ГЛАВА 15

Возможно, она поторопилась. Возможно, поспешила с решением. Но выбор был сделан, и отступать Мирослава не собиралась, как и Северин.

Хотя, надо признать, в этот вечер он был выше всяких похвал. Очень корректно и ненавязчиво ухаживал за ней. Ни разу не позволил себе сорваться и напугать девочку, хотя один бог знал, чего это ему стоило. Держать себя в руках удавалось с трудом, но недаром же он альфа. Северин ежеминутно себе об этом напоминал. Его самообладанию мог позавидовать любой лугару. Сидеть рядом с ней, чувствовать ее случайные прикосновения, ее запах… Слышать, как она заливисто смеется в ответ на глупые шутки парней, видеть, как раздвигаются ее губы в улыбке, как в свете звезд блестят ее глаза, наполненные детским восторгом…

Черт, он заслужил медаль за стойкость! Или нет, орден. За такое ему положен орден!

Еще днем Северин созвонился с Анджеем, предупредил, чтобы ждали гостя, а теперь сам с нетерпением ожидал ответного звонка. По его подсчетам, Игорь должен был прибыть в «Мальву» рано утром. Но он надеялся, что тот сумеет добраться быстрее.

На вопрос Мирославы, почему Игорь отправился на байке, а не своим ходом, приняв волчью ипостась, остальные лугару расхохотались.

— Мира, ты видела нас в истинном виде? — Северин покачал головой, пряча улыбку. — Хочешь, чтобы новость о волках-монстрах облетела этот закуток за считанные часы? И полиция отрядила рейд на наш отлов? Нет, на человеческой территории мы предпочитаем играть по человеческим правилам. Не привлекать внимания, не создавать прецедентов. Хотя, не спорю, ситуации бывают разные.

— И много ваших живет среди людей под прикрытием? — она все еще не могла ассоциировать себя с ними.

— Достаточно. Но обычно только те, кто по каким-то причинам не прижился в своей стае.

— А из стаи в стаю можно перейти?

— Конечно. У нас одобряются перекрестные браки. Это не дает стае выродиться.

Все это было слишком сложно для Мирославы. Совершенно другой мир, другие законы. Даже мораль лугару отличалась от человеческой. То, за что человеческий закон карал уголовной ответственностью, законы лугару разрешали и поощряли. Например, то же насилие.

— И часто лугару похищают человеческих женщин? — вопрос был задан не случайно. Он касался и ее тоже.

Северин не стал скрывать правду. Чем быстрее она смирится — тем лучше.

— Бывает. Через пару дней ты сможешь познакомиться с одной из них. Хозяйка «Мальвы» — отеля, в котором нас ждут — человек. Она любит вспоминать старые времена. Особенно, первую встречу с супругом.

— Но разве нельзя иначе? — девушка возмущенно передернула плечиками. — Просто познакомиться, ухаживать, ну, чтобы все, как у людей?

— Нет, «как у людей» не получится, — он покачал головой. — Люди ищут пару, руководствуясь чувствами. Нас ведут инстинкты. Чувства меняются, уходят и приходят, а инстинкты остаются неизменными. Если лугару учуял свою пару — все, выбора нет. Нравится, не нравится — не имеет значения. Природа все равно возьмет свое. Можно бегать от судьбы сколько угодно, но, в конечном счете, это только небольшая отсрочка.

— Ты так говоришь, будто уже испытал на себе.

— Мы все испытали, — уклонился он от прямого ответа.

Они немного помолчали, наслаждаясь тихим вечером. Рядом Ром и Алекс резались в карты, Йен, фыркая от усердия, ворошил угли в мангале. Шашлыки у него вышли просто отменные, Мирослава никогда не чувствовала себя такой сытой, как сейчас. Ей казалось, что она лопнет, если проглотит еще хоть кусочек.

— Мне нужно сообщить бабушке, что я жива, — напомнила она тихим голосом. — Но я не знаю как…

— Хорошо. Я что-нибудь придумаю. Что еще тебя тревожит?

Он неожиданно встал, снял с себя джинсовую куртку и набросил ей на плечи. Пояснил:

— Прохладно. Не хочу, чтобы ты замерзла.

Мирослава благодарно закуталась в плотную ткань.

— Этот… Влад… — она запнулась, с трудом выдавила из себя это имя, — он вернется за мной? Ведь так?

— Уверен, — лицо Северина посуровело. Девушка увидела, как нахмурился его лоб и от крыльев носа вниз пролегли две колючие складки. — Даже странно, что этот ублюдок до сих пор не объявился. Но не думай о нем, он в прошлом. Один из нас будет дежурить у твоей двери до утра.

Она облегченно выдохнула. Да, ей просто необходимо было услышать это в ответ. Услышать, что она не одна, ее есть кому защитить. Северин осторожно придвинулся, и она почувствовала, как его рука мягко обнимает ее за плечи. Вздрогнула. Застыла изваянием, вцепившись в полы его куртки. Но не отпрянула, не оттолкнула. Молча признала его право на этот жест.

— Ты больше ничего не должна бояться, — сообщил Северин серьезным тоном. — И ни о чем не должна переживать. Теперь я отвечаю за тебя. И я решу все твои проблемы.

— Что ты сделаешь?

— Заберу тебя с собой в Гервазу и представлю стае, как свою пару.

— Так просто? — она повернула к нему лицо, и он на миг утратил способность трезво мыслить, так безумно очаровательна она была в этот момент. Взошедшая луна посеребрила ее волосы, наполнила глаза прозрачным светом, сделала кожу мраморно-белой. В этот момент она была похожа на ангела. Даже непослушные пряди светились вокруг лица, будто нимб.

— Да, — хрипло выдохнул он, с трудом сдерживая рвущийся из горла стон. — Вряд ли кто-то посмеет оспорить мое решение…

Но об одном маленьком нюансе он умолчал. Мирославе не стоит знать, что официально объявить ее своей парой он сможет только тогда, когда она понесет от него. А до той поры ему придется доказывать свое право на нее каждый раз, когда кто-нибудь бросит вызов…

Но здесь и сейчас у него был только один соперник — он сам. Если он не выдержит и сорвется, если не удержит волчью суть и возьмет Мирославу силой, то навсегда потеряет ее.

А еще был Влад. И Северин ни на секунду не забывал о его существовании.

Было уже далеко за полночь, когда компания потихоньку начала расползаться. Первыми ушли Алекс и Ром, шутливо козырнув на прощание. Сказали, что пробегутся, попугают местных лис, которые обнаглели до такой степени, что среди бела дня рылись на помойке возле кафе. Вслед за ними ушел и Йен. Он едва ли проронил пару слов за весь вечер. А потом поднялся и Северин, протягивая ей руку:

— Идем. Ты устала.

— Есть немного.

Она ответила ему смущенной улыбкой, но он не спрашивал. Он просто констатировал факт. Вот они, доминирующие альфа-самцы. Северину и в голову не пришло, спросить, ты устала, ты хочешь спать? Нет, он решил все за нее. Точно так же, как все эти дни решал, что ей есть, что носить, когда ложиться спать и когда вставать. И что самое удивительное, он каким-то поразительным чутьем угадывал ее невысказанные желания.

Возможно, более свободолюбивой натуре такая опека показалась бы удушающей. Но для Мирославы, и именно в тот момент, такое отношение было идеальным. Она была рада, что не нужно ни о чем думать, не нужно ничего решать. Достаточно только вложить свою руку в его крепкую и сильную ладонь, и идти, куда он поведет. Она еще не могла ему полностью доверять, но раз уж добровольно признала его своим мужчиной, что ж, придется учиться.

Этим вечером, сидя рядом с ним у костра, она думала, а что, если мы не сойдемся характерами? Что если мы друг другу не подойдем? А потом решительно отгоняла сомнения: нет, если так думать, то не стоит и начинать! Зачем тратить время на отношения, если уже заранее ждать их провала? Нет, лучше она будет думать иначе: я знаю, что у меня все получится. Если я ему нужна, то сделаю все, чтобы и он стал мне нужным.

И вот теперь, когда они неторопливо шли по асфальтированной дорожке вдоль номеров, Мирослава искоса разглядывала его лицо.

Северин был очень хорош собой. Она не могла себе отказать в удовольствии смотреть на него. Так смотрят на редкую картину или скульптуру, восхищаясь ее красотой. Вот и Мирослава позволила себе на минуту забыть о собственных бедах и просто наслаждаться моментом. Ловить на себе его ласкающий взгляд, слушать его бархатистый голос, вдыхать его горьковатый мужской аромат…

Неожиданно из его горла вырвался рык, и рука до боли стиснула пальцы девушки. Мирослава испуганно вскрикнула.

— Стой здесь! — прорычал он и двинулся вперед, шумно втягивая ноздрями воздух.

Он принюхивался, как принюхивается зверь, желая уловить запах врага или добычи.

Мирослава застыла. Растерянно огляделась. Они были всего в десяти шагах от ее номера. Что случилось?

Осторожно принюхалась, как это делал Северин. Втянула воздух. Странные сладковатые нотки ударили в нос. Знакомый запах, вызывающий отвращение и страх. Запах крови…

Хриплый крик, полный бешеной ярости, заставил ее вздрогнуть всем телом. Она бросилась к Северину, еще не понимая, что же произошло. Тот стоял на крыльце ее номера, сжимая в руках какую-то тряпку.

Мужчину трясло. По его коже то и дело пробегало сияние — признак оборота, который он тщетно пытался сдержать. Из горла рвался хриплый и жуткий вой, полный ярости и отчаяния. В одно мгновение фигура Северина стала выше, раздалась в плечах. Мирослава услышала треск материи. Руки блондина превратились в огромные когтистые лапы, покрытые серебристой шерстью. Не волчьи лапы — лапы чудовища, о котором рассказывают старые байки. То, что сейчас стояло перед девушкой, не было человеком, но и волком оно не стало. Это был оборотень. Жуткий монстр из фильмов ужасов!

— Влад! — прорычал он, поворачивая к ней оскаленную морду, на которой, будто два угля, пылали его глаза. — Уничтожу!

С этими словами монстр отшвырнул тряпку, которую держал в руках, и рванул в лес. И сделал это как раз вовремя, потому что в соседних номерах постояльцы уже зажигали свет и сонно спрашивали, кто там буянит.

Ошарашенная Мирослава подняла то, что выбросил Северин. Это был кусок от рубашки Игоря, и он весь был пропитан запекшейся кровью…

* * *

Йен был первым, кто примчался на зов альфы и нашел перепуганную Мирославу, сжимающую в руках то, что осталось от рубашки рыжего лугару. Потом подоспел и Алекс. Его брат рванул следом за альфой.

— Сучий сын! — выругался светловолосый, увидев улику. — Что за игру он затеял?

— Это ловушка, — Йен забрал у девушки окровавленную тряпку. — Он водит нас за нос.

— Ему нужна она, — Алекс уставился на сжавшуюся Мирославу. — Подонок!

— Идем, — Йен кивнул девушке, — переночуешь у нас. Я уверен, эта тварь бродит где-то поблизости.

Мирослава, дрожа, обхватила себя за плечи. То, что ей довелось увидеть, не желало выходить из головы. Перед глазами так и стояла оскаленная морда чудовища, в которого превратился блондин.

— А… Северин? — прошептала она срывающимся голосом.

— За него не беспокойся. С ним Ром.

— И когда они найдут эту тварь, — процедил Алекс, сжимая кулаки, — одной проблемой станет меньше!

Она послушно кивнула.

Эту ночь ей пришлось провести в четырехместном номере, который облюбовали парни. Йен и Алекс почти не спали, то и дело вскакивали, подходили к окну, вглядывались в ночь. Или, выйдя на улицу, тревожно вслушивались в отдаленные звуки, втягивали в себя ночные запахи. Мирослава тоже не сомкнула глаз. Дрожала, то ли от холода, то ли от страха, и не знала, чего боится больше: опять попасть в лапы насильнику или снова увидеть то чудовище, которым стал Северин.

Ром и Северин появились только под утро. Пришли в человеческой ипостаси, угрюмые, вымотанные до предела, с грязными, свалявшимися волосами, в которых застрял лесной мусор. От обоих мужчин исходил резкий запах пота и крови.

— Нашли? — Алекс задал только один вопрос.

Северин молча расстегнул ремень, сбросил то, что осталось от его джинсов, и прошел в душ, ни на кого не глядя.

— Нашли, — констатировал Ром, не разжимая зубов, и повернулся к Мирославе. — Больше он к тебе не сунется.

— Вы… убили его? — с ужасом выдохнула она.

За дверями душевой что-то с шумом упало. Послышался голос Северина, цедивший ругательства.

— Нет, — Ром криво ухмыльнулся, и эта ухмылка заставила девушку оцепенеть. — Убить эту тварь было бы слишком просто. Пусть еще немного помучается.

— Ром!!! — из-за дверей душевой раздался раскатистый рык. — Заткнись!!!

Зазвенел телефон, брошенный кем-то на стол. Йен стоял ближе всех. Взял мобилку, взглянул на входящий номер.

— Альфа, это Лауш.

Остальные насторожились.

Из душа вышел Северин. Мокрый, злой, в одном узком полотенце, обмотанном вокруг бедер. По его груди стекала вода, путаясь в серебристых волосах. Он бросил на девушку хмурый взгляд и взял телефон, протянутый Йеном.

— Слушаю… Когда?.. Он жив?.. Я не стану марать руки об эту тварь. Пусть решает Совет Альф, а я прослежу, чтобы они приняли правильное решение… Жду.

Нажав отбой, Северин бросил телефон на ближайшую кровать и обвел всех тяжелым взглядом.

— Сегодня ночью люди Лауша нашли Ершова.

— Он жив? — дернулся Алекс.

— Можно сказать и так. Собирайтесь, Анджей выслал за нами машину.

Потом он повернулся к Мирославе, которая все это время сидела, обхватив колени руками и почти не дыша.

— Прости, — шумно выдохнул. — Я не хотел тебя напугать. Не хотел, чтобы ты видела…

— Монстра? — подсказала она.

— Да. Монстра. Это третья ипостась лугару, боевая. Но я бы не причинил тебе вреда.

— Ты был в бешенстве.

— Я думал, эта сволочь убила Игоря. Вышел из себя и не сдержал оборот.

Их взгляды встретились. И в глазах Северина девушка увидела что-то, похожее на сожаление. Он, действительно, не хотел, чтобы она видела его таким.

— А если однажды… — она запнулась, но не отвела взгляда, твердо глядя ему в глаза, — если однажды я… выведу тебя из себя, ты тоже не сможешь сдержать оборот?

— Даже если не могу, тебе не о чем волноваться, — произнес он тихим голосом.

— Почему?

— Потому что я альфа. А альфы сохраняют человеческий рассудок во всех ипостасях.

Это было сказано уверенным тоном, но Мирослава почему-то ему совсем не поверила. Человеческий рассудок не помешал Владу похитить ее и истязать столько времени. Да ни одно животное не сделало бы того, что сделал с ней он. К тому же она видела, Северин превратился в чудовище против собственной воли! В тот момент им владел гнев, а не разум. И что, если однажды это повторится? Что, если однажды она останется один на один с этим монстром, не способная ни убежать, ни дать ему отпор? Что тогда?

Утешать себя мыслью о человеческом рассудке?

Мирослава невесело усмехнулась. Искры раздражения, вспыхнувшие во взгляде блондина, заставили ее опустить взгляд.