Глава 35

Машина мягко катится по вечерней дороге. За окнами темнеет, огни редкие и глухие. Я сижу на заднем сиденье, глядя в пустоту, обнимая себя за плечи, будто так могу хоть немного согреть пустоту внутри. Водитель молчит, и слава богу, а у меня нет сил ни на разговоры, ни на вежливость. Все, что у меня осталось, — это ощущение тяжелой, вязкой тревоги в груди.

«По работе.»

«Не знаю, вернусь этой ночью или нет.»

«Не думай обо мне.»

Эти слова звучат в голове снова и снова, словно иголка, застрявшая в старой пластинке. Он не смотрел на меня, не объяснил, не обнял на прощание. Просто исчез. Как будто между нами ничего не было. Как будто день не был самым великолепным за все время, что мы вместе. Как будто я — никто.

Когда машина въезжает на территорию дома, уже совсем темно. Я выхожу, не дожидаясь, пока водитель откроет дверь. Дом встречает тишиной. Ни света, ни тепла. Только гулкая пустота внутри — почти такая же, как в моей груди.

В спальне все так же, как я оставила: покрывало немного смято, бокал на столе, и его запах, который все еще витает в воздухе.

Это убивает сильнее всего.

Я хожу из угла в угол, не зная, куда себя деть. Потом вдруг, не выдерживая, открываю гардероб и начинаю вытаскивать все подряд. Одежда, обувь, коробки — все летит на кровать, на пол. Зачем? Не знаю. Просто не хочу сидеть и ждать, уставившись в стену. Не хочу чувствовать себя такой… ненужной.

Складываю вещи обратно. Аккуратно и по-своему. В какой-то момент замечаю, что руки дрожат. Сердце ноет. А внутри глухая обида: почему он не сказал ничего? Не мог соврать, как все? Сказать, что скоро вернется, что все хорошо?

Он же меня буквально отшил.

Сажусь на пол, прижав к себе плед. И впервые за долгое время позволяю себе немного поплакать. Тихо, почти беззвучно. Просто чтобы стало хоть чуть легче.

До самого утра его нет. Телефон молчит. Дом пуст. А я, уставшая, засыпаю прямо на полу, не раздеваясь, скрутившись калачиком.

Телефонный звонок вырывает меня из сна. Я резко встаю. Ощущение, будто меня током ударило. Сердце колотится в горле. Рука судорожно тянется к креслу, срывает мобильный. Я едва не роняю его от спешки.

«Пожалуйста, пусть это будет он…» — умоляю мысленно.

Глаза еще не фокусируются, все размыто, но я уже вижу, что экран горит чужим именем. Это не Богдан. Не тот, кого я ждала всю ночь. Кто даже не подумал написать. Кто исчез, будто мы ничего не значим.

Имя подруги на дисплее. Я зажмуриваюсь, словно это поможет спрятаться от реальности, от боли, которая тут же обрушивается на меня.

Он не позвонил. Не написал. Не приехал.

Ничего.

Абсолютная тишина.

Голова будто стянута тугой лентой, боль давит на виски и пульсирует в затылке. Но сильнее всего болит внутри. Как будто что-то обломилось и теперь острыми краями царапает сердце.

Я роняю телефон на кровать, поворачиваюсь на бок и прижимаю колени к груди. Пытаюсь дышать. Медленно так, через силу. Но каждая секунда молчания от него как плевок в душу.

«Не думай обо мне…»

Легко сказать.

А я не могу ни на секунду перестать думать о нем.

— Да, — отвечаю на звонок подруги.

— Ты где, Мел? Почему не приехала в университет? Раньше всех тут меня ждала, а сейчас тебя нет.

О, боже! Какой сейчас час?!

Отрываю телефон от уха. Черт! У меня двадцать минут, чтобы добраться. Скорее всего опоздаю на первые пары.

— Я только выхожу из дома. Скоро буду.

— Хорошо, я жду! — говорит она, а потом спрашивает взволнованно: — Мелисс, у тебя все в порядке? Что с голосом?

— Все хорошо!

Сообщив водителю, что спущусь через десять минут, бросаю телефон на кровать и бегу в ванную. Умываюсь и, едва сталкиваюсь со своим отражением в зеркале, прихожу в ужас. Глаза опухли, они еще и красные, а под ними появились темные круги. Выгляжу ужасно, но наносить макияж некогда.

Переодевшись и забрав сумку, выхожу из дома.

— От твоего босса есть новости? — спрашиваю, как только автомобиль трогается с места.

— Нет.

— Вообще ничего? Он тебе никаких указаний не давал?

— Нет, — очередной короткий ответ раздражает так, что сжимаю руки в кулаки, нарочно впиваясь ногтями в ладони.

— В офисе все так плохо? Почему он не дал о себе знать всю ночь?

— Не знаю, Мелисса. Моя обязанность — отвозить тебя туда, куда ты попросишь. О личной жизни босса мне ничего неизвестно.

Врет как дышит. Я же знаю!

Поняв, что он мне ничего не скажет, молча смотрю на проезжающие мимо машины. Да, опаздываю, но не так сильно. После пар решаем куда-нибудь пойти с Соней, немного прогуляться. Мне нужно отвлечься, иначе с ума сойду. Написала Богдану сообщение, однако он даже не прочитал.

— В парк? — уточняю, спускаясь на первый этаж.

— Угу, — улыбается Соня.

Да, я чувствую на себе посторонние взгляды. Даже шушуканье не раздражает. Но два предложения выбивают из равновесия:

«Боже… Я не думала, что эта тихоня спит с женатыми мужиками ради денег. Оказывается, как раз от таких можно ждать все, что угодно.»

Резко останавливаюсь. Но Соня дёргает меня за рукав, тянет за собой.

— Не обращай внимания. Они завидуют.

— Да? Разве это неправда? — та девушка с усмешкой разглядывает меня, делая шаг вперед. Я ее видела с Дашей. Поэтому не сложно догадаться, откуда эти сплетни…

— Думай что хочешь. Мне плевать, — равнодушно бросив, иду к выходу.

— Выглядишь ужасно. Твой папик тебя бросил, что ли…

Папик… Это слово Влада. Я совершенно не удивлена. Они с Дашей в своем репертуаре. Пытаются очернить меня перед всеми, выдав за шлюху.

Откуда им знать, как сильно я люблю Богдана? И полюбила бы в любом случае. Есть у него деньги или нет — мне все равно. Взрослый он или мой ровесник — тоже не имеет значения. Я люблю его таким, какой он есть. Ещё бы дал о себе знать…

Садимся в машину. Соня болтает без остановки, а я почти не слышу ее. Киваю, улыбаюсь, поддакиваю, но мысленно далеко. Смотрю в окно, держу телефон в руке — он молчит.

Водитель везет нас в парк. Соня счастлива, покупает мороженое, тащит меня гулять. Я иду рядом, будто на автопилоте.

Пока подруга покупает мороженое, я сажусь на лавочку. Она возвращается через пять минут, протягивает мне рожок.

— Тебе нужно развеяться, — говорит она. — И рассказать мне, что происходит.

— Он вчера ушел, не сказав ни слова. Я не знаю, где он, чем занят. Прошли почти сутки. Трубку не берет, на сообщения не отвечает.

— Мелисс, мне кажется ты раздуваешь на ровном месте. Ведь прекрасно знаешь, что он занятой человек. У него крупный бизнес. Плюс, проблемы со всех сторон.

Повернув голову, смотрю на нее в упор. А Соня сразу отводит взгляд.

— Ты что-то знаешь?

Она кусает губы.

— Только то, что он много работает. Мелисс… Родная, просто подожди и все будет хорошо. Ладно?

Я молчу. Сижу, медленно облизывая мороженое. Смотрю на прохожих. Женщина в светлом платье смеется, обнимая мужчину, а он нежно сжимает ее ладонь. Они проходят мимо, не замечая нас.

Я тоже так хочу. Чтобы без боли, без ожидания, без этой глушащей тревоги внутри. Просто быть рядом с ним. Просто знать, что с ним все хорошо.

Но мое единственное воспоминание, кажется, будет тот вечер у реки. Его поцелуи. Жадные, как в последний раз. То, как он срывал с меня платье. Его хриплый голос…

И еще… пара снимков. Я сделала их, когда мы лежали после бурного секс-марафона. До того, как начали разговаривать о нас. Он лежал, а я, положив голову на его плечо, снимала нас на камеру. Некоторое время смотрю на те фотографии, чуть отстранившись от Сони.

Поднимаю взгляд от экрана, прячу телефон в карман и, облизнув мороженое, снова оглядываю парк. Люди вокруг смеются, гуляют, щелкают семечки на лавках. Все как обычно. Но что-то внутри меня замирает, когда я вижу знакомое лицо.

Чуть левее, у киоска с напитками, я замечаю своего водителя. Он стоит, словно просто отдыхает, но его взгляд постоянно скользит в мою сторону. Рядом с ним мужчина в черном костюме. Крупный, с серьезным выражением лица.

Чутт дальше, ближе к выходу, двое других. Один курит, второй говорит по телефону, но взгляд тоже устремлен на меня.

Меня будто холодом обдает. Что это? Совпадение? Или… они здесь не просто так? Присматривают? Следят?

Это люди Басманова? Это его приказ — находиться рядом со мной?

К горлу внезапно подкатывает ком. Вкус молока и ванили превращаются во что-то противное. И я, зажав рот рукой, думаю, где здесь может быть туалет.

— Мелисс… — Соня кивает в сторону небольшого ресторана. — Тебе плохо? Пойдем туда.

Передаю ей мороженое, прошу избавиться. Сама же захожу в туалет заведения и умываюсь. Мне плохо. Наизнанку выворачивает. Выхожу и сразу сталкиваюсь с вопросительным взглядом подруги.

— Что?

— Это… Вы же предохраняетесь с Богданом?