Глава 15

Я сижу над презентацией до полуночи, внося правки научного руководителя и доводя работу до идеала. Когда я взвинчена, процесс идёт легко. Как по маслу. В голове много идей. Таким образом, я отвлекаю себя от постоянного мониторинга страницы Ани Авдеевой. Пять лет назад я с корнем вырвала из себя первую любовь и наивные светлые чувства. Всё давно в прошлом. Меня просто разрывает дурацкое женское любопытство, из-за которого зудят руки.

После того как я остаюсь довольна результатом, лезу на сайт эскорт-агентства, чтобы проверить, выполнила ли Эля свои условия? Мы договаривались. Я поверила на слово, но перед этим заплатила огромный штраф, который, считаю, не заслужила.

Вбив в верхнюю строку адрес, попадаю на нужную страницу. Анкет полно. Глаза рябит от обилия женских фотографий. Жаль, что поиск отсутствует, поэтому мне приходится потратить уйму времени и перелопатить тонну информации, прежде чем наткнуться на собственный аккаунт.

Дарья, двадцать три года. Студентка международного университета…

Я впервые просматриваю анкету, поэтому испытываю не самые приятные чувства. Листаю описание, характеристики и фото. Почему эти данные до сих пор на месте?

Новичкам видны приличные и прикрытые одеждой снимки, а вот для постоянных клиентов и зарегистрированных пользователей — более откровенные. Эля чудом уломала меня сделать фотосессию в нижнем белье. На ню я не согласилась. Позировала механически. Мне было всё равно, что происходит, — только бы скорее начать и скорее закончить.

Увеличив последнюю фотографию — густо краснею. Бретели чёрного полупрозрачного бюстгальтера слегка приспущены. Сквозь тонкую ткань просвечивает соски и гладкий лобок. Какой стыд. Надеюсь, Ратмир не успел этого увидеть…

Я тут же пишу Эле гневное сообщение, напоминая об обещании. К слову, мамина подруга довольно быстро реагирует — спустя полчаса информация о несостоявшейся эскортнице Дарье исчезает, будто её и не было.

Облегчённо выдохнув, я закрываю крышку ноутбука, иду в душ и ложусь отдыхать. Не могу сказать, что день был сложный, но мой бедный организм, измотанный стрессом, мгновенно переходит в режим сна. В последние дни так происходит постоянно — словно в нужный момент кто-то дёргает за провод и на короткое время выключает необходимые функции. Мне снится что-то хорошее и приятное в качестве компенсации. Скорее всего, это происходит потому, что важный финансовый вопрос теперь почти закрыт. Это раньше я понятия не имела, где брать деньги, куда бежать и у кого просить, перебирая варианты и мучаясь бессонницей, а теперь стало одной головной болью меньше.

В этот раз мне снится предстоящий выпускной с вручением дипломов. Красивый и людный зал, украшенный цветами и шарами. Под громкие овации и выкрики я иду по красной дорожке в длинном платье с вырезом, но в какой-то момент спотыкаюсь, потому что с меня начинают стягивать нижнее белье. Первая эмоция — протест. Прежде чем вынырнуть в реальность я испытываю жгучий стыд и обречённость. Надо же, в такой ответственный день так сильно облажаться…

Глаза не сразу привыкают к темноте, поэтому, когда я вижу очертания грозной мужской фигуры, впадаю в панику и дёргаю ногами. Хочется закричать, но сердце с разбегу влетает в рёбра, а изо рта рвутся странные нечленораздельные звуки.

— Тих-тихо. Это я.

Ровный голос Ратмира приводит в чувство, но не до конца. Я по-прежнему веду себя дико и пугливо, пытаясь вырваться из плена рук. Правда, бессмысленно.

Мир устраивается на коленях между моих раздвинутых ног и резко тянет вниз стринги несмотря на сопротивление. Горло окольцовывает спазм, дыхание рвётся. Помимо силуэтов под светом уличных фонарей начинают виднеться и очертания. Сам Авдеев в одних брюках с расстёгнутым ремнём и без рубашки. Большой, сильный, порывистый. Пахнет парфюмом и крепким алкоголем, но пьяным точно не выглядит. Ему чудом удается держать баланс.

Я постепенно осознаю, какой сегодня день, где я нахожусь и на каких условиях. Ситуация далеко не романтическая — она жуткая. Меня имеют, как вещь. За деньги. Так было до и будет после. Нужно просто расслабиться и смириться.

— Мог бы предупредить… — произношу сипло.

Конечности немеют. Я пытаюсь натянуть белье обратно, но упрямые мужские руки не дают этого сделать. Во мне нет страха и стеснения. Я барахтаюсь до последнего. Знаю, что обязана быть готовой двадцать четыре на семь, но сейчас мне требуется немного времени, чтобы пробудиться после глубокого обволакивающего сна и вернуть трезвость сознанию.

— Я предупредил в сообщении. Час назад.

Мотнув головой по подушке, раздосадовано вздыхаю. Вспоминаю гостей, артистов и организованный благотворительный вечер. Это Ратмир после него приехал ко мне? Но зачем?..

Трусики беспрепятственно скользят по ногам и отлетают куда-то на пол. Кожа становится сверхчувствительной и покрывается мелкими мурашками, когда крупные ладони оглаживают живот и ребра, а затем перемещаются за спину, чтобы избавиться от бюстгальтера и грубым собственническим движением сжать грудь.

— Ты от жены прямиком ко мне? — выпаливаю то, что волнует. — Неужели ни капли не совестно? Не мерзко?

Где-то в глубине души мне до последнего хочется оправдывать Ратмира за его поступки, но действительность такова, что не стоит. Завтра можно будет списать мое возмущение на то, что я не до конца пробудилась, а сейчас я позволяю себе больше, чем когда-либо. Не крутя вопросы в голове — прямо их озвучивая.

Как есть.

— Это не твое дело.

Мир тянет на себя мои бёдра, трогает лобок и спускается ниже, проведя двумя пальцами между половых губ и раздраженно выдыхая. Лежу, затаившись. Тело окутывает страхом, а пульс грохочет, будто у пугливого зайца. Я не была готова к этой встрече. Ни разу не возбуждённая. Опять сухая. Лубрикант валяется где-то в ванной, и можно было бы быстро выскользнуть из постели, чтобы воспользоваться им по назначению, но, судя по настроению Ратмира, он не намерен меня отпускать.

— В этом нет ничего удивительного, — шепчу одними губами. — Обычно ты не трогаешь меня и совсем не целуешь…

Меня словесно несёт. Я зажмуриваюсь и прикусываю язык, радуясь тому, что темнота скрывает эмоции. Если после признания последует сила и животная похоть, то я никогда больше не откроюсь, а пока и этот порыв можно списать на сонное состояние. Довольно удобно.

— Если поцелую, то что? Потечёшь?

В комнате становится настолько тихо, что звенит в барабанных перепонках. Прямой вопрос ставит в тупик, но пока я размышляю над тем, что нужно ответить, Ратмир ложится сверху, вышибая из меня весь воздух. Его глаза и губы близко. Дыхание утяжеляется и становится горячим. От тесного контакта тело насквозь прошивает высоковольтным разрядом. Это впервые, когда Мир позволяет себе заняться со мной сексом глаза в глаза.

— Проверь, я не заразная…

Не успеваю я до конца озвучить оформившуюся мысль, как твёрдые и требовательные губы задевают мои, насыщая организм гормонами и эйфорией. Достаточно одного невинного жеста, как сердце врезается в рёбра, глаза широко распахиваются, а внизу воскресают из пепла разноцветные бабочки, взмахивающие крыльями и ласково щекочущие живот.

Я дрожу и обвиваю ногами мужские бёдра, когда Ратмир захватывает мою нижнюю губу, посасывает её и ощутимо прикусывает, не торопясь заходить дальше. На языке растекается хорошо знакомый вкус, но первая догадка после полученной дозы кайфа: он издевается. Нарочно, нагло и безжалостно, терзая мою душу. Не планируя всерьез переходить грань и целовать.

Резко отвернувшись, ощущаю, как губы мажут по щеке, а щетина колет и жжёт кожу. Неловко признавать, но и этого невинного контакта было достаточно, чтобы перепроверить теорию. Да, я теку.

— Куда, блядь?

Ратмир усмехается, фиксирует мой затылок и зарывается пальцами в распущенные волосы, наощупь находя мои губы, раздвигая их языком и примагничиваясь к моему рту. Выбивая из груди острый и искренний стон.

Я стараюсь не думать о том, что этот спонтанный порыв вызван исключительно дозой алкоголя, поэтому сразу же сдаюсь под натиском губ, обнимаю руками шею и ерошу жёсткие, как проволока, волосы.

В живот давит металлическая пряжка ремня и упирается эрекция, а мозг превращается в желе и отключает базовый защитный контроль. Между ног становится липко и мокро. Сердце усиленно качает кипящую кровь. Я отвечаю на поцелуй, осторожно касаясь теплого влажного языка своим и испытывая потребность в продолжении. Надеюсь, нет ничего плохого в том, чтобы даже за деньги получать удовольствие от секса, а если и есть — я подумаю об этом чуть позже.