9

— Как вы могли не понять, что в коробке рахибанра? Вы же маг с огромным практическим опытом!

Я помогла Аэлории подняться и усадила её в старое скрипящее кресло. Правая рука старухи полностью онемела, левая кое-как ещё работала, ноги заплетались и слушались её с трудом.

— А ты точно училась три года в академии? — спросила Аэлория, глядя на меня с подозрением.

Теперь, находясь вблизи, я смогла хорошо рассмотреть её лицо. Такое некрасивое и морщинистое, с крупным носом и узкими губами, при этом с живыми карими глазами. На фоне морщин и густых седых бровей глаза выглядели странно и немного неуместно.

— Точно, — кивнула я. — Только… э-э-э… не слишком прилежно.

— Я так и подумала. Иначе ты бы не перепутала рахибанру с пауком и знала бы, что её невозможно почувствовать с помощью магии. На неё вообще магия не действует.

— Куда она вас укусила?

— В правую руку.

— Давайте снимем перчатку и посмотрим на рану, — предложила я, протягивая руку.

— Нет! — Аэлория дёрнулась, отталкивая меня. — Нечего там смотреть! И так понятно, что действие яда уже началось.

— Но вы же не умрёте?

— Если в ближайшие пятнадцать часов не приму противоядие, то на целый год останусь в таком состоянии — еле двигающейся калекой, лишённой магических сил. Возможно, лучше бы я умерла, — пробормотала старуха.

— Пятнадцать часов? Так это же куча времени! — воскликнула я. — Надо просто раздобыть до утра живую рахибанру, и всё.

— Какая же ты бестолочь, — покачала головой Аэлория. — Как тебя вообще, такую тупую, выпустили из академии?

— Ну, по правде говоря, я провалила выпускной экзамен. У меня пересдача через год.

— И почему меня это не удивляет? Что ж за наказание на мою голову? — нервно хохотнула Аэлория. — Просто раздобыть живую рахибанру, и всё! — передразнила она меня противным голосом. — Ты конечно же не знаешь, тупая дубина, что рахибанры вне закона! Их запрещено держать или разводить под страхом тюремного заключения! А обитают эти твари только на болотах Забвения за Дальними Лугами, куда ехать не меньше трёх дней!

— Но ведь кто-то же прислал вам живую рахибанру, — заметила я и снова взглянула на коробку, лежащую на столе.

Обычная подарочная коробка с надписью «в день рождения», перевязана зелёной атласной лентой. Последний посетитель представился работником службы доставки. По словам Аэлории он записался к ней в качестве клиента. По виду обычный дружелюбный юноша. Пришёл, поздоровался, бросил несколько ничего не значащих фраз, а потом положил коробку на стол и сообщил, что это подарок от друзей.

— Кто-то прислал, и этот кто-то находится в Арканополе, — проговорила Аэлория.

— Почему? Может, посылку отправили прямо из болот Забвения?

— Нет! Рахибанры живут в воде и только семьями. Они не выносят одиночества. Рахибанра, разделённая с семьёй, погибает в течение двенадцати часов. Поэтому её не могли отправить из болот.

— Тогда надо срочно обратиться в инспекцию по надзору с заявлением о преступлении! — воскликнула я.

— Нет! — поспешно возразила Аэлория.

— Но почему? Они помогут поймать преступника и, возможно, достать противоядие.

— Терпеть не могу государственных инспекторов, — пояснила старуха. — Из опыта знаю, что от них обычно ещё больше неприятностей.

— С вами трудно не согласиться, — я сразу подумала о Люкане. — Хорошо. Тогда нужно обратиться в службу доставки и узнать, кто заказал услугу.

Я подошла к столу, осторожно взяла коробку, перевернула её и с визгом отшвырнула в сторону, когда из коробки что-то выпало.

— Что там? Чего орёшь? — встрепенулась Аэлория.

— Ещё не знаю, — я с опаской подняла с пола маленький бумажный листок. — Кажется, поздравительная открытка. Хотя… не совсем поздравительная.

— Дай сюда! — велела Аэлория, и я протянула ей листок.

— Я знаю, кто ты на самом деле, — прочитала старуха и тут же выронила листок из непослушных пальцев. — Что⁈ Чушь какая-то! Бред сумасшедшего! Полная ерунда! Я — Аэлория Эфус! Я тоже знаю, кто я на самом деле!

Несмотря на выкрикивания Аэлории, в её голосе явно слышался страх. Похоже, у старухи есть какая-то тайна и, судя по всему, есть тайный враг. Или враги. И сегодня они решили с ней поквитаться. Ой, ну до чего же интересно!

— Кстати, госпожа Аэлория, с днём рождения, — сказала я и премило улыбнулась. — Если бы знала, что у вас сегодня праздник, пришла бы с подарком.

— Чего? С каким ещё днём… ах, да, — скривилась старуха. — Нет уж, хватит с меня подарков на сегодня.

Я снова взяла в руки коробку и прочитала на обороте: «Всё будет доставлено молниеносно. Служба доставки 'Молния». Знакомое название! Где-то я уже сегодня его слышала… В памяти всплыл разговор с Орнеттой Баскес и появление в комнате её помощницы, которая сообщила о том, что на связи «Молния». Ну конечно! «Молния»! И доставщик, который записался как клиент! Пока всё сходится! А ещё Орнетта говорила, что Аэлория Эфус не желает считаться с местной корпорацией магов, а тот бородатый дядька из службы доставки пообещал ей, что после сегодняшней доставки все проблемы закончатся. Наверняка речь шла об Аэлории!

Ох, у меня аж спина зачесалась при мысли, что такая респектабельная магичка как Орнетта Баскес может быть замешана в ужасном преступлении! Святые эльфы, вот так история вырисовывается! Так, Тильда, только не спеши с выводами! Сначала надо удостовериться, что это та самая доставка, которую заказала госпожа Баскес. А для этого надо расспросить доставщика из «Молнии».

— У меня тут появилась кое-какая мысль, — сообщила я Аэлории.

— У тебя мысль? Да неужели? — фыркнула та. — Может, поделишься?

— Поделюсь. Только сперва свяжусь со службой доставки. Где тут у вас зеркало вызова?

— Чего? Зеркало вызова? Оглянись! Думаешь, я могу себе позволить такую роскошь?

— Ясно. Тогда никуда не уходите, я быстро! — бросила я на ходу, выбегая из дома.

К моему счастью, контора «Молнии» находилась всего лишь в пяти кварталах от дома Аэлории, поэтому я примчалась туда минут через двадцать. Сначала отдышалась и привела себя в порядок, а потом с самой обворожительной улыбкой впорхнула внутрь.

— Здравствуйте! Чем можем быть полезны? — осведомилась женщина, сидящая за конторкой.

— И вам добрый день! Тут такое дело, — начала я, — сегодня ваша компания доставила моей бабушке подарок ко дню рождения…

— Что-то не так с подарком? Упаковка вскрыта? Содержимое испорчено? Доставщик был груб? — разволновалась женщина.

— Нет-нет, что вы! Всё отлично! — поспешила я её успокоить. — И подарок, и доставка! Бабушка… э-э-э… не находит места от радости. Прямо-таки рыдает от счастья!

— Как приятно это слышать!

— Так вот, бабушка в восторге, но не может понять, кто же это такой внимательный и заботливый? Ей очень хочется поблагодарить дарителя!

— Ну, возможно, даритель хотел остаться неизвестным. Знаете, у нас так бывает. Как зовут вашу бабушку?

— Аэлория Эфус.

— Так, сейчас посмотрим, — женщина раскрыла большую книгу для записей. — Вот! Сегодня упаковали, сегодня и доставили. Но позвольте! К подарку прилагалась поздравительная карточка от дарителя. Ваша бабушка её прочла? Там всё написано.

Ага, как же, поздравительная карточка. Вряд ли то сообщение можно назвать поздравлением.

— Карточка? — я сделала удивлённые глаза. — Не было карточки! Только подарок. Я сама всё пересмотрела несколько раз.

— Странно, — пожала плечами женщина. — Карточку должны были положить при упаковке.

— Но её нет. Поэтому я и прошу имя этого великодушного человека, чтобы бабуля могла поблагодарить.

— Что-то случилось?

Из двери позади женщины вышел пожилой бородатый мужчина, тот самый, с которым разговаривала госпожа Баскес. Женщина быстро изложила ему мою просьбу, и мужчина покачал головой:

— Мы просим прощения за досадное недоразумение, возникшее из-за оплошности упаковщика. Заказчик, точнее, заказчица доставки не собиралась оставаться анонимной, наоборот, она хотела, чтобы госпожа Эфус знала, кто приготовил ей подарок. Это госпожа Орнетта Баскес. Так что ваша бабушка может адресовать слова благодарности ей.

— О! Она обязательно их адресует! Спасибо вам огромное!

Я выскочила из «Молнии» и помчалась обратно к дому Аэлории.

За время моего отсутствия практически ничего не изменилось. Старуха по-прежнему сидела в кресле, только полосатый Плут переместился с полки на стол.

— Я знаю, кто заказал доставку рахибанры! — заявила я с порога.

— И кто же?

— Орнетта Баскес!

— Да ла-адно! — с сомнением протянула старуха. — Зачем этой напыщенной, самоуверенной и к тому же успешной Орнетте присылать мне рахибанру, да ещё и воспользовавшись службой доставки. Как-то глупо с её стороны.

— А вы хорошо знаете Орнетту?

— Плохо. Но совсем не горю желаем узнать лучше. Как и всех остальных арканопольских магов! — воскликнула Аэлория. — Я переехала в Арканополь полгода назад и с тех пор они мне порядком надоели своей назойливостью. Особенно Орнетта. Заявлялась ко мне несколько раз, что-то там плела про корпорацию и какие-то правила.

— Вот-вот! Местные маги очень недовольны, что вы не принимаете правил корпорации! А Орнетта у них, как я поняла, вроде за главную.

Я вкратце рассказала Аэлории о том, что увидела и услышала, находясь у госпожи Баскес.

— Ну что? Теперь можно заявить о преступлении в инспекцию по надзору?

— Теперь тем более нельзя!

— Ничего не понимаю. Я бы обязательно заявила!

Аэлория, похоже, не разделяла моего энтузиазма и какое-то время молчала, находясь в задумчивости.

— Слушай, недотёпа, а с какого перепуга тебе приспичило так навязчиво напрашиваться в помощницы? — наконец выдала она. — Только честно.

— Незаконно применила вчера магию, — вздохнула я, — а заметившему это инспектору по надзору соврала, что работаю помощницей мага в Арканополе. У инспектора ко мне личный счёт. Завтра у него инспекция на улице Желанного Успеха. Ну и… сами понимаете.

— Очень хорошо понимаю, — кивнула старуха. — Значит, ты всё ещё хочешь стать моей помощницей?

— Хочу!

Ещё бы не хотеть! У меня разве есть варианты, не считая Даркета и Кортозана?

— Если достанешь до утра живую рахибанру, даю слово магической чести, что сделаю тебя своей помощницей.

— С правом применения магии? — уточнила я.

— А это обязательное условие? — засомневалась Аэлория. — Я думала, ты просто будешь у меня прибираться и выполнять поручения типа «подай-принеси».

— Обязательное!

— Ладно, с правом применения магии. Даю слово.

У меня от радости аж мурашки по спине побежали. Слово магической чести — это покруче государственной печати. Я чуть не бросилась Аэлории в объятия, но потом спохватилась:

— А где же я возьму живую рахибанру?

— У Орнетты Баскес, конечно. Помнишь, что рахибанры не выносят одиночества и живут семьями?

— Точно! Выходит, у неё есть целое семейство? Поняла. Уже бегу!

Я направилась к двери, но Аэлория окликнула меня:

— И куда ты собралась?

— К госпоже Баскес, за рахибанрой.

— Я уже начинаю жалеть о данном слове, — проворчала старуха. — Всё-таки ты большая тупица. Думаешь явиться к ней и попросить тварюку, за которую по закону грозит тюремное заключение? Попросишь для скорейшего исцеления Аэлории, к которой Орнетта отправила рахибанру, чтобы лишить магической силы?

В словах старухи был логический смысл, поэтому я остановилась:

— А как же мне её раздобыть?

— Скорее всего так, чтобы Орнетта об этом не знала.

— То есть, — кажется, я начала догадываться, какого риска мне будет стоить должность помощницы мага, — я должна её украсть?

— Наконец-то ты начинаешь соображать, — кивнула Аэлория. — Приносишь рахибанру — становишься помощницей.

Как всё просто и заманчиво. К одному преступлению добавить ещё парочку. Только, похоже, иного пути у меня нет. Ну просто полный феерический фейрец!