Глава 14

— Вы никуда не торопитесь, девочки? Может, посидим в «Атмосфере»? — предлагает Вика Труханова после того, как мы пересекаемся в стенах универа.

Сейчас идёт активная подготовка к защите магистерской дипломной работы. Остались последние штрихи. Основная защита перед членами экзаменационной комиссии состоится в конце мая — через пару недель. Это необъяснимо волнительно, потому что один из важных для меня жизненных этапов вскоре подойдет к завершению.

— Можем и в «Монтану», — быстро предлагает заведение подешевле Оля Ткаченко, бросив на меня растерянный взгляд.

Сокурсницы давно узнали, что у меня шаткая финансовая ситуация. Это раньше я с радостью откликалась на любое предложение, не подсчитывая, хватит ли мне для этого средств, а теперь приходится чаще экономить и отказываться.

Одно время я подрабатывала в кофейне у ворот центрального корпуса, а также брала на заказ курсовые и контрольные. Мне не было за это стыдно, но перешёптывания за спиной довольно сильно нервировали. Всем хотелось разузнать, почему так вышло, а я, как назло, ни с кем не делилась. Это касалось и раскола дружбы с Яной Авдеевой. Никто не сумел добиться от меня ни единого комментария по этому поводу.

— Нет-нет, давайте в «Атмосферу», — мотаю головой и улыбаюсь. — Я за. На салат и кофе мне точно хватит.

Наконец, перестав чувствовать себя нищебродкой, сажусь в автомобиль Вики и спокойно доезжаю до роскошного недавно открывшегося заведения, которое быстро набрало популярность в городе. Не будь у Оли здесь знакомых, нам бы пришлось искать другое место, чтобы пообедать, но официант убирает табличку у одного из зарезервированных столов и тут же приносит меню. Ценники в нем кусаются. Утешает тот факт, что Ратмир выделил на мое содержание больше средств, чем обещал. Скорее всего, это не потому, что ему настолько нравится со мной трахаться, а чисто для того, чтобы утереть мне нос. Авдеев открыто кичится тем, что теперь может позволить себе, что угодно. Даже переплачивать за интимные услуги.

А мне-то что?

Выбрав «Цезарь» и холодный латте с льдом и карамельным сиропом, откидываюсь на спинку дивана и обсуждаю с сокурсницами наболевшие темы. Мне не одобрили презентацию. К Вике придрались за неправильное оформление дипломной работы. Поводов возмутиться хватает.

Не могу сказать, что эти девушки стали моими лучшими подругами — мне в принципе сложно близко подпускать к себе людей, но после того, как Яна отчислилась из вуза, пришлось искать новый круг общения, чтобы не умереть от тоски во время перемен. Вне занятий мы почти не пересекались. Разве что по праздникам.

Взглянув на пустой дисплей, откладываю телефон на край стола. Ратмир не приезжал три дня, и с одной стороны это хорошо, а с другой — чем больше я не вижу его, тем напряженнее жду следующей встречи. Как на иголках. Нервничаю, дёргаюсь. От него в любой момент может прилететь сообщение.

— Может, рванём сегодня в клуб? — предлагает Оля, после того как убеждается в том, что деньги у меня действительно есть. — У меня появился повод — научный руководитель не внёс ни единой корректировки и забрал работу в деканат.

— Я сегодня не могу, — вздыхает Вика. — Вечером еду с матерью на благотворительный вечер. Уже пообещала.

— Сочувствую.

— Зря. Знаешь, программа довольно интересная и креативная. Скучно не будет. Кстати, вечер организовывает Авдеева — супруга Янкиного брата. В девичестве Богомолова. Помните такую?

Я содрогаюсь, будто на летней террасе вдруг врубают минусовую температуру. Холод ползёт не только по коже, но и по венам, парализуя чувства и эмоции. В какой-то степени оберегая от потрясений. Мне почему-то казалось, что Ратмир прилетел один. Не знаю, почему я так решила. Возможно, потому, что дура?

— Я помню, — произносит Оля. — Авдеевы вернулись из Австрии в начале весны. Насовсем. Вроде как брат Янки метит в политики.

— Так и есть, — со знанием дела отвечает Вика. — Наши родители неплохо общаются. Ратмир будет выдвигаться в городской совет.

Ненужные мне сплетни надоедливым роем жужжат в голове. Я обнимаю себя руками за плечи и мечтаю как можно скорее телепортироваться отсюда домой, потому что не планирую лезть в жизнь Ратмира и знать о нем хотя бы что-то.

Выдвигается? Молодец. Уверена, у него получится. Он подходит под нужные критерии и имеет супругу, которая совершает добрые дела и помогает нуждающимся. Аня — умница, красавица. Под стать мужу. С безупречной репутацией. Идеальная пара, если бы не одно но…

— А Янку видели? — восторженно выпаливает Вика.

— Нет, а что там? — интересуется Оля. — Я никогда не была на неё подписана. Мы не особо ладили.

— Она стала такой чокнутой мамашей… В хорошем смысле. Я без осуждения, — вскидывает руки в воздух девушка. — Первые дни после родов она закрывала лицо дочери смайликами от сглаза, а вчера наконец-то выложила нормальные фотки. Такая милота… Вы себе представить не можете…

Вскоре я быстро пролистываю профессиональные снимки на странице Яны. Впервые за пять лет. Пока не в силах сопоставить взбалмошную подругу с заботливой матерью.

Она то кормит малышку грудью, то прогуливается с коляской в саду. В коротких видеороликах рассказывает о том, как правильно ухаживать за гигиеной новорождённого и почему нежелательно использовать пустышки, а ещё дает информацию об этапах восстановления ментального здоровья после родов.

Вау. Это настоящий мамский контент. Качественный и полезный. Я помню Яну другой, но то, что вижу, ложится бальзамом на сердце.

Муж у бывшей подруги старше лет на десять-пятнадцать. Чистокровный австриец. Молчаливый, строгий, представительный. Даже в домашней обстановке его можно увидеть исключительно в деловой одежде. Янка всегда утверждала, что выйдет замуж за обеспеченного мужчину. Так и вышло. Надеюсь, ожидания совпали с реальностью.

Оплатив счёт, я возвращаюсь в квартиру, где временно живу, и гадаю: приедет Ратмир или нет?

В сети он был час назад. Судя по аккаунту его супруги — вечер находится в самом разгаре: выступают популярные артисты и проводятся крупные аукционы. Полученные средства отправятся онкобольным детям.

Я отзваниваюсь маме, а потом отбрасываю телефон в сторону. Сегодня тоже нет? Вот и славно.