Глава 22. Нормальная любовь

Я устала. Не так, как раньше - когда внутри всё дрожало от страха, а мысли метались, не давая остановиться ни на секунду. Тогда усталость была острой, нервной, почти истеричной. Сейчас мне казалось, как будто внутри просто закончился воздух, и я жила на остатках. Я сидела на кухне, уткнувшись в экран ноутбука. Список юристов расплывался перед глазами. Фамилии, телефоны, отзывы - всё сливалось в один бесконечный, чужой поток. Мой юрист переехала в другой город, и я должна была найти другого. Арина дала мне несколько контактов, слава богу. Без нее у меня просто глаза разбегались. Нужно было позвонить хотя бы одному из списка, назначить встречу. Начать всё сначала. Снова рассказывать, снова доказывать, снова переживать. Я закрыла глаза и медленно провела пальцами по переносице. Ноутбук захлопнулся сам. Не сегодня. Меня тошнило от одной мысли о предстоящей тяжбе с бывшим. Телефон лежал рядом. Сергей писал теперь регулярно, иногда звонил. Его сообщения были почти корректными, и от этого становилось только хуже. Я отвечала, когда нужно. Без эмоций, по делу. Но шаг вперёд не делала. Как будто стояла перед дверью, за которой точно знала: будет больно. И не открывала. Телефон тихо завибрировал. Я вздрогнула, предчувствуя новый разговор с Сергеем, но звонил Богдан. Я даже не дала себе времени подумать - ответила сразу. - Привет. - Привет, - его голос… Не знаю, как описать это ощущение. Как будто меня на секунду вернули в место, где было спокойно. - Как ты? Я усмехнулась, но в этом звуке не было веселья. - Честно? - Конечно. Я вдохнула глубже и сказала честно: - Плохо. Я… зависла. Понимаю, что нужно искать адвоката, что это важно, что от этого зависит всё… - слова начали цепляться друг за друга, выходить быстрее. - А я просто откладываю. Каждый день. Сижу и ничего не делаю. Я провела рукой по волосам. - И злюсь на себя за это. Потому что знаю, что веду себя как… - я запнулась, - как будто мне это не важно. Хотя важно. Очень. Тишина на том конце была живой. Он слушал. - Ты где? - спросил он спокойно. - Дома. Богдан уточнил мой адрес и сказал: - Я буду через полчаса. Я замерла. - Что? - Через полчаса, - повторил он так же спокойно. - Откроешь? Я рассмеялась. - Богдан, ты сейчас шутишь? - Нет. Тебе нужна помощь, а у меня она есть. - Я же пошутила… - А я нет, - сказал он. И сбросил. Я ещё какое-то время сидела, сжимая телефон в руке, как будто он мог дать мне подтверждение, что это не шутка. Потом резко встала, прошла по кухне, остановилась, снова села. Я не могла поверить его словам. Может, Богдан заказал какую-то доставку? Или прислал мне своего коллегу? Сердце билось слишком быстро. Полчаса вдруг стали чем-то огромным. Я попыталась привести квартиру в порядок, хотя руки дрожали. Поймала себя на том, что просто перекладываю вещи с места на место. Когда раздался звонок, я вздрогнула и пошла смотреть в глазок. На площадке стоял Богдан. Всё внутри как будто оборвалось и одновременно стало на место. Я сразу открыла, и он оказался передо мной. - Привет, - сказал он тихо. Я не ответила, просто шагнула вперёд и обняла его. Сильно. Как будто боялась, что если не удержу - он исчезнет. Он прижал меня к себе сразу. Рука легла на спину, потом поднялась к затылку, аккуратно, бережно. - Я соскучился, - прошептал он. Я уткнулась лицом ему в плечо, вдохнула жадно и глубоко. И только тогда поняла, насколько сильно скучала тоже. - Я тоже, - выдохнула я. Мы не двигались несколько секунд. Может, больше. Потом дверь закрылась, и мир остался снаружи. Он коснулся моего лица, погладил по щеке. Я потерлась о его ладонь, как кошка, поцеловала. Богдан охнул и прильнул своими губами к моим. Я потянулась к нему, обняла за шею и ответила на поцелуй. Сначала осторожно, почти робко. Я совсем забыла, как чувствовать его губы на своих. Хорошо, что быстро вспомнила. Ведь практика - лучшее лекарство от амнезии. Очень быстро поцелуй стал глубже. Его губы ласкали мои настойчиво, жадно. И я отвечала теперь с тем же пылом и страстью. С уверенностью, которая пришла не от отчаяния, а от того, что я знала - он здесь. Забыв обо всем, я сделала несколько шагов назад, утягивая его в квартиру. Богдан последовал за мной, разуваясь на ходу, сбрасывая пальто где- то в районе дивана. - Катя? - выдохнул Богдан. - Забирать вечером, - быстро ответила я. Он выдохнул с облегчением и позволил мне снять с себя свитер. А я позволила его рукам блуждать под моей вытянутой домашней майкой. Богдан не спешил меня раздеть. Он долго ласкал меня, через одежду, заставляя стонать от нетерпения, умолять его. Когда я уже была готова разрыдаться от желания, он избавил меня от трусиков и скользнул губами от груди к животу и ниже. Я развела ноги, но вспомнила, что вообще не рассчитывала на такое интимное вторжение. Схватив Богдана за волосы, я запоздало предупредила: - Я тебя не ждала, не надо… Он только бровь задрал и хмыкнул. - А мне кажется, ты очень сильно меня ждала. Даже жаждала. Богдан подмигнул и лизнул меня. Я пискнула. Пальцы разжались, и я отпустила его волосы, позволяя вытворять с моей жаждущей плотью все, что угодно. Богдану не пришлось долго работать над моим удовольствием. Первый пик был острый и краткий. И после него я все еще жаждала. Притянув Богдана к себе, я попросила его не медлить, продолжать. Он не возражал. Меня пьянили его губы со вкусом моего удовольствия. Мы не спешили, но и не оттягивали разрядку. А потом начинали снова, едва дыхание выравнивалось. Потом мы лежали рядом, обессиленные, потные и счастливые. Тишина в комнате была мягкой, живой. За окном глухо шумел город, но здесь это почти не чувствовалось. Я водила пальцами по его руке, по плечу, как будто убеждалась, что он не исчезнет. - Ты правда прилетел просто так? - спросила я тихо. Он чуть улыбнулся. - Не совсем. Я ушёл из клуба. Я повернулась к нему. - Сам? - Сам, - кивнул он спокойно. - Так было правильно. Он говорил об этом без надрыва. Как о решении, которое давно назрело. - Мне сразу поступило предложение поработать в другой стране, - добавил он. - На самом деле даже несколько. Есть время подумать. Я смотрела на него и чувствовала странное спокойствие. Он не потерял опору. Он её просто сменил. - И ещё, - Богдан перевёл взгляд на меня, - я могу помочь тебе. - С чем? - С судом, с документами. Сделать так, чтобы ты могла спокойно жить и решать, куда ехать. Без постоянной угрозы. Я замерла. - Ты серьёзно? - Да. В груди стало теплее. - Спасибо, - сказала я тихо. Он только кивнул. Мы забирали Катю вместе. Я немного нервничала. Не знала, как она отреагирует. Дочка выбежала из группы, увидела меня… потом его. И остановилась на секунду. Как будто не поверила. А потом лицо её вспыхнуло радостью. - Богдааан! Она сорвалась с места и буквально врезалась в него. Он успел только рассмеяться и наклониться, прежде чем она повисла на нём, обхватив руками и ногами. - Ты приехал! Ты правда приехал! - Приехал, - ответил он, удерживая её легко, как будто она ничего не весила. Катя не отпускала его. Она болтала, перескакивая с темы на тему, показывала что-то, рассказывала сразу обо всём. А потом, уже по дороге, просто затихла, прижалась к нему. Щекой к плечу. Руки обвили его шею. Как часто Катя вот так доверчиво прижималась к Богдану. Он был не только моей опорой, но и ее тоже. И по этому ощущению я тоже скучала. Спокойствие не только для меня, но и для моего ребенка. Уверена, Богдан не подозревал, как влияет на нас одним своим присутствием. Я шла рядом и любовалась. После садика мы погуляли в Голландии, съели пиццу и поехали домой. Катя уснула в машине, и Богдану пришлось ее нести домой на руках. - Как обычно, - тихо засмеялся он, укладывая ребенка на диван. - Отрубается мгновенно после гулянки. Я не стала говорить, что обычно Катя может стоять на ушах до ночи. Очень мне хотелось, чтобы вот такой мирный и спокойный ребенок стал моим «обычно». Оставив Катю в комнате, мы переместились в гостиную. Богдан глянул на дверь неуверенно. Я собиралась предупредить, чтобы он и не думал никуда уходить. Не успела. Он сам попросил: - Совсем не хочу в отеле жить. Можно я останусь у вас? - Нужно, - просто ответила я и поцеловала его. - Нужно. Мы не говорили о будущем, не строили планов, не решали, где будем жить и что делать дальше. Мы просто остались дома вместе. И знала точно: мы справимся. Потому что мы вместе. *** Мы встретились в небольшом кафе недалеко от здания суда. Я выбрала его не случайно: светлое, с большими окнами, с постоянным шумом голосов и звоном посуды. Здесь было слишком много людей, чтобы позволить себе лишнее. Слишком открыто, чтобы он мог снова давить так, как раньше. Сергей сидел за столиком у окна. Ждал меня. Когда я вошла, он поднял голову, и на мгновение меня накрыло странное ощущение - будто прошлое сделало шаг навстречу. Всё было знакомо: его поза, наклон головы, даже то, как он держал чашку. Но это длилось всего секунду. Потом я увидела его по-настоящему, и всё стало на свои места. Я подошла и села напротив. - Здравствуй, - сказала я спокойно. - Привет, - ответил он. Между нами повисла пауза. Не неловкая, а тяжелая, плотная, наполненная тем, что уже случилось и не могло быть отменено. - Ты хотел поговорить, - напомнила я мягко. Он кивнул, и вдруг его лицо начало дрожать. Словно каждая мышца вибрировала. Сначала едва заметно, как будто он пытался удержать контроль. Потом сильнее. Он закрыл лицо руками, резко втянул воздух и заплакал. По-настоящему. Сергей не пытался сдержаться. Его плечи дрожали, дыхание сбилось, слова застревали где-то внутри, не находя выхода. На нас поглядывали, но я не обращала внимания на посторонних. Я смотрела на своего бывшего мужа. Когда-то давно его слезы и жалкий вид на коленях сломали мою решимость, заставили уступить. Та Нина сейчас вскочила бы, потянулась к нему, начала оправдываться, успокаивать, попросила бы уйти, чтобы не смущать людей, не позориться. А потом я бы обязательно начала вычислять, где ошиблась, что сделала не так. Сейчас мне было все равно. Сергей больше не имел надо мной власти. Словно почувствовав всю бессмысленность сцены страданий, он убрал руки от лица, посмотрел на меня - глаза покраснели, лицо было мокрым. - У меня всё кончилось, Нина, - сказал он хрипло. - Ты понимаешь? Всё. Я молчала. Он ждал. Но я не заполняла эту паузу. - Моя компания в процессе банкротства. Пришлось заложить квартиру. Я проиграл суд. Я потерял вас… - он запнулся. Слова звучали тяжело, почти надрывно, но внутри меня ничего не ёкнуло. Немного было жаль квартиру, которую я обставляла сама с любовью. Желание спасать Сергея у меня не возникло. - У тебя есть блог, - напомнила я не без яда в голосе. - Подписчики, поддержка, донаты. Он игнорировал мое замечание и гнул свое. - Я потерял тебя и Катюшу. Как я теперь без вас? Я только руками развела и уверено сказала: - Справишься, Сереж. Я в тебя верю. Сергей яростно замотал головой. - Жестокая ты стала, Нина. Неужели ты не понимаешь, что разрушила судьбу дочери. Забрала Катю у отца… - Я ее судьбу рушила, оставаясь с тобой… - вспылила я. Тут же выдохнула и запретила себе кипятиться. Сергею только этого и надо. Нельзя реагировать на его бред. Собравшись, я ровно и холодно проговорила: - Мне твои оценки неинтересны. Если мы будем только об этом говорить, то я лучше пойду. Я начала вставать, и он схватил меня за запястье. Крепко. Как в старые недобрые времена. Я замерла, но не в оторопелом страхе, а от злости. Прикрыв глаза, я тихо потребовала: - Пусти. Сергей мгновенно послушался, но не успокоился. - Черт, Нина, прости. Я не хотел… - Сомнительно, - буркнула я, собираясь уходить. - Нет, нет, постой, пожалуйста, - снова умолял он. - Я… Я люблю тебя, Нина. Сергей смотрел мне прямо в глаза, цеплялся за мои руки, но больше не причинял боль. Лишь скулил, как бездомный побитый пес. - Я не могу тебя забыть. Всё, что я делал… - он с усилием сглотнул, - это было ради вас. Чтобы вернуть тебя. Вас обеих. Я скучаю по тебе и Катеньке. Я так люблю вас, мои девочки. Я чуть склонила голову, продолжая изучать его, как подопытную крысу. И в этот момент окончательно поняла: между нами больше ничего не осталось. Только прошлое. - Ты преследовал нас, - сказала я спокойно, почти тихо. - Давил. Пугал. Врал. Использовал людей. Я чуть наклонилась вперёд, чтобы он точно услышал. - И это ты называешь любовью? Он даже не задумался. - Да, - ответил Сергей сразу. В его голосе не было ни тени сомнения. - Вот такая у меня любовь. Да, она безрассудная, сумасшедшая, но я люблю. Я знаю, что люблю тебя. И мы все сможем наладить. Меня ждут в Пекине. Я хочу поехать с вами. Пожалуйста. Ты, я и Катя. Давайте начнем все с чистого листа. Я смотрела на него ещё несколько секунд. Во мне не было ни злости, ни жалости, ни желания спорить. Только ясность. Я медленно покачала головой, накинула сумку на плечо и выставила вперед руку, запрещая Сергею приближаться. - Хватит, Сережа. Никуда мы не поедем. Это конец. Я вышла из кафе. Он не остановил меня, не попытался догнать. Просто остался сидеть, глядя вслед. Снаружи было прохладно. Воздух коснулся лица, и я глубоко вдохнула. Внутри стало легко. Я поняла, что Сергей нас больше не побеспокоит. Сев в машину, я поехала домой. Свет мягко лился из кухни, создавая ощущение уюта, которое я теперь уже не боялась принимать. Я открыла дверь и сразу увидела его. Богдан стоял у плиты, что-то помешивал, обернулся на звук. В этом движении было столько простоты и спокойствия, что у меня внутри что-то окончательно встало на место. Наши взгляды встретились, и всё лишнее исчезло. Я не сказала ни слова. Просто подошла к нему и обняла. Сильно. Прижалась так, будто наконец нашла точку опоры, которую искала всё это время. Он сразу обнял меня в ответ. Рука легла на спину, мягко заскользила вверх, остановилась у плеч. - Как все прошло? - спросил он тихо. - Странно. - Он просил о встрече с Катей перед отъездом? - Нет. Просил, чтобы мы с ним поехали Брови Богдана взлетели на лоб. - Однако! - удивился он. - Угу, - буркнула я. - Совсем свихнулся. Я прижалась к нему и еще минутку прижималась щекой к широкой груди, слушала, как ровно бьется его сердце. А потом я отстранилась, подняла глаза и сказала: - Я люблю тебя. Слова прозвучали негромко, но я и не хотела кричать. Главное, что Богдан меня услышал. Он не удивился, не переспросил, только улыбнулся. - Я тоже тебя люблю, - ответил он. Богдан коснулся моей щеки, провёл большим пальцем по коже, притянул ближе. Наши лбы соприкоснулись, дыхание смешалось. Наконец, я разобралась. Любовь - это не безрассудная страсть, не сумасшедшее желание обладать. Любовь - это не борьба, а близость, доверие и поддержка. Жаль, что для этих выводов потребовалось пережить столько горя. Но теперь я точно знаю, каким должно быть счастье.