26
Рысь
Всё было, как в тумане.
После того, как Рай обрёл крылья, похитил меня из тюрьмы, чуть не прибив всех по пути, и мы рванули на поиски Леи, зверь мной полностью завладел. От меня словно ничего не осталось — только лишь одно единственное, заставляющее дышать, обжигая лёгкие, желание. Найти её любой ценой.
Вот только руководствоваться одними инстинктами я не мог себе позволить, а как вернуть контроль не знал. Я даже Райдена не сразу воспринял, когда он ко мне заявился, но каким-то чудом он сумел до меня достучаться, напомнив о том, что я не бешеное животное, каким себя ощутил, запертый в эту клетку.
─ Послушай, Элиан, ─ наверное, впервые за время нашего долго знакомства он обратился ко мне по имени, хотя я никогда не представлялся. У нас их просто не было. ─ Если ты не объединишься со своей человеческой половиной и не вспомнишь, что умеешь исчезать со всех радаров, нам не покинуть империю. А Лею найдут, понимаешь, котик? Найдут и заберут.
Упомянув мышку, он и сам едва удержал себя в руках, а я чуть не взорвался, но это было не всё, что Рай хотел сказать.
─ Я знаю, что твои чувства к ней не выразить словами, только и я без неё не смогу. Ты был прав, а я это признаю, слышишь? А ещё даю тебе клятву, что никогда не заставлю её страдать. Она и моя пара тоже.
До меня очень медленно, но всё же доходило сказанное, однако окончательно прийти в себя помог голос Рэна, заскочившего на огонёк.
─ Никогда не думал, что скажу это, ─ обратился он к Райдену с усмешкой, ─ но я так рад видеть тебя таким жалким.
─ Прикроешь?
К тому моменту я окончательно понял, что не хочу провести тут остаток времени, так и не подержав в объятиях нашу мышку.
─ У вас будет фора, пока дядя не кинется следом. Проваливайте и будьте осторожны, ─ со вздохом произнёс друг, цепляя на одежду Рая маячок. ─ Я пойду прямо за вами.
Он открыл мою уютную клетку, выпуская наружу, и я нетерпеливо прорычал, готовясь сражаться с любым врагом, уже понимая, что главным соперником будет потерянное время. А потом Райден перенёс нас обратно на остров, откуда Лея исчезла, и понеслось…
Из её воспоминаний мы вытянули образ прибрежного городка, где она росла, но в какой стороне его искать совсем не понимали. Ледяное отчаяние почти завладело нами, почти заставило опустить руки, и совсем неожиданно море пришло нам на помощь.
«Просто ищите сердцем…» ─ подсказал нам невидимка, и до Рая дошло первым.
─ Притяжение пар, ─ выпалил он, заражая своим вспыхнувшим оптимизмом, а после, не давая мне прийти в себя, поднял на руки, почти как невесту. ─ Расскажешь кому-нибудь — сделаю из твоей шкуры шубку для нашей мышки.
И мне пришлось заткнуться, хотя я итак пребывал в том состоянии, когда слов не было вообще. Приличных.
Мы молча поднялись в небо, и вскоре оба почуяли Лею, находя её родной городок, раскинувшийся совсем рядом. Притяжение вело, однако след резко обрывался, и вскоре стало ясно, что она находилась здесь недолго, но зато покинуть это место ей помогли.
А когда наконец-то нас перенесло в нужную локацию, и мы увидели всё своими глазами, поняли, что если вытащим мышку отсюда, нам долго придётся разгребать последствия, однако её счастье того определённо стоило. И побороться за него можно было даже с императором и целым Советом, перед которыми, если не сдохнем, предстоит отчитаться.
─ Никто из нас не должен погибнуть, понял? ─ сказал Райден, прежде чем мы кинулись к Лее, и я кивнул. ─ Она заслуживает счастья… и чтобы её как следует отшлёпали за враньё. Но сначала вырвем её из лап этих уродов.
С этим я был согласен, и вид мёртвого тела, павшего от моих зубов, понравился мне так же сильно, как мысли о нашем совместном доме.
Я готов был сражаться за наше общее будущее.
* * *
Не помня себя от ещё не утихшего безумия, я бросилась к первому попавшемуся воину, высматривая за его спиной две светлые макушки, но их нигде не было. Зато суровый взгляд, и руки, попытавшиеся преградить мне путь, всё сказали, вот только я не намерена была в это верить.
─ Пожалуйста… Дайте мне с ними увидеться!
Вряд ли он был главным, но хорошо понял, кого я имела в виду.
─ Не положено, ─ односложно ответил он. ─ Вам нужно идти к остальным.
И он опять попытался ухватить за локоть, но в этот момент в зал вошёл другой мужчина. Темноволосый, с хищным взглядом и аурой власти, он одним движением брови заставил такого же широкоплечего, как он сам воина в тяжёлой броне с уважительным поклоном отойти в сторону.
─ Вы — Лея? ─ спросил он у ничего не соображающей меня. ─ Меня зовут Даррэн, и я бы хотел кое-что обсудить.
Незаметно оттеснив меня в сторону, он усадил меня на один из камней, сначала постелив свою тёплую накидку, и какое-то время просто осматривал меня, наверняка гадая, в каком я нахожусь состоянии. Я же терпеливо ждала, оглядываясь на маму, но та не двигалась с места, ожидая, пока мы не закончим.
─ Я могу их увидеть? ─ спросила я, наконец.
─ Мне очень жаль, но это невозможно, ─ вздохнул мужчина. ─ Я не хочу Вас расстраивать, только оба этих… умника нарушили закон и должны будут ответить.
Перед глазами всё поплыло, и самые ужасные догадки одна за другой начали атаковать, нанося прицельные удары по сердцу.
─ Ну что Вы… Лея, с ними всё будет хорошо.
─ Тогда что же их ждёт? Какое наказание? Пусть меня накажут, пусть изобьют плетьми, если надо, но они не виноваты в том, что кинулись за мной! ─ я попыталась вскочить, хоть сейчас готовая принять на себя удар, но меня мягко усадили обратно, ухватив за плечи.
─ Тихо-тихо, ─ попытался успокоить он. ─ Вы никак не сможете повлиять на это решение. Наши законы суровы к клятвопреступникам, и им предстоят непростые времена. Нам всем.
Меня достали загадки, и я больше не собиралась вытягивать из него правду по крупице.
─ Что. Конкретно. Их. Ждёт?
─ Им обоим сотрут память, Лея, ─ не щадя меня, признал Даррэн, и, точно зная, какие вопросы будут меня после этого волновать, добавил. ─ Совет не будет волновать то, что у них есть пара, их не будут волновать ваши чувства друг к другу — эти Высшие древние и упёртые, и даже у императора нет такой власти, как у них.
Голова после сражения на удивление чётко воспринимала всё сказанное, и жуткая, лишающая воздуха правда вдруг ударила наотмашь.
─ Меня ведь тоже заставят всё забыть, верно?
Высший ещё раз тяжело вздохнул, а потом выудил из кармана прозрачный пузырёк, вложив мне его в дрожащие пальцы.
─ К утру ты не будешь ничего о них помнить. Прости, я должен проконтролировать, чтобы ты всё выпила.
Тёмно-красная жидкость в стекле напоминала кровь, но я об этом даже не думала, забирая её. Что ж, я знала, что моя сказка не продлится долго… Наверное, мне стоило просто поблагодарить судьбу за те счастливые моменты, которые мне подарили Рысь и Райден. Жаль, я даже имени оборотня не узнала, а теперь уже и не узнаю, так? Жаль, что поняла, насколько в них нуждаюсь, только в последний момент. Очень жаль.
«А я ведь действительно влюбилась в обоих одинаково сильно», ─ промелькнуло в мыслях с такой потрясающей чёткостью, что я на время забыла, где нахожусь, но присутствие Высшего быстро вернуло меня в реальность.
Уже ни в чём не сомневаясь, я сорвала пробку и со злостью быстро выпила зелье, роняя пустой бутылёк к ногам мужчины, проклиная слабость их императора.
─ Мне правда жаль, Лея.
─ Не так, как мне.
Я первая поднялась, возвращаясь к маме, а потом нас со всеми теми, кто сохранил разум под гнётом общины собрали вместе — в основном, конечно, женщин и детей, но имелись среди нас и адекватные мужчины. Я не отпускала мамину руку, боясь, что всё это просто сон, и на самом деле ничего не кончилось. Мне казалось, я вот-вот проснусь на алтаре, а надо мной опять он… Терзает моё тело и душу, а после безжалостно вонзает кинжал.
В тот миг, когда я проткнула его сердце своими когтями, я успела увидеть несколько жутких картинок, попавших мне в голову. Скорее всего, тот, кто овладел дядей, не ушёл далеко, но без тела и нового ритуала ему будет трудно, только это теперь проблема Высших, и на этого монстра мне уже наплевать. Больше он меня не пугал, да и вряд ли что-то ещё вообще бы теперь смогло…
Император вскоре предстал перед нами всем своим величием, однако меня опутало такое равнодушие, такая холодная отрешённость, что я не особо понимала его слова, почти не видя этого мужчину в окружении воинов. Он что-то говорил, обещая мир и процветание, клялся защитить наш народ, а я думала лишь о том, как такой сильный на вид человек мог позволить собой управлять.
─ … Если захотите, вам всем предоставят убежище в нашем государстве, ─ закончил он, и в наших рядах закипело возмущение.
─ Чушь! ─ крикнула какая-то старушка — такая дряхлая, что казалось, она вот-вот рассыплется в воздухе, но от неё веяло мощью. ─ Никто больше не будет нас притеснять! Ни в чьём плену мы больше не окажемся, даже если это будет самая удобная на свете клетка!
Толпа поддержала, и все они начали с шумом расходиться, минуя суровую охрану, попытавшуюся было задержать первую волну рискнувших, но те даже не дёрнулись, продолжая свой путь.
─ В таком случае, вы вольны делать то, что считаете нужным, ─ тихо добавил Высший нам в спину, и я на миг задержала на нём свой взгляд.
«Мне жаль, что Вы так слабы, Ваше Величество, ─ подумала я, а он как будто уловил. ─ Надеюсь, в скором времени та девушка, что удерживаете в своих руках, станет той, из-за которой Вы наберётесь храбрости противостоять остальному миру, как противостоите врагам».
* * *
Жизнь постепенно возвращалась на круги своя.
Спустя пару месяцев после инцидента, так и оставшегося лишь между народом сирен и Высшими, все те, кто пожелал найти свой путь, отправились следом за нами с мамой. Освободившись от влияния своего лидера и его уже мёртвых прихвостней, наши люди избрали нового — мою самую любимую на свете женщину, всё это время поддерживающую их дух, даже когда сама была на грани.
Она рассказала, что когда от папы избавились, её притащили в общину и заперли с теми, кто ещё мог быть полезен своей магией, и всё это время она знала, что я жива, да только выбраться, чтобы меня увидеть не могла. Доверять кому-то тоже было нельзя, и именно в то время, когда отчаяние начало прорастать в её душе, моя няня соизволила к ней явиться. Притворилась подругой, рассказывала, что со мной всё хорошо — в общем, убеждала, как могла принять «правильную» сторону.
Но мама глупой и не была и начала подозревать неладное, поэтому стала думать о побеге. Потерянный, казалось, навсегда вместе с её парой голос моря она с каждым годом начала слышать всё сильнее, даже будучи вдали от воды, и именно так узнала о том, что со мной происходило всё это время. Узнала и очень разозлилась, ожидая подходящего момента, который настал с приходом Высших…
И вот теперь мы снова были вместе. За нами вплавь последовали все бывшие пленные вместе с семьями, и мама привела их к этому побережью с жизнеутверждающим названием Мыс Надежды. Позже она объяснила, что мой отец когда-то наложил защиту не просто на наш дом, но и на весь этот городок, чтобы нас никогда не нашли, но благодаря той жуткой магии их в итоге и обнаружили, спустя несколько лет нашей спокойной жизни.
Теперь же мы начали жизнь заново. Похоронили тех, кто стал жертвой Чёрного Бога, как его называли люди, шепчась по углам; привели город в порядок, и готовы были его защитить от любой угрозы — благо теперь у большинства из нас имелась магия, а те, кто не умел ею пользоваться, начиная с младших, упорно учились её контролировать и развивать. Я даже преподавала иногда, взяв себе целый класс учениц, помогающих мне выращивать некоторые культуры.
И в целом, мне нравилась эта спокойная, размеренная жизнь. С утра до вечера я занималась с девчонками, помогала маме, когда она просила, а вечером спускалась на берег, где с удовольствием окуналась в воду, позволяя ей унести какую-то тягучую, болезненную тоску, одолевающую с каждым днём всё сильнее. Я не понимала, почему чувство, будто я потеряла или забыла что-то важное, никак не оставляло в покое. Если это так важно, я не должна была забывать, ведь так? Тогда почему это не давало мне покоя ни днём, ни ночью?
Ночью было особенно тяжело. Моё сердце ныло, а тело горело огнём, и я просыпалась от ощущения, словно чьи-то руки меня касались во сне, возникая и наяву, а потом я долго не могла прогнать эти болезненно-сладкие, порочные иллюзии, становящиеся лишь ярче. И даже море не помогало от них избавиться, отказываясь их забирать, а взамен на мои слёзные мольбы лишь загадочно отвечало:
«Всему своё время, дитя…»
Я не могла с этим так просто справиться, но хуже всё стало, когда ко мне начали проявлять внимание наши мужчины. Вокруг было полно красивых девушек, только многие почему-то настойчиво пытались доказать, что мне нужен муж, и наш дом вскоре стали одолевать бесконечными визитами с кучей ненужных мне подарков и букетов. Я чувствовала, что медленно лишаюсь рассудка, а эти слишком реальные сны, в которых меня кто-то звал и так бесстыдно касался, окончательно сделали из меня сумасшедшую, вздрагивающую по поводу и без.
В одну из таких ночей, я резко проснулась от звука имени.
«Лея… ─ повторял кто-то незнакомым и одновременно родным голосом, сбивая с толку.
Леей звали мою прабабушку, и я не понимала, почему это адресовано мне. Что-то, связанное с этим именем подтачивало мозг, но ничего кроме головной боли я себе не заработала, пытаясь вспомнить хоть что-то из забытого мной отрезка времени, когда по словам мамы я сбежала из общины.
Что я делала? Где была? Кто ответит на эти вопросы, если я сама не могу?
Всё это казалось таким бредом вместе с толпами не сдающихся парней, от которых меня уже тошнило, что хотелось выть… И эта ночь стала последней каплей. Я просто сбежала к морю, не способная больше выносить это безумие, и только оказавшись у кромки воды, собравшись плыть, пока не кончатся силы, осознала, почему меня так непреодолимо потянуло сюда.
Омываемые волнами, на берегу лежали двое мужчин. Едва я подошла ближе, чтобы оказать помощь, меня пронзило странной дрожью, и колени подкосились, вынуждая меня упасть на песок рядом с ними. И стоило одному из них открыть глаза, я впервые за несколько месяцев узнала, что значит открыть в себе второе дыхание.