Глава 13. Я и мое второе «я»

Столько лет я держала свое темное, мрачное и безумное «я» запертым внутри. Столько лет была тихой, послушной и прилежной принцессой. После всех тех случаев, когда меня запирали в четырех стенах и ждали, пока я выплесну всю свою разрушительную ярость, после тех разговоров о радикальном лечении и уколах, что вырубали меня на сутки и больше. Мое второе «я» было маниакальной, мрачной, депрессивной личностью, терявшей контроль над своей жизнью, и я слишком долго удерживала ее внутри себя. Но когда стрелка стресса перевалила критическую линию, я не выдержала и сломалась. Все же сделала то, что приказал Маркус. Я показала ее. Прежде чем Каннквер успел осознать произошедшую с ней перемену, она резко и с неожиданной силой толкнула его в грудь. Его тело инстинктивно отшатнулось назад, и он едва удержал равновесие, упираясь спиной о стену. В её взгляде читалось нечто новое, диковатое и опасное. Ее глаза не просто затуманились, они моментально потемнели и утратили фокусировку. Канквер напрягся, его настороженный взгляд блуждал по её лицу, оценивая и подмечая каждую малейшую перемену. Он наблюдал за ней, как хищник, поджидающий следующего шага. Айла вместо того, чтобы отступить, чтобы отдаться во власть своей маниакальной, перевозбужденной личности и начать все крушить вокруг, решительно шагнула к нему. Она подошла настолько близко, что её горячее дыхание коснулось его лица, и, не давая ему возможности что-то возразить, притиснула его к стене всем своим телом. Её глаза горели диким блеском, и в этот миг она перестала казаться девушкой, нуждающейся в защите – перед ним стояла другая Айла, та, что, возможно, и самой ей была незнакома. Канквер был ошеломлен, но это только еще больше подстегнуло его интерес к ней и вызвало острое возбуждение. – Айла… – мягко зовет он ее, но девушка лишь склоняет голову на бок, ехидно усмехается, а затем как кошка трется об него. Он был поражен таким откровенным проявлением желания с ее стороны. С другой стороны, ему направились перемены в его принцессе. Настолько, что он закинул голову назад и заходился в громогласном смехе. Айла жадно придвинулась ближе, не скрывая своего безумного желания. Её руки стали беспокойными, быстрыми и настойчивыми, словно на грани одержимости. Она потянулась к его рубашке, ловко расстегивая пуговицы, и, срывая ткань с его плеч, только плотнее прижалась, впиваясь пальцами в его мышцы. Её дыхание сбивалось, она вжималась в него, едва касаясь губами его шеи, оставляя горячие, мимолётные поцелуи, полные страсти и вызова. – Привет, моя безумная Айла, – с насмешливым восхищением произнёс Канквер, его голос был низким и хриплым. – А ты та ещё зажигалочка… Айла лишь усмехнулась, накидывая ногу ему на бедро и прижимаясь к нему так, что их тела почти слились в одно. Она двинулась вперёд, её влажная горячая сердцевина трепетала напротив его твёрдости, разжигая его до предела. Канквер тихо зарычал, как зверь, в порыве одобрения и тёмного удовольствия, и, схватив её запястья, он резко подался вперед и теперь Айла опять была прижата к стене. Он поднял ее руки над её головой, не давая ей двинуться. Таким странным образом они передвинулись по коридору ближе к ее комнате и его, которая находилась чуть дальше. – Надеюсь, никто не видел тебя такой, кроме меня, – его голос был полон опасного обещания, а глаза – твёрды, без следа сомнений. – Иначе я найду их и убью. – Да, да, убей их, – прерывисто прошептала Айла, отчаянно кивая, её глаза блестели от безумного удовольствия. – Убей их всех ради меня… И, почти задыхаясь, она дернулась, пытаясь высвободиться, чтобы снова касаться его. Когда ей это не удалось, она недовольно зашипела. Затем неожиданно сменила тактику, обвивая его бёдра ногами, отчаянно стараясь слиться с ним. Айла терялась в своих ощущениях, забывая обо всём на свете, кроме этого дикого, настойчивого желания, которое жгло её изнутри. Она металась между его рук, пытаясь ухватиться за него крепче, глубже, словно он был её единственным воздухом. Её дыхание учащалось, а поцелуи становились всё более требовательными. – Хочу тебя, – прошептала она, уставившись ему прямо в глаза, не сводя взгляда, полного неугасимого огня. Её пальцы скользили по его плечам, груди, срывая остатки ткани, ища хоть малейшую возможность прикоснуться к его коже. – Сейчас, Канквер… хочу тебя. Его взгляд вспыхнул ответным пламенем, и он едва ли не зарычал, прокладывая путь к её губам. Руками обхватил упругие ягодицы, поднимая ее вверх. Айла, подталкиваемая этим, плотно обвила его талию, не давая ему ни малейшего шанса передумать и отстраниться. Движимые страстью, они шаг за шагом продвигались по коридору, сталкиваясь со стенами, а затем отрываясь от них, сбивая картины, снося вазы с тумб и сминая ковры под ногами. Кое-как между поцелуя и покусыванием они добрались до его комнаты. Он попытался поставить ее на пол, но Айла не дала ему ни секунды передышки. Она схватила его за волосы и дернула назад, а сама впилась ртом в шею. – Дикая кошка… – захрипел Канквер, отступая от двери, и захлопывая её за ними. Её глаза потемнели от желания, в них не было и следа прежней Айлы, только маниакальная жажда. Она прикусила его кожу. Сильно. Так, что завтра у него появятся следы от ее зубов и знание этого наполнило его каким-то извращенным удовлетворением. – Я убью любого, кто посмотрит на тебя, – пробормотал Канквер, снова прижимая её запястья к стене, хотя кровать находилась совсем рядом. – Убей их всех, – с улыбкой согласилась она. – Завтра. Сейчас ты мне нужен. Он поддался вперед, вдавливаясь в ее твердость. Атласная юбка давно собралась на талии и сейчас она размазывала свои влажные трусики по его брюкам. И когда говорилось о влаге, то ее было так много, что на его одежде явно останутся следы. Это тоже подстегивало Канквера. То, как быстро она завелась. Как утонула в своем ненормальном, возбуждении. – Раньше ты тоже так себя вела? – Он резко дернул ее за волосы, заставляя оторваться от его шеи и посмотреть на него. – Ты пристала к кому в своем клане? – Я – девственница, придурок, – грубит она, встретив его угрожающий взгляд своими почти черными глазами. – Никогда так не хотела секса как сейчас. Забери ее! Забери! Покрой свои бедра моей кровью. От ее слов Канквер тяжело сглотнул. – Что ты делала дома, когда такое происходило? – Пошел ты! – Отвечай Айла, сейчас же или останешься ни с чем сегодня! – Крушила! – закричала она ему лицо. – Крушила и разрушала. Но мне кололи препараты и запирали надолго. – Я убью их. Всех, кто посмел мучить тебя, удерживать и колол тебе всякую хрень. Она застонала от его смертоносной угрозы, словно ей нравится то, что он обещает устроить расправу за нее. Даже в таком состоянии она знала, что это не просто слова на ветер. Канквер с яростным удовлетворением прижался к ней крепче, наслаждаясь каждым вздохом, каждым движением, каждым словом, что срывалось с её губ. Он знал, что ей требовала получить свое удовольствие немедленно, прямо сейчас, но сегодня не собирался доходить до конца. Нет, не тогда, когда она в таком состоянии, что возможно на завтра ничего и не вспомнит. Но нахрен все, как же ему она нравилась такой! Он снова поднял её и бросил на кровать, сам же навис над ней, не давая ей ни малейшего шанса на контроль. Айла метнулась вперёд, пытаясь дотянуться до него, притянуть ближе, но он перехватил её руки и снова зафиксировал их над головой, на этот раз прикрывая их своей широкой ладонью, легко удерживая её неподвижной. – Думаешь, я сразу выполню твою просьбу? – усмехнулся он, его голос был глубоким, тёмным, и в нём звучало дразнящее обещание. – Сегодня, моя дикая, это лишь аперитив. Он медленно скользнул вниз по шее. Пришла его очередь оставлять ей следа. Он жадно тянул кожу в рот, зная что после этого там останется красное пятно. Затем спустился к ключицам, но проклятая кофта под горло мешала ему добраться до ее кожи. Какого черта он разрешил ей самой выбрать наряд сегодня? С другой стороны, он боялся, что если начнёт срывать её одежду, то потеряет контроль, которого и так едва хватало. Его другая рука скользнула вниз, задрала проклятую юбку, которую Айла уже ненавидела и обвела контуры её бедра, и, едва коснувшись внутренней стороны её бедер, остановилась там, дразня, но не давая ей полного удовлетворения. Айла выгнулась, её тело дрожало от нетерпения, но его медленная, расчетливая дразнящая ласка будто высмеивала её потребность. – Канквер, – едва слышно прошептала она, её голос полон неприкрытого требования, – хватит тянуть, твою мать! Но он лишь наклонился ближе, его горячее дыхание коснулось её губ, и он прошептал прямо ей на ухо: – Ты дождешься своего, Айла. Очень скоро. А пока терпение – единственное, что тебе остается. Айла металась, её тело буквально пылало от желания, но Канквер лишь плавно, медленно продолжал свою мучительную игру. Он опустил свой взгляд на ее тонкие простые трусики, уже влажные от её желания, и эти пятна были словно вызов. Она, охваченная нетерпением, шире развела для него ноги, приглашающе и с отчаянной нуждой. Её дыхание стало прерывистым, и в глазах читалось дикое, почти маниакальное желание, в котором не было ни капли прежней покорности. Канквер отпустил её запястья, давая Айле немного свободы, но лишь для того, чтобы его губы могли спуститься ниже. Он наклонился к ней, оставляя горячий след поцелуев вдоль внутренней стороны её бедра. Его прикосновения были мучительно медленными, чувственными, и Айла почувствовала, как всё её тело дрожит в ожидании. Он остановился всего на миг, едва не касаясь той ткани, что покрывала её самые чувствительные места, дразня её. Она выгнулась навстречу, а его тёплое дыхание, почти осязаемое сквозь тонкие трусики, сводило её с ума. Слегка приоткрыв губы, он оставил едва заметный поцелуй прямо на ткани, заставляя её содрогнуться и почувствовать, как её сердце забилось ещё сильнее. Не в силах больше сдерживаться, Айла вцепилась пальцами в его волосы, держась так крепко, что казалось, она никогда не отпустит. Он продолжил, нежно и методично лаская её сквозь ткань, постепенно доводя её до самой грани. Особенно когда сосредотачивал свое внимание на ее клиторе. Дыхание Айлы сбивалось, и тело, напряжённое и дрожащее, затрепетало. Она поддала бедра вверх, прижимаясь к его рту. – Еще! – Яростное требование сорвалось с ее губ, заставив Канквера улыбнутся. – Сильнее! Он втянул ее клитор в рот, посасывая, пока указательный палец прижался ко входу, натягивая ткань и толкаясь через нее внутрь. – Господи, это… это хорошо. Канквер хмыкнул. Она была такой алчной в попытке получить свое наслаждение. И он собирался дать его ей. Он передвинул палец, отодвигая влажную ткань, чтобы коснуться ее жара напрямую. – Да, да, да… возьми ее… пальцами, членом, как хочешь. Такая грубая. Его хрупкая, нежная принцесса могла быть очень откровенной в своих желаниях. И это подрывало его чертов контроль. Он хотел слышать больше. Больше просьб о том, как она хочет, чтобы он взял ее. Больше мольбы и слов, что она принадлежит ему. Ему нравилось, как она извивалась под ним и стонала, как обхватила ногами его голову, инстинктивно сдавливая и мешая ему уйти. А еще он сходил с ума от ощущения ее влаги между своими пальцами и то, как от его действий ее становилось все больше. Он стал действовать сильнее, даже грубее. Добавил второй палец к первому, непривычно растягивая ее плоть. Канквер знал, что способен лишить ее девственности одними только пальцами и то как она подмахивала ему бедрами говорило, что она совсем не против. Однако он не собирался этого делать сейчас. Нет, как бы ему не нравилось ее состояние и черные омуты, он возьмет ее только тогда, когда они снова обретут свою голубизну и она сможет прочувствовать каждое мгновение его вторжения в ее тело. А сейчас он подарит ей первый оргазм от его рта. Потянув руку вверх, он вцепился в ее правую грудь, грубо смял, а затем ущипнул ее сосок. Айла протяжно застонала, чем подтвердила его предположения – ее вершинки были очень чувствительными. С каждым движением его пальцем, которые проникали внутрь нее и кончиком языка, который дразнил ее клитор она почувствовала, как волна наслаждения усиливается в ее теле, пока наконец не захватила ее полностью и не разорвала на части. И вот, в момент её самого острого наслаждения, он отстранился. Канквер поднялся, наблюдая за ней с хищной, довольной усмешкой, проводя языком по своим губам, пробуя её вкус, который остался на них. Его глаза горели победоносным огнём, и не было ни малейшего намерения продолжить. Айла поняла это, когда туман наслаждения расселся. Она посмотрела на него своим темным взглядом, а затем её лицо исказилось яростью. – Ты… Он отрицательно махнул головой. Отступил назад, ходя чресла горели огнем, а член казалось готов взорваться от желания проникнуть в нее. Ее глаза остановились на твердой выпуклости. – Ты не можешь сейчас сдать назад, чертов придурок! – Кажется, кому-то пора вымыть рот с мылом, – хмыкнул Канквер. – Или лучше бы я наполнил его своим членом, но боюсь в таком состоянии ты решишь оставить меня без него. – А зачем он тебе, если ты не собираешься использовать его по назначению! – Закричала Айла. Она призывно приподняла бедра, а затем зацепила пальцами трусики и стянула их, чтобы развести ноги перед ним. Канквер тяжело сглотнул от открывшегося вида. Розовая плоть блестела от капелек влаги. Манила к себе. Смотря на нее, он знал, что его яйца посинеют от отказа. И ему потребовалась вся его выдержка, чтобы остаться стоять на месте. От этого Айла сорвалась. Ее глаза горели почти маниакально. Она вскочила с постели, дёрнув за собой одеяло и покрывало, сбросив их на пол, как будто это могло унять её ярость. Затем, не раздумывая, она потянулась к своей одежде, вырывая её из тесной хватки. Она сбросила кофту и миди-юбка оказались на полу, представ перед ним полностью обнаженной. Со своими торчащими темно-коричневыми пуговками, плоским животом, но таким мягким и женственным, и манящей развилкой ног. Нахрен, гореть ему в аду из-за этой идиотской идеи – довести ее до оргазма и не взять. – Не позволю, – закричала она, буквально сверкая от негодования. – Я не позволю тебе оставить меня вот так, ни с чем! Айла, охваченная яростью, бросилась на него, не дав ему ни секунды, чтобы оправиться от шока. Она направила руки прямо к его лицу, явно намереваясь расцарапать его, но Канквер в последний момент перехватил её запястья. На её лице блеснуло дикое, неподвластное желание и гнев, но она вырвалась, пылая маниакальной решимостью. Её руки рванули к его рубашке, пальцы нащупали пуговицы, и, не замедляясь, она сдёрнула их, разрывая ткань. Пуговицы полетели в стороны, а Канквер только фыркнул, удивлённый её настойчивостью, но не стал сопротивляться. Её руки дрожали, но не остановились, спускаясь ниже, к ремню на его брюках. Айла потянула его с такой силой, что пряжка едва не треснула, и Канквер со свистом втянул воздух, когда ткань грубо скользнула по его напряжённому члену, усиливая возбуждение, уже до боли отдававшееся в теле. Брюки сползли вниз, и он, наконец, оказался перед ней почти обнажённым, в одном лишь нижнем белье. Она едва переводила дыхание, её лицо горело, а в глазах отражалось безумие. Она бросила быстрый взгляд вниз, а затем встретила его взгляд с таким вызовом, что Канквер почувствовал, что его самообладание держится на последнем волоске. – Угомонись, дикая кошка, – прорычал он, чуть приподнимая её голову. – Сейчас ты без сливок. Его слова лишь подлили масла в огонь. Айла не думала об осторожности, её движения были дикими и жёсткими. Она толкала его к кровати, но Канквер удерживал её, сопротивляясь её напору, пока они не свалились вместе на постель. Она оказалась под ним, но не сдавалась. Канквер пытался обуздать её, прижимая к мягкому матрасу, но Айла упорно вырывалась. – Прекрати! Пора прийти в себя! Канкера все больше и больше тревожил ее неконтролируемый всплеск. Инстинктивно он понимал, что ее нужно прорваться сквозь пелену эмоционального срыва и вытянуть на поверхность тихую, спокойную Айлу. Он боялся того, какой разбитой она может быть после этого эпизода. Вот только проще было сказать, чем сделать! Ее дикая сторона никак не хотела уходить на задний план. Мужчина подозревал, что причина тому постоянный контроль, в котором себя удерживала Айла. Так жить тоже нельзя. Ей нужно найти внутреннюю гармонию. Однако пока она была слишком разгневана его отказом. Практически зарычав от бессилия, она дёрнула своё лицо к его и впилась в его нижнюю губу зубами. Айла укусила его с такой силой, что почувствовала приторный вкус крови. Канквер, стиснув зубы от боли, на секунду замер, прежде чем схватить её за горло, вынуждая её отстраниться. Когда она с самодовольным видом это сделала, он сплюнул на белоснежную простыню кровь, которая заполнила его рот. Его глаза пронзили ее лицо смесью ярости и желания. Он залюбовался алыми капельками своей крови на ее пухлых губках. Пальцем он стёр каплю, оставшуюся у уголка ее губ. Айла триумфально рассмеялась, не отводя взгляда, её глаза светились дразнящим вызовом, как будто она только раззадорила его ещё больше. Она явно наслаждалась своей победой, но он не собирался позволить ей взять верх. Его хватка на её горле ослабла, но лишь для того, чтобы провести рукой по её шее, цепляя кожу кончиками пальцев, будто намекая, что он способен на большее. – Думаешь, что способна добиться своего, Айла? – произнес он низким, угрожающим тоном. Его голос был одновременно ледяным и обжигающим. – Ты действительно хочешь узнать, что бывает, когда меня доводят? Айла, вместо ответа, обвила его шею руками и подтянула его лицо ближе, чтобы прошептать с безумной ухмылкой: – Я хочу взять всё, что ты можешь предложить. Или ты боишься, Завоеватель? Эти слова разожгли в нём бурю. Он резко прижал её к матрасу, его тело почти полностью накрыло её, создавая ощущение полной беспомощности, но при этом сохраняя едва уловимую границу между контролем и хаосом. Айла снова попыталась вырваться, но он перехватил её запястья, удерживая их над головой. Её дыхание сбилось, но в глазах не было ни капли страха – только дикая решимость. – Ты правда такая наивная? – Он наклонился к её лицу, почти касаясь носом её кожи, и прошептал: – Думешь меня так легко спровоцировать? Её смех был коротким и немного хриплым. Она чуть приподняла голову, чтобы её губы оказались у самого его уха. – А ты сорвись, – прошептала она, – как я. На этот раз уже он рассмеялся, но в этом звуке было больше хищного триумфа, чем веселья. Его взгляд скользнул вниз, оценивая её тело, которое под ним извивалось, будто готовое взорваться от переизбытка эмоций. Она была всем, что он хотел, но знал – еще не время взять свое. – Ты получишь это, моя безумная Айла, – пробормотал он, но его голос больше не звучал сурово. Вместо этого в нём было что-то мягкое, почти ласковое, что резко контрастировало с его грубыми движениями. Не дожидаясь ответа, он склонился ниже, впиваясь зубами в изгиб её шеи. Она ахнула, но не сопротивлялась, только выгнулась навстречу ему, заставляя его ещё крепче удерживать её на месте. Её глаза сияли ярче прежнего, и она снова рассмеялась, будто только этого и добивалась. Будто-то эта боль принесла ей массу удовольствия. – Но не сегодня, принцесса. Не тогда, когда я не уверен, вспомнишь ли ты об этом утром. Крик вырвался из её горла, словно она не могла больше сдерживать ярость, которая кипела внутри. Айла начала яростно извиваться под ним, её тело напряглось, как тетива натянутого лука. Она метнула на него взгляд, полный ярости и обиды, и зашипела: – Ты ещё пожалеешь об этом, Канквер! Ты пожалеешь, что не взял меня сейчас! Второго шанса у тебя не будет! Её голос дрожал, но не от страха – только от чистого, неконтролируемого гнева. Она толкнула его грудь, пытаясь высвободиться из его хватки, но он лишь сильнее прижал её к постели. Его смех прорезал напряжённую тишину, звуча низко и глухо, как раскат далёкого грома. – Второго шанса? – усмехнулся он, его тёмные глаза сияли с вызовом. – Даже сейчас, обезумев от желания, ты остаёшься такой наивной. Он склонился ниже, так что его лицо оказалось совсем рядом с её. Его горячее дыхание обжигало её кожу, заставляя сердце биться ещё быстрее. – Ты уже принадлежишь мне, Айла. Полностью. И в конце концов я возьму тебя так, как ты даже представить не можешь. Ты будешь моя. Без остатка. Айла закричала от бессильного гнева, её тело выгнулось, и она попыталась снова вырваться, её ногти царапали его запястья, но он даже не шелохнулся. Вместо этого он выдохнул с едва уловимой насмешкой, словно её ярость только забавляла его. – Хватит, дикая кошка, – сказал он спокойно, но в его голосе звучала непоколебимая решимость. – Тебе нужно остыть. С этими словами он, прежде чем она успела вновь закричать или ударить его, резким движением сжал точку на её шее, и Айла потеряла сознание. Она затихла в его руках, её тело обмякло, словно вся энергия покинула её. Канквер некоторое время просто смотрел на неё, его грудь тяжело вздымалась. Её губы, чуть приоткрытые, будто всё ещё пытались выкрикнуть обвинение, а тёмные пряди волос разметались по подушке. Он провёл рукой по своему лицу, словно стирая остатки напряжения, а затем тихо пробормотал: – Такая яростная, безумная, неподконтрольная и моя. Он медленно поднялся с кровати, стянул с себя остатки своей уцелевшей одежды и бросил рядом с ее одеждой. Ну и шоу она ему устроила! На мгновение он застыл, возвышаясь над ней, чтобы вдосталь насладиться видом ее нагого тела, распростертого на его кровати и покрытого отметинами, которые он поставил на ее коже. Его член предательски ныл, твердый от прилива крови. Канквер добровольно согласился на эту пытку, зная, что после его ждет настоящая награда. Затем он устроился за ее спиной, прижав к себе её тёплое, мягкое тело. Её округлые ягодицы послужили идеальным пристанищем для его члена, в то время его рука легла под ее грудью. Он смотрел на ее шее, где виднелись следы его зубов и ощутил удовлетворение, словно был животным, пометившим свою самку. Ее дыхание было ровным и спокойным, и в этом моменте она выглядела совсем иначе – хрупкой, беззащитной, почти невинной. – Ты принадлежишь мне, Айла, – пробормотал он себе под нос, словно клятву. – И я это докажу. Когда ты будешь готова, я завоюю тебя, как и всех своих питомцев. Не зря Девил дал мне это прозвище. С этими словами он закрыл глаза, позволяя себе на мгновение расслабиться.