Глава 9

Утром просыпаюсь поздно. Из-за бессонной ночи голова словно чугунная и у меня едва получается оторвать её от подушки. Первое время не понимаю, где нахожусь, а потом вспоминаю вчерашний «весёлый» праздник и к горлу подкатывает ком. Выдыхаю, отбросив одеяло, и бросаю взгляд на окно. День выдался солнечным — как в насмешку над моим внутренним состоянием, в котором наступил конец света.

Разглаживаю помятое платье и плетусь в ванную. Умываю припухшее от недосыпа лицо, а потом долго разглядываю себя в зеркале. Я привлекательная? Бесспорно! Так какого чёрта мой муж обращает внимание на рыжую змею, которую я по глупой наивности считала своей подругой?! Получается, я сама их столкнула?

Холод проносится по спине от одной только мысли об этом, а потом я отбрасываю её, как лишний мусор. Мы все люди со своим характером и принципами. Будь я на месте Захара, я бы не позволила себе подобного. Потому что люблю, потому что вижу своим мужчиной только его! А он? Что вообще в голове у мужчин?!

Выключаю воду и вытираю лицо полотенцем. Снова злюсь, считая себя заведомо преданной. И то, что мой муж не дошёл до последней грани, его не оправдывает. Не зря говорят, что измена начинается в голове. И Захар уже прошёл эту стадию, осталось только совершить её физически.

Внизу в столовой сталкиваюсь с мужем. Он завтракает не в лучшем расположении духа. Хмуро листает экран планшета и пьёт кофе. Тарелка с завтраком уже пуста. Я молча сажусь за стол, напротив него, и ко мне тут же подлетает Полина.

— Доброе утро, Алиса Петровна! — рапортует она взволнованно, и это наводит меня на мысль, что рабочий персонал слышал наши крики вчерашней ночью. — Что будете завтракать?

— Без разницы, — отвечаю хрипло. — Что готово, то и буду.

Полина шустро несётся к плите и что-то накладывает. Вскоре на стол приземляются ещё теплые блинчики, пиалушка клубничного варенья и кофе. Не проходит и минуты, как мы с мужем вновь остаёмся одни. Молчим. И в повисшей тишине ощущается настолько раскалённое напряжение, что мой завтрак может запросто сгореть от перегрева.

— Я хочу, чтобы ты заблокировал номер Ксюши, — произношу твёрдо, разрушая повисшее между нами молчание.

Тёмные глаза медленно сползают с экрана планшета и пронзают насквозь.

— Хорошо, — спокойно отвечает Захар, но в его взгляде проскальзывает насмешка.

Наверное, моё требование действительно звучит глупо. Ведь люди могут общаться не только по телефону. Ксюша может запросто наведаться к моему мужу в офис или подкараулить в любом другом месте. Если есть цель, а у рыжей змеи она однозначно имеется, то никакие блокировки тут не помогут.

— Я больше не стану с ней видеться. И ты тоже не должен, — добавляю, спустя паузу.

Я слишком дорожу своим браком и мужем, чтобы опустить руки.

— Постараюсь учитывать это, — Захар откладывает планшет и берёт в руки чашку. — С твоей стороны я тоже рассчитываю, что ты больше не станешь допускать дешёвых истерик, — добавляет хмуро. — Это был первый и последний раз, когда ты спала отдельно от меня. Ты моя жена, Алиса. Не забывай об этом.

Его тон непривычно холодный и требовательный, но меня так и тянет возразить:

— По-твоему у меня не было на это причин? — спрашиваю, сжимая в руках вилку так, словно готова раздавить её голыми руками.

— Ни одной, — всё так же спокойно отвечает муж. И его пустое равнодушие убивает. — Давай, мы не будем забывать, как именно сложился наш брак, — продолжает он, глядя мне прямо в глаза.

Медленно откладываю вилку и оторопело смотрю на мужа. Ушам своим не верю.

— И как именно сложился наш брак?

— В первую очередь, по договорённости. И наша взаимная симпатия друг к другу, позволила нам стать сильной и гармоничной парой. Мы подходим друг другу во многом. Поэтому не стоит портить наши отношения глупыми сценами ревности и прочими истериками. Ни к чему хорошему это не приведёт.

Я прикрываю глаза, ощущая, как после этих слов внутри меня что-то медленно отмирает. Наверное, это моя непоколебимая вера в то, что наши чувства с мужем взаимны. Для него это в первую очередь договорённость. Удобство. Выгода. Симпатия. Желание обладать. Но никак не любовь…

— Что ты хочешь от меня, Захар? — уточняю глухо. — Чтобы я сделала вид, что ничего не видела? Закрыла глаза и претворилась слепой и глухой?

— Я предлагаю забыть о вчерашнем инциденте. Признаю, что поступил некрасиво. Мне нужно было для начала поговорить с тобой и всё обсудить.

Каждое слово мужа камнями наваливается на плечи, порождает нестерпимый холод.

— Обсудить? Для начала?

— Лис, я не хочу постоянно держать себя в каких-то надуманных обществом рамках, — муж глубоко вздыхает. — И тебя в них держать тоже не собираюсь.

Сердце подскочило куда-то к горлу и работает на разрыв. Я медленно впитываю в сознание слова мужа, и меня затопляет едкая горечь. Противная до тошноты. Будто я проглотила что-то ядовитое и организм протестует, пытаясь очиститься.

Мой муж хочет не меня. Вернее… не только меня. Он говорит об этом так открыто, будто даже не задумывается, что может причинить мне боль. А мне больно. Так, что вдохнуть невозможно. В груди сжимается тугой комок отчаяния.

— А ты вообще держался в рамках всё это время? — спрашиваю хрипло, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Или решил поговорить со мной открыто, только после того, что я увидела?

— У меня не было других женщин за время нашего брака.

Я верю его словам, но легче от этого не становится. Позиция Захара мне чужда. Я не понимаю, зачем всё это? Я не устраиваю мужа в интимном плане? Ему мало? Нужно по-другому? Мы всегда были предельно открыты друг с другом в постели. Наверное, в большей степени потому, что у меня совершенно не было опыта. Муж научил меня не стесняться своих желаний, и я всегда была готова к экспериментам. И, как мне казалось, его это вполне устраивало.

— И как давно ты задумался… — я запинаюсь, подбирая менее грубое понятие его намерениям «ходить налево», — расширить рамки нашего брака?

— Несколько месяцев назад.

— Из-за Ксюши?

Захар не отвечает и отводит взгляд. Всё становится понятно без слов. Я припозднилась с запретами на свою «подругу». Рыжая змея уже достаточно близко подобралась к моему мужу.

— И ты хочешь, чтобы я просто приняла твои условия? — шепчу едва слышно, ощущая, как слова застревают в горле. — С покорной улыбкой отправила тебя в постель к своей подруге?

Мне снова не хватает воздуха. Сейчас я готова на всё, лишь бы повернуть время вспять и послать Ксюшу в тот самый момент, когда она впервые ко мне подошла. Только помогло бы это? Если Захар и сам не против разнообразия в постели…

— Я уже сказал — между нами ничего не было, — стальным тоном повторяет муж.

— Точно! Ты ведь хотел меня сначала предупредить. Какая честность! Я польщена, — мой голос срывается, и я отворачиваюсь, чтобы скрыть раздирающую душу эмоции.

Между нами повисает тишина. Захар буравит задумчивым взглядом пространство вокруг себя, прежде чем отвечает:

— Я и пальцем её не трону, если ты против.

— Против! — выпаливаю без раздумий. — И я против не только Ксюши! Я против такого рода отношений в целом. Это… омерзительно!

— Это, по крайней мере, честно по отношению друг к другу, — возражает муж. — Или лучше заводить интрижки на стороне тайком? Как делает большинство семейных пар за спиной друг у друга?

— А об элементарной верности партнеру у нас вообще речи не идёт? Таких пар не существует?

— Единицы! И кто сказал, что это идеальный формат отношений?

Я бы так сказала… Легко, даже не задумываясь. Но не мой муж…

Я закрываю лицо руками и тру виски, пытаясь отгородиться от горькой реальности. Меня почти трясёт от всего этого разговора. От безысходности. Я не понимаю, как всё исправить… Как вернуть нас в то время, когда Захара устраивали рамки, навязанные обществом.

— Что тебя не устраивает, Захар? — спрашиваю устало, пытаясь разобраться в его мыслях. — Если я тебе надоела, так разведись.

— Не говори ерунды, — тут же отрезает он, будто этот вариант для нас табу номер один. — У нас идеальный брак. Я просто не хочу ограничений, и говорил тебе об этом с самого начала.

Я застываю, пытаясь припомнить подобный разговор. Не выходит. Разве, что в самом начале нашего брака, когда я ещё не могла избавиться от привычки оглядываться на мнение строгого отца? Захар неплохо прополоскал мне мозги, избавляя от лишних внутренних рамок, и не раз повторял: «Расслабься, Лисён. Теперь нам можно всё. Кто против, пусть валит со своим мнением подальше. Я покажу дорогу…»

Меньше всего я задумывалась, что под фразой «нам можно всё», может подразумеваться и интим.

— Мы явно не понимали друг друга, — с губ срывается жалкий хриплый смешок, больше похожий на всхлип. — У меня не получится ни творить подобное, ни терпеть это с твоей стороны.

Захар шумно, будто с досадой выдыхает.

— У меня тоже, Лис, — говорит он тихо. — Я не могу предложить тебе ничего, кроме свободного формата отношений.