Глава 39.

Я отхожу от Леши на два шага. Вернее… отшатываюсь, как от пощечины. Я никогда не задумывалась… Никогда не спрашивала, как он оказался в Новосибе, как стал работать ментом. Просто… Ну жизнь то она такая, а земля круглая. Всякое ведь может случиться. А получается, что не может…

– Как так?

– Ну что ты как маленькая, Вик. Твой отец всегда за тобой приглядывал. Марата прислал тогда, но напрямую. В этот раз решил действовать более тонко.

– Марата он шантажировал, а тебя?

– Нуу, скажем так я давно у него на карандаше. Помнишь, ты же уже просила его меня из тюрьмы вытащить. Так и познакомились.

– Точно… – как я могла забыть. – А потом?

– Ну потом я ощутил вкус денег. Они голову кружат, знаешь, как. Порой даже завидовал Марату, который поднимался постепенно, шаг за шагом. Тут нужно терпение, а я им не обладал. Хотел по-быстрому сорвать куш, попал на бабки, загремел на пожизненное в другой стране.

– Ого…

– Да. А тут снова твой отец. Вытащил меня, но конечно не просто так. Дал можно сказать второй шанс.

– Но ведь его нет давно. Ваш договор больше не действует.

– Ты права, конечно. Но блин… Я втянулся. Мне и город приглянулся и работа мента… Веселая.

– Странный ты, – только и качаю головой, а он плечами пожимает.

– Не страннее тебя. Ты могла избавиться от своей единственной проблемы раз и навсегда, а теперь она жива и будет до конца жизни сношать тебе мозг и выкручивать яйца Марату.

– Разберемся. Главное, чтобы Марат выкарабкался, – но тут внезапно в груди печет. Я осознаю, что Леша был рядом. Пусть даже под страхом наказания, но был рядом. Помогал, когда я об этом просила. Наверняка с отелем тоже помог в свое время. Я поддаюсь порыву и обнимаю его.

– Эй, ты чего? Решила все-таки дать мне?

– Кстати, хорошо, что не дала. Хватит с меня женихов, сосватанных отцом, – смеюсь я. – Просто спасибо, что был рядом.

– Вик, мы друзья. Не важно, как ими стали, просто помни об этом. И если надо закопать труп…

– Я знаю кому позвонить, – целую его в щеку и отворачиваюсь. Иду сначала к Марату, заглядываю и вижу, что он по— прежнему спит, потом уже в свою палату. Степановна читает сказки, Романов как обычно что – то печатает в телефоне, а Алинка держит на руках Лейсан. Та спрыгивает и тут же ко мне бежит. Обнимает.

– Ну ты чего, я же недолго, – обнимаю ее и усаживаю к себе на колени. Теперь я вместе со всеми слушаю приятный, успокаивающий голос Марьи, думая только о том, чтобы Марат поскорее пришел в себя. Здесь не хватает только его.

Через некоторое время всех выгоняют, а я смотрю на Лейсан, которая спокойно машет мне рукой и даже не спросила про маму. Может быть, это шок? А может быть, ей еще Марат сказал, что она куда – то уехала? Иначе как объяснить, что за два часа, проведенных здесь, она не разу про нее не поинтересовалась?

Еще позже ко мне зашла врач, которая нас наблюдает и сказала, что у Марата взяли дополнительные анализы и выявили несовместимость некоторых препаратов. Так что, возможно, через пару дней он очнется. Хотя, как и любой врач, гарантий она не дала. Но и на том спасибо.

Ночью, пока Карим тихонько сопел в мою подушку, я пробралась к Марату. Присела на его кровать с ногами и начала рассказывать про Лешу.

– Я до сих пор в шоке. И ведь злиться должна, а я только и думаю о том, что даже оттуда отец за мной наблюдает. Я ему так часто мозг выносила, а он рядом всегда. Еще я сегодня думала о том, что сказала мне Лейла. Ты получается женился, чтобы моего отца спасти. Меня по-своему уберечь. И вообще, как-то неправильно получается. Ты вроде предателем был, а стал героем. Получается, это я у тебя снова прощения должна просить. Потому что не доверяла.

– Был бы я героем, я бы давно выяснил, кто может тебе угрожать, и с кем имел дела Осман и твой отец.

Я не сразу понимаю, что этот голос звучит не в моей голове. Слетаю с кровати, хочу закричать, но рот себе рукой затыкаю. Прыгаю на Марата, обнимая его за шею.

– Тихо-тихо. Грудь давит.

– Прости-прости. Как ты? Позвать врача? Я сейчас, – спрыгиваю с него, готовая унестись, но меня неожиданно сильно дергает на себя рука Марата.

– Угомонись, а. Просто ляг рядом.

Это я запросто.

Он довольно тяжело двигается в сторону, а я счастливая как никогда прыгаю к нему под ручку, успокаиваясь, только когда он обнимает меня и в макушку утыкается.

– Давно очнулась?

– Ага, утром еще.

– А со мной, что было?

– Никто понять не мог. Но вроде как реакция на твои обезболивающие.

– Ага. Давно пора было препарат поменять.

– И ты так просто об этом говоришь, а я тут чуть с ума не сошла.

– Да я не сомневаюсь, что ты бы меня из-под земли достала, – смеется он, но видно, что пока ему тяжело. Закашливается.

– Воды принести? Может быть, ты есть хочешь?

– Да ничего я не хочу. Лучше расскажи, за что ты там меня уже простить успела?

Я открываю рот. Потом закрываю. Все хорошее настроение улетучивается. Он что – то слышал? И как об этом говорить?

– Вика…

– Не хочу. Ты обещал рассказать все в поездке за город. Так что я подожду, когда ты выполнишь свое обещание.