Глава 18

Я даже смотреть на Лейлу не хочу, меня саму мутит, потому что срабатывает такое жесткое дежавю, что хоть в голос ори.

– Вика, дверь заклинило.

– А член у тебя в чужой дырке тоже заклинило? Открывай, Камиль! Я знаю, что ты там не один!

– Я просто по тебе скучал и порно смотрел. Вик, найди ключи, не могу открыть.

– Какой же паразит, – сзади стоят охранники, и я начинаю играть на публику. – Откройте, ну, пожалуйста, у нас свадьба через неделю, я беременна, а он тут с девкой развлекается. Я должна увидеть это сама. Должна, понимаете?

У меня уходит ровно минута, чтобы мужики вошли в мое положение и одним сильным толчком плеча вскрыли довольно легкую дверь в гримерку. Когда она открылась, конечно, Камиль сидел один, но запах секса все еще витал в воздухе.

– Любимая, ты меня спасла! – поднялся он с дивана и раскрыл объятия, но вместо того, чтобы в них войти, я дала ему пощечину. Прошла по небольшой каморке и подумала, где могла спрятаться я. – Вик, ну что ты устроила. Пойдем домой, я тебе покажу то самое порно.

Я даже не слушаю его, хотя мне очень хочется поверить, хочется очнуться и вернуться в ту нежность, что он дарил мне еще с утра. Но я уже вижу блеск шпильки, что отражается от лампочки, и иду к дивану.

– Вика! – Камиль меня тормозит, за плечи хватает. – Поедем домой, а. Просто поедем.

– Как ты мог! – это уже настоящее. Я слышу крик Лейлы и прихожу в себя. – Ты говорил, что вернешься за мной, ты говорил, что любишь меня!

Костя подтягивает штаны, спокойно принимая удары взбешенной Лейлы!

– Ты обещал! Я из-за тебя из семьи ушла! Я из-за тебя живу в нищете!

Ну тут она, конечно, преувеличивает.

– А ты! Ездишь по миру, трахаешь баб! Как ты можешь.

– Лейла, я нормальный мужик, а ты школьница. К тому же живешь далеко, вот вырастишь и…

– Никогда! Никогда я тебя к себе не подпущу, понял меня! Ничтожество. Ты что, оставил меня дозревать? Типа дорасту, девственность для тебя сохраню, а вот тебе! – средний палец показывает. – С первым же встречным пересплю тебе назло! А лучше домой вернусь и замуж за старика выйду! Ненавижу! Ненавижу!

– Хватит орать! Что ты устроила! Пошли, без свидетелей поговорим.

– Не буду я с тобой разговаривать! Не хочу и не буду. Никогда.

– Очень громкое, конечно, заявление, но мы оба с тобой знаем, что стоит мне к тебе прикоснуться…

– Да не трогай ты ее! – толкаю его от Лейлы. – Что вы мужики за народ такой?! Почему вы считаете, что, если возбудить – значит извиниться.

– Вик, ну ты взрослая баба, я что должен был монахом ходить?

– Ты должен был ничего ей не обещать, а ты поступил так, как удобно тебе. Еще и в Москве, где она могла появиться в любой момент.

– Вик. Это все херня. Она отойдет.

Лейла уже убегала назад, а я смотрела в эти наглые глаза и понимала, почему он занял сердечко Лейлы, но не понимала, почему из-за любви девчонки снова и снова страдают.

– Хрен тебе. Я тебя к ней больше не подпущу, понял?

Бегу вслед за Лейлой, ищу по всему залу, наяриваю по телефону, а в итоге нахожу возле своей машины. Она тихонько плачет, обняв свои колени. А я с ней сажусь, закуриваю.

– Так больно. Черт, как же больно…

– Ко всему привыкаешь. Даже к боли, – говорю я тихо, смотря, как световые лучи от прожекторов рассекают небо, прямо как воспоминания рассекают тьму одиночества.

– Вик?

– Мм?

– Отвези меня к родителям.

– Так у тебя там вроде конфликт, замуж тебя выдать хотели?

– Это я все придумала, чтобы Костя быстрее шевелился. Конечно, мне предложили выйти замуж за старого друга семьи, но я всегда могу отказаться.

– Понятно, – усмехаюсь. Это ж надо, такое придумать. – Ладно, поехали.

– Лейла! – слышим голос. Дергаемся с испугу. Костя уже здесь, а мы тихонько сидим. Но не долго. – Лейла! Думал, уехала. Пошли поговорим.

Мы тут же встали, а Костя схватил Лейлу.

– Не пойду! – вцепилась она в меня, а я в нее, но Костя вряд ли будет церемониться. – Пошел вон! Я домой вернусь!

– Никуда ты не вернешься. Со мной поедешь! Хочешь стать взрослой, я прямо сегодня тебя ею сделаю.

– Ты ебанулся? – толкаю его, за что тут же получаю удар по голове, но тут же даю ответ. Он почти не дергается. Вырывает у меня Лейлу, а она орет дико, люди уже толпятся. Я за ней. – Лейла!

Но тут Костю буквально с ног сбивают, а Лейлу ловят на лету.

Марат!

– Марат!

Они начинают драться, а Лейла в слезах бежит ко мне. Прижимается к груди. Я по волосам ее глажу, а сама во все глаза на драку смотрю. У Кости даже шансов нет. Он пьяный, обкуренный и Марат легко его в рульку скручивает, пока у меня в животе все скручивается от волнения и счастья. Пришел. Приехал. За мной.

– Он все-таки приехал, – хнычет Лейла, а я сама себе киваю.

– Ага.

– Хороший он у тебя.

– Самый лучший.

Костю передают менеджеру, а Марат идет к нам. Стряхивает пыль, вытирает с лица кровь. Все-таки разбили ему губу. Ничего – подлечу дома.

Он тут же мой висок смотрит, я даже боли не чувствую, только щемящее счастья. До слез, блин.

– Сильно больно?

– Что?

– Ты плачешь просто…

– А, да. Больно. Отвезем Лейлу домой? – передаю ему ключи, а он смотрит на них лишь секунду, прекрасно понимая, что своими ключами я фактически дарю ему доступ в свою жизнь. И теперь только от него зависит – возьмет ли он его.

Он не обманет. Он не предаст. Он слишком для этого правильный.

Забирает ключи и на машину кивает.

– Поехали.

Бабочки в животе, что еще гусеницами ползали, взмахнули крыльями, и я не смогла сдержать улыбки.

– Поехали.

Мы с Лейлой сели назад, пока Марат уверенно заводил машину и выруливал с парковки.

– Хороший у тебя Марат, вот бы и мне такого.

– Этот мой. Так что ищи своего, – шучу я, поглаживая ее по голове.

– Ты-то свое не отдашь. Я знаю.

– Не отдам, это точно.