25

Это лицо я хотела бы увидеть снова разве что если бы попала в преисподнюю, но «дядюшка» стоял передо мной, радостно улыбаясь, будто мы тут действительно решили воссоединиться, как любящие друг друга родственники. У меня же сил не было подняться — няня хорошо позаботилась о том, чтобы магию свою я ещё долго не смогла использовать.

─ Почему? ─ было первым, что я спросила у женщины, но та продолжала молчать, а вот чудовище из моих кошмаров ответило за неё.

─ Нужно же было как-то мотивировать тебя к побегу. После всех историй, что я она рассказывала, после мыслей о смерти своего единственного близкого человека, ты должна была захотеть уйти. ─ Он присел рядом, схватил за волосы и больно сжал их в кулаке. ─ И ты ушла.

Его лицо было по-прежнему отталкивающим. Ещё в тот раз, когда он вытащил меня из шкафа, я не спешила идти к нему в объятия — было в привлекательном на вид незнакомце с яркими голубыми глазами, представившимся братом моей мамы, что-то отталкивающее. Наверное, именно слишком уж добрый взгляд мне и не понравился… Жаль, я тогда не умела слушать внутренние голоса.

─ Это вы всех убили? Зачем?

Меня подняли, чтобы цепь, которой были скованы руки и ноги, можно было накинуть на крюк в потолке, и вскоре я повисла на своих кандалах, едва касаясь каменного пола кончиками пальцев.

─ Зачем? Потому что они были предателями, ─ ответил он, не отказав себе в удовольствии облапить моё тело, и его липкие прикосновения возрождали в памяти всё то, что произошло. ─ Большинство тех, кто там жил, сбежали в этот городок подальше от своей судьбы… Думали, что скроются под защитой этой твари! ─ обойдя меня и приблизив моё лицо за подбородок, выплюнул. ─ Но от судьбы не уйдёшь. Верно, Селина?

Собственное, казалось, давно забытое имя, показалось таким чужим, что я не с первой попытки поняла, к кому он обращался. Однако ужаснуло не это.

─ Вы о моём отце?

─ Отце? ─ рассмеялся он. ─ Он всего лишь поучаствовал в твоём зачатии. Видишь ли, маленькая дрянь, ─ росчерк тупой стороной лезвия по щеке, ─ твоя мамаша слишком уж крутила хвостом, привлекая ненужное внимание. Сбегала в город, и там этот ублюдок её и заприметил. А потом совсем обнаглел и решил похитить для себя — наобещал всего, включая безопасность от собственной семьи. Но разве можно забирать кого-то от родных, а?

Меня тошнило от его запаха, но это была малая плата за правду.

─ Можно, если семья похожа на ад.

─ Ад? Да что ты можешь знать об этом, идиотка? ─ закричал он. ─ Мы всегда берегли своих дочерей, воспитывали их в лучших традициях нашего общества, а какие-то уроды с крыльями решили, будто имеют права на них посягать?

Какие-то? Выходит, это был не единичный случай, когда Высшие обращали внимание на наших девушек?

─ И вы решили, что можно от них избавиться?

─ Избавиться можно от любого, если знать, как. А ты в курсе, что так называемые Высшие прячут от всего мира средство, способное воскресить мертвеца, снова сделав его человеком? ─ подавшись близко-близко, спросил он, скалясь, как настоящий безумец, и я поняла, что в его взгляде действительно нет ничего, кроме одержимости. ─ Мы веками охотились за ним, но эти сволочи на время исчезли, сделав вид, что посдыхали. И каково же было наше удивление, когда они вдруг решили выйти из тени?

У меня уже затекли руки, только эти ощущения помогали отвлечься.

─ Вам-то оно зачем?

─ А ты бы разве не хотела вернуть мамочку? ─ ухмыльнулся, и грудь обожгло горем. ─ Такими ценностями не имеют права обладать те, кто присваивает чужих дочерей, будто собственность. У них итак слишком много привилегий! Плодородные земли, рудники… Они живут, как у богов за пазухой, пока остальной мир загнивает от голода! Но мы нашли способ.

─ Какой же? Призвать тьму?

Его улыбка не нравилась мне, но кому какое дело истинному злу до моих чувств, когда это он тут решил душу излить, верно?

─ А что есть тьма? Всего лишь помощница на пути к цели, ─ философски изрёк он, не забывая скользить лезвием по моей коже, пока за этим отстранённо наблюдала няня, словно бездушная кукла. Нет, я не позволю и с собой такое сделать…

─ Те девушки… Что вы с ними сотворили в ту ночь?

─ О, они стали оружием нашего бога, ─ довольно пропело чудовище. ─ И ты тоже, Селина.

Я вздрогнула от нехорошей догадки, что скользкой змеёй пробралась в разум.

─ Что? Что ты сделал?!

─ Всего лишь сделал вас всех привлекательными для этих тварей. Сделал приманкой, и знаешь, все они заманили сюда своих жертв, ─ обрадованный моей реакцией, признался он, смакуя каждое слова, как деликатес. ─ Ты последняя.

Я дёрнулась в оковах, причиняя себе боль, только на этот раз она не могла отрезвить от того жуткого осознания, которое обрушилось всей своей безжалостностью. Я — всего лишь марионетка, и чувства, которые ко мне испытывали, ненастоящие? А как же Рысь? А как же цветок, что сейчас обжигал, будто не согласный с такой несправедливостью? Этого просто не может быть…

─ Что вам нужно от меня?

Моё плечо обнажили, резко сдёрнув воротник платья, и печально известный кинжал прошёлся по рисунку, заставив тот ярко вспыхнуть.

─ Мы отправим сообщение твоему крылатому. И если он ещё не здесь, то в самое ближайшее время мы будем принимать здесь дорогого гостя, ─ сказал дядя, разглядывая мерцание. ─ Но сперва…

Когда он дал знак, ко мне приблизилась няня и прямо у него на глазах залезла мне под подол. Холодные пальцы принялись исследовать со всем тщанием и дотошностью, а я просто отрешилась от происходящего, не веря, не воспринимая всё… Сил для борьбы не было. Их словно выкачало всё то зло, что творилось в этих стенах, и стоило мне здесь оказаться, я заново ощутила собственную беспомощность.

─ Это хорошо, что ты не успела понести, ─ спустя бесконечные минуты донёсся голос дяди. ─ У тебя будет другая жизнь.

Он поднёс кинжал к рисунку сияющего во тьме цветка и надавил, словно намеревался его срезать, когда раздались шаги, и рядом появился тот, из-за кого моё сердце заболело с новой силой, будто в него воткнули острую иглу.

─ Хэм?

─ Привет, Лея, ─ помахал он рукой. ─ Хотя, Селина мне нравится больше.

Личина с его лица сползла так быстро, что я едва успела это уловить, но прошла всего секунда — и передо мной стоял совсем другой парень. Светловолосый, опасный, как острое лезвие меча, со взглядом, способным заморозить самое тёплое море, и взгляд этот пугал.

─ Познакомься с моим сыном, ─ сказал дядюшка. ─ Он станет твоим новым хозяином и господином совсем скоро… Не волнуйся, мы не родственники.

─ Мне прям так полегчало сейчас, ─ не сдержала я горькой усмешки, в и тёмном зале стало ещё темнее, а временная пауза мне совсем не понравилась.

─ Как видишь, тут воспитывать и воспитывать, ─ обратился один монстр к другому, передавая преемнику кинжал. ─ Займись будущей жёнушкой, чтобы рот почём зря не открывала, а я пока встречу гостей — они уже совсем близко.

Нет, лучше бы им сюда никогда не приходить!

Да и какой смысл идти за мной, если всё это не по-настоящему? Всё лишь иллюзия и наведённые чувства… Но почему тогда так больно?

─ Знаешь, он обещал мне тебя давно, ─ признался незнакомец, имени которого я так и не имела чести узнать. ─ Я когда тебя впервые увидел, думал, не сдержусь.

Он, как и его сумасшедший папаша начал примеряться к моему рисунку, водя кончиком кинжала, и я старалась думать о чём угодно, только не о том, что меня совсем скоро ожидало.

─ Так это ты? Ты посылал мне эти сообщения и выводил из строя технику?

─ Я знал, что ты справишься, ─ похвалил меня, потрепав по волосам, как собачонку, и тут его благодушное настроение резко изменилось. ─ А ты в курсе, каково было знать, что тебя имеет эта тварь, и ничего не делать? Тебе ведь не понравилось? Скажи, что он тебя заставил… Принудил…

О да, принудил. И такого принуждения я желала бы всем.

─ Он не просто меня имел, ─ улыбнулась я прямо в растерянное на миг лицо. ─ Его друг тоже присоединился. И знаешь, это были лучшие мгновения в моей жизни!

Пощёчина придала уверенности в себе. Не время было расклеиваться, даже если чувства хотя бы одного из мужчин ко мне были им навязаны — я должна была хотя бы попытаться дать отпор.

─ Я тебе покажу дрянь… ─ прошипел «Хэм», сдавив шею. ─ Сначала срежу эту метку… а потом и язык… Ты никогда не сможешь выбраться отсюда, а если тебе так нравятся мужики, каждую ночь будешь обслуживать всю общину, поняла?

Остриё кинжала ткнулось в кожу, прокалывая её в месте рисунка, и боль пронзила тело, а из тьмы вдруг послышался такой грозный рык, что любой бы сейчас должен был броситься прочь, вот только такие монстры ничего не боялись. Вот и этот даже не шелохнулся.

─ Смотри-ка, он и правда пришёл за тобой, ─ усмехнулся он.

Но это был не Высший.

Из темноты на него выпрыгнуло что-то невидимое и смертоносное, впиваясь клыками и разрывая глотку. Кровь брызнула во все стороны, как бусины, и безжизненное тело с грохотом свалилось на каменный пол, а к моей спине прижалось живительное тепло, согревая и утешая.

─ Знаешь, мышка, когда всё это закончится, мы тебя обязательно свяжем — ты неплохо смотришься, ─ сказал Райден, и на миг мне захотелось поверить в то, что этот цветок на моём плече — действительно символ его любви. Но я тут же вспомнила, как он появился.

─ Лея, ─ позвал мужчина, освобождая от цепей и прижимая к себе под внимательным взглядом появившегося оборотня, ─ ну что ты, маленькая? Всё почти закончилось…

Разумеется, он ловил мои эмоции, но я сама не понимала, что чувствую. Замешательство, неуверенность, боль — я путалась в этом клубке чувств, не способная отделить их друг от друга. А потом вспомнились слова дяди.

─ Здесь есть и другие Высшие, ─ крепко ухватившись за каменные плечи, сказала я.

─ Что ты хочешь этим сказать? ─ напрягся он, и Рысь тоже начал нервно порыкивать, бодая меня лобастой головой.

─ Они использовали девушек… Тот ритуал, ─ попыталась объяснить я. ─ Они заставили ваших мужчин влюбиться… Я не знаю, может, ещё что-то заставили, но теперь они тут.

Грохот, донёсшийся откуда-то из недр мрачных коридоров, подсказал, что времени для выяснений у нас не осталось.

─ Значит так, котик, ─ обратился Высший к Рыси. ─ Ты уводишь нашу мышку и отвечаешь за неё, пока я тут встречу наших друзей, и мы потолкуем до прихода императора и остальных.

─ Нет! ─ попыталась броситься к нему, но оборотень тихонько ухватил зубами за запястье. ─ Ты погибнешь здесь!

В ответ за его спиной неожиданно распахнулись огромные кожистые крылья, заполняя собой почти всё свободное пространство, и это было такое удивительное зрелище, что я на время просто застыла.

─ Мышка, я тоже тебя люблю, ─ признался вдруг. ─ Вообще-то давно мог это понять, ещё с той встречи, но не хотел признавать… Рысь тоже тебя любит всем сердцем, а потому мы не дадим тебя в обиду. Больше никогда. И даже не сомневайся в нашей искренности, поняла?

─ Нет, пожалуйста… Идём вместе!

Но он уже отправился вперёд, не оглядываясь, и только приказал:

─ Уводи её.

Рысь ухватил меня крепче, и когда мои ноги подкосились, присел, чтобы я забралась на него верхом. Бессилие почти полностью завладело мной, однако оборотень уже уносил меня прочь, а по пути я даже не замечала раскиданные вокруг тела — настолько поступок Райдена выбил из равновесия.

Мы мчались сквозь тьму, и мои слёзы исчезали в мягкой шерсти. Я даже не знала, выживет ли Высший, но мысль, что он, возможно, не выберется, выкручивала всё внутри, заставляя злиться на саму себя. Почему всё именно так обернулось? Если бы не я, их обоих бы здесь не было…

Оборотень что-то утешающе ворчал, только я не слышала, всё сильнее погружаясь в отчаяние, и так бы, наверное, могло продолжаться дальше, если бы не выросшее на пути препятствие, которое мы одновременно почувствовали заранее.

Мертвецы.

Их было слишком много, чтобы просто пройти мимо незамеченными. Они толпились впереди, загораживая собой выход, и Рысь резко остановился в десятке шагов от толпы ещё недавно живых людей. Наверное, по какой-то причине он не мог оставаться невидимым долго, а они уже чуяли нас рядом с собой, принюхиваясь к воздуху.

«Беги», ─ читалось в его янтарных глазах, и на этот раз спорить было бессмысленно.

Вдвоём нас тут сожрут в один присест, но по одиночке есть шанс… Бросив на оборотня последний взгляд, я нырнула в единственный поворот одновременно с кучей живых трупов, накинувшихся на оборотня с бешеным рёвом.

Но и меня ждал сюрприз.

─ Некуда бежать, ─ не своим голосом произнёс дядюшка, вынырнув из мрака и больно схватив за плечи.

Его окружала тёмная дымка, и когда он вытащил меня на свет, я увидела абсолютно чёрные глаза, готовые и душу забрать, если понадобится. Только ему явно было нужно что-то иное, иначе он был придушил меня сразу.

─ Мне вместе подождём императора, ─ поделился монстр, засевший в другом монстре. ─ А пока он будет сюда добираться, почему бы нам не повеселиться, маленькая Истинная?

Меня встряхнули с такой силой, что зубы стукнули друг о друга, а потом потащили обратно в ритуальный зал, где уложили на холодный камень, вынуждая ожить все мои самые страшные кошмары.

─ Знаешь, в прошлый раз мне понравилось, ─ распластав меня под собой, признался он, облизываясь. ─ Твоя невинность пришлась мне по вкусу.

Склонившись надо мной, как тогда, он издевательски медленно оголял мои бёдра, смаковал тот момент, когда снова возьмёт всё, что считает своим, и я не могла пошевелиться, парализованная вернувшимся страхом.

─ Вот так… Бойся сильнее — так ты только будешь слаще на вкус.

Его почти ледяные губы коснулись щеки — будто сама смерть поцеловала, но я не собиралась вот так умирать. Нет, хватит… Никто не заставит меня снова через это пройти, а если попытается, я утяну его за собой!

Монстр наклонился, чтобы подарить свой ядовитый поцелуй, чтобы снова заставить меня испытывать к себе отвращение, только я его больше не ощущала. Там, где билось сердце, расцвёл огненный цветок, повторяя рисунок на моём плече, и эти сильные, настоящие, мои чувства к двум мужчинам, научившим не бояться, вернули мне волю к жизни.

«Кричи…» ─ вновь потребовал кто-то, и я закричала, что было сил, оглушая чудовище.

Он дёрнулся, попытавшись закрыть уши руками, но во мне проснулась сила, и я толкнула тварь на себя, скрестив свои ноги на его пояснице и впиваясь отросшими клыками в его горло.

Кровь хлынула в рот обжигающим потоком, он попытался цапнуть меня когтями, только меня было уже не остановить. Сбросив его на пол, я разрывала его плоть собственными руками, не давая ему ни секунды, чтобы прийти в себя, чтобы хоть как-то мне противостоять. И ударив его последний раз, я добралась до сердца, пронзая его насквозь сильным ударом, с хрустом сметающим рёбра.

─ Всё, всё… ─ прошептал кто-то успокаивающе, и меня крепко стиснули, отстраняя от трупа, начавшего рассыпаться пеплом. ─ Хвостик, он мёртв.

Голос, которого я не слышала годами, вдруг обласкал теплом, и развернувшись в объятиях, я не поверила своим глазам.

─ Мама? Ты… жива?

─ Я и сама думала, что меня больше нет, ─ улыбнулась она сквозь слёзы. ─ Но теперь всё будет хорошо, слышишь?

Зал тут же начали заполнять незнакомые мужчины, и когда среди них я не увидела тех, кого хотела видеть больше всего, что-то во мне надломилось.