Глава 24

Звонок от мужа настигает меня в районе восьми часов вечера. Мы ещё на выставке, но в ближайшее время собираемся на ужин с компанией знакомых Ляпина. Смотрю на дисплей, на фотографию, что стоит на звонке Захара и не спешу брать трубку. На фото мы вдвоём, на фоне сада нашего загородного дома, где любили проводить вечера в компании друзей. Улыбаемся, прижимаясь к друг другу. Кажется, это фото с прошлого лета. Тогда у меня и в мыслях не было, что через год всё разрушится.

Воспоминания болезненно режут по сердцу, а звонок прерывается, так и не дождавшись ответа. Не спешу перезванивать. Вместо этого переименовываю контакт с «мужа», на «Захара», удаляю фотографию со звонка.

Входящий вызов повторяется, муж настойчиво требует ответа. На этот раз на экране высвечивается безликая иконка с буквой «З» посередине.

Вот так лучше…

— Алло, — принимаю вызов, отойдя сторонку от толпы.

— Ты где? — звучит сердитый голос мужа.

— На выставке.

— Конкретнее. Я тебя заберу.

— Не нужно.

— Нужно. Бегать от меня не выход, даже если я перегнул.

Перегнул… Оказывается, событиям пятницы есть определение…

В груди беспощадно ноет.

— Я не в городе, Захар, — отбрасываю лишние эмоции. — Уехала в командировку.

— Что?!

— Ты не расслышал?

— Лис, ты издеваешься? — ошалело спрашивает Захар. — Почему не предупредила?

— Ты был слишком занят поиском приключений.

— То есть, если бы я не позвонил, то так и не узнал бы об этом?!

— Только не говори, что волнуешься…

— Волнуюсь, чёрт возьми! — перебивает рыком. — Что за грёбанные игры, Алиса?! Так сложно написать хотя бы сообщение? Чтобы я не искал тебя с полицией по всему городу!

— Не перегибай. Лучше развейся где-нибудь, чтобы снять напряжение. Ты слишком нервный!

Едва я произношу эти слова, как вдруг понимаю, что во мне бушует та самая часть меня, которая этим утром хотела отключить телефон. Она до одури хочет, чтобы он переживал и нервничал. Чтобы жалел о том, что посмел так наплевательски ко мне относиться.

Захар молчит. Долго. В какой-то момент мне кажется, что нас разъединили, но следом раздаётся его ровный голос:

— Когда ты вернёшься?

— В пятницу.

— Хорошо, — коротко бросает он и сбрасывает.

Я стою с телефоном в руках ещё некоторое время и пытаюсь взять себя в руки. Всё было так хорошо, я почти забылась. Радовалась и сияла, когда Ляпин предложил отправить мою работу на конкурс, украсив её александритом, а теперь… Хочется сбежать отсюда, спрятаться и вновь прореветься.

— Что за хмурая физиономия, принцесса? — слышу приближающиеся шаги и знакомый голос.

Поворачиваюсь к Тимуру, но сказать ничего не могу. Мне плохо, хоть вой.

— Говорил же, что лучше поужинать со мной, — добавляет он глубокомысленно, прищурившись. Словно мысли мои читает.

— Что? — я тут же напрягаюсь.

Он ведь не подслушивал мой разговор?

— Ты променяла ужин со мной на компанию зануд, — кивает на важных знакомых своего деда. — И теперь готовишься киснуть от скуки.

— Напротив, мне интересно пообщаться с опытными людьми, — качаю головой отрешённо.

— Тогда пойдём, — улыбается он задумчиво. — А то без нас убегаю твои «опытные».

Всё-таки разговор с Захаром выбил меня из колеи. За ужином я не могу сосредоточиться на разговоре, вникнуть, поддержать беседу. Ляпин, что сидит рядом со мной, замечает мою отрешённость, подаётся ближе и спрашивает:

— Алиса Петровна, вы хорошо себя чувствуете?

Отпираться смысла нет. Я как вяленная рыба. Даже ничего не съела толком.

— Прошу прощения. Устала немного.

— Тогда езжайте в отель и отдохните, — предлагает доброжелательно. — Завтра будет суматошный день, но уверяю — очень интересный.

— Нет-нет, я останусь.

— Мы пробудем здесь ещё долго, не стоит на нас ориентироваться, — улыбается Альберт Маркович, но голос звучит настойчиво. — С некоторыми людьми мы не виделись уже очень давно, и вряд ли разойдёмся до ночи. Езжайте.

— Я провожу, — тут же вклинивается Тимур.

— Не стоит, я сама доеду, — отвечаю поспешно.

Ляпин бросает на внука строгий взгляд, молчит задумчиво, а потом кивает.

— Конечно, Алису Петровну не помешает сопроводить. Спасибо, Тимур.

Так, попрощавшись со всеми и вызвав такси, выходим из ресторана вдвоём. Он — с беспечной улыбкой, а я — снова начинаю закипать.

— Я бы и сама добралась. Ты ставишь меня в неловкое положение! — нападаю с претензией.

— Это в какое ещё неловкое положение?

— Я замужем.

— И поэтому я должен позволить тебе одной добираться до гостиницы в такое позднее время? — удивлённо тянет Тимур. — Так не пойдёт, красавица.

Он первым подходит к машине и открывает мне дверь:

— Запрыгивай.

Молча сажусь на заднее сиденье, а Тимур пристраивается рядом.

— Струковский парк? — уточняет адрес водитель, прежде чем начать поездку.

— Всё верно, — кивает Ляпин младший, а я растерянно хлопаю глазами.

— К-какой ещё парк? — переспрашиваю, заикаясь.

— Самый обыкновенный, — невозмутимо отвечает он, на губах лукавая улыбка. — Хватит уже скучать, проветримся немного!

— Тимур, так не пойдёт. Мне нужно в отель, — продолжаю кипеть, в то время как машина плавно трогается.

У меня совершенно нет настроения на прогулки, и Тимур прекрасно это видит, но всё равно делает по своему, пытаясь меня расшевелить. Зачем? Мы далеко не друзья, чтобы со мной нянчиться. Я вообще не понимаю, как мне относиться к его попыткам сблизиться.

— Зачем? Чтобы продолжать киснуть? Вариться в негативных мыслях?

— Я не кисну. Просто устала…

— Эти объяснения прибереги для моего деда. Я всё прекрасно вижу, Алиса. Ты была в отличном расположении духа, пока кто-то не испортил тебе настроение телефонным звонком.

Со вздохом отворачиваюсь к окну. Спорить с Тимуром бессмысленно, доказывать обратное нет никакого желания, впрочем, как и откровенничать с ним. Хочет прогуляться с самой унылой спутницей этого вечера? Что ж, это я организовать могу, даже не прилагая усилий.

Едем недолго. Водитель останавливается у главного входа в парк. Арка с белыми колоннами ведёт на вымощенную плиткой дорожку, подсвеченную невысокими уличными фонарями. Где-то в глубине парка слышится музыка, а, несмотря на уличную прохладу, у озера гуляют парочки, а прямо за ним неспешно крутится колесо обозрения.

— Прокатимся? — лениво предлагает Тимур, равняясь на мой неспешный шаг.

— Не хочу.

— Да брось, — хватает меня за руку и ведёт в сторону аттракциона. — Посмотрим на ночной город, не каждый же день тут находимся.

Его рука тёплая. Сжимает крепко, согревая мои холодные пальцы, а ещё вызывает странную неловкость. Словно мы на свидании. Я привыкла ощущать совсем другие прикосновения, и эти кажутся чужими и не правильными.

Пытаюсь выдернуть руку, но Тимур не поддаётся. Выпускает меня, только когда отходит к кассе за билетами. А потом мы садимся в закрытую кабинку и плавно плывём вверх, с каждой минутой оказываясь всё выше над жёлтыми кронами деревьев.

— Расскажешь, что у тебя стряслось? — спрашивает Тимур, поймав мой взгляд.

— Нет, — отвечаю категорично.

— Ладно, я попробую угадать, — с усмешкой склоняет он голову. — Тебе позвонил муж?

Упрямо молчу, а Тимур скользит по мне задумчивым взглядом.

— Никогда не понимал договорные браки, — качает головой. — Должно быть, это скучно. Жить с нелюбимым, делить постель…

— Я вышла замуж по любви, — перебиваю резко.

— Правда? — уточняет удивлённо. — По взаимной?

Я отворачиваюсь, дико уязвлённая. Кажется, Тимур всё-таки слышал мой телефонный разговор.

— Зачем всё это, Тимур? — неопределённо развожу руками, демонстрируя обстановку. — Почему уделяешь мне столько внимания? Я даю повод?

— Разве непонятно? — он с улыбкой откидывается на спинку сиденья. — Ты мне нравишься, Алиса. А когда мужчине интересна женщина, ему не нужен повод, чтобы попробовать завладеть её вниманием.

Увы, так работает не всегда. Захар, например, повёлся на девку, которая сама себя предлагает. Ему не приходится пытаться завладеть её вниманием.

— А как поступит мужчина, если женщина сама жаждет внимания?

— К чему вопрос?

— Ты ведь мужчина, Тимур. Интересно узнать твоё мнение.

— И я должен ответить честно?

— Я очень на это надеюсь.

Он ерошит волосы, качая головой.

— На самом деле, всё зависит от определённых факторов.

— Например?

— Нравится ли эта женщина мужчине, вызывает ли интерес и желание…

— Нравится, — уверенно киваю.

— Значит, он возьмёт предложенное. Но вряд ли эта женщина заинтересует его надолго.

— Почему?

— Потому что так устроены мужчины, — разводит он руками.

— И всё же.

— Чёрт, Алиса! — Тимур зажмуривается. — Как ты умудрилась так вывернуть диалог? Это точно не та тема, которую хотел бы поддерживать парень с девушкой, которая ему нравится.

— Не проектируй этот разговор на нас.

— Тут даже с натяжкой не получится, — тянет с кислой улыбкой.

— Так почему?

— Потому что это не его выбор. Это лишь предложенное «меню», поданное на блюде. Так понятнее?

Задумываюсь над его словами. Когда я задавала все эти вопросы, думала исключительно о поведении Ксюши. Но сейчас почему-то вижу не её, а саму себя. Я — не выбор Захара. Я — то самое меню, которое он получил готовым. Ему не нужно было пытаться завладеть моим вниманием, не нужно было добиваться расположения и любви. Всё это у него было с самого начала, после того, как он согласился на наш брак.

— Значит, мужчине важен трофей?

— Нет. Не всегда. Блин, с чего такие выводы?

— Ты ведь сам сказал…

— Я лишь ответил на конкретную ситуацию, что мы разбирали. Но в целом… — Тимур вздыхает, подбирая слова. — Алис, ты ведь наверняка слышала, что мужчин сравнивают с хищниками. В этом есть своеобразная логика. Когда мужчине нравится женщина, он сначала добивается её, а уже потом оценивает то, что скрыто за красивой внешностью. Тут всё просто. Если ему не нравится то, что внутри, трофей обесценивается и становится неинтересным. А если ему досталась женщина, в которой он полюбил всё, то будет дорожить и оберегать её. И вряд ли сравнит с трофеем.

— А что мешает мужчине попробовать оценить уже «готовое меню»?

— Ничего не мешает, — соглашается Тимур. — Но зачем? Если оно уже изначально ему принадлежит. В этом нет интереса.

Грустно улыбаюсь. И как так вышло, что я перекинула проекцию «Ксюша — Захар» на себя? Потому что чувствую всё это сама?

— Могу я задать встречный вопрос? — произносит Тимур, упираясь локтями в колени и подаваясь ближе ко мне.

— Задавай, — равнодушно жму плечами.

— Зачем красивой девушке быть «готовым блюдом»? В мире наверняка найдётся сотня мужчин, желающих её добиться.

— Вряд ли девушка изначально смотрела на ситуацию под таким углом.

— Что мешает ей взглянуть на ситуацию под таким углом сейчас?

Молча смотрим друг на друга. Сложно не догадаться, что Тимур имеет в виду меня, но ответить — значит признать это вслух. Качаю головой, всем своим видом показывая, что хочу закрыть тему.

— Окей, — кивает он, отстраняясь. — В любом случае, ей стоит знать, что один такой парень уже нашёлся. И готов повоевать за её внимание даже с мужем.

— То есть, его совершенно не смущает, что девушка замужем?

Тимур вздыхает, выдерживая паузу. Окидывает меня ещё одним внимательным взглядом, прежде чем выносит вердикт:

— Она несчастлива в браке.

Ещё пару месяцев назад я бы поспорила с этими словами. Покрутила бы пальцем у виска и послала в далёкое пешее. Но сейчас с горечью признаю, что Тимур прав.

— «Долго и счастливо» бывает только в сказках. К тому же, она уверена, что ей сейчас не нужно уделять подобного рода внимание, и не сможет предложить ничего, кроме общения в рамках дружбы.

— Френдзона? — его губы растягивает весёлая улыбка. — Пусть так, Алиса. Он совершенно не против.