глава 13

ГЛАВА 13

Стук в дверь заставил Виту встрепенуться и посмотреть на визажистку.

— Уже всё готово. Сейчас вот здесь поправлю. Да, идеально. Безупречно.

Вита не успела ничего сказать — дверь приоткрылась, и в комнату вошёл мужчина. Высокий. В черном смокинге. С серьезным выражением на лице.

Гость, которого она не ждала.

— Девочки, оставьте нас с невестой наедине. Пожалуйста.

Влад улыбнулся одними лишь губами, но все, кто находился в спальне Виталины, мгновенно засуетились. В том числе и она. Правда, заставила себя остаться сидеть на стуле, а вот парикмахер и визажистка заметно занервничали. Вита их понимала — Влад умел производить впечатление.

Интересно, он когда-нибудь улыбается? От души? Чтобы не только губами, но и глазами.

Кажется, нет. Сдержанный, холодный. От него пробирало даже сильнее, чем от Романа. Глядя на Влада, невозможно было определить, о чем он думает: ни эмоций, ни чувств.

Ей приходилось с ним встречаться ещё до освобождения Романа. И каждый раз она тушевалась. Даже подтрунивала сама над собой. Хорохорилась, как могла. Речи дерзкие заготавливала. Но стоило увидеть Багровского-старшего, всё мгновенно забывалось.

Он никогда её не обижал. Никогда над ней не издевался, прозвищ обидных не придумывал. Разговаривал и объяснял, что и как будет происходить в её жизни. Она всегда оказывалась с дрожащими коленками. Гордо задирала подбородок, сжимала кулаки и готовилась непонятно к чему. Правда, не дерзила. Язык не поворачивался.

Годы спустя Вита пришла к выводу, что не только у неё одной. Она наблюдала, как вытягивались по струнке люди Романа, когда появлялся Влад. Если при хозяине они позволяли себе иногда постебаться друг над другом, при Владе — никогда. Такие же сдержанные люди работали и с ним.

Как только за девочками закрылась дверь, Вита встала.

— Ты очень красивая, Виталина, — сказал Влад, подходя ближе.

Несмотря на то, что она надела туфли на высокой шпильке, Влад был на голову её выше.

— Спасибо.

Она занервничала.

Ей не нравилось, что он пришёл к ней.

Даже ладони вспотели, сразу захотелось пройтись ими по платью.

— Я знаю, ты не ждала меня. Твои глаза выдают напряжение. Вита, прекращай, — мужчина подошёл ближе. Вроде бы и говорил мягко, всё с той же бездушной улыбкой, у Виты же возникла маниакальная потребность сделать шаг назад. Он давил на неё. И дело не в росте и ширине плеч. Где-то в голове возникла шальная, крамольная мысль: неужели Багровский-старший нравится кому-то из женщин? Нравится не за деньги, не за власть.

Вита тотчас одернула себя.

Конечно, нравится.

Он красивый. А если у неё врожденная предубежденность против всех Багровских, то тут никто не виноват. Вернее, виновные есть, но претензии не предъявишь.

— И тебе доброго дня, Влад, — сдержанно проговорила она, выпрямляя спину.

— Время не меняет тебя, такая же упрямая. Это даже хорошо. Кстати, ты знаешь, что всегда при нашем общении задираешь подбородок кверху в защитной реакции?

— Это плохо?

— Тебе решать. Но я пришёл не для разъяснения твоих поведенческих инстинктов, Виталина. Сегодня ты становишься частью нашей семьи, и мне бы хотелось в знак дружбы и надежды на дальнейшие теплые отношения сделать тебе подарок.

Влад поднял руку и достал из внутреннего кармана тонкую бархатную коробку с логотипом самого известного ювелирного бренда. Сердце Виты невольно пропустило удар. Какая же девушка останется равнодушной к украшениям?

Влад открыл коробку и выудил браслет, полностью покрытый мелкими сияющими бриллиантами. У Виты пересохло во рту. Она не знала, как реагировать на столь щедрый подарок.

— Позволишь? — старший Багровский протянул руку, и Вита не смогла отказать.

У мамы было много украшений. Когда-то… Вите даже иногда разрешали с ними поиграть, но потом они все куда-то подевались. В памяти Виты остались ссоры матери с отцом и то, как она кричала, что не может выходить в свет в бижутерии.

Браслет сел на кисть идеально. А у Виты возникло странное чувство, которое она не смогла объяснить. Девушка не ожидала от Влада какого-то подвоха, но и столь щедрого подарка — тоже.

— Спасибо. Он… чудесный.

— Рад, что тебе понравился. Ты выглядишь изумительно. Очень красивая.

— Брат, я всё понимаю… Но, когда моей невесте делает комплимент другой мужик, у меня возникает потребность оторвать ему яй… голову.

Виталина не слышала приближающихся шагов Романа. Её по-прежнему бесила его особенность ходить бесшумно. Она должна была привыкнуть, но нет!

Влад, усмехнувшись, обернулся и пошёл навстречу брату.

— Ты жених, тебе сегодня хамство простительно.

— А тебе непростительно, что ты сделал подарок первым.

— Не будешь ротозейничать.

Вита притихла. Несмотря на то, что она проживала в доме Багровского больше месяца, ей впервые довелось видеть общение братьев. Вот такой парадокс. Она меньше, чем через час станет Виталиной Багровской, а всё, что касалось этой семьи, для неё оставалось чужим.

Месяц, как она сказала «да».

Были дни, когда Вита ругала себя за малодушие, ненавидела. Говорила, что слабачка, и ей необходимо бороться дальше. С чем? С ветряными мельницами? С действительностью? С мужчинами, что априори её сильнее? И дело не в физической мощи.

Вита до конца жизни будет помнить то кафе. Уютное, с красивыми нежно-коричневыми занавесками и лилиями на подоконниках. Никаких новомодных интерьерных решений. Мило и по-домашнему.

Она пила кофе. Сжимала чашку, а у самой всё внутри переворачивалось. Роман смотрел на неё, не пытаясь выйти на диалог.

Она возьми и ляпни:

— Когда вы планируете свадьбу?

Девочка, мечтающая о романтике, о красивых отношениях, о прогулках при луне, что ещё жила в её душе, замерла. Пусть Вита ошибется… Пожалуйста… Пожалуйста…

— Через месяц.

— Хорошо. Свадьба так свадьба.

Девочка в душе таяла на глазах, растворялась, становилась эфемерной. Вместо неё не рождалась новая Вита. Нет. Образовывалась пустота, глухая и бездонная.

Удивление на лице Романа отчасти сгладила её.

— То есть… Ты согласна?

— А у меня есть выбор, Рома?

Выбора у неё не было.

Её его лишили пять лет назад.

В тот день, в кафе, Вита пообещала себе, что больше никакой хандры. Никакой жалости к себе. Никаких запираний в комнате.

Или она подстроится под обстоятельства, найдет выход, или её сломают. Как Иру.

Месяц прошёл быстро.

Была и примерка платья. Правда, без Ромы. С девочками, которые если и не попадали под категорию подруг, хороших знакомых — точно. Они сетовали, что она выбрала самое скромное. Угу, скромное. Они не видели ценник. Вита не специально. Она сразу отказалась от любых пышных нарядов. Думала даже подшутить и выбрать, например, брючной костюм. Только, если разобраться, кому она сделает хуже? Роману? Так он отведет её в комнату и заставит переодеться. С него станет. Да и не хотелось больше воевать. Не в этот месяц точно.

Поэтому платье следовало купить.

Глаза, естественно, разбегались среди множества белоснежных волшебно-воздушных одеяний. Продавцы-консультанты готовились услужить, выполнить любой каприз Виты. Они уже были осведомлены, чья именно она невеста. Закрыли бутик для остальных посетителей.

Вита сразу увидела ЕГО. И сердце, несмотря ни на что, дрогнуло. Как бы она себя ни настраивала на то, что должна, обязана остаться равнодушной — не смогла. Всё-таки такая красота… Платье было изумительным именно в её понимание. Небольшие рукава из кружева, плотная ткань на лифе, силуэт безупречно повторял фигуру, и кружевной низ с небольшим шлейфом.

— А, можно вам предложить…

— Нет.

— Витуль, примерь…

— Нет.

— Точно это?

— Да.

— Мнение жениха?

Хороший вопрос.

— Пусть будет сюрпризом.

— И правильно! — тотчас расплылась в улыбке консультант. — Есть примета, что жених не должен видеть платье невесты.

Вита мысленно отмахнулась. В их случае приметы не работали.

Девочки, довольные, что они якобы поспособствовали выбору, изрядно выпили в ресторанчике, куда затащили и Виту.

— Слушай, Витуль, ты нам скажи, — девчонки, озорно хихикая, переглянулись. — А тебя мальчики придут забирать?

Вита даже сначала не поняла, про что они.

— Какие мальчики?

— Грозные и безумно сексуальные. Они же всегда за тобой приходят. Витуль, позвони им, а?

— Надя, ты о чем говоришь? — Вита едва сдерживала смех, глядя на подруг.

— О том! Они тааакие бруталы. Смотришь на них и течь начинаешь, вот сразу. Нет, они, конечно, не в какое сравнение не идут с твоим Романом. Но! — тут Надя приподняла кверху указательный палец. — Твой Роман — табу. Мы на него не претендуем, да и, тем более, оберегал тебя пять лет… Черт, это как же он должен тебя любить, чтобы вот так… Но это ладно, твой Роман — это твой. А нам другие мальчики нужны. Что раньше с тобой маячили. Маякни им, а? Пусть по старинке тебя заберут.

Слова Нади вызвали в её душе непонятный всплеск. Сначала даже Вита никак не могла понять, что именно её встревожило, откуда бунт, полное отторжение. Надя прикалывалась да ещё умиленную рожицу состряпала, подлизывающую, а у Виты всё внутри оборвалось.

— Мальчики вряд ли придут, — чтобы как-то выиграть время, ответила Вита, пытаясь ухватиться за то, что сейчас растворится в потоке бессвязного юмора и девичьего гомона.

— Вита, по-жааааалуйста! Не рушь наши надежды!

— Да ну вас! Приколистки!

— Кто? Мы? Да таких мужиков, как у Багровского, днем с огнем не сыщешь. Нам бы по одному и всё! Витуль, мы бы от тебя отстали.

— Пожалуй, я закажу вам ещё вина.

— Две! Две бутылки! Иначе не отстанем.

— Завтра с похмелья будете мучиться.

— Так это будет завтра. А ты Саида видишь?

И в то же русло.

Вита вроде бы поддерживала беседу, сама цедила один бокал. Напиваться нельзя. Ни в коем случае. Она не сомневалась — за ней присматривают. Кто-то, кого она пока не знает в лицо. Вита обвела взглядом ресторан. Пары, такая же компания девочек, одинокая женщина. Вроде бы и никого подозрительного нет, и всё же Вита знала — она не одна. Но проверять и узнавать, кто это, не хотелось.

А хотелось расслабиться и поболтать с подругами ни о чем. И не думать про белое платье, что уже отправили в дом Багровского.

Как и о словах Нади.

Они ничего не значили… Да и девочки всё видели иначе.

Роман вел себя безупречно весь месяц. Вита постоянно ждала от него подвоха. Малейшего. Спрашивала себя: для чего? И не находила ответа.

Возможно, ей необходимо было регулярное подтверждение, что он сволочь, и ему ни в коем случае нельзя доверять. Что все его действия направлены на одно — усмирение её бдительности.

Она не хотела ему верить. Не хотела свыкаться с мыслью, что Роман — неотъемлемая часть её жизни.

Да, она выходила за него замуж.

Как войдет, так и выйдет.

Рома словно давал ей передышку. Минимум общения, и всё по делу. Пропадал постоянно где-то. Иногда Вита, проснувшись на рассвете, подходила к окну, когда слышала шум. Ко входу подгоняли внедорожник Романа. Сам же мужчина уже спешил, спускался по крыльцу. Вита, сама того не замечая, регулярнее начала вставать раньше, и каждый раз затаивалась у окна, чтобы, не дай Бог, Багровский её увидел. Насмешки не избежать. Что-то странное толкало Виту вперед. Она даже над собой подтрунивала: неужели ей не хватало компании Романа?

Ерунда.

Ведь, правда?

Работа занимала несколько часов в день, остальное время девушка была свободна.

Первое время плохо засыпала, прислушивалась к звукам в доме.

Неужели ни разу не придет? Пожелать спокойной ночи.

Нет-нет, Вита, конечно, сразу встанет в стойку и выгонит его, но всё же… всё же… Что-то не давало ей покоя. Ворочалась она, злилась.

Даже трогала себя. Запускала пальчики в трусики и касалась волосков. Хотела дальше, но не решалась. Потом переворачивалась на живот, утыкалась головой в подушку и едва не ревела.

Эмоциональные качели были на лицо.

Она — невеста, и всем невестам положено волноваться, чем она хуже? Лишь тем, что выходит замуж из-под палки, а жених, что рьяно тащил её в ЗАГС, как-то резко сдулся.

Может, всё дело в отцовских компаниях? И Владу нужны именно они.

А не она…

Тогда всё для неё складывается благополучно.

Или нет? Почему в груди появляется неприятное жжение?

Голова пухла от мыслей.

Ко дню «икс» Вита успела накрутить себя максимально. Хорошо, что Роман сразу сообщил ей, что церемония будет проходить в доме. Никакого ЗАГСа и ресторанов.

— Тебя это устроит? — спросил, пытливо всматриваясь в лицо.

— Да.

— Ты можешь пригласить подруг.

— Хорошо.

Вот и поговорили.

Зато перед церемонией сразу оба брата заявились к ней в спальню. Один подарил баснословно дорогой браслет, а что надо второму? Вита злилась на Романа и анализировать причину обиды не желала.

Она молча наблюдала, как Роман посторонился в дверях, выпуская Влада. Тот больше не посмотрел на Виту, видимо, сказал всё, что хотел.

Зато Роман сразу же вперил взгляд на Виту. Та осталась стоять ровно. Поздно задирать подбородок.

Волнение усилилось в десятикратном размере, когда Роман выдвинулся в её сторону.

— Влад прав, ты нереально красивая.

— Ты видел платье, — отчего-то севшим голосом заметила Вита, не желая признавать, что комплимент ей пришелся по душе.

Роман искренне поморщился.

— Причем тут платье, Гу… Вита? Я про тебя говорю.

Он остановился в шаге от неё, и Вите даже на короткий миг показалось, что он заставил себя остановиться.

— Ты у меня невероятно красивая, — сказал с легким придыханием.

Вита ему поверила. Не могла не поверить. В горле запершило, и она легонько закашлялась.

— Спасибо.

— Я хотел бы первым сделать тебе подарок, Виталина, но в клане другие правила. Влад — глава и мой старший брат, — Вита не поверила своим ушам, потому что Роман говорил сбивчиво, явно тоже волнуясь.

Багровский?

Может, и для него что-то значил этот день?

Вита решила промолчать. Да и не получался у неё сегодня диалог, язык не слушался.

Роман, почти копируя движения брата, поднял руку и залез во внутренний карман пиджака. Коробочки не последовало, зато от увиденного защипало в глазах.

— Но первым выбрал я. Увидел и понял, что оно предназначено для тебя. Браслет уже Влад потом докупал. Повернись ко мне спиной, пожалуйста.

Вита не могла отказать. На ватных ногах повернулась, выполняя просьбу Ромы, с запозданием поняв, что они стоят напротив трюмо с зеркалом. И их отражения хорошо видны.

Происходящее напомнило Вите кадр из фильма. Не иначе. Потому что слишком нереально именно для них — для Виталины и Романа.

Рома надевал ей на шею изумительное по красоте бриллиантовое колье, составляющее композицию с браслетом. И стоящее… Вита даже не могла представить сколько.

Кровь прильнула к лицу, быстрее побежала по телу. Стоящий за спиной Роман улыбнулся:

— Нравится?

Вита не стала лукавить.

— Да. 152e1bc

Внезапно руки Ромы, что до этого даже не касались её кожи, опустились на её открытые плечи и ощутимо сжали. Шею же опалили его горячие губы.

— Соскучился… Не могу, — его хриплый стон разрядом тока прошёлся по позвоночнику.

Вита замерла, не в силах отвести взгляда от их отражения. Вернее, от лица Багровского. Оно исказилось, точно Рома испытывал боль. Его крупные ладони бронзовым пятном выделялись на её коже, заявляя на саму Виту права. Девушка поразилась увиденному. Более того, оно отзеркалилось и на эмоциях Виты.

Губы оставляли на её шее след. Они не ласкали, больше покусывали, вызывая в теле девушки непонятную дрожь.

Месяц он к ней не прикасался. Целых тридцать дней никакого посягательства. А сейчас… опалил, осыпал искрами, и не только от перелива бриллиантов.

Его руки крепко держали её, не давая шанса вырваться. Вита и сама не хотела. По крайней мере, здесь и сейчас. Она попала в плен отражения Романа. Его лица, носящего отпечаток страсти. Прикрытых глаз, сведенных на переносице бровей.

А его «соскучился» и вовсе поразило её. Если бы Виту в тот момент спросили, почему, она не нашлась бы, что сказать. Так чувствовала и только.

— Думал, сдохну, за этот месяц, Вит, — его шепот оседал на её коже. — Но сегодня ты станешь моей, девочка. Моей.