Глава 8

 Константин

 — Константин Леонидович, тут женщина из пекарни рядом, требует дать ваш номер, — сообщает мне управляющий рестораном.

 — Снова требует, — усмехаюсь я.

 — Что?

 — Ничего. Как она обосновала свое требование?

 — Она утверждает, что забыла в нашем ресторане сумку с документами. Я уже объяснил, что персонал у нас добросовестный, но… Мне кажется, она неадекватная баба. Послать ее на хрен?

 Прикрываю глаза.

 — Язык придержи, — холодно велю ему я. Это моя игра и я не позволял так отзываться о Наталье. Тем более она права. — Искренне извинись, предложи кофе и дай ей мой номер, — велю ему.

 — Эм… Понял. Сейчас, — осаживается Славик.

 Сбрасываю звонок. Откидываюсь в рабочее кресло. Я даже не подозревал, насколько благосклонна ко мне судьба. Она подкинула мне новый повод для встречи с Натальей. Почти не по моей инициативе.

 Провожу языком по прокушенной губе. Пометила меня тигрица. И даже не раздражает ее покушение на мое достоинство. Наталья сама не понимает, что задает сценарий нашей игры.

 Звонок с ее номера раздается ровно через пять минут.

 — Станислав перед тобой извинился? — спрашиваю я, как только отвечаю на звонок. Пауза. Пышка, сто процентов, хотела начать наш диалог с претензий. Но я ее привел в растерянность.

 — Извинился ваш холоп, — в голосе неприкрытое раздражение. Да понимаю, моя красота, что я тебя раздражаю. И даже испытываю оттого удовлетворение. Это уже не полное равнодушие.

 — Хорошо. Чем на этот раз обязан, Наталья? Не удовлетворены своим варварством? Хотите второй раунд? — усмехаюсь.

 — Я не понимаю, о чем вы. Верните мне мои сумку и пальто! — в голосе снова требовательные ноты.

 — Вы о чем, Наталья?

 — Константин Леонидович! — злится. Огонь-женщина. Ах, этот темперамент да в нужное бы русло.

 — Простите, Наталья, неудачная шутка.

 Я предельно вежлив. Что раздражает ее еще больше.

 — Конечно, ваша сумка и пальто у меня. Приезжайте.

 — Хорошо, — отвечает уже сдержаннее. — Я сейчас подъеду. Диктуйте адрес.

 — К сожалению, сейчас у меня совсем нет времени. Да и ваши вещи остались в моей квартире. Встретимся, скажем так, в восемь вечера. Мой водитель вас заберет.

 Снова красноречивая пауза, слышу, как официантка подает ей кофе.

 — Вы серьёзно? — в голосе возмущение, которое снова приводит меня в восторг.

 — Вполне.

 — Константин… — сдувается. — Будьте мужчиной, просто верните сумку. Мне достаточно проблем, которые вы уже создали.

 — Я был о вас лучшего мнения, Наталья.

 — В каком смысле?

 — Почему вы так быстро сдаетесь? В восемь мой водитель будет ждать вас у пекарни, — сбрасываю звонок, не позволяя оставить последнее слово за ней.

 Набираю свою помощницу по бытовым вопросам.

 — К семи вечера в баре моей квартиры должны быть красное вино, мартини и шампанское, — я не собираюсь спаивать Наталью, просто у дамы должен быть выбор. Или выбор без выбора. — Свежая сырная нарезка, фрукты, ягоды, шоколад. Сделать клининг и застелить новое постельное белье, — отдаю четкий указ. Конечно, я самонадеянно забегаю вперед. Насиловать никто никого не будет. Но… Без гиперсамоуверенности я бы не добился того, чего добился.

 Давай, Наталья, прими вызов. Хочется уже перейти от булочных разборок к чему-то более интересному и приятному.

 ***

 Лёгкий щелчок хронографа. Девятнадцать пятьдесят пять. Пальцы автоматически поправляют манжету рубашки. Веду плечами, пытаясь согнать усталость, как налёт пыли. День выдался напряженным. Всё, чего я сейчас хочу, это выпить с женщиной лёгкого вина, возможно, перекинуться парой фраз ни о чём и секса.

 Обвожу глазами пентхаус. Пахнет чистотой. Все мои просьбы выполнены. Бар пополнен, свежие закуски на столе, белье в спальне новое. Впервые ловлю себя на мысли, что интерьер этой квартиры кричит тишиной и холодом. Слишком минималистично, не хватает деталей. Но мне всегда было плевать. Это не мой дом. Это территория, куда я впускаю женщин, позволяя им думать, что они переступают границу моего личного пространства. Легкая иллюзия для быстрого расположения к себе.

 И что-то мне подсказывает, с Натальей этот трюк не пройдет. Но я точно знаю, что в данный момент она села в машину к моему водителю и едет сюда.

 Хорошая девочка. Продолжай в том же духе, сдавайся красиво.

 Но, несмотря на усталость, я в предвкушении… Давно так не заводился от встречи с женщиной.

 А в вас много сюрпризов, Наталья. Удивите меня сегодня, покоритесь.

 Звонок в дверь. Поднимаюсь с кресла, не торопясь иду в прихожую. Заглядываю в зеркало – рубашка небрежно расстёгнута на груди. Пусть останется так. Открываю дверь.

 — Добрый вечер, — растягиваю губы в лёгкой улыбке. Отступаю назад, пропуская Наталью, гостеприимно взмахивая рукой.

 — Я на пять минут. Верните сумку, — сдержанно отвечает она, но делает несколько шагов в мою квартиру. Закрываю дверь. И всё, ловушка захлопнулась. На моей двери нет классического замка, и, чтобы выйти, надо знать код.

 Осматриваю женщину. Сегодня на ней чёрные брюки и белый длинный джемпер. Снова широкий и бесформенный. Была бы она моей женщиной, приказал бы раздеться на пороге и ходить голой, чтобы не раздражала меня безвкусными тряпками. Но у нас всё ещё впереди.

 — Проходите, — взмахиваю рукой в сторону гостиной.

 — Я уже, кажется, сказала, что зашла на пять минут, — не сдвигается с места Наталья.

 — Двенадцать.

 — Что?

 — Есть теория, что нужно ровно двенадцать минут, чтобы вызвать интерес женщины.

 — То есть сумку вы мне просто так не отдадите? — устало выдыхает она. Осматриваю женщину внимательнее. И правда устала. И я, как настоящий мудак, должен этим воспользоваться.

 — Проходи, просто выпьем, поговорим. Приятный вечер. Не более. Чего ты боишься? — заглядываю ей в глаза. — Я не маньяк.

 — Я уже сомневаюсь, — улыбается уголками губ.

 — Позволь, — помогаю ей снять куртку. Позволяет.

 Проходим в гостиную.

 — Чувствуете? — глубоко выдыхает Наталья, осматривая закуски и вино на низком столике между кресел.

 — Что?

 — Пахнет вашей чрезмерной самоуверенностью.

 — Я чувствую только запах твоей ненависти ко мне, Наталья. И он меня возбуждает.

 — Я подозревала, что вы извращенец, но не полагала, что до такой степени, — снова усмехается.

 — Один-один. Присаживайся, — указываю в кресло, тут же наполняя наши бокалы вином.

 — А вы, Константин Леонидович, прям любитель выпить? — снова усмешка с её стороны. И ведь позволяет мне втянуть себя в игру.

 Тогда зачем эти жеманства?

 — Отчего такие выводы, Наталья? — располагаюсь в кресле напротив. Её ноги плотно сжаты. Словно ещё пытается защититься от меня. Бесполезно. Но забавно.

 — Вчера – вино, сегодня – тоже, так и недолго спиться, — но бокал принимает.

 — Хорошее вино полезно в умеренных дозах. Ты устала, я тоже. Мы просто расслабляемся, — салютую ей бокалом.

 Её взгляд скользит по панорамному окну. Да, вид здесь завораживающий. Отпивает глоток вина, оставляя на краю бокала след от помады, и я на инстинктах провожу языком по её укусу на моей нижней губе.

 — Константин Леонидович, ваши двенадцать минут давно начались, начните уже вызывать во мне интерес, — снова отпивает вина, делая вид, что скучает. Ммм, это уже флирт. По моему телу идёт волна тепла.

 Усмехаюсь.

 — Как дела у твоей пекарни? — перевожу тему.

 — Вашими молитвами – плохо, — фыркает она, оттягивая ворот джемпера. Рассматриваю её шею, хочется оставить на ней свой след. — Семь минут, — напоминает она, посматривая на наручные часы, продолжая играть.

 — Ты раньше вела своё дело? До пекарни.

 — Нет.

 — Значит, еще не понимаешь, что надо цепляться за любую возможность для развития бизнеса. Может, прекратим его самоуничтожать? И просто договоримся?

 — Через вашу постель? — стреляет в меня гневным взглядом.

 — Да, — спокойно отвечаю я. — Ты разведена, абсолютно свободна. Я тоже не обременен никакими обязательствами. Почему нет? Секс, в конце концов, такая же базовая потребность, как еда и сон. А хороший секс – вообще полезен для здоровья. Снижает стресс, запускает выработку эндорфинов. Я мало того, что не буду трогать твою булочную, я дам тебе возможности развить ее. Причин отказа – ноль. Возможностей – море. Рискнешь окунуться?

 Она раздраженно прикрывает глаза.

 — Вы забыли один важный пункт.

 — И какой же?

 — Я не продаюсь.

 — Так я и не покупаю. Если бы мне нужна была шлюха, мы с тобой здесь не сидели бы и не разговаривали. Я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку. Если хочешь, ты меня привлекаешь. Я хочу тебя в самом примитивном смысле этого слова. Сейчас именно тебя, и никакая шлюха мне тебя не заменит.

 Она сглатывает, ресницы медленно порхают, губы прикрываются, дыхание учащается. Улыбаюсь, отпивая вина.

 — Три минуты, Константин Леонидович, а кроме как дать по вашему самодовольному лицу, другого желания не возникло, — язвит.

 — Не люблю, когда женщины лгут, — холодно отзываюсь я, понижая голос. — Но окей. Три минуты. Я обещаю, что ты уйдёшь через три минуты, если не захочешь остаться сама. Но я буду делать эти три минуты всё, что захочу, а ты – покорно принимать.

 Отставляю бокал на столе, поднимаюсь с кресла и иду к Наталье. Она сжимается, распахивая глаза. Но я обхожу её кресло и останавливаюсь позади, опуская руки на спинку. Наклоняюсь к Наталье, глубоко вдыхаю. От нее пахнет ванилью и корицей, и еще чем-то истинно женским. Самкой, которую я сейчас хочу и, конечно, не отпущу через три минуты.

 — Да или нет? — вкрадчиво спрашиваю, убирая прядь ее волос за ухо, слегка касаясь пальцами кожи.

 — Да, — выдыхает она, отпивая еще глоток вина.