Глава 31.

– Уверена, – Марат все еще на пороге стоял, а Лейсан уже с восторгом, присущим лишь малым детям, скидывала вещи, бросая их в прихожей, и мчалась с Каримом в детскую.

– Уверена, что вы можете переночевать без посягательства на мое тело.

– Даже не думал…

Даже так? Не думал? Обидненько.

– Ну и отлично. Раздевайся, я дам новое постельное.

Я ушла к шкафу, всучила Марату стопку, а сама отправилась мыть посуду. А слезы. Нет, это не потому, что он меня даже не хочет больше. Это просто от усталости. Может он вообще себе новую жену ищет. Бог, как говорится, троицу любит.

– Вик, а есть зубная щетка детская?

– Да, – кричу из кухни. В ящике под раковиной. Ну и правильно. Он просто часть моей жизни и мне нельзя думать о нем в сексуальном плане. Хотя, как не думать, когда теперь вся квартира пропахла его запахом, когда воздух искрит его энергетикой. Теперь еще осознание, что он возможно какое – то время не спит с Лейлой, приятно греет душу и выворачивает наизнанку. Это конечно не значит, что он вообще ни с кем не спит, тем более не значит, что я не должна ни с кем спать. Просто раньше, когда он оставался, он был чужим мужем, а теперь он кто… Бывший муж. Это почти как просто бывший. Это почти родной человек. С таким наверное и сексом без обязательств можно заняться… Просто… По старой памяти.

При этой мысли я закрываю посудомойку особенно остервенело. Это просто мысли. Это просто дурацкие фантазии о том, чем двое взрослых людей могут заняться, пока спят их дети. Тихо, насколько это возможно. Трахаться почти безвучно, пока он будет закрывать мне рот тяжелой ладонью, а я давиться криком, его запахом, собственной слюной, а потом возможно его членом.

Все-таки зря я разрешила им остаться. Раньше я как – то спокойно блокировала эти фантазии, а теперь они будут сводить меня с ума.

– Помочь? – слышу его гортанный голос сзади и вздрагиваю. Из рук выпадает полотенце, а он его ловит. Я оборачиваюсь и смотрю в расстегнутый ворот. Я точно помню, что эти две пуговицы были застегнуты. Помню, потому что смотреть как виднеется волосатая грудь, просто невыносимо. Смотреть, как напрягаются под тканью плоские соски, просто самоубийство. Что он там говорил про посягательство. Врал. Ну точно врал.

– Вик… – голос хриплый, а я вообще боюсь слово произнести. Все-таки к черту это временное перемирие, оно приведет к катастрофе. Гораздо проще его ненавидеть, по крайней мере так мой бобренок будет в безопасности от хищника, уже приподнимающего ширинку на брюках. – Я же не железный, прекрати так смотреть.

– Да я что. Я говорю, детей надо укладывать.

– Потом можем кино посмотреть, – ну вот зачем он это сказал. Понятно же чем кончится просмотр, понятно же, что я не выдержу, а он не будет джентльменом. Наоборот… Даже интересно. Все будет так же порывисто или он будет смаковать меня как вино, которое долго хранил в погребе.

– Не стоит, думаю. Да и мне надо поработать еще.

– Понял, – он спокойно принимает мое решение, и от этого сводит зубы. Не принимай. Закинь меня на плечо и отнеси в кровать.

– Спасибо. Давай я тогда буду их мыть по очереди. А ты укладывать.

– Договорились.

Он отошел от меня, пропуская, чем вызвал еще большее раздражение. Или мне просто до трясучки хочется секса. Чтобы не быстрый оргазм с самой собой, а по-настоящему. Сильно. Жестко. По-животному.

Дети немного отвлекают. Я уже спокойнее, когда вся мокрая иду в свою спальню, чтобы переодеться. Снимаю мокрую рубашку, юбку, колготки. В одном белье ищу халат.

– Вика…

Быстро дергаю руку за халатом, прикрывая наготу. Как это я дверь не закрыла.

– Стучаться не учили?

– Дверь надо закрывать. Там Карим тебя поцеловать на ночь хочет.

А ты? – чуть не рвется у меня.

– Иду. Выйди, а…

Он бросает быстрый взгляд на мои коленки и только тогда прикрывает дверь. Очень интересно, сколько он смотрел. Эта мысль согревает, льет патоки на горечь обиды от его услужливости.

Целую сына на ночь, рассказываю сказку, потом смотрю, что Лейсан уже нежится в большой кровати в спальне Марата. А сам он где.

Хотя судя по звукам уже в душевой. Смотрю на дверь, а она не закрыта. Оттуда потоками выходит пар.

Марат всегда любил чересчур горячую воду.

Во рту неожиданно скапливается слюна, и я как под гипнозом иду прямо туда. Словно это не пара клубы, а дым от курительной опиумной трубки, и я просто не в силах сопротивляться зову собственного тела.

Смело открываю дверь и вхожу внутрь. Сама ведь понимаю, то ничем хорошим наш секс не закончится. Это будет просто секс. Как и последние несколько раз.

Подхожу к стеклянной створке, открываю, закусываю губы, смотря, как по крупному телу стекают капли. Завидую каждой, особенно той, что утекла к стоящему колом члену.

Он поворачивает голову, слизывая капли воды с губ, смотрит так, словно я уже в душе стою перед ним на коленях. Дергает рукой, хватая меня за полы халата и тянет к себе, не давая мне даже передумать.

И именно в этот момент квартиру оглушает трель дверного звонка.

– Вика, – предупреждающий рык, но уже поздно. Я шлепаю его по руке.

– Детей разбудят. Пойду открою.

Даже предположить не могу, кого принесло в полдесятого.

Слышу, как спиной жёстко припечатывает дверь в ванную. Это наполняет тело каким— то пряным удовлетворением. Марат наверное уже рассчитывал потереть мне спинку и другие части тела своей длинной щеткой, что наверняка до сих пор стоит колом, причиняя ему страдания.

Смотрю в глазок и фыркаю. Вот это сюрприз. Учитывая, что он два дня не брал трубку, мог бы не появляться. Но дверь все равно открываю.

– Ну и чего тебе? – без приветствия. Руки на груди складываю.

– Вот ты зря обижаешься. Я к тебе с хорошей новостью.

– Ты знаешь, как спасти мой отель?

– Нет, но я знаю, кто виноват в проверках.

– Лейла? – он кивает, нагло проходя внутрь. Разуваясь. – Я и так это знаю.

– А ты не думала, почему она это сделала? А где она нашла столько бабла, чтобы засылать к тебе бесконечные проверки. Ее же Марат снабжает. А теперь, когда он ее не контролирует, у нее вообще руки развязаны. Опа… – пока я перевариваю сказанное Лешей, замечаю, куда он смотрит, и Марата, стоящего в одном полотенце. – Ну теперь— то понятно, чем он так занят…