ГЛАВА 43. НОЧЬ ВТРОЁМ
ЛИЗА
То же утро
— Я останусь, — сказал Дин.
Раньше такая фраза заставила бы Лизу напрячься.
Сегодня она только кивнула.
— Хорошо.
Он посмотрел внимательнее.
— Правда?
— Просто останься.
Лиза уснула на диване почти сразу.
Проснулась через час от света на кухне.
Кроватка была пустой.
Сердце дёрнулось.
Потом она услышала голос.
Дин сидел в кресле у окна. Эмма лежала у него на груди, укрытая тонким пледом.
— Мы договорились, что больше так не делаем, — шептал он.
Эмма сопела.
— Молчание принимаю за согласие.
Лиза осталась в дверях.
— У нас с твоей мамой и так сложные отношения, — продолжал он. — Если ты ещё будешь устраивать мне инфаркт в пять недель, до школы я не доживу.
Эмма пошевелилась.
Большая ладонь Дина мгновенно закрыла её спину.
— И ещё. Я пропустил слишком много. Поэтому давай без больниц ближайшие лет девяносто.
— Скромно, — сказала Лиза.
Дин поднял голову.
— Ты проснулась.
— Давно сидишь?
— Часа два.
— Почему не положил?
— Она ворочается.
— Ты можешь спать.
— Могу.
— Но?
Он посмотрел на дочь.
— Не хочу.
Лиза села рядом.
Рассвет серел за окном.
— Спасибо, что приехал.
— Не благодари за то, что я приехал к своей дочери.
— Я не только за это.
Он понял.
— Ты могла позвонить Сэму.
— Могла.
— Но позвонила мне.
Лиза кивнула.
Дин сглотнул.
— Почему?
Она могла дать правильный ответ.
Потому что ты отец.
Потому что должен был знать.
Но сказала честный:
— Потому что мне было страшно. И когда стало по-настоящему страшно, я захотела, чтобы приехал ты.
Дин замер.
— Хорошо, — сказал через несколько секунд.
Лиза почти рассмеялась.
— И всё?
— Нет.
Он осторожно поправил одеяло на Эмме.
— Остальное боюсь испортить.
— Ты раньше не боялся.
— Раньше я много чего делал неправильно.
Лиза пересела чуть ближе.
Через несколько минут голова сама опустилась ему на плечо.
Он не двинулся.
Не воспользовался.
Просто сидел.
Когда Сэм открыл дверь в восемь утра, остановился в прихожей.
Посмотрел на брата.
На Лизу.
На ребёнка между ними.
— Наконец-то вы хотя бы выглядите как люди, у которых есть мозг.
Дин, не открывая глаз, сказал:
— Я всё слышу.
— Отлично. Значит, живой.
Лиза впервые за долгое время проснулась не от страха.
Рядом были два человека, которых она когда-то привыкла считать домом.
Только теперь один из них был ещё и отцом её дочери.