ГЛАВА 31

Северин был в бешенстве. Лес слишком большой, слишком много мест, где можно спрятаться. Он до утра будет искать — и не найдет. Жизнь Миры была для него дороже всего, дороже даже собственной жизни, а потому он, не колеблясь, позвал на помощь своих волков. Всю стаю, каждого, кто смог откликнуться на его зов.

И волки откликнулись. Все, кто собрался в этот вечер у старого камня, ожидая начала охоты. Молодежь была тут же отправлена по домам, под присмотром беременных самок. Женщины в положении все равно участия в охоте не принимали, так как при обороте увеличивался риск выкидыша. В лесу остались только самцы: сильные, опытные, преданные, готовые черта на части порвать по приказу своего альфы.

Охота была открыта. Вот только сегодня им предстояло загнать не лося и не дикого кабана. Сегодня их дичью был один из них — лугару.

Они шли цепью в ночной темноте, прочесывая лес метр за метром. Ища следы, вынюхивая чужака, посмевшего посягнуть на святое — истинную пару их альфы.

Огромный белый волк вел их за собой. И он отчаянно звал свою волчицу.

В какой-то момент ему показалось, что он услышал ее. Слабый голос, дрожавший от страха, еле слышно шептал: «Пожалуйста… забери…»

Да, это могла быть только она, только Мира. Теперь он точно знал, где искать.

Волк рванул в самую гущу деревьев, и вся стая возбужденно рыча в преддверии схватки, устремилась за ним.

В нос ударил густой запах крови. Белый волк зарычал, обнажая клыки. Снова кровь, кровь лугару. Кого еще здесь убили?

«Альфа! — голос Йена заставил напрячься. — Здесь Анна. Этот ублюдок ее всю изгрыз!»

Северину не нужно было смотреть, он и так это понял. Она потеряла много крови, но регенерация уже смогла залатать самые страшные раны, и ее жизнь была в неопасности. Вот только перед тем, как ее уведут, она даст ему ответы на пару вопросов.

Белый волк склонился над испуганной девушкой. На ее лице застыло выражение обреченности, рыжие локоны, еще недавно такие блестящие, теперь казались тусклой соломой.

«Сев…» — он услышал ее слабый голос, полный вины и отчаяния. Она знала, что прощения ей не будет. Стая не прощает предательства.

«Анна! — альфа зарычал, и в этом рыке было столько ярости и злости, что она скрутилась в комок и покорно подставила горло. — Ты меня предала! Всю стаю! Зачем?»

«Ты меня оттолкнул…» — она облизала пересохшие губы и приоткрыла глаза.

«И поэтому пошла на предательство? Из личной мести? — он ей не верил, не мог поверить. — Что он тебе обещал?»

«Это уже не важно…»

«Уведите ее и заприте, — Северин обратился к стоявшим рядом волкам. — Я разберусь с ней потом.»

Девушка заскулила, когда два лугару, вернувших себе человеческий облик, подхватили ее под руки и рывком заставили встать.

— Допрыгалась, — хмуро сплюнул один из них. — Давай, шевели ногами.

— Сев. Пожалуйста! — закричал она, видя, что альфа уходит. — Я все расскажу. Не бросай меня! Мы же столько лет вместе!

«Конечно, расскажешь, только потом, когда я разберусь с твоим подельником.»

— Подожди пока исповедоваться, — ухмыльнулся второй провожатый, — мы все хотим знать, сколько стоит твоя душонка.

Она заплакала. Сначала тихо, от жалости к себе, а потом все громче, захлебываясь слезами и проклиная свою никчемную жизнь. А ведь казалось, что план идеален, она продумала его до мельчайших подробностей. Чего уж проще — обменять девчонку на флешку. Одним ударом решить сразу две проблемы: и от соперницы избавиться, и улики против брата получить. Она без размышлений поставила все на кон — и проиграла. Рискнула, надеясь одним выстрелом убить двух зайцев, и потеряла все. Глупая Анна! Так мечтавшая получить место в постели альфы…

Северин отвернулся. Ему в спину неслась ее ругань, перемежавшаяся с рыданиями. Что ж, она сама виновата. Теперь он даже не сомневался, что махинации с документами были именно ее рук делом. Столько лет она работала на него, а он был так слеп, так занят своим собственным горем, что ничего вокруг не замечал. А оказывается все очень просто, враг притаился под самым носом. Теперь Северину не нужны были ее признания и доказательства, чтобы понять, как его подпись появилась на всех тех бумажках. Если еще вчера он мог только догадываться о причастности Анны, то теперь был в этом уверен. Это она, выполняя поручения Корсы, приносила поддельные документы на подпись своему альфе. И это она, своей ручкой, наливала ему безалкогольное пиво, которое он так любил потягивать сидя в офисе за столом… Пиво, от которого потом появлялись странные провалы в памяти.

Вот только ее мотивы все еще оставались ему непонятными. Но ничего, он разберется и с ними, теперь это только дело времени.

— Не уходи! — Северин услышал ее отчаянный крик. Она все еще надеялась остановить его. Надеялась, что он ее пожалеет. Но она опять ошибалась. Северин не испытывал к ней ничего, кроме легкого презрения. — Пожалуйста, помоги… Я все расскажу! Он меня шантажировал…

Она судорожно забилась в руках конвоиров, пытаясь вырваться. Но те быстро сломили сопротивление и скрутили ей руки за спину.

«Анна, чем он тебя шантажировал?» — белый волк обернулся на мгновение, перед тем, как исчезнуть в лесу, и посмотрел на нее так, словно видел впервые.

«Он сказал, что у него… что у него доказательства…»

«Доказательства чего, Анна?»

«Доказательства… что Игорь… поджог… Малгожату…»

Она открыла последний козырь. Все равно он узнает. Она снова заплакала, на этот раз покорно повиснув в руках охранников, которые тащили ее из леса.

Северин с тоской отступил, и его сердце сжала вина.

А еще ненависть. Ненависть к тому, кого он уже один раз пожалел и отпустил. И зря.

Из груди волка вырвался жуткий вой, полный ярости.

В этот раз он его не отпустит. В этот раз только один из них уйдет из этого леса живым!

* * *

Влад налетел на нее, будто грузовик, мчащийся на полном ходу. Сбил с ног, откинул на несколько метров. Серая волчица упала, скуля от боли и безысходности. От мерзкого запаха его шкуры в горле образовался комок. Это все, это конец, отступать больше некуда…

Мира была в отчаянии, Влад загнал ее в угол. Да и сил уже не осталось. Но сдаваться просто так не хотелось. Даже когда оборотень надвинулся на нее, закрывая последние отблески солнца, даже когда его когтистая лапа ухватила ее за шкирку и вздернула над землей, даже тогда она продолжала извиваться всем телом, пытаясь вырваться из его когтей, и огрызалась. Но ее челюсти были слишком слабы, а клыки не больше, чем у обычной овчарки. Она не смогла бы прокусить его шкуру, даже если бы ей повезло вцепиться в нее зубами.

— Обращайся, сучка! — рыкнуло чудовище и встряхнуло волчицу так, что у той от испуга клацнули зубы. — Или я трахну тебя прямо в волчьей шкуре!

Ну, уж нет, обращаться Мира не собиралась. Только не тогда, когда этот монстр дышит в лицо! Только не тогда, когда маленькие, глубоко посаженные глазки твари, спрятанные под мохнатыми надбровными дугами, смотрят на нее с животной похотью. Не тогда, когда нос чудовища раздувает черные ноздри, похожие на уродливые рты, и втягивает в себя ее аромат.

В человеческом теле она станет совсем беззащитной. У нее не будет ни шанса!

«Сев!!!» — она в отчаянии закричала, призывая своего альфу, свою пару, единственного, кто мог ее защитить.

Огромный белоснежный волк вылетел из-за деревьев и замер, оскалив клыки. Ощетинился, поднял шерсть дыбом и зарычал, наступая на человекообразное существо, покрытое клочковатой шерстью. Монстр осклабился, демонстрируя зубы.

— А-а, защитник явился, — прорычал он, не скрывая издевки. — Хочешь получить назад свою шлюшку?

Мира только взвизгнуть успела, когда мощная лапа швырнула ее, как ненужный хлам, в сторону волка. Тот не отпрыгнул — подставил бок, чтобы смягчить ей падение. Она дрыгнула в воздухе лапами и упала. Скатилась по его теплому боку на землю, ошарашенная внезапным полетом, вскочила на ноги.

И в тот же миг серебристый волк прыгнул, целясь в горло двуногого монстра.

Они схлестнулись, будто два товарных состава. Полетели на землю, оглашая лес диким ревом. Треск костей и вывернутых суставов наполнил воздух. На траву упали клочья шерсти и первая кровь.

Мира в ужасе забилась в траву. Закрыла глаза, прижала уши. Но спрятаться от утробного рыка, с которым хищники рвали друг друга, все равно не смогла. Запах их крови оглушал ее, вызывал тошноту. Она ощущала каждый удар, получаемый белым волком. А еще его ярость и желание уничтожить соперника. Сейчас он готов был отдать что угодно, лишь бы добить врага.

Она почувствовала рядом с собой присутствие чужаков и вскочила. Лапы ее дрожали, все тело колотила крупная дрожь, но она все-таки сумела выдавить из себя грозное (как ей казалось) рычание.

— Тише, девочка, тише, — светловолосый мужчина, в котором она узнала Рома, медленно сел на корточки и протянул к ней руку.

Мира облегченно заплакала: из-за деревьев высыпало несколько десятков волков, и они продолжали прибывать, словно нескончаемый поток. Хищники клацали зубами, порыкивали, но не вмешивались в битву своего альфы. Они ждали исхода. И, несмотря на это, Мира почувствовала, как напряжение и страх отпускают ее. Теперь все будет хорошо, она была в этом уверена. Теперь ее никто не обидит.

Северин тяжело дышал. Его бок был изодран гигантскими когтями противника, и кровь хлестала оттуда фонтаном. Плечо оказалось прокушено в двух местах, и правая передняя лапа висела плетью. Но ему удалось придавить Влада к земле и вцепиться в его горло зубами. Оставалось только покрепче сжать челюсти и вырвать оборотню глотку. Вот только тот не собирался сдаваться.

Влад не желал умирать. Не сейчас, не тогда, когда цель так близка, не тогда, когда запах омеги заставляет дрожать от похоти. Не тогда, когда главный враг все еще был в пределах недосягаемости!

На мгновение их взгляды столкнулись: полный ненависти взгляд оборотня впился в глаза волка. И тот ответил ему холодной решимостью.

Отчаянно заревев, Влад всадил когти в грудь противника. Серебристую шкуру окрасили темные пятна, но волк не сдвинулся с места, только крепче сжал зубы, ощущая, как они входят в горячую плоть, как волчью пасть наполняет солоноватый вкус крови…

Раздался хруст ломаемых позвонков и бульканье крови, попавшей в легкие. Оборотень издал предсмертный хрип, дернулся и затих. Волк медленно разжал челюсти и поднял голову, не спуская глаз с темного потока, толчками вылетавшего из разорванного горла противника.

И Мира в этот момент почувствовала опустошение. Странную звенящую пустоту в голове, которую срочно нужно было наполнить хоть чем-то.

Она вырвалась из рук Рома, огрызнулась на других волков, пытавшихся ей помешать, и бросилась к Северину, который застыл над трупом поверженного врага. Влад так и не успел обернуться, его смерть была слишком быстрой, и теперь на земле лежало мохнатое человекообразное существо с волчьей мордой, похожее на те, которыми населяют фильмы ужасов. Мира только мельком глянула на него, перед тем, как прижаться к белому волку. Ее сердце сжалось от страха, но она тут же одернула себя: все, он мертв, он больше не может причинить ей вреда.

Северин глухо рыкнул, когда серая волчица нырнула ему под бок. Кровавая пелена, закрывавшая глаза в пылу боя, медленно отступала. Он почувствовал маленький влажный язычок, который начал зализывать его раны, и с облегчением прикрыл глаза.

Да, вот так правильно. Теперь у него есть пара. Она залижет его раны, она поделится с ним теплом. Она будет с ним до последнего вздоха…

Спустя час все было закончено. Лугару вырыли большую яму между корней старой сосны и похоронили там растерзанное тело. А чтобы дикие животные его не нашли, завалили камнями.

Мира наблюдала за их действиями, прижавшись к Северину всем телом и обняв его за талию двумя руками. Он приказал принести ей покрывало и сам, отгоняя рыком любопытных самцов, завернул ее в плотную ткань, тщательно пряча от чужих взглядов. Для него сейчас существовала только она и только ее дрожащее тело, которое он обнимал.

Ее маленькое сердечко колотилось то ли от страха, то ли от радости. В глубине души она боялась, что Влад только притворяется мертвым, что он каким-то образом оживет и снова будет ее преследовать. Но разум отвергал этот страх: он мертв, она сама, своими глазами видела его труп. Он больше никогда не причинит ей вреда. Она больше никогда не услышит его шагов, не услышит его дыхания. Ее персональный кошмар закончился.

Северин сам не мог поверить, что все закончилось. Он смотрел, как его верные лугару забрасывают яму камнями, и пытался понять: зачем?

Зачем Влад Корса с таким рвением старался разорить его фирму? Зачем шантажировал Анну этой глупой выдумкой о причастности Игоря к трагедии в Малгожате? Зачем ему все это понадобилось?

Он внимательно посмотрел на Миру, которая робко жалась к нему.

Неужели все это только ради обладания ею?

Но нет, Анджей сказал, первые поддельные накладные были полугодичной давности. Именно тогда Влад Корса появился из ниоткуда и предложил воспользоваться его услугами. Доверенное лицо солидной компании, у них не было причин ему не доверять, а сделка, которую он предлагал, казалась слишком выгодной для обеих сторон. Тогда они подписали документы втроем: Влад, Анджей и Сев. И сейчас Северин почему-то вспомнил тот день так ясно, будто он был вчера. А еще слова Влада, которые тот сказал, обращаясь к нему:

— Это же вы теперь новый альфа Гервазы?

— Да.

— Мне сказали, что прежний был убит.

— Слишком легкая смерть для такого подонка, — вместо Сева глухо ответил Анджей.

— О, это же были вы, Анджей Лауш, не так ли? — Влад обернулся к нему, и в его глазах что-то блеснуло, но тут же скрылось. — Знаете, я всегда говорю: справедливость восторжествует. Надо только помочь ей в этом. Набраться терпения и подождать…

«Набраться терпения и подождать…» — Северин несколько раз повторил про себя эту фразу, глядя на груду камней, растущую над могилой Корсы. Смутное подозрение заставило его крепче прижать к себе девушку. Но он тут же тряхнул головой, отгоняя воспоминания.

Сейчас нужно разобраться с насущной проблемой: отвести Миру домой, накормить, успокоить, организовать ей здоровый сон. А потом он займется проверкой своих подозрений.