Глава 9. Новое вместе

Я вошла в квартиру, и он сразу же встретил меня на этот раз. Дома. Я была так рада его застать, что даже не слышала, что он мне сказал. А потом посмотрел так… внимательно и тепло, что я не сдержала судорожного вздоха, снова оказавшись на грани срыва.

Мои разбитые нервы не выдерживали его сочувствия, глаза наполнились слезами. Но я совладала с собой и не заревела, когда он крепко обнял меня. Не задавая вопросов, не предлагая ничего, просто прижал к себе. Именно этого я хотела больше всего сейчас. Я нуждалась в нем. Дышать стало легче. Он словно воздух. Кислородная поддержка. Это не панацея, но я смогу какое-то время поддерживать жизненные ресурсы, не упасть в отчаяние.

Мне стало легче,  и я почти сразу отстранилась и спросила с улыбкой:

- Можно я побуду с тобой немного? – Скользнув взглядом за его спину, увидела, что ноутбук снова включен, даже различила наброски на экране. – Или ты занят?

Если бы он сказал, что занят и выставил бы меня за порог, я бы цеплялась за дверь, как одержимая. Если бы ему удалось вытолкать меня вон, я бы осталась сидеть на домотканом коврике у двери. Но у моего незнакомца не было таких категоричных намерений. Наоборот, он улыбнулся и проговорил:

- Для тебя я всегда свободен, малышка.

Он снял с меня куртку, повесил в шкаф. Я разулась и кивнула на его рабочее место.

- Я могу просто посидеть, пока ты рисуешь. Я… Мне не очень хочется сейчас секса. Это ничего?

Обернувшись, я увидела, что он смотрит на меня, приподняв бровь и ехидно улыбаясь. За эту улыбку я бы еще раз оставил здесь трусики. Все свои трусики, все деньги и чертовы бриллианты, лишь бы смотреть на него.

- Ничего? Как это ничего? – издевательски возмутился он. – Ну уж нет. Снимай трусики, будем знакомиться.

- Если я скажу, как меня зовут, придется тебя убить.

Я почти не шутила, но он об этом, конечно, не знал. И ответил, подыгрывая мне:

- Аналогично, красавица. Ну хватит уже стоять тут и мяться у порога, проходи, - он как-то ласково толкнул меня в сторону комнаты. – Я же не настолько придурок, чтобы кидаться на тебя сразу.

Теперь ухмыльнулась я.

- Серьезно?

Он закатил глаза.

- Ладно, настолько, да. Оба раза, когда мы виделись, я кидался. Но, клянусь, я могу себя контролировать. Наверно.

 Посмеиваясь, я присела на край дивана, в уголке.

- Вот и проверим.

На самом деле я уже чувствовала себя почти готовой к его нападению. В этой квартире, с этим мужчиной словно перерождалась. Как будто кто-то другой говорил с Гришей и рыдал дома на полу. Кто-то другой был безвыходно несчастен и смирился с участью выйти замуж по принуждения. Кто-то другой жил моей жизнью. Я настоящая была только здесь. И с папой может быть. Но это другое. Даже в родном доме я притворялась. Здесь у меня не было для этого причин. Наоборот. Мне нравилось обнажаться перед моим незнакомцем. Физически и душевно. А он все принимал. С этим безумным восхищением, которое вспыхивало в его глазах, каждый раз, когда он смотрел на меня.

- Мне понравился твой подарок, - проговорил он, вынимая меня из минутного погружения в себя.

Я задрала голову, снова улыбаясь.

- Который?

- Оба на самом деле. И лучше тебе не знать, что я сделал с одним из них.

Я уже смеялась, а он присел рядом, взял планшет и вежливо предупредил:

- Но мне действительно надо закончить кое-что. А потом попьём чай, да? Или ты голодна?У меня ничего нет готового, но я ходил в магазин.

Он был такой трогательный и взволнованный. Я не могла не умиляться. Мужчина, с которым был уговор – трахаться без имен, сейчас переживал, что я голодная и ему нечем меня накормить.

- На самом деле, я бы поела, - ответила я, стараясь его успокоить. – Давай ты тут закончишь, а я приготовлю что-нибудь.

- Ты уверена? – уточнил он, снова нервничая.

- Да. Если, конечно, в холодильнике есть продукты.

- Что-то есть.

- Тогда я пойду.

Я встала, но он поймал меня за руку, повторил:

- Ты уверена?

- Конечно.

- Тогда хозяйничай.

Отпуская, он погладил мои пальцы, едва уловимо. Но даже этого мне хватило, чтобы пожелать большего.

В холодильнике меня ждал сюрприз. Я ожидала найти яйца, курицу или какие-нибудь котлеты-пельмени, но продукты оказались весьма недешевыми. Охлажденная рыба, индейка, икра. Ягоды и овощи премиум класса. Я без труда узнала их, потому что сама закупалась в центральном магазине. И никогда не брала самые дорогие, хоть и могла их себе позволить. Но мой незнакомец, очевидно, не привык экономить.

Даже банальная картошка была мытой и калиброванной, как на подбор. Маленькая, молодая. Наверно, очень вкусная. Я промыла её еще раз на всякий случай. Разрезала на четвертинки, смазала маслом, тоже каким-то особенными и, наверно, дорогим, отправила в духовку.

Стейки семги просто пожалила на сковороде. Все это время мой незнакомец усиленно штриховал что-то на планшете и дважды созванивался с кем-то. Я специально включала воду, чтобы не слышать разговоры. Не хотела знать о нем ничего больше. И так понятно, что охранником он не был. Остальное я предпочла не знать.

И ему лучше ничего не знать обо мне.

Он пришел на запах картофеля и рыбы. Почти бесшумно подошёл ко мне, обнял сзади, поцеловал в шею. Я поежилась, но тут же расслабилась. В этом жесте не было бешеной страсти, что раньше вспыхивала между нами. Но возникло нечто иное, очень приятное. То, чего я никогда не чувствовал с Гришей. Уют, тепло, желание прижаться и никуда больше не бежать.

- Пахнет невероятно, - проговорил незнакомец.

- Ты закончил? - спросила я, прижимаясь спиной к его груди, одновременно выкладывая картофель в большое блюдо с какими-то древними цветочками.

- Нет, но я сделаю перерыв. Давай в комнате поедим.

Он чмокнул меня за ушком и достал тарелки и вилки, помог отнести все в комнату, где мы устроились за журнальным столиком. Время от времени монитор его ноута мигал, и он отвлекался, чтобы просмотреть какие-то картинки и отписать что-то.

Я старалась не пялиться, хотя было до зуда любопытно. Разумеется, он заметил, что я кошусь. Шпион из меня аховый.

- Интересно? – спросил он, закидывая в рот последний ломтик картофеля и кивая на монитор, который снова мигнул.

- Очень, - честно призналась я. – Но это не мое дело, конечно.

Он засмеялся.

- Конечно. Но в какой-то степени и твое тоже. Ты рисуешь?

Я пожала плечами.

- Немного.

- Мне понравился твой набросок. Он такой чувственный.

У меня не было сил сдержать сарказм:

- И что же ты с ним сделал такое ужасное?

Незнакомец хохотнул.

- Нет, с ним ничего. Но я много на него смотрел. Неприлично много и долго. Если ты понимаешь, о чем я.

Теперь уже я смеялась в голос.

- Кажется, понимаю и не виню. Потому что делала примерно то же самое.

Он забрал у меня тарелку, поставил на столик, а сам легонько толкнул, заставляя меня отклониться на спинку. Его губы уже почти коснулись моих, как снова пиликнуло оповещение о письме.

- Черт, прости, мне нужно доделать это.

Вместо долгого и страстного поцелуя мне достался быстры и мимолетный, но многообещающий. Я кивнула, отпуская его.

- Ничего. Я же ворвалась к тебе без приглашения.

- Не знаю, сколько еще раз я должен сказать, что приглашение тебе не нужно, малышка, - ответил он, уже ставя ноут на колени.

Я собрала посуду и унесла на кухню. Нужно было бы помыть, но он позвал меня.

- Красавица, иди ко мне.

Я с радостью бросила тарелки в раковине и вернулась к нему.

- Хочешь посмотреть? – предложил незнакомец, указывая на монитор. – Мне нужно разложить по цветам наброски. Тебе ведь интересно взглянуть?

- Очень, - призналась я и села рядом с ним.

Теперь ноут стоял на столе, а на коленях мой незнакомец держал планшет. Стилус* скользил по доске, заполняя цветом элементы. Картинка получалась яркая, но мне не хватало акцентов.

- Попробуй сделать луну ярче и тот же оттенок на свете лампы. Они соединят картинку не только по композиции, но и по цвету.

Он повернул голову и посмотрел на меня очень внимательно. А потом предложил:

- Попробуй сама, - и протянул стилус.

- Я не умею всем этим работать.

- Это несложно. Я покажу.

И он действительно показал.  Наверно сам сделал бы это за пару минут, но со мной возился полчаса, показывая инструменты, терпеливо исправлял ошибки, да и просто дал мне привыкнуть к специфике.

Но в итоге вышло здорово.

- Черт, ты права. Этот желтый намного лучше. Картинка заиграла. – Он повернул голову, провел пальцем по моей щеке и добавил: – И твои красивые глаза снова светятся. Как будто ты только что кончила.

Я не могла не отвести глаз, смущаясь неуместно, но сильно. Такие противоречивые чувства он во мне вызывал. Но я снова посмотрела на него, возвращая себе смелость и дерзость, ответила:

- Признаться, это даже лучше, чем секс.

Я показала на планшет, имея в виду рисование. Разумеется, незнакомец возмутился.

- Уверена?

Он отложил гаджеты и снова повалил меня на спину.

- Не знаю, - смеялась я, пока он зацеловывал мое лицо и щекотал.

- Возьми свои слова обратно, девочка, - угрожал он, дурачась.

- А если нет, то что? – снова дерзила я в ответ, захлебываясь от смеха.

Он стащил свою майку и бросил на пол, а потом стал медленно расстегивать пуговки на моей рубашке. Его взгляд не обещал мне ничего хорошего.

- Тогда мне придется тебя заставить.

Я была совсем не против этого.

- Попробуй.

Он попробовал и у него получилось. Это был быстрый секс на диване. Я совсем не возражала. Кажется, мы оба тяжело пережили несостоявшуюся встречу. Нам нужна была эта яркая разрядка без промедления. Я не хотела секса, когда пришла к нему, но проведя рядом с моим незнакомцем какой-то час, нуждалась в нем до боли.

Одежду мы сняли уже потом, когда он отнес меня в спальню и уложил на постель, а потом сразу стал опять ласкать. Я наверно должна была привыкнуть к его неугомонному либидо, но снова удивилась. Казалось, он мог заниматься любовью бесконечно.

Сейчас он ласкал мою грудь, признаваясь:

- Обожаю твои соски, детка. Они такие красивые, жесткие. Нравится строгать их и сосать.

Он замолчал, чтобы сделать то, что ему нравилось. Пальцами теребил и пощипывал один сосок, пока облизывал и прикусывал другой. Я уже замечала, что он немного неравнодушен к этой части тела, но сегодня все стало очевидно.

Мне захотелось немного его подразнить.

- Кажется, кто-то помешан на моей груди, - прошептала я между стонами, выгибаясь и с удовольствием принимая ласки.

- Помешан? На груди? – пробормотал он, поднимая голову. – Скорее я ебанулся на всю голову, малышка.

Я не сдержала смеха. Вроде бы шуточки в постели неуместны, но с ним даже смех вызывал новую волну возбуждения.

- И – да. Я помешался. Не только на твоей груди. На тебе.

Он продвинулся вперед и поцеловал меня в губы, но тут же снова опустил голову, впился в сосок, заставляя меня смеяться и охать одновременно.

- Черт, ты права. Определенно, твоя грудь – это мое личное безумие. Обожаю. Не могу оторваться.

- И не надо, - разрешила я ему быть сумасшедшим.

И сама отпустила разум, отдаваясь страсти.

Я запустила пальцы в его волосы и снова меня поглотили волшебные ощущения, которые дарили его рот и руки. А сама стала поглаживать себя между ног. Специально согнула ноги в коленях и легонько задела его, чтобы заметил.

Ответом мне была вибрация стона, которая пронзила мои соски, потому что он так и не разжал губы. Но все же он не выдержал.

- Черт, нет. Я хочу это видеть.

Незнакомец усадил меня на кровати так, что я оказалась перед зеркалом шкафа. Инстинктивно попыталась свести ноги, но он не позволил. Устроившись позади, он удержал мои колени разведенными в стороны и попросил:

-  Поласкай себя, детка. Мне так нравится смотреть, как ты себя трогаешь.

Я сомневалась несколько секунд. Ничего, что он просил, не причиняло мне боли. Ни о чем, что мы делали, я не жалела. Конечно, пришлось преодолеть долю смущения. Но с моим незнакомцем это было почти легко. Особенно, когда он вернул свои руки мне на грудь, стал сжимать в ладонях и потирать соски большими пальцами. А еще шептал мне на ухо, прикусывая мочку:

- Ты такая горячая, моя незнакомка. Страстная. Пылкая. Честная. Давай, маленькая, Кончи для меня.

Я всхлипывала и хныкала, пока исполняла его просьбу.

Мне давно стало скучно удовлетворяться рукой, но мой незнакомец превратил синтетическое удовольствие мастурбации в чувственное, острое наслаждение. Мы смотрели друг на друга через зеркало. Я видела себя и его. И он наблюдал очень внимательно, как я себя касалась. Уверена, этот мужчина обязательно все запомнит и потом будет такими же движениями гладить меня собственными пальцами.

Он облизывал губы и горячо дышал мне в шею. Я была уже на грани, когда он сильно ущипнул мои соски и потянул, делая немного больно. Я громко заохала, а он приказал:

- Жестче, малыш. Кончи сильно. Давай!

И я сильнее надавила на клитор, потерла быстрее и жестче, как он просил. Оргазм не заставил себя ждать. Я откинула голову и послала в потолок звонкий стон.

Он потерся носом о мои волосы и проговорил очень тихо:

- Умница. Молодец, девочка.  Ты делаешь меня таким счастливым, сладкая.

Я не могла ответить. Только улыбалась, замерев в его объятиях. Лишь, когда туман кайфа рассеялся, я сообразила и выпалила:

- Ты не кончил.

Он негромко засмеялся.

- Зато у тебя с этим полный порядок.

Я перевернулась к нему лицом, ближе придвигаясь. Его член коснулся моих влажных складочек. Признаюсь, мне было достаточно оргазмов. Но при этом я не могла просто так оставить его с пульсирующим членом.

- Но это нечестно, - прошептала я ему в губы, целуя и прикусывая.

- Не надо, красавица. Пусть все будет, как ты хочешь.

Он словно читал меня. Как открытую книгу. Я могла ничего не говорить, он знал все и так. Но кое о чем не догадывался.

- А ты хочешь? – спросила я, чуть отодвинувшись.

Он снова опустил взгляд и глазел на мою грудь. Да, определенно, я не ошиблась.

- Хочешь? – повторила я.

- А? Чего, малыш? – очнулся мой помешанный на сиськах незнакомец.

Я обняла свои груди ладонями и свела их вместе, чтобы проверить и продемонстрировать. Он тут же все понял и гортанно застонал. А я бессовестно и прямо предложила:

- Хочешь  трахнуть мою грудь?

- Блять, да, - тут же выпалил он, снова облизывая губы.

Никогда не любила грубиянов, но он ругался как-то не грязно, но искренне и эмоционально. Словно эти слова ему были дороги и использовал он по особенным случаям. Мне нравилось считать свои визиты особенными для него. И нравилось, когда он не сдерживал эмоции.

Собственно, вся наша связь была одной сплошной яркой несдержанностью. Я обожала это. И его, моего незнакомца.

Мы смотрели друг на друга с минуту, осознавая какой-то новый виток доверия. Он знал, что я никому не предлагала ничего подобного. Я знала, что он ни с кем ничем подобным не занимался. Нам не нужны были слова, чтобы понимать друг друга. Глаза говорили лучше.

- Сядь на край, - наконец попросил он, нехотя морщась, отпуская меня из удобных объятий.

Сам встал, потянул меня за руку. Я исполнила его просьбу, подвинувшись к краю матраса. А он достал из тумбочки у кровати тюбик. Это, конечно, была смазка.

Я прищурилась, а он тут же оценил мои намерения и вопросы, которые готовы были сорваться с языка.

- Да, я иногда отчаянно скучаю без тебя один в этой кровати, малышка. Смазка делает дрочку чуть более приятной.

У меня изо рта вырвался довольный стон. Так хотелось бы верить, что я его единственная, и он трахает только меня. Даже в своих мечтах, пока мастурбирует.

Боже, я совсем свихнулась. Радуюсь, что он дрочит – это финиш.

- Наверно, нужно немного. Для скольжения, - слегка смущенно произнес мой незнакомец.

Ох, он действительно не знает точно, что нужно делать с пенисом и грудями. Я не ошиблась.

Меня безумно радовала мысль, что мы будет делать что-то вместе в первый раз.

Чтобы разбавить напряжение, я забрала у него смазку, и сама выдавила немного, нанесла на груди и на ложбинку между ними.

Он стоял и смотрел на это, поглаживая себя.

- Я не продержусь долго, детка, - признался он. – Это так заводит, что готов взорваться уже сейчас.

- Как угодно. Хочу, чтобы тебе было хорошо, - ответила я.

Это была чистая правда. Мне нравилось видеть его блаженное лицо, нравилось слушать, как он стонет и рычит, как ругается. Нравилось, как он сжимает меня крепче, будучи на грани.

Кажется, сейчас он как раз там и балансировал. Я свела немного груди, приглашая его без слов. Он осторожно разместился между ними, и я зажала член сильнее.

- Фак, - рыкнул он тут же и сразу стал двигаться.

Сначала его движения были медленными и несмелыми. Но почти сразу мы оба поняли, что нет ни капли дискомфорта. Смазка нагрелась и позволяла члену скользить мягко и легко. Я то сводила груди теснее, то немного отпускала.

Это было чувственно и приятно. Я полностью владела ситуацией, подчинила его себе. Он очень быстро стал умолять.

- Пожалуйста, красавица. Не дразни. Позволь мне.  Фак!

На этот раз ругательства были английские. Я отметила, как чисто он произносит это слово, но думать в эту сторону у меня не было желания. Сейчас я хотела выжать из него максимум удовольствия. Сжав груди изо всех сил, я успела лизнуть головку, которая оказалась у моих губ.

Еще один звонкий «фак» стал для меня лучшей похвалой. Теперь я встречала ртом каждый толчок. Головка была такой напряжённой, на грани. Я была готова, когда в очередной раз он не отступил, забирая член у меня изо рта, а замер, кончая. Расслабив губы, я позволила ему толкнуться глубоко, дальше в рот.

Струя ударила в горло. Я проглотила и даже позволила ему замереть на несколько секунд, чтобы прочувствовать оргазм до конца. Он, конечно, как настоящий развратный джентльмен, освободил мой рот очень скоро и не побрезговал поцеловать в губы.

- Знаешь, чего мне не хватает? – прошептал он между поцелуями.

- Ммм, - отозвалась я хрипло.

- Пытаюсь вспомнить твое имя, когда кончаю. А потом понимаю, что не знаю его. Становится немного обидно.

Я усмехнулась. Внезапно на ум пришли строки из любимых «Ромео и Джульетта». Я не смогла не произнести их вслух.

- Что значит имя? – начала я.

И он совершенно неожиданно подхватил продолжение, но опять на английском:

- That which we call a rose by any other name would smell as sweet.**

- Хоть розой назови её, хоть нет, - откликнулась я эхом перевода Пастернака.

Но в моей голове все еще повторялись его слова, его английская речь. Чистая, без акцента. Он читал Шекспира в оригинале. Он знал наизусть некоторые места.

Я думал, что одна такая больная на всю голову. Но – нет.

Наверно, мои глаза остекленели. Я не моргала – это точно. Поразительно, как меня завел язык Шекспира. Едва ли не сильнее грязного, извращенного секса с безумным таинственным незнакомцем.

- Блин. Я не по-русски говорил, да? – легко и весело рассмеялся он. – Прости. Иногда бывает. Это значит…

- Ничего страшного, - выдохнула я, падая на спину. – Я знаю оригинал. Немного.

И потянула его на себя. Он, как всегда не отказался. Я была как никогда счастлива, что он ненасытный и неугомонный. Кажется, после Шекспира меня можно было бы легко уговорить даже на анал. Но сначала, конечно, нуждалась в ласках. Уверена, с этим у него не будет проблем.

Запрокинул голову, я ждала, когда он коснется губами или языком, а может и зубами, моей шеи. Но вместо этого услышала:

- Что это, на хрен, за дерьмо?

*Стилус — ручка (небольшая металлическая или пластиковая палочка) со специальным силиконовым наконечником, которым нужно касаться сенсорной поверхности монитора для управления компьютером (смартфоном, планшетом, навигатором и так далее)

** That which we call a rose by any other name would smell as sweet (англ) – Роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет.

Уильям Шекспир. «Ромео и Джульетта». Знаменитая любовная сцена на балконе, где влюбленные признаются друг другу в любви.