Глава 16

Глава 16

- Что вы делаете? – спросила испуганным шёпотом.

- Успокойся, малышка. Ничего предосудительного я с тобой сейчас делать не собираюсь. Всего лишь почищу твою ауру, - с улыбкой поведал ловец.

Что значит «сейчас»? А потом, значит, собирается? Но эти мысли вылетели из головы, когда дошёл смысл остальных слов.

- Вы меня совсем дурочкой считаете? – вопросила возмущённо. – Правду сказать смелости не хватает?

- Поясни, – нахмурился Парис, уже устроившийся возле меня и сейчас лежащий на боку, подпирая голову согнутой в локте рукой.

- Как вы можете чистить мою ауру, если в принципе не способны её увидеть? – с готовностью ответила я. – Да её, этой ауры, у бездарных может и вовсе нет.

Натан тихо рассмеялся, устраиваясь поудобнее, а потом, подавшись ко мне, прошептал почти у самого уха:

- Ты так трогательно наивна, Тани, что дурочкой тебя назвать язык не поворачивается. Но ведь ты уже поняла, что мои возможности… несколько шире, чем у остальных местных магов. Не так ли? Так что, делай выводы.

Ага, значит, всё-таки дурой считает! Но это не самое страшное, страшнее то, что вот так прямо признался! И теперь, раскрыв одну из своих тайн, не отпустит… по крайней мере живой.

- Это всё, конечно, жутко интересно, но выводы делать вообще как-то не хочется. Я лучше сделаю вид, что ничего не слышала. И вас попросила бы притвориться, что вы мне ничего не говорили, - выпалила на одном дыхании.

- А смысл? – пожал плечами маг. – Ты всё равно уже знаешь, что я… несколько отличаюсь от местного сообщества магов. И для меня твоя осведомлённость не секрет. Сам виноват, - недовольно поморщился он.

- Ничего я не знаю! – поспешила опровергнуть гнусные инсинуации.

- Знаешь, - протянул Парис, пододвигаясь поближе. – А тот факт, что так отчаянно не желаешь это признавать, наталкивает на мысль, что… одна любопытная малышка успела сунуть свой симпатичный носик куда не следовало и разнюхать гораздо больше, чем я предполагал.

Я скосила взгляд на начальство и уверенно проговорила:

- Не понимаю, о чём вы.

Ловец хмыкнул, но промолчал… и ещё чуть-чуть придвинулся.

- Хватит ко мне подползать! И вообще, неужели нельзя одеться? – нервно поглядывая на мужчину почти прокричала я.

- Нельзя, - посуровев ответил Натан. – Видишь ли, для некоторых видов воздействия необходим физический контакт с энергетической субстанцией, в данном случае речь идёт о твоей ауре. Через одежду дольше.

Мне показалось, что один мой глаз ещё больше скосился на ловца, а другой в противоположную сторону.

- Не понимаешь? Долго объяснять, потом как-нибудь расскажу, если захочешь, - заметив мою пантомиму проговорил Парис. – Сейчас могу сказать только одно, благодаря тому, что на мне нет одежды, я уже почти установил контроль над твоей аурой. Ещё немного и смогу уничтожить повреждённые участки.

- Уничтожить?! – испуганно пискнула я.

- Урон будет минимальным, пострадал только внешний слой, во внутренние эта дрянь ещё не успела просочиться. Со временем всё само восстановится, - пояснил маг.

- Ааа, ну если восстановится… - сделала вид, будто что-то поняла.

Знания об ауре и всём, что с ней связано относились к целительству, а этот вид магии не имеет никакого отношения к экономике, поэтому про него я вообще практически ничего не знала. Вот ребята из контроля за магическим социальным обслуживанием может что-то и поняли бы, мне же оставалось уповать только на порядочность начальства, уже не единожды продемонстрировавшего полное отсутствие оной.

- Потерпи, ещё чуть-чуть, уже почти всё, - тем временем тихо проговорил ловец.

И придвинулся совсем уж неприлично близко. А потом ещё и руку на мою грудь положил! Слава великой магии гораздо выше стратегически важных мест, у основания шеи, прямо под ключичной ямочкой. Но я всё равно дыхание задержала… и захлебнулась хрипом на вдохе, когда Парис резко надавил большим пальцем на ямочку. Было не то, чтобы очень больно, но приятного, когда так давят на горло, точно мало.

- Вот и всё, - приобняв и успокаивающе поглаживая по голове прошептал Натан. – А теперь беги в ванную, и посиди там пару минут. Я позову, когда можно будет выйти.

Говорил он очень тихо, почти шёпотом. Но я всё равно расслышала напряжение в голосе начальства. Будто он сдерживался, будто ему… больно?

- С вами всё в порядке? – спросила, привстав и вглядываясь в лицо мужчины.

- Иди, - сквозь зубы повторил он.

Ослушаться или расспрашивать я не решилась. Осторожно, с опаской, встала с кровати, по широкой дуге обошла останки расколоченного не без моего участия зеркала и вышла в ванную, неплотно прикрыв за собой дверь. Ну да, не удержалась и оставила щёлочку, чтобы посмотреть, что дальше будет.

А дальше ловец тоже медленно поднялся, подошёл к окну, задёрнул плотные серые шторы, тоже самое проделал с остальными двумя окнами, после чего вышел на середину комнаты и замер в полумраке. В ванной освещение если и было, то магическое, так что я вообще в полной темноте в виду отсутствия здесь окон пребывала, так что мне было хорошо видно. О том же, что полосу невидимого для меня света из приоткрытой двери может заметить Натан я догадалась только когда услышала:

- Глаза прикрой, а лучше вообще дверь закрой.

Ловец сказал и отвернулся, встав спиной к окнам, а ко мне оказавшись боком, под таким углом, что дверь в ванную больше видеть не мог. И я, конечно же, не стала закрывать ни дверь, ни глаза – любопытно же. И вот зря я его не послушала!

С минуту совершенно ничего не происходило, Парис просто стоял посреди комнаты, раскинув руки в стороны. А потом он буквально взорвался слепящим золотистым светом. Вспышка была короткой, но мне этого вполне хватило, чтобы ослепнуть минут на десять. Если бы не невидимый щит, поглотивший свечение буквально в паре дюймов от моего любопытного носа, то и вовсе зрения лишилась бы, наверное. Глаза пекло, по щекам катились слёзы, а отпрянув от двери в момент этого светопреставления, я ещё и локоть ушибла обо что-то. В результате из ванной меня выводил Натан. Он не ругался, но не преминул напомнить, что старших нужно слушаться. Я шипела, психовала, но возразить было нечего. Разве что…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- А вы точно убрали эту штуку? – спросила потирая саднящий локоть. – Просто с несчастными случаями картина как-то не намного лучше стала.

- Тут уже дело не в несчастных случайностях. Извини, но невезение и неуклюжесть я вылечить не в силах, - посмеиваясь ответил ловец.

- Я не неуклюжая, - пробурчала насупившись.

- Да, ты просто ходячая неприятность, - усмехнулся Натан, шутливо щёлкнув меня по носу.

Я бы может и успела отстраниться, но не видела же ничего. И от руки, погладившей по щеке, стирая дорожки слёз, тоже увернуться не могла. Да я была совершенно беспомощна! И почувствовав на щеке вместо пальцев дыхание, дёрнулась было, но упёрлась спиной в спинку кресла, на которое меня усадил ловец, и почувствовала себя… пойманной. А когда дыхание коснулось губ, вообще голову в плечи втянула и в подлокотники вцепилась мёртвой хваткой, готовая закричать в любой момент. Но почему-то не закричала. Поцелуй был едва ощутимым, почти невесомым. И прекратился раньше, чем я успела определиться, как реагировать.

- Ты как обиженная кошка, - прошептал Натан у самого уха. – Дрожишь, шипишь в ожидании удара. И теряешься, получив вместо грубости ласку.

Что я могла на это ответить? Как должна реагировать кошка, не видевшая от хозяина ничего, кроме притворства и коварства? Не знаю как кошка, а я Парису не верила, и доверять не собиралась. И на попытки шпиона приручить реагировать буду соответственно.

- Тренировок, как ты понимаешь, сегодня больше не будет, - откуда-то из другого конца комнаты проговорил Парис будничным тоном. – И вообще, нечего тебе в управлении делать. Тренироваться впредь будем в городском доме, либо в пригороде, на кротах. Учитывая повышенный интерес вещуна к твоей персоне, больше вашей встречи я не допущу.

Кто-то против? Я только «за»! Мне и самой как-то не особо хочется со старикашкой общаться. Уж больно он… ревнивый.

Глаза слезиться перестали, я смогла различить смутный силуэт копошащегося у кровати начальства. Ловец изволил наконец-то озаботиться своим внешним видом и сейчас одевался.

- Зеркало жаль. Теперь придётся мотаться за город, в имение, - продолжил разглагольствовать маг, натягивая куртку.

Надо же, а я и не думала, что у моего начальства загородная недвижимость имеется. Какой мне, оказывается, зажиточный ловец попался. Маги обычно предпочитали жить в городе и, как правило, не обременяли себя большими земельными владениями, будучи от природы недоверчивыми, чтобы вверить управление землёй кому-то другому, и достаточно ленивыми, чтобы возиться с хозяйством самим. А мой ловец вот, целое имение! Либо не ленивый, либо доверчивый. Скорее первое, вон какую активную деятельность вокруг меня развёл, так что точно не ленивый.

- Хм, а может вообще тебя в Холфор переселить? – рассуждал тем временем Парис. – Ну в самом деле, что тебе в городе делать? Для работы со мной ты пока не готова, да и интерес вещуна напрягает, если честно. У этого старикашки слишком длинные руки и обширные возможности. А в Холфоре он тебя точно не достанет. Поживёшь пока там, а потом… заберу тебя с собой. Здесь тебя всё равно ничего не держит, я прав?

Потерявшись в потоке новой информации, и в ещё большем потоке порождённых ею вопросов я не сразу поняла, что кто-то наконец-то соизволил моим мнением поинтересоваться.

- Ни в какой Холфор я не поеду! – заявила уверенно. Это что вообще за патриархальные замашки? – У меня свои планы!

- Интересно… Поделишься? – тут же заинтересовался ловец.

Делиться я не хотела, поэтому решила сменить тему.

- А кто он вообще такой, этот длиннорукий вещун? – спросила, растирая глаза. Видела я уже гораздо лучше, но ощущение, будто песка в глаза насыпали, ещё не прошло.

- Не хочешь говорить, - хмыкнул Натан.

Нет, ну а чего он ждал? С чего мне с ним откровенничать?

Пожала плечами и повторила вопрос:

- Так кто такой вещун?

- О, это довольно интересная личность. Удивлён, что ты про него не слышала. Хотя… Новая религия нашла распространение не так давно, и рассчитана в основном на магов, - проговорил ловец.

Он думает, что ответил на мой вопрос? Да их только больше стало! Неужели нельзя нормально объяснить? Моё недовольное сопение было видимо настолько красноречивым, что Парис расщедрился.

- Дома подробно всё расскажу, а ты взамен поделишься своими планами на будущее, идёт? – предложил он.

Да что ему мои планы дались?! Но узнать про старичка очень хотелось, поэтому я без зазрения совести согласилась на обмен информацией, откровенничать, разумеется, не собираясь. Так, навру чего-нибудь.

Здание городского управления мы покидали степенной парочкой, и на этот раз я передвигалась самостоятельно! Так и спустились на первый этаж под ручку, пересекли холл, вышли и направились к уже ожидающим лошадям. Пару шёпотков в спину из разряда «помирились» и «совсем молодёжь совесть потеряла» я благоразумно проигнорировала. А Натан так и вовсе, кажется, не расслышал. Начальство пребывало в глубокой задумчивости и едва не вскочило на мою кобылу, спутав её со своим скакуном по рассеянности. И о чём он так глубоко задумался? Строит планы, как запереть меня в глуши, спрятав заодно и свои тайны? Но я решила побыть хорошей девочкой и мыслительному процессу не мешала, помалкивая всю дорогу до дома. Думай наздоровье, мне не жалко. Всё равно по-моему будет! Лишь у крыльца Парис отмер, встрепенулся, окинул меня осмысленным взглядом, сощурился и вопросил:

- Я могу надеяться, что за пару часов ты ничего не натворишь и никуда не вляпаешься?

Я обиделась. Вот честно! Разве я давала повод считать себя настолько не благонадёжной? Он же сам знает, что все сегодняшние несчастья щедро сыпались на меня с лёгкой крючковатой ручонки мерзкого дедули-вещуна. Ну, почти все…

- Можете катиться куда вы там хотели, я в состоянии о себе позаботиться, - заявила, гордо вздёрнув подбородок, и не менее гордо вошла в дом.

- Вернусь к ужину! – понеслось мне в спину.

Захлопнула дверь вместо ответа и, продолжая обиженно сопеть, отправилась к себе. Больно мне интересно, когда ты вернёшься! И только добравшись до двери своей комнаты задумалась о том, что поводов для обид в принципе нет. Ну в самом деле, кто он мне такой, этот ловец, чтобы меня заботило его мнение? Ну да, помог. Так не из благородства, а для личной выгоды, с намерением воспользоваться моим плачевным положением. И вообще, он шпион! Нам с ним точно не по пути. Идти по его кривой дорожке я точно не намерена, не впечатляет. Нужно только немного потерпеть, а потом либо сама уволюсь, либо его разоблачу. И всё, разойдутся наши пути.

На этом и успокоилась. А войдя в комнату и вовсе Париса из головы выкинула. На столике у кровати терпеливо дожидались внимания порядком измятый, но до сих пор не распечатанный подарок от господина Нгорна и не менее потрёпанная, но так и не прочитанная газета.

В комнате явно побывала прислуга, кровать была застелена, на подоконнике, в пухлой керамической вазочке красовался маленький букетик садовых фиалок, одежда перекочевала в шкаф. И я даже не разозлилась на самоуправство. Просто сама бы ещё неизвестно сколько собиралась свои немногочисленные пожитки разложить. Мысленно поблагодарила деятельную прислугу и, сбросив ботиночки, завалилась на кровать, намереваясь начать с не самого приятного, но, безусловно, важного. Чтением газет занялась, в общем.

Статья о «найденном дежурным патрулём» в тёмной подворотне квартала доходных домов трупе красовалась на первой странице. Довольно точная иллюстрация того самого переулка всколыхнула воспоминания и в душе опять шевельнулся червячок вины. Из скупого очерка я узнала, что убитый был так называемым зазывалой.

Всех детей, обладающих магическим потенциалом, независимо от социального статуса их родителей, отправляли учиться в специализированные школы. Их воспитывали как будущих магов, им с малых лет вдалбливали в головы, что они станут магами, а магия это большая сила, но и большая ответственность, их готовили стать хозяевами жизни. Но, по окончании пятилетнего обучения убеждённые в своей исключительности дети должны были выбрать подходящую гимназию, для получения уже более узкоспециализированного образования. И вот тут-то начинались проблемы. Дело в том, что не из всех детей, в которых удалось рассмотреть крупицы магического дара получались полноценные маги. Были среди одарённых детей и те, чей дар оказался слишком слабым. И вот таких, отбракованных, в магические гимназии уже не принимали. Кому-то удавалось смириться и продолжить обучение в обычных школах, или найти профессию по душе и пойти в подмастерья. Но были среди этих «выброшенных из гнезда» детей и те, кто не мог смириться со своей «неполноценностью». Вот именно они, обиженные и обманутые, и становились кто воришками, кто аферистами, а кто и зазывалами. Кому на что хватало тех крох магии, что в них теплилась. Мне не посчастливилось столкнуться с зазывалой. Единственным, на что хватило его магического дара, было умение временно подчинять животных. Зазывалы промышляли скотокрадством, похищали ради выкупа любимых питомцев особо зажиточных господ, но и торговлей людьми не гнушались, если подворачивалась такая возможность. Застреленный мной зазывала, как оказалось, был в союзном розыске по обвинению в конокрадстве и похищении двух девушек! Я не была его первой жертвой, что, в общем-то, не удивляло. Но чувство вины от подобной информации как-то поутихло. Этот мерзавец исковеркал судьбы двух ни в чём неповинных девушек, и я могла оказаться третьей. Возможно, тот выстрел спас не только меня, но и многих будущих жертв зазывалы. Не идеальное оправдание, конечно, но вполне жизнеспособное.