящее произведение искусства, создавая атмосферу волшебства. Гости наслаждались вкусной едой и теплой компанией. Иногда то тут, то там раздавались взрывы смеха. Лена начала задремывать. Вялое сонное оцепенение охватило ее. Было так хорошо, что девушка, кажется, полностью расслабилась – впервые за очень долгое время. Как же тепло и уютно! Просто сидеть вот так, чувствовать мягкость бархата под пальцами, знать, что близкие люди рядом и счастливы. Собрались почти все – не было только ее подруги Миланы, которая осталась со своими родными и лорда Антонио. Инквизитор, кажется, вовсе перестал отдыхать в эти дни. Он пытался разузнать как можно больше о заговорщиках и тех, кто им помогает и, так или иначе, связан с ними. А вот Александр Морозов с матушкой и сестрами были здесь. Лена с радостью смотрела, как мужчина смущенно улыбается и шутит, слегка разрумянившись от внимания сразу двух молодых ведьм из клана Астерос, с которыми Лена только недавно познакомилась. Отец Кая, сидевший неподалеку, не спускал глаз со своей супруги – поистине шикарной женщине, чьи фиалковые глаза, огромные и невинные, в обрамлении пушистых черных ресниц, смотрели то на него, то на небольшую площадку, отведенную под танцы. А вот место их сына Кая пустовало. Лена еще полчаса назад заметила, как он тихо извинившись, выскользнул из-за стола и ушел в холл, где играли сытые и довольные дети. Она уже успела поговорить с ним насчет, как ей казалось, его опасений, что Анюта в скором времени займет его место помощника Верховной. Однако юный вампир опроверг ее домыслы, заявив, что просто чувствует сильный интерес к девочке. Она ведь совершенно другая для всех, для этого мира в целом. Так же, как и он себя ощущал почти всю жизнь. Кай ощущал некое сродство с ней и старался защитить и помочь малышке. Лена же отметила их внешнюю схожесть, которая усиливалась побелевшими после перехода волосами Ани. Только глаза у Кая были совсем светлые, а у Анечки голубые. Оба хрупкие, почти прозрачные, тонкие. Оба как-то иначе двигались, будто были сделаны из другого материала, из фарфора или хрусталя. Пожалуй, не знай она их, могла бы легко подумать, что это брат с сестрой. Кстати, сама Аня с радостью принимала внимание Кая и зачастую уже с утра бежала первым делом к нему, а не к Лене, которая вставала позже, проводя ночи то в прогулках по городским закоулкам, то за книгами, то тренируясь в гроте. Раздался смех, и Лена, повернув голову в ту сторону, увидела, как рыжеволосый эльф Калаар ухаживает за матерью Михаила, Миррой, и женщина с удовольствием отвечает ему взаимностью. Белая длинная прядь в волосах эльфа напомнила Лене о тех событиях, которые стали причиной неожиданной седины древнего. Мария, Джеральд… Лена потрогала кулон, висящий у нее на груди. Кулон, в котором хранилась душа дочери Марии и прабабушки самой Елены. Или уже нет? Как считать, если душа – вот она, здесь, не успела стать матерью и дать потомство, от которого родилась Лена. А там, в далеком прошлом осталась лишь физическая оболочка? Заполненная темной сущностью. Оцепенение сонных чар мгновенно спало с Лены – ее пронзила жуткая мысль: а что, если… Но додумать она не успела. Внезапно Дом прислал мощнейший импульс тревоги, по особняку раздались звуки охранной сирены, ставни мгновенно закрылись щитами. Свечи погасли, включился верхний свет. Гости заозирались и притихли. Астар вскочил со своего места и к чему-то прислушался. Потом перевел взгляд на Лену и кивнул в сторону двери. Девушка поднялась со своего места. Вран, вопреки своей недавней привычке не следовать за Леной, если та общается с Астаром, поднялся в воздух со своего насеста и полетел за ней следом, редко и громко, в сложившейся тишине, хлопая крыльями. – Дорогие гости, извините, пойду выясню, что случилось. Оставайтесь пока здесь. Танита, найди Кая, попроси привести сюда детей и проверьте, чтобы они все были здесь. Отдав распоряжение Лена, вышла из гостиной вслед за Астаром. – Что? – коротко спросила она. – Еще гости. Только не из тех, что на пороге стоят и ждут, когда впустят радушные хозяева. А из тех, что с черного хода тайком лезут. Помощник прислал мыслеобраз, в Министерстве что-то происходит. Кажется, они нашли, как воздействовать на здание. Ты знала, что твой Дом не единственный, кто общается с хозяевами? – Догадывалась, что это во всех кланах так должно быть. – На самом деле, не во всех. Этот особняк, скорее исключение. Таких зданий штуки три, может пять по городу и области. Министерство раньше к таким не относилось. – Раньше? – у Лены пробежала холодная дрожь по рукам. Она-то как никто другой прекрасно понимала возможности, которые дает подобная связь заговорщиков со зданием Министерства. Астар кивнул. – Да, мне сейчас пришло сообщение, – он кивнул на зажатый в руке телефон, что само здание внешне изменяется, доступы в него полностью блокированы даже от тех, кто на стороны заговорщиков. Смартфон его завибрировал, демон посмотрел на экран. – Чтоб вас все пресветлые поимели, да не по одному разу! – выругался он, и Лена изумилась такому обороту речи, даже забыв про угрозу. – Что там? – поинтересовалась она. Вместо ответа Астар развернул экран к ней, давая самой посмотреть. От увиденного у Лены волосы начали подниматься на затылке, а глаза расширились от ужаса происходящего. На крыше здания Министерства стояло несколько наемников во главе с Чаргом. Все они были одеты в темно-серые плащи, высокие, обитые сверкающими стальными пластинами сапоги и черную одежду с такими же защитными нашивками на ней. В руках у них было оружие. Снимающий снизу с улицы прямую трансляцию человек, невидимка, остающийся за кадром, увеличил экран, и Лена разглядела следы крови на лезвиях мечей и кинжалов наемников. – Что… Что происходит? – спросила она. Человек-невидимка, голосом помощника Астара ответил: – Мы пока не знаем, но там был грохот, несколько взрывов небольших. Видимо было какое-то сражение. Но мы не поняли. Сегодня мы не посылали туда никого из наших. С кем им драться? Завибрировало в кармане у Лены, и та вздрогнула от неожиданности. – Але? – спросила она, не глядя кто звонит. – Лена! Ты уже знаешь? – взволнованный голос Миланы дрожал. – Мы смотрим видео с места событий. А что происходит? – Лена! – вновь воскликнула ведьма, – он же дурак! Просто дурак! Ты не представляешь! – Кто? – успела вклиниться Лена. – Да Антошка же! Он же полез прямо туда! – Какой Ан… лорд Антонио? Наш Энтони? – Ну, да, он, инквизитор чертов! Будь он… – Милана вовремя остановилась, – будь он ладен и здоров! Решил, что может надавить на лорда Перфири, это тот, который Сергей Перфирьев, ты его точно знаешь как депутата. Он у них один из ВТ. Антошка считает, что это он стоит за заговором. Он мне говорил, что вы обсуждали финансовые следы, так он сопоставил все и нашел крысу. Только, боюсь, что эта крыса его самого сожрет! – Так, погоди. Один из ВТ – это что? – Один из Великой Тройки, – нетерпеливо пояснила Милана, заговорив еще быстрее. – Тройки у них как единица управления, под ними всегда семерки – по два человека к каждому из тройки и один куратор и координатор. У Антоши вот два помощника, у его коллег по тройке тоже по два. А еще один общий помощник, который как бы координирует и смотрит за работой их помощников, обучает, помогает, если надо. Мало ли что, работа же такая. – Ну да, – Лена согласно кивнула. – А куда Антош… то есть Энтони полез? – Да прямо туда! В самое пекло! Он вчера прислал мне голосовое, говорит, что теперь все ниточки у него есть, осталось к клубку подобраться, а это уже никак отсюда не сделать. Он считает, что Чарг это вообще марионетка, как это… «фасад витрины» он сказал. Но его любовница – любовница кого-то из Великой Тройки. Я думаю, ее там специально подложили под него, чтобы проще было управлять. Так вот Антон нашел, что эта девица ведет, похоже, свою какую-то игру. Он нанял мальчишку следить за ней, так эта стерва везде наличкой расплачивается, где светиться не хочет. Например, в поместье ее родителей, которое находится не где-нибудь, а практически возле Министерства, недавно стали съезжаться гости. Все сплошь мужского рода и с темной историей. И вот там все, от билетов до распоследней бутылки воды куплено за наличные. Их там муштруют каждый день, тренировки, расписание, порядок. Никакой выпивки. В отличие от тех, что в самом Министерстве находятся. – Троянского коня готовят, – пробормотала Лена, поднимая глаза на Астара. Тот еще был на связи со своим помощником. Люди на крыше еще что-то кричали тем, кто внизу и размахивали оружием. – Так вот, я думаю, он прямо туда, в Министерство это и отправился, чтобы прижать к ногтю этого человека. Только имя он мне не назвал. Лена, – чуть помедлила Милана и как в пропасть ухнула – сказала: – он попрощался, Лена! На последнем слове голос ее все-таки сорвался, и женщина зарыдала в голос. – Милана, Мила, успокойся, слышишь! – Лена выхватила из рук Астара смартфон и вгляделась в экран. – Я вижу его прямо сейчас! Он жив и здоров, Милан, все в порядке! И действительно – один из наемников, стоявший чуть позади и старающийся не светиться на камеры снимавших их снизу людей, оказался любимым инквизитором ведьмы Миланы и уже другом самой Лены. Астар встал позади девушки, чтобы было удобно смотреть на экран, и снова тихо и как-то обреченно выругался. Лена кое-как успокоила Миланку и, повесив трубку, не спросила, а буквально приказала демону: – Рассказывай мне все. Что ты знаешь об этой дурацкой идее нашего инквизитора? – С чего ты взяла, что мне что-то известно? – С того. Рассказывай, у нас нет времени на препирательства. У Энтони его нет, понимаешь? Астар тяжко вздохнул. – Лена, – он еще раз набрал воздуха в грудь, словно собираясь глубоко погрузиться под воду. – Хорошо. Наверное, действительно есть вещи важнее себя самого. Черти бы вас всех побрали, связался на свою голову! Он вдруг сорвал с себя галстук, упер руки в бока и заходил по холлу особняка, украшенному новогодними гирляндами и украшениями из еловых веток. Красивый мощный зверь, сдерживаемый тесными границами клетки. Клетки, в которую влез по собственной воле. – Да, он нашел кое-кого. И понял, как и ты, что эта девица, Олеся, ее, кстати, зовут, не так проста, как кажется. Девчонка задумала свою игру. Великая Тройка оказалась тройкой великих предателей. Одного убили за неделю до переворота. Но так, будто несчастный случай произошел. Как бы и не привяжешь к событиям. Инквизиторы ведь по сути своей те же люди, просто усиленные магически. Этот был уже стар, даже по их собственным меркам. Вот и умер, не дойдя до ночного горшка. На лестнице за ковер споткнулся. А так как он на ходу пытался влезть в рукава своего халата, то руки его были заняты, и никакого заклинания сотворить мужик не успел. Двое слуг видели, как хозяин, вопя и матюгаясь, упал и свернул себе шею. Правда, о том, что у мужика в спальне любовница была, они умолчали и девчонку по-тихому вывели через черный ход до приезда Стражей и их внутренней службы Смотрящих – это у них вроде полиции. Так что, спал себе мужик, приспичило ему в туалет, проснулся, пошел и упал. А потом через неделю – переворот. И осиротевшая Великая Теперь уже Двойка – замену они могут по правилам подбирают десять дней – оказалась не так сильна перед лицом гражданской войны. Сначала магической, а после и между магами и людьми. Небезызвестный тебе Дмитрий Чарг стоял во главе заговорщиков, симпатичный, харизматичный, древней крови – отличный претендент на возрождение наследственной власти в магмире. Для оставшихся двух инквизиторов-предателей – он стал бы отличной кормушкой – верный и благодарный. За титул, за власть и блага, за бабу такую – видел я эту девицу – та еще Елена Прекрасная. Астар запустил пятерню в свои волосы, задумавшись. – Одного Антонио не смог понять – действует та девица по указке этого Перфири-Перфирьева или сама. – А какие варианты? – Ну, если по указке Сергея, то второй инквизитор ему как бы и не нужен. Была тройка – станет один Великий Инквизитор. Тогда второго, Бориса Керчина, тоже ждет несчастный случай. И с молодыми случается. – А может он захотеть сам встать во главе магсообщества? – Захотеть может, но ведь они хоть и стоят как бы в стороне, но все же осуществляют надзор и контроль за всеми нами. Выступать открыто для него опасно. – Ну да, сопротивление от населения будет только расти. Хотя… Если он сейчас уберет Чарга, то может выставить себя чуть ли не спасителем человечества. Разве нет? – Тут да. Да и общее впечатление он производит неплохое. Сильный, настоящий теневой лидер, такого люди бы захотели видеть у власти после всего этого. Но что-то меня в нем смущает. Я за ним тоже последние месяцы наблюдал, пока вас не было, и кое-что про него узнал. Он человек не только сильный, но и жестокий. Порой, даже маниакально. – Что ты хочешь сказать? – Да ничего подтвержденного, но прислуга у него долго не задерживается. Есть несколько слуг, которые уже очень давно, я пробил одного, там такой контракт, знаешь… Мне бы поучиться. Пожизненно, за любое лишнее слово – распыление на месте. – Кошмар, какой-то. – Ага. Так что молчат. Любовниц нет, есть жена, сын где-то заграницей учится. Жена – тихоня. Из дома не выходит, или только под охраной. Смотрит всегда в пол, всегда, – Астар выделил голосом последнее слово, – в темных больших очках. А кое-что я сам видел. Как он одного из слуг за нерасторопность наказал сначала хлыстом, а потом приказал тому лечь на землю и прошелся по нему, как по ковру к машине. А была осень, дождь шел, лужи кругом. Лена задумалась. И такой человек придет к власти? Ну, уж нет. Не бывать этому! – Дай мне две минуты и поедем. Если надо, переоденься, наверху… Осталась часть твоих вещей. Лена развернулась и вернулась в гостиную. Астар, чуть помедлив, ухмыльнулся довольно и пошел наверх. В комнату, которую он когда-то недолгое время занимал. До того, как Лена прогнала его. До того, как в их жизни появился этот проклятый пернатый. Наскоро успокоив всех в гостиной и призвав их не паниковать, Лена пояснила, что в Министерстве какие-то волнения, и они с Астаром хотят съездить просто посмотреть. * * *Непривычно было выходить из Дома в сопровождении Астара и Врана сразу. Но Лена чувствовала такую поддержку, как никогда раньше. Ею вдруг овладело радостное предвкушение битвы. Азарт охотника наполнял её, когда она покинула территорию особняка. Впереди, в мрачных коридорах Министерства магии, скрывались неизвестные опасности и тайны, которые ожидали их. Но сейчас эта неизвестность не пугала её, наоборот, она манила и притягивала, словно обещая захватывающее приключение. Внутри неё поднималась невиданная сила, радостно потирая руки, как будто предвкушая успех. Она знала, что каждое мгновение может стать решающим, и это только подогревало её азарт. Разведка боем – это не просто способ получить информацию; это возможность проверить свои силы и способности противника. – Мы должны быть осторожны, – произнес Астар, прерывая её мысли. – Никто не знает, что нас ждет внутри. – Не бойся, – ответила она с улыбкой. – Я не собираюсь совершать глупостей. А про себя подумала: «Но ничего не обещаю!»